Глава 14. Потому что ты такой

— Ну-у... всё-таки ужасно клонило в сон.

После выездного занятия мы вчетвером шли по коридору и делились впечатлениями.

— Ага... Я в какой-то момент просто сдался и уснул.

— Ничего не поделаешь. Мы ведь перед этим в гору поднимались, да ещё и усталость как раз начала накрывать.

И вырубился далеко не один Фудзисиро. Я сам был на грани, так кто бы стал его за это винить?

— Из-за того, что Такуто уснул, нам с Нарумией пришлось не спать и вести конспект для отчёта.

— Угх...! Л-ладно, виноват! В следующий раз угощу тебя любимым десертом!

— Вот как. Тогда дам списать.

При слове «десерт» лицо Идзуми явно смягчилось. Похоже, она любит сладкое.

— Нарумии бургером отплатить пойдёт?

— Э, мне тоже?

— Само собой... Так что не будете ли вы так добры показать мне конспект?

— Д-да! Конечно!

То есть после школы мы вместе пойдём есть гамбургеры, а ещё поделимся конспектом для отчёта... Как же это по-дружески.

— Эй, я вообще-то тоже не спала!

— Ты клевала носом. В твоём конспекте наверняка сначала придётся расшифровывать почерк.

— Госпожа Рио, господин Юхи. Прошу, смилуйтесь и над этой жалкой, но милой мной и поделитесь конспектом!

— Да-да.

Сэридзава склонила голову, а Идзуми со вздохом отмахнулась от неё.

— Безмерно благодарна! А! Господин Юхи! Не желаете ли чего-нибудь попить? Эта милая я мигом сбегает и купит!

— Э? Погоди...

Не успел я остановить Сэридзаву, как она уже умчалась к автомату с напитками, стоявшему чуть поодаль. И всё же даже в такой момент она не забывает про милоту. Отдадим должное.

Я смотрел ей вслед, пока она бежала к автомату, и тут Идзуми заговорила:

— Так вот, насчёт испытания смелости.

Похоже, она хотела воспользоваться тем, что Сэридзавы рядом нет, и заранее обсудить детали. И правда, скоро начнётся костёр, так что другой возможности всё согласовать втроём у нас почти не будет.

— Мы всё-таки подстраиваем жребий, верно?

— Да... Такуто, ты тоже не против?

— ...Ага.

Фудзисиро кивнул с необычно серьёзным лицом.

...А? Для простой подмены жребия у него какое-то слишком тяжёлое выражение. Будто он о чём-то беспокоился. Я только попытался понять, что именно меня в этом насторожило, как...

— Спасибо за ожидание!

Сэридзава вернулась, по пути ловко купив напиток и себе. С этого момента разговор естественно перешёл к предстоящему костру.

А потом время вечернего костра наступило буквально в мгновение ока. Перед нами, второгодками, собравшимися на площадке, подожгли большой костёр, сложенный из дров, и вокруг поднялись радостные голоса. Огонь потрескивал, искры взлетали в небо, которое уже начинала затягивать темнота, и зрелище выходило почти сказочным.

— ...И всё-таки что вообще делать на костре, кроме как смотреть на огонь?

Стоявшая рядом Сэридзава, тоже глядя на пламя, тихо пробормотала это. Её профиль, подсвеченный огнём, как всегда был правильным, а из-за атмосферы казался даже хрупким. И я честно подумал: красивая.

На самом деле, не знаю, замечала ли она сама, но взгляды парней вокруг то и дело тянулись к ней. Ну, если я это скажу, она точно начнёт меня дразнить, так что промолчу.

Убедившись, что рядом, кроме Сэридзавы, никого нет, я заговорил.

Кстати, Фудзисиро и остальные ушли к другим друзьям.

— В романтической комедии это было бы важное событие. А в реальности, кроме большого огня, особо и не воодушевляет. С виду эффектно, а по сути часто довольно скромно.

— Вот именно! В романтической комедии тут обычно признание происходит или хотя бы иллюстрация вставляется!

Думаю, любой отаку поймёт: школьные события, которые в ранобэ или аниме выглядят ярко, в реальности чаще всего заканчиваются довольно буднично. Не то чтобы они совсем не весёлые, просто ждёшь слишком многого и остаёшься слегка обманутым. Хотя даже такое событие можно сделать особенным. Всё зависит от самих людей.

Например, от тех общительных ребят, которые вон там поют модную песню, или от пары, которая танцует под подбадривающие крики вокруг.

...Ага, мне такое не светит. Как человек, который не любит выделяться, я понятия не имею, как вообще можно на такое решиться. Наверное, мне для этого пришлось бы заменить себя на генетическом уровне. Пока я об этом думал, Сэридзава озорно улыбнулась.

— Хе-хе. Похоже, чтобы запустить событие, тебе не хватило моей симпатии.

— Ахаха, вот досада. А мне казалось, моя симпатия к тебе довольно высокая.

— ...?!

Сэридзава удивлённо распахнула глаза и резко повернулась ко мне. Её лицо, кажется, слегка покраснело.

— Что такое? И вообще, ты не покраснела?

Стоило мне спросить, как Сэридзава отвернулась и выдала:

— Т-тебе показалось!

— Правда? Нет, ты всё-таки красная.

— Показалось! Это всё костёр!

Она ответила так, будто пыталась изобразить какой-то очень неумелый рэп.

Ну, значит, показалось. Хотя ощущение, что она что-то пытается скрыть, всё равно оставалось.

— ...Я на всякий случай спрошу: ты ведь правда не делаешь это нарочно?

— Э? Что именно?

Я не понял, к чему был вопрос. Когда я озадаченно моргнул, она вздохнула:

— ...Ну да, конечно. В качестве маленькой мести не скажу. Вот и мучайся дальше.

Она показала мне язык и куда-то убежала.

— Э-э...? Да что это вообще было?

Пока мы занимались примерно этим, учителя объявили свободно болтавшим ученикам, что дальше будет испытание смелости.

Вокруг поднялся шум, но я уже знал, поэтому спокойно слушал объяснения. Если собрать правила коротко, получалось вот что:

— группами идти к святилищу неподалёку, можно разделиться на пары;

— у святилища лежат самодельные талисманы, подготовленные учителями, и нужно принести один обратно;

— по дороге учителя будут прятаться и пугать участников;

— кто благополучно заберёт талисман и вернётся, может расходиться и идти в комнату.

Примерно так.

— Ну, короче, обычное испытание смелости.

Выслушав правила, Фудзисиро сказал это вполголоса.

— Ага. Но учителя, похоже, очень старались.

— ...Иначе было бы скучно, да?

— Ну да. Так что делаем? Идём вчетвером?

На вопрос Сэридзавы я украдкой переглянулся с Идзуми.

— Раз уж есть возможность, может, разделимся на две смешанные пары? Так будет интереснее.

Идзуми, как и договаривались, подняла эту тему. Пока всё шло хорошо. Оставалось только понять, как отреагирует Сэридзава...

— Точно! Я за!

Похоже, беспокоился я зря. Увидев, как Сэридзава загорелась идеей, я незаметно выдохнул с облегчением.

— А как пары решать будем?

— Можно жребием. Я знала, что испытание смелости будет, и подумала, что всё может к этому прийти, так что уже подготовила.

— Вот это Рио! Вот это деловая женщина!

— Да, я знаю.

То, как спокойно она кивнула, было даже впечатляюще. И при этом совсем не звучало заносчиво.

— Давай, Сора, тяни первой.

— Поняла. ...Красный!

— Тогда я синяя. Теперь очередь мальчиков.

Идзуми протянула нам жребий и дважды моргнула. Так, два раза — это, кажется... Вспомнив заранее оговорённый сигнал, я вытянул левую из двух бумажек в её правой руке.

— У меня синий.

— Значит, у меня красный. Я с Сорой.

Всё прошло по плану: нам удалось поставить Фудзисиро в пару с Сэридзавой. Я снова, украдкой, облегчённо выдохнул.

— Э-э, я с Такуто? Ненадёжно как-то.

— Я тебя по дороге брошу.

— Шучу-шучу! Это была шутка!

Глядя на то, как они привычно и дружно препираются, Идзуми тихо вздохнула.

— До нашей очереди ещё есть время, так что я ненадолго отойду в уборную.

Сказав только это, Идзуми направилась в сторону туалетов.

— ...Вот упрямая.

Фудзисиро, смотревший ей вслед, раздражённо почесал голову, и я услышал его тихий голос.

— Прости, Нарумия.

А потом он повернулся ко мне с серьёзным лицом.

— Поменяйся со мной парой.

***

— ...Ха-а.

Стоило мне отойти от всех и спрятаться в тени возле уборной, как изо рта сам собой вырвался тяжёлый вздох.

Я ведь так не люблю такие вещи. На самом деле я до ужаса плохо переношу всё страшное. И, конечно, скрываю это от окружающих. Даже от Соры. Потому что признаться, что я боюсь страшилок, кажется мне ребячеством и чем-то ужасно неприглядным. Что, впрочем, само по себе тоже по-детски и неприглядно. Хорошо бы суметь скрыть это и от Нарумии, раз мы в паре. Честно говоря, я не была уверена, что смогу сохранять такое спокойствие. Наверное, он не стал бы смеяться, даже если бы заметил. И всё равно мне хотелось по возможности это скрыть.

— ...Хотя упрямиться и пытаться это скрыть — самое детское из всего, да?

Я невольно усмехнулась над собой, и тут...

— ...Я так и думал, что ты себя заставляешь.

— Хиу?!

От раздавшегося за спиной усталого голоса я едва не подпрыгнула.

Поспешно обернулась — и увидела там своего друга детства.

— Т-Такуто...! Не пугай меня!

— А, прости.

Такуто извинился, вздохнул и подошёл ближе.

— Да уж. Ты же страшное терпеть не можешь, зачем так над собой издеваться? Испытание смелости вообще не обязательное.

— Я же делаю это, чтобы помочь тебе...!

— Дура. Тебе не нужно ради этого терпеть то, что тебе неприятно. Тем более ты же не хочешь, чтобы остальные узнали.

— Д-да замолчи ты...

Я отвернулась. К досаде, в этом споре у меня не было ни единого шанса. Но от того, что он всё видел насквозь, стало неловко, и я всё равно продолжила огрызаться.

— ...Вместо того чтобы думать обо мне, тебе стоило бы заботиться о Соре, своей напарнице...

— Увы. Я уже поменялся с Нарумией.

— Что?

От неожиданных слов мысли на миг остановились, но я тут же заставила себя заговорить.

— П-почему?!

Ведь это значило, что он сам отказался от права пойти в паре с Сорой. И ему от этого не было вообще никакой выгоды. На мой вопрос Такуто ответил тоном, даже не пытаясь скрыть недоумение:

— В смысле почему? Я знаю, что ты плохо переносишь страшное и пытаешься это скрыть. Думаешь, после этого я смогу поставить свои чувства к Соре выше тебя?

— ...!

От его серьёзного взгляда у меня перехватило дыхание.

— В общем, теперь никто ничего не узнает. Так что можешь спокойно бояться.

Сказав это шутливо, Такуто легонько положил ладонь мне на голову.

— П-прекрати обращаться со мной как с ребёнком.

Я слегка отмахнулась от его руки.

— Ладно-ладно. Короче, успокоишься — возвращайся.

Такуто с едва заметной улыбкой развернулся, махнул рукой и пошёл прочь. Я смотрела на его удаляющуюся спину и тихо сказала:

— Дурак... Вот потому что ты такой...

Если бы Такуто и Сора сошлись, я наконец смогла бы покончить с этим чувством. Потому что ты всё время такой, я никак не могу отказаться от этого чувства.