Глава 29. Сертификация (часть 1)
— Сын шлюхи…
К этому времени Крилл почти целиком отдался своей ярости. Он ничего не мог с собой поделать: он провалил важную миссию, которую поручил ему уважаемый старший товарищ, Долоренс Винтерер.
Охотники на рабов следовали за ним.
— Вы знаете, как трудно было поставить этих мечерабов на ноги? Придётся сполна нам за это заплатить.
Они были жадными и грязными ублюдками, но более надёжных союзников у Крилла не было. Он достал два самоцвета и передал их охотникам на рабов.
— Благодарю за терпение. Ну что, господа, давайте уладим дело.
На губах охотника на рабов расплылась сияющая улыбка. Они и не надеялись получить столько денег — даже после равного дележа каждый сможет целый месяц жить как король в борделе. Таким отбросам общества нечасто выпадал подобный шанс, но радовались не все.
— Дело плохо.
Это был однорукий охотник на рабов, который когда-то протянул Криллу руку помощи. На просьбу он ответил отказом, но, когда то же предложение прозвучало для остальных, сдался и пошёл следом. Иного выхода у него не было.
Если бы он не пошёл, его товарищи убили бы однорукого охотника на рабов и бросили на корм гомункулам.
— Правила Дворца строго запрещают трогать призванных. Не делай глупостей.
Он продолжал предостерегать Крилла. Вначале тот позволял ему говорить из благодарности за прошлую помощь, но теперь, когда цель была так близка, этот человек всё никак не замолкал. Подавляемая ярость вырвалась наружу.
— Хм? Но ты сам постоянно этим занимаешься. Не думаю, что человек, чья работа — превращать призванных в безмозглых рабов, имеет право читать другим нотации.
— …
Однорукий замолчал.
Он прекрасно понимал, что ему нечем возразить, но промолчать не мог и всё же от всей души предупредил его напоследок.
— …Я тоже выпускник Эйрфрута. Я твой старший.
Крилл холодно посмотрел на однорукого охотника.
— Не припоминаю, чтобы среди моих старших был охотник на рабов.
Однорукий опустил голову и больше не проронил ни слова. Вскоре они добрались до Заброшенного собора, и Крилл не смог скрыть радости, увидев ожидавшего его там человека.
— Эй, господин Сончул.
Крилл стоял перед Сончулом, а рядом с ним находились ещё шестеро охотников на рабов. Сончул безразлично оглядел Крилла и его шайку.
— Кто эти люди?
— Разве не видишь? Ты ведь пришёл извне.
Крилл усмехнулся.
— …
— Впрочем, похоже, ты решил, что мир стал простым местом после того, как немного окреп. Неужели ты думал, что я такая лёгкая добыча?
Голос Крилла постепенно креп. Закончив вопрос, он уже практически орал во всю глотку.
— Я похож на чёртову лёгкую добычу? А? Вонючий азиатский ублюдок!
Позади него послышался сдержанный смех охотников на рабов.
Сончул медленно открыл рот.
— Это все, кто пришёл с тобой?
Голос остался прежним — твёрдым и спокойным.
Крилл снова усмехнулся и кивнул.
— Конечно. Здесь только мы.
— Вот как?
Сончул ответил безразлично, чем лишь сильнее разозлил Крилла. Тот покраснел и, окончательно потеряв самообладание, заявил:
— Рассказать, что мы сейчас с тобой сделаем? С помощью моих друзей я схвачу тебя. Потом буду пытать, пока ты не начнёшь умолять о смерти. А в конце превращу в раба. Правда, придётся ещё подумать, в какого именно раба тебя превратить.
— План неплохой.
Сончул по-прежнему оставался спокоен.
Крилл отошёл в сторону и жестом указал на охотников на рабов.
— А теперь начнём.
Каждый из них держал своё оружие и двигался к Сончулу. Теперь это были охотники на рабов, но когда-то они были магами и воинами, вполне достойными уважения. Их боевой опыт и навыки находились на совершенно другом уровне. Один из них, со шрамом от клинка через всё лицо, насмешливо произнёс:
— Пришёл извне в Тренировочный центр для новичков, чтобы покрасоваться перед полными зелёными юнцами. Совести у тебя нет?
Сончул повернул голову к этому человеку и коротко ответил:
— Ага.
Фигура Сончула на мгновение дрогнула. Крилл едва успел уловить движение, как перед ним в воздухе глухо грохнуло.
— Кха!
Кулак Сончула с чудовищной силой врезался охотнику на рабов в подбородок. Крилл отчётливо увидел, что произошло с его лицом после этого удара: оно разлетелось на мелкие кусочки.
Ах!
Сончул не остановился. Развеяв одного ударом кулака, он выхватил меч и перебил остальных.
Им было с ним не тягаться.
Охотники на рабов погибли, ещё не успев понять, как именно умерли.
Резня не продлилась и десяти секунд.
— П-пощадите меня!
Однорукий охотник на рабов быстро осознал происходящее, упал на колени и принялся умолять сохранить ему жизнь. Увидев, что Сончул всё ещё приближается, он достал колышек с привязанной к нему красной тканью и вонзил его себе в сердце. Его глаза судорожно заметались, но он закусил губу и быстро заговорил, тяжело дыша.
— К-клянусь! Я… я, Кристиан Эшвуд, никому не расскажу о том, что видел сегодня… Если нарушу эту клятву… наказанием за такое преступление будет смерть… Клянусь Богом Посредничества!
Когда клятва была принесена, колышек в его сердце магически исчез, а красная ткань вспыхнула и обратилась в пепел.
— Хо? Клятва. Умный человек.
Оставив его в покое, Сончул направился к Криллу. Тот в страхе широко распахнул глаза. Грубые руки схватили его за лицо, и лишь когда невыносимая сила из этой хватки передалась прямо в череп, Крилл всё понял.
«Я-я выбрал не ту сторону… Настоящим чудовищем оказался не Долоренс, а этот человек…»
Но сожалеть было уже поздно. Сончул сжал руку сильнее и своим обычным твёрдым голосом произнёс:
— А теперь рассказывай. Всё, от начала до конца.
Крилл рассказал ему всё, что знал: от момента, когда увидел объявление, приведшее его во Дворец призыва, до встречи с Долоренс. Он рассказал Сончулу, как она обвела вокруг пальца Сангиля и приказала убить Ахмуге. Он раскрыл всё, что произошло в Башне наблюдения. Выслушав его рассказ, Сончул спокойно поднялся со своего места.
Крилл задрожал и осторожно поднял глаза на Сончула.
— В-всё это проделка этой суки Долоренс… рыжеволосой женщины. Я просто делал, что мне велели.
— Вот как?
— Конечно. Если оставишь меня в живых, я вытащу Долоренс из укрытия и приведу её к тебе. Клянусь своим именем.
— Мне не нужна помощь такого человека, как ты. В любом случае она сама покажется мне.
Бах!
Кулак Сончула обрушился на макушку Крилла. Глаза молодого мага разъехались в разные стороны, а из всех семи отверстий его тела хлынула кровь. Наконец он рухнул.
— Кю-кю…
Небесная белка осталась возле мёртвого хозяина и лизала ему ноги.
Сончул жестом подозвал охотника на рабов, который со страхом наблюдал за происходящим.
— Эй.
Сончул вместе с охотником на рабов собрал трупы и поджёг их. Над уже сгоревшим Заброшенный собор поднялся чёрный дым. Пока тела горели, он украдкой поглядывал на своего помощника. Тот сидел на полу неподвижно. Казалось, после этой кровавой бойни в нём не осталось сил. Однако убивать его Сончул не собирался. Он уже не мог рассказать кому-либо об увиденном, даже если бы ему позволили дожить до конца жизни. А если бы попытался поведать правду, клятва немедленно сработала бы и заставила его пересечь Стикс. Такова была её сила.
И всё же способность так бесстыдно принести клятву в подобной ситуации вызвала у Сончула улыбку. Больше всего ему хотелось похвалить решительность и быстроту мысли этого человека. Пока он размышлял, охотник на рабов подошёл к нему и склонил голову.
— Господин воин, чьего имени я не знаю.
Сончул спокойно поднял голову и посмотрел на мужчину, которому на вид было около тридцати пяти лет; в его глазах читался недюжинный ум.
— Что тебе от меня нужно?
— Я не знаю, кто вы и откуда пришли, господин воин, но я всё видел. Вы определённо не обычный человек.
— Говори кратко. Мне скоро нужно вернуться на площадь Бланш.
— Вы не возьмёте меня к себе подчинённым?
— Тебя?
— Похоже, у вас была какая-то сделка с Криллом Регаллом… Я не знаю многого, но точно справлюсь гораздо лучше такого зелёного новичка, как Крилл.
Кристиан Эшвуд искренне склонил голову. Он видел всё собственными глазами: Брока, бывшего рыцаря империи, рассекли надвое одним ударом, а Гирону, занимавшему высокий пост в Гильдии воров, одним ударом свернули шею. Одной фразой «очень силён» это не описать — это было чудовищно.
Как минимум мужчина находился на одном уровне с имперскими королевскими гвардейцами, а по меркам Ордена Железнокровных рыцарей легко заслуживал высокого положения. Если Кристиан сможет связать себя с таким человеком, это, возможно, вытащит его из нынешней жалкой жизни.
— П-позвольте мне быть вам полезным. Я… я сделаю что угодно.
Однако реакция Сончула была прохладной.
— Мне никто особенно не нужен. Чем ты занимался до того, как стал охотником на рабов?
— Маг… Я был магом. Даже выпускником Эйрфрута. Теперь я не могу пользоваться магией, но в магии разбираюсь почти во всём.
— Маг…
От него всё же могла быть польза. Маг знал бы, что ждёт впереди, и смог бы провести Сончула по этому пути.
Сончул обхватил рукой небесную белку, жалко стоявшую возле костра, и передал её Кристиану.
— Позаботься об этом малыше и приходи с ним ко мне на выпускную церемонию.
Затем он достал самоцвет и бросил его охотнику на рабов, выражая тем самым доверие к Кристиану. Тот крепко сжал самоцвет в руке и проводил уходящего Сончула взглядом, в котором смешались страх и надежда.
Отборочный матч успешно завершился. Все тридцать представителей были выбраны. Вместе с Ахмуге Сончул отправился искать остальные мемориалы семи героев, разбросанные по Дворцу призыва, но произошло нечто неожиданное.
Сначала они отправились на поиски Пути Далтаниуса, но оказалось, что все мемориалы, начиная с этого, исчезли. На месте самого ожидаемого мемориала — мемориала Десфорта, предводителя семи героев, — осталась лишь поваленная колонна, и на их присутствие ничего не отреагировало.
— Как такое возможно… Их всех забрали. Не знаю, что произошло, но…
Похоже, Сончул не слишком беспокоился. Кроме Десфорта, остальные семь героев были воинами. Сончулу, достигшему вершины воинского пути, от них было мало пользы. Он просто хотел взглянуть на их лица.
Бесстрастно глядя на поваленную колонну, он посмотрел на Ахмуге и заговорил.
— Не осталось ли ещё одного места?
— Ах… да. Остался ещё один герой.
Героя, о котором говорили Ахмуге и Сончул, звали Белой Тенью. О нём не сохранилось никаких сведений, кроме упоминания о том, что он был убийцей. Зато до наших дней дошли тревожные легенды. Говорили, что убийца, не желавший оставлять после себя записи, перебил всех историков и сжёг их книги.
К счастью, мемориал Белой Тени всё ещё сохранялся. В глубине леса лежал труп с перерезанным горлом, подтверждавший, что мемориал действительно находился здесь. Однако Ахмуге повела себя странно. Она поспешно остановила Сончула, когда тот собирался начать испытание.
— Мне очень жаль… Но можно я пройду это испытание?
— Объясни причину.
— Не знаю, как насчёт остальных… но цель Белой Тени я должна выполнить сама. Только так я смогу спасти мир.
— Не думаю, что могу это принять.
Сончул по-прежнему реагировал прохладно. Ахмуге ненадолго задумалась, а затем с решительным выражением лица ответила:
— Я расскажу это только тебе. Пообещай, что больше никому не скажешь.
— Хорошо. У меня нет друзей, которым можно было бы рассказать.
— У тебя… нет друзей?
Сончул кивнул.
— Так… вот как.
— Продолжай.
Ахмуге снова успокоилась и заговорила спокойным голосом.
— Не знаю, поверишь ли ты мне… но я пришла из будущего.
В глазах Сончула вспыхнуло любопытство. Он знал, что она регрессор, но решиться самой заговорить об этом… Для этого требовалась огромная решимость. Уже одно это показывало, насколько важна для неё цель Белой Тени.
— Значит, ты регрессор?
Она кивнула.
— Моё настоящее имя — Ли Суджин. Я пришла из будущего — из времени на десять лет позже нынешнего. Верить мне или нет — решать тебе.
Ли Суджин. Красивое имя. Сончул рассеянно подумал об этом и задал прямой вопрос:
— Зачем ты вернулась из будущего в этот адский Дворец призыва?
— Я хочу спасти мир от Бедствия вымирания.
Суджин ответила без колебаний. В её словах не было ни хитрости, ни лжи — только уверенность, возможная лишь при непоколебимой убеждённости. Её ответ заинтриговал Сончула.
«Значит, моих усилий недостаточно, чтобы спасти мир. Неужели я потерпел поражение?»
Новость разочаровывала, но будущее, о котором говорили регрессоры, тоже нельзя было считать надёжным. Какое бы будущее они ни видели, его всегда можно было изменить или перевернуть. В конце концов, каждому любопытно, что ждёт впереди. Сончул задал Суджин ещё один вопрос, не особенно рассчитывая на ответ.
— От чего? Неужели не от семи героев?
По крайней мере, он не хотел услышать, что семь героев победили. Если мир пал перед таким противником, это обесценивало все его усилия, направленные на обретение силы после того, как он настроил против себя весь мир.
Суджин осторожно подняла голову и через мгновение ответила:
— Мы преодолели второе Бедствие и третье.
Сончул невольно вздохнул с облегчением.
«Значит, по крайней мере, я успел раскроить Саджатору череп…»
Но Суджин ещё не закончила.
— Но в конце концов мы столкнулись с великим Бедствием, рядом с которым семи героям и не сравниться…
Сончул охватила тревога — от неё волосы на теле встали дыбом. Он не понимал почему, но невообразимо зловещее чувство, заставлявшее его съёживаться, окутывало его словно пламя.
— Это… великое Бедствие… О чём ты говоришь?
Суджин закончила, пока Сончул, охваченный тревогой и слабостью, пытался прийти в себя.
— …О Враге мира, Сончуле Киме.
— …?!
В глазах Сончула вспыхнула ярость. Увидев его агрессивную реакцию, Суджин горько улыбнулась и добавила несколько утешительных слов:
— Ах… не пойми неправильно. Это другой человек. У него совершенно другое лицо и телосложение.
Однако лицо Сончула не стало светлее. Врагом мира, о котором она говорила, мог быть только он сам.
«Я… уничтожаю мир?.. Как… Этого не может быть!»
— Почему ты стоишь с таким ошеломлённым видом?
Суджин попыталась возобновить разговор, но Сончул лишь покачал головой.
— Нет, ничего.
Он пробормотал себе под нос и закрыл глаза. В темноте под веками возникло лицо дорогого ему существа, которое он должен был защищать.
«Я не поддамся порче.»