Глава 1054
Глава 1054
Когда культиваторы во вселенной обнаружили гигантскую ядерную бомбу, родившуюся в море молний, их выражения резко изменились:
– Бля! Это ядерная бомба? Не слишком ли она большая?
Прежде чем культиваторы Мириад небес и царств успели отреагировать, эта штука мощно взорвалась. Она отличалась от «небесной водородной бомбы», которую трансцендировали Сун Шухан и другие. На Сун Шухана и остальных сбрасывались водородные бомбы с самолетов, но вторая волна ядерных бомб, образованная Небесной Скорбью Старейшины Уайта, взорвалась сразу же, как только родилась. У нее не было места для буфера, и взрыв произошел очень быстро.
В следующее мгновение экран Речи Сюй Аньшэна Даосского Священника Горизонта стал красным. Кроме высокой температуры и взрыва, ничего не было видно. Даосский священник Горизонт, который находился в середине своей речи, был в порядке. Он находился в состоянии речи Сюй Аньшэна, и хотя он также находился в центре небесной скорби, она его не затронула. Просто он был в панике…
В Группе Номер Один Девять провинций коллеги-даосы не могли не сглотнуть: неужели появилась ядерная бомба?
Мастер Феникс-убийца сказал:
– Я не знаю почему, но я просто хочу благословить старшего Сянь Гуна и надеюсь, что с ним все будет хорошо.
Блуждающий Монах Глубокий Принцип выдал странную эмодзи.
Мастер медицины ее перевел:
– Я надеюсь, что старший Сянь Гун будет в безопасности.
Фея Личи выдала эмодзи «Благословение».
Истинный Монарх Северная Река так же поставил эмодзи «Благословение».
В группе начался очередной виток наводнения.
Желтая Гора Чжэньцзюнь слабо вздохнул:
– Судя по вашему выражению лица, не похоже, что вы молитесь о благословении.
К счастью, ученый Сянь Гун находился в уединенной медитации. Иначе как бы он мог почувствовать себя, увидев такую запись в чате?…
После взрыва этой смехотворно толстой ядерной бомбы высокая температура и взрыв продолжали бушевать почти десять минут. Хотя они только смотрели прямую трансляцию Речи Сюй Аньшэна, все культиваторы во вселенной почувствовали холодок в сердце. Они спрашивали себя, если Небесная Скорбь также пошлет такую ядерную бомбу во время их трансценденции Скорби, смогут ли они выжить?
Некоторые почувствовали, что их ладони стали влажными и покрылись холодным потом.
– Сможет ли этот белокурый достопочтенный пережить такой взрыв? – культиваторы со всей вселенной задавались этим вопросом. Красавец в белой мантии был очень силен. Предыдущая волна из десяти тысяч ракет не смогла ничего с ним сделать. Как же он справится с этой волной ядерных бомб высокой мощности? Высокая температура взрыва постепенно рассеялась… Море молний разрушения исчезло в воздухе.
Казалось, что энергия Скорби в море молний Скорби была полностью поглощена этой суперядерной бомбой. Образ речи Сюй Аньшэна постепенно становился все более четким. Речь даосского священника Горизонта наконец подошла к концу. Он рассказал обо всём, о чём хотел. Хотя вся речь была полна поворотов, но, несмотря на постоянные взрывы, он сделал все, что мог.
Кроме даосского священника Горизонта, в зале находился Сун Шухан, длинные волосы которого, словно плащ, стелились по земле. Он держал в руках груду снаряжения Старейшины Уайта и смотрел вперед с жестким выражением лица. Сун Шухан и Дворцовый Мастер Талисман Семи Жизней уже закончили Речь Сюй Аньшэна и успешно преодолели небесную скорбь. Однако, поскольку небесная Скорбь была типа 5 + 1, им пришлось ждать, пока все культиваторы, преодолевшие Скорбь, закончат Речь Сюй Аньшэна, прежде чем они смогли покинуть сферу небесной Скорби. Поэтому, пока они не проявляли инициативу в участии в небесной Скорби Старейшины Уайта, Сун Шухан, Дворцовый Мастер Талисман Семи Жизней и Вечность, охваченный Скорбью Внутреннего Демона, не пострадали бы от ядерной бомбы Старейшины Уайта. Несмотря на то, что они находились совсем рядом друг с другом, сила ядерного взрыва для Сун Шухана и остальных была как бы продуктом двух разных измерений, словно они наблюдали реальную 3D сцену ядерного взрыва. Но это было только визуальное воздействие, а их тела не пострадали от ядерной бомбы.
– А как же Старейшина Уайт? – спросил Талисман Семи Жизней.
– Не знаю, но со Старейшиной Уайтом все должно быть в порядке, – Сун Шухан посмотрел на Метеорный Меч в своей руке. Метеорный меч был очень тихим, а это означало, что Старейшина Уайт в безопасности. Метеоритный меч был летающим мечом с духом меча. Если бы Старейшине Уайту действительно угрожала опасность, Метеорный Меч бросился бы на защиту своего хозяина, даже если бы ему пришлось пожертвовать своей жизнью.
– Речь даосского священника Горизонта подходит к концу. Скоро мы должны покинуть Сферу Небесной Скорби, – сказал Талисман Семи Жизней.
– Старший Вечность, что нам делать? – Сун Шухан посмотрел на Вечность, который все еще была охвачен Внутренней Демонической Скорбью.
В это время речь даосского священника Горизонта подошла к концу. Внезапно прямая трансляция из вселенной медленно исчезла, и все люди во вселенной закричали:
– Вы не можете так поступить! По крайней мере, дайте мне сначала узнать, что случилось с этим белобрысым преподобным! Выжил ли он после волны ужасающих ядерных взрывов?!
– Ведь он не мог умереть, верно?
– Тот белокурый досточтимый снял с себя все снаряжение и отдал старшему Ба Суну, прежде чем устоять перед ядерным взрывом. Может быть, у него был какой-то запасной план?
Все практикующие во вселенной были встревожены. Даосский священник Горизонт глубоко вздохнул и посмотрел на небо. Далее ему предстояло принять волну силы добродетели, которая принадлежала ему.
«Мне не нужно много, достаточно силы добродетели, чтобы противостоять Внутренней Демонической Скорби», – подумал Горизонт. Хотя он прошел через жизнь и смерть во время 5 + 1 небесной Скорби, и его воля стала твердой… Но если уровень Внутренней Демонической Скорби будет слишком высоким, он не был уверен, что сможет пройти через нее. В это время сила воли всех людей во вселенной собралась к Даосскому Священнику Горизонту. По сравнению с силой добродетели Сун Шухана и Дворцового Мастера Талисмана Семи Жизней, этот свет добродетели был ничтожно мал.
Даосский священник Горизонт горько усмехнулся – всё было кончено, такой слабый свет добродетели не мог противостоять Скорби Внутреннего Демона.
– Маленький друг Шухан, похоже, что я скоро столкнусь со Скорбью Внутреннего Демона… Если я не смогу пройти через нее, то тебе и товарищу даосу Талисману Семи Жизней придётся поделить сокровища горы Цзян поровну. Я оставил способ ввода сокровищ горы Цзян в «Всемирной экспресс-доставке трёх веков» процветающего Великого Ся, где мы встретились. Вам нужно только сообщить там мое даосское имя и пароль 1314 для техники придания силы, – сказав это, даосский священник Горизонт горько усмехнулся и закрыл глаза, ожидая, когда наступит Скорбь Внутреннего Демона.
От последних слов даосского священника Горизонта тело Дворцового Мастера Талисмана Семи Жизней напряглось. Он забыл, что нечто похожее на «последние слова» он говорил и Маленькому Другу Сун Шухану! В тот момент он почувствовал, что находится на грани смерти. Тогда он попросил Маленького Друга Сун Шухана передать девам-феям из Группы Номер Один Девяти Провинций, что у него сложилось хорошее впечатление о них, или что он в них влюблен. Это была темная история, которую он скрывал все это время. Обычно он надевал черную ветровку и солнцезащитные очки с серьезным выражением лица, не позволяя никому узнать о своей истинной природе.
Дворцовый Мастер Талисман Семи Жизней сказал:
– Насчет этого, Маленький Друг. Можешь ли ты притвориться, что не слышал того, что я сказал тебе перед тем, как преодолеть Скорбь?
– А? – Сун Шухан был ошарашен.
И тут он же вспомнил последние слова Дворцового Мастера Талисмана Семи Жизней. Если бы Дворцовый Мастер Талисман Семи Жизней не упомянул об этом вопросе, то, учитывая склонность Сун Шухана, он бы точно забыл о нем и больше не вспоминал, но теперь, когда Дворцовый Мастер Талисман Семи Жизней упомянул о нем, Сун Шухан сразу вспомнил. С этим ничего нельзя было поделать. За исключением тех, кто применял особые техники культивирования или получил черепно-мозговую травму, у большинства культиваторов была очень хорошая память.
Увидев внезапно просветлевшее выражение лица Сун Шухана, Дворцовый Мастер Талисман Семи Жизней захотел умереть.
– Не волнуйтесь, старший. Мой рот очень плотно закрыт, и я никому не расскажу об этом деле. К тому же, старший, вы теперь целы и невредимы. Поэтому мне не нужно никому рассказывать о твоих последних словах, – сказал Сун Шухан.
Талисман Семи Жизней похлопал Сун Шухана по плечу. Он очень ценил такого юниора, как Сун Шухан. Однако он считал, что необходимо сделать так, чтобы рот Сун Шухана был плотнее. Например, он мог бы использовать подарок, чтобы набить рот Сун Шухану. Тем временем, когда даосский священник Горизонт почувствовал, что ему конец, произошло нечто неожиданное.
В воздухе к даосскому священнику Горизонту устремилась еще одна волна силы добродетели. Эта волна силы добродетели была очень рассеянной, но ее было очень много. За одной волной пришла другая, потом еще одна… и так далее. В итоге на тело даосского священника Горизонта одна за другой обрушилось более тридцати волн силы добродетели.
– Что происходит? – даосский священник Горизонт почувствовал, что эта волна силы добродетели не была чем-то, что он получил во время своего выступления. Может быть, в прямой трансляции речи Сюй Аньшэна была показана сцена преодоления скорби Старейшиной Уайтом, и он получил в награду «силу воли» всех практиков во вселенной? В любом случае с помощью этой волны силы небесной скорби ему больше не нужно было беспокоиться о своем Внутреннем Демоне.
Даосский священник Горизонт был так взволнован, что слезы наполнили его глаза…
После того как даосский священник Горизонт закончил сливаться с силой добродетели, тела Сун Шухана, даосского священника Горизонта и Дворцового Мастера Талисмана Семи Жизней стали иллюзорными. Казалось, что они вот-вот покинут Сферу Небесного Скорби. Однако Вечность остался в Сфере Небесного Скорби.
Перед уходом Сун Шухан окинул взглядом Сферу Небесного Скорби, но так и не смог найти фигуру Старейшины Уайта. Он не знал, какой метод использовал Старейшина Уайт, чтобы противостоять второй волне Небесного Скорби. Подождите, это ведь не был метод воскрешения, верно? Он вспомнил, как Старейшина Уайт отдал ему все свое оборудование. Разве это не то же самое, что снять с себя все снаряжение и вернуться в город после воскрешения?
Как раз в тот момент, когда Сун Шухан глубоко задумался, в воздухе появилась масса световых частиц, быстро превратившаяся в эмбриональную форму Старейшины Уайта.
– Э? Шухан, вы собираетесь уходить? Не надо, у меня еще есть большой план, в котором мне нужна ваша помощь! – с тревогой воскликнула эмбриональная форма Старейшины Уайта.
Сун Шухан замолк. Покинуть Сферу Небесного Скорби теперь было не в его силах.