Глава 24. Долгожданное первое занятие (2)

Внутреннее чутье подсказывало ей правду.

Этот человек. Именно он был ее спасителем, вызволившим ее во время теракта в поезде. Она не могла привести никаких разумных доводов или логических обоснований, но порой человеческая интуиция била точно в цель.

Словно завороженная, она пристально смотрела на Юджина. В то время как остальные провожали его неприязненными взглядами, одна лишь Ирис ловила каждое его движение. В это мгновение ей даже показалось, будто во всем огромном зале остались только они вдвоем.

— Итак, есть ли желающие бросить мне вызов?

«Точно, это он».

— Если нет, я бы хотел пригласить помощника, на примере которого смогу продемонстрировать свои навыки...

«У него даже голос красивый».

Сухой и лишенный эмоций, но в то же время резкий голос этого мужчины эхом отозвался в ее сознании, заставив все тело трепетать от волнения. Теперь сомнений не оставалось.

Человеком, который спас ее, был Юджин Валхар.

Зверь в человеческом обличье, устроивший великий переворот в Империи и безжалостно расправившийся с аристократами.

Ее инстинкт продолжал отчаянно кричать об этом.

Тяжело сглотнув, Ирис с замиранием сердца следила за тем, как Юджин обводит студентов взглядом. Его холодные, глубокие зрачки казались загадочными, мешая разгадать его истинные мысли, и это ощущение разделяли абсолютно все присутствующие.

Подавив студентов своим присутствием, Юджин заговорил:

— Хорошо. Поскольку это наше первое занятие, я выберу для спарринга лишь одного человека. К тому же, здесь есть тот, кто давно меня интересует.

Кто-то, кто его интересует? Кто же это?

«Я? Или кто-то другой?»

Пусть это и отдавало излишней самонадеянностью, лицо Ирис постепенно залилось румянцем от нахлынувших чувств. Когда в последний раз ее сердце колотилось так бешено, а тело сковывало подобное напряжение?

Взгляд Юджина медленно переместился на Ирис. Стоило его холодным глазам остановиться на ней, как по ее телу пробежала необъяснимая дрожь. Этот пугающий, но в то же время приятный трепет заставлял ее опасаться, что подобное чувство может войти у нее в привычку.

С замиранием сердца Ирис ждала его следующих слов, отгоняя мысль: «Да нет, не может быть». Сглотнув сухую слюну, она отчаянно надеялась, что он узнает ее.

И тут...

— Лесен, сын Императора Меча. Я слышал, ты лучший студент рыцарского факультета. Поскольку тебе придется несладко в первый же день, я начислю тебе дополнительные баллы вне зависимости от исхода поединка. Поднимайся.

Он вызвал Лесена, сидевшего прямо рядом с Ирис.

— Ах...

Из ее груди невольно вырвался полный разочарования вздох. Лесен же, который, как и Ирис, втайне надеялся услышать свое имя, мгновенно схватил меч и, словно только этого и ждал, поднялся на помост.

— Отлично, я давно хотел скрестить с вами мечи.

— Хороший настрой.

С коротким металлическим звоном Лесен плавно обнажил клинок. Голубая аура меча, вспыхнувшая на самом кончике лезвия, выдавала в нем рыцаря незаурядного мастерства. Затаив дыхание, все присутствующие уставились на Юджина и Лесена.

Но затем Юджин повел себя крайне эксцентрично. Пристально оглядев Лесена, он коротко вздохнул и убрал свой меч обратно в ножны. Этим жестом он словно показывал, что даже не считает стоящего перед ним юношу достойным соперником.

— Что вы делаете?.. — пробормотал Лесен, выразив недоумение всех собравшихся в зале студентов.

Юджин ответил ему коротко:

— Не думаю, что мне понадобится меч. Если я буду неосторожен, все может закончиться плохо.

Меч ему не понадобится. Услышав это, Лесен лишь недоуменно склонил голову набок. Его противник не принял даже элементарной боевой стойки, не говоря уже о готовности к сражению. И все же подготовка была завершена.

Неужели это и была та самая снисходительность, присущая истинно сильным людям?

Стоило этой мимолетной мысли промелькнуть в его голове, как случилось непредвиденное.

«А?»

Вспышка — и прямо перед глазами Лесена возникла чужая ладонь. Движение оказалось слишком стремительным, чтобы на него среагировать.

Схваченный за воротник, он взмыл в воздух под действием этой непреодолимой силы. В следующее мгновение вторая рука противника обрушилась на запястье Лесена.

Раздался сухой хруст. От мощного удара его запястье онемело, и пальцы сами собой выпустили рукоять. Все произошло в мгновение ока, так что разум юноши просто не успевал осознать случившееся.

Тяжелый удар, подобный кузнечному молоту, пришелся прямо по его затылку. Долго раздумывать над тем, чем именно его ударили, не пришлось, ведь Юджин обрушил на его голову свой голый кулак.

— Кхек!..

Выскользнув из хватки Юджина, тело Лесена с грохотом врезалось в землю. В месте падения по полу паутиной разбежались глубокие трещины. Сын Императора Меча, буквально впечатанный в помост, судорожно вздрогнул несколько раз, после чего его тело окончательно обмякло.

Лесен, лучший студент рыцарского факультета.

Неспособен продолжать бой.

Иного описания для этой картины не существовало.

Посмотрев на потерявшего сознание Лесена, Юджин дал ему краткую оценку:

— Примерно на уровне центуриона Племени Салах. С хилиархом ему пока не совладать. Он даже не освоил навык предчувствия опасности.

Лучший студент рыцарского факультета находился всего лишь на уровне центуриона Племени Салах. Окинув притихших учеников взглядом, Юджин произнес:

— Раз уж лучший из вас показывает такой результат, продолжать не имеет смысла. На сегодня занятие окончено. Я лично отнесу Лесена в лазарет, так что можете не беспокоиться.

Слово «жестоко» здесь даже не подходило. Все произошло настолько молниеносно, что присутствующие пребывали в полном оцепенении. Особенно Ирис, которая, вновь встретившись взглядом с Юджином, задрожала всем телом и подумала:

«Я... я опущу глаза. Опущу глаза...»

Возможно, ее сердце колотилось вовсе не от волнения, а от первобытного страха.

«Простите... простите меня».

В этот миг она наконец объективно осознала свое место.

◆ ◆ ◆ ◆

Разумеется, Лесен не умер. Да и какой смысл мне был убивать важную персону, за которой я вообще-то должен был присматривать? Он лежал на соседней койке, живой и невредимый. Рина Кросс пристально смотрела на Лесена, растянувшегося на больничной постели.

— Кх-х-х... — издавал предсмертные стоны несчастный студент.

Согласно заключению заведующего лазаретом, парень должен был прийти в себя уже сегодня. Заметив, что тот действительно начинает шевелиться, Рина с самым непринужденным видом устроила мне допрос:

— Так ты все-таки отправил его в нокаут?

— Я сделал это вовсе не из личной неприязни. Все это чистое недоразумение.

— И все же обстоятельства выглядят крайне подозрительно.

Обстоятельства. Я мысленно пробежался по своему прошлому.

Приют, который я основал, чтобы провести там спокойную старость. Пока другие изнывали от переутомления, я не торопясь попивал кофе, с удовольствием почитывая газету и диссертацию моей младшей сестры.

В этой повседневной жизни все складывалось идеально, пока внезапно объявившиеся главные герои романтического фэнтези не разрушили мою идиллию, вынудив меня поступить в Академию под вымышленным именем. Да еще и главная героиня оказалась обладательницей невероятного таланта, на которую нацелились силы зла.

Вдобавок ко всему, в Академии три «читерских персонажа» проявляли ко мне странную одержимость. Президент студенческого совета была смертельно больна, а стоящая передо мной министерша жила лишь ради удовольствия поддразнивать меня.

— Если подумать, у тебя действительно были на то причины.

С таким прошлым никто бы не удивился, сорвись я на ком-нибудь из-за накопившегося стресса. Покорно признав ее правоту, я решил не спорить. Заметив это, Рина слегка приподняла уголки губ и спросила:

— Ну и как результаты проверки? Нашел что-нибудь стоящее?

— К сожалению, учить его придется еще очень многому. Он едва дотягивает даже до уровня центуриона.

— Если сравнивать с теми террористами в поезде?

— Сравнивать их даже как-то неловко. Те двое считались настоящими ветеранами в своем деле, не так ли?

Я не просто так назвал инцидент с терактом в поезде «сюжетным поражением». Бывший центурион Племени Салах и опытный шаман — студенты Академии изначально не имели против них никаких шансов.

И если уж Лесен, сильнейший и самый опытный боец рыцарского факультета, находился на таком уровне, то об остальных и говорить не приходилось.

— Не слишком ли у тебя завышенные стандарты?

— Твои критерии тоже не назовешь мягкими.

Конечно, мои требования действительно были высоковаты, и в этом крылась главная проблема. Моя цель заключалась в том, чтобы за один семестр подтянуть главных героев до уровня сверхлюдей, так что мне приходилось быть придирчивым.

«По крайней мере, он не зажмурился во время атаки».

Если во всем этом и были хорошие новости, то лишь одна: у Лесена определенно имелся талант к фехтованию. Пусть он и не сумел среагировать на мой выпад, его глаза четко зафиксировали направление и траекторию удара.

Его тело просто не поспевало за слишком стремительным движением. Стоило ему приблизиться к уровню сверхлюдей, как он смог бы без труда отразить подобную атаку, так что ситуация не казалась безнадежной.

Достав блокнот, я быстро набросал несколько строк. Это должно было стать для парня лучшей наградой. Рина заглянула в мои записи и с легкой усмешкой поддразнила:

— Император Меча будет просто в восторге, верно? Секретные техники, полученные из рук самого героя войны.

— Подобным я могу поделиться без всяких сожалений.

Созерцание — Проекция.

Для Лесена, обладавшего отличным динамическим зрением, это станет первым шагом на пути к обретению силы сверхчеловека. Ему нужно было хотя бы дорасти до уровня щиколоток Рины, иначе в этой жестокой Академии ему просто не выжить.

«Растите сильными, детишки».

Если хочешь как следует приударить за главной героиней, для начала обзаведись силой, способной это подкрепить. Стоило мне закончить писать, как со стороны кровати донесся тяжелый стон.

— Кх... кхек!

Повернув голову на звук, я увидел, как Лесен резко очнулся, словно от громкого звонка будильника. С искаженным от ужаса лицом, покрытым каплями холодного пота, он принялся лихорадочно озираться по сторонам, напоминая человека, только что проснувшегося после кошмара с погоней.

А затем он вздрогнул.

Лесен увидел нас с Риной.

— Х-хек!

Из его груди вырвался испуганный возглас. Впрочем, по сравнению с реакцией министра Милии, это выглядело довольно мило. Равнодушно взглянув на перепуганного Лесена, я произнес:

— Ты очнулся, Лесен. Я ждал тебя.

— Кх-х-х-ок!

«С чего это он опять так перепугался?»

Стоявшая позади Рина тихонько посмеивалась, наблюдая за нашей нелепой беседой. Сделав несколько глубоких вдохов, Лесен наконец пришел в себя и вместо невнятных воплей впервые заговорил на нормальном человеческом языке:

— Я... я был неправ. Я не узнал вас и...

Теперь он нес откровенную околесицу. Поняв, что нормального диалога у нас не выйдет, я просто продолжил говорить то, что собирался:

— Наш спарринг завершился моей победой. Было много разочаровывающих моментов, но ситуация не совсем безнадежна.

— В-вот как?..

— Вот обещанные дополнительные баллы. Изучи это как следует и научись применять на практике.

— Ч-что?

Лесен прищурился, вчитываясь в написанные на листке строчки. Эта записка содержала в себе суть «Созерцания» — техники, развивающей динамическое зрение до такой степени, чтобы видеть вещи насквозь. За подобные знания любой фехтовальщик отдал бы целое состояние.

И все же я так небрежно отдал ее в качестве обычных бонусных баллов. Должно быть, именно это и повергло его в замешательство.

«На самом деле в этом нет ничего особенного».

Пусть это и именовалось тайным руководством и секретной техникой, метод тренировок был настолько причудливым, что освоить его могли лишь единицы. Выкладывать за это баснословные деньги только из-за красивого названия могли лишь богатые дураки.

Обратившись к застывшему словно каменное изваяние Лесену, я добавил:

— К тому же, недавно ты узнал от Ирис об «изогнутом ударе, который быстрее прямого», верно?

— Д-да.

— Если ты освоил изогнутый удар, то следующим шагом раздели своим мечом свет.

— Разделить его?

— И следуй за траекторией и остаточным сиянием света своим клинком. Словно рисуешь картину.

Затем я изложил ему базовые принципы Искусства Меча Звездного Потока.

— И наконец, сияй сам по себе. Не завися от чужого блеска. Понимаешь?

Эти три правила составляли основу Искусства Меча Звездного Потока — стиля фехтования, которым владел Пепельный рыцарь.

Изумление на лице Лесена постепенно сменилось глубоким осознанием, словно на него снизошло великое озарение, и он посмотрел на меня с предельной серьезностью. С таким выражением лица обычно смотрят на своего кумира.

— Почему вы учите меня столь многому?

— Причина?

Услышав этот серьезный вопрос, я коротко вздохнул.

«Да просто потому, что ты главный герой».

Стоило ли мне придумывать какую-то возвышенную причину ради романтической истории этого юноши? Скосив глаза в сторону, я заметил Рину, которая с предвкушающей и лукавой улыбкой ждала моего ответа.

«Да еще и Рина стоит рядом...»

Тихо вздохнув, я наполовину обнажил свой длинный меч, демонстрируя лезвие Лесену.

— Суть меча — это проекция. Он представляет собой сосуд, отражающий окружающий мир.

— О...

Стоило мне заговорить, как Рина тихонько ахнула. Это было так в ее духе — она буквально жила ради того, чтобы подкалывать меня.

— Проекция?..

Тем временем Лесен слушал меня с еще более благоговейным видом. Это действительно сводило с ума. Не в силах выносить этот тяжелый, преданный взгляд, я просто прикрыл глаза и продолжил объяснение:

— Меч не может сиять сам по себе. Он должен полагаться на свет других вещей. Следовательно, у меча нет собственной жизни.

Возможно, сообразительные люди сразу бы поняли, к чему я клоню.

— Но живя подобным образом, человек неизбежно обретает собственное видение. И когда ты взрастишь это видение, твой меч наконец засияет сам по себе.

Если три упомянутых ранее принципа составляли основу Искусства Меча Звездного Потока...

— То вершина Искусства Меча Звездного Потока — это способность сиять самостоятельно. В этом и заключается истинный предел мастерства владения мечом.

То, что я говорил сейчас, являлось самой сутью этого стиля.

— Лесен, у тебя есть все задатки для того, чтобы освоить Искусство Меча Звездного Потока.

Ведь каждый понимал, насколько ценны эти знания.

— Не сомневайся в собственном пути. Именно поэтому я обучаю тебя Искусству Меча Звездного Потока.

Никаких лишних объяснений больше не требовалось.

— Хык...

Сзади внезапно донесся сдавленный смешок. Это определенно была Рина, изо всех сил пытавшаяся сдержать рвущийся наружу хохот.

И как только она жила до встречи со мной?

Наверняка развлекалась бы тем, что изводила Тьера и Ее Величество Императрицу.

— Я понял. Спасибо вам.

Кхем, к счастью, Лесен выглядел глубоко тронутым моими словами. Почтительно поклонившись в знак благодарности, он поднялся на ноги и поспешно покинул лазарет. Его пошатывающаяся походка выглядела довольно неуверенно, ведь он еще не до конца восстановился, но поскольку с ним все было в порядке, я решил не вмешиваться.

— Юджин, у тебя действительно талант к преподаванию.

— Госпожа министр, пожалуйста, помолчите.

— Я была искренне удивлена. Не знала, что Искусство Меча Звездного Потока таит в себе столь глубокий смысл.

— Прошу вас, вы ведь и так прекрасно знали это объяснение.

Ну за что она так со мной? Разве позора в клубной комнате мне было недостаточно?

И стоило мне только выдержать эти насмешки со стороны Рины...

— Юджин! Как ты мог так поступить со мной?! Открыл лекции, даже не предупредив меня, да еще и обучаешь моего сына Искусству Меча Звездного Потока!

— Ты с ума сошел?! Избиваешь детей?! Это что, шутка какая-то?!

— Я доверяю тебе, Юджин. Уверена, у тебя были на то веские причины. Но ты ведь не собираешься избивать нашу Святую прямо во время занятий, верно? Скажи, что нет!

Как на меня тут же обрушилось давление со стороны трех «читерских персонажей».

— Ха-ха, господа. Пожалуйста, выслушайте меня для начала.

И все же, разве это не было относительно мягким исходом? Мне оставалось лишь натянуто улыбаться.