Глава 5. Противостояние в сточной канаве

Появление двух незваных гостей словно высосало весь воздух из общей спальни, погрузив её в мёртвую тишину.

Жильцы, до этого дремавшие в алкогольном и усталом полузабытьи, теперь затаили дыхание, ощущая гнетущее давление, исходившее от порога.

Они, возможно, не знали, кто эти прилично одетые люди, но инстинкт выживания обитателей дна позволял им безошибочно чуять опасность.

Мозг Линь Цзе, при виде холодного лица антиквара, испытал мгновенную перегрузку и перезапустился.

За секунду в голове пронеслось бесчисленное множество вариантов: «Бандитская разборка? Тайная полиция? Или… какая-то таинственная организация, связанная с этим дневником и пистолетом?».

У него не было времени на раздумья, тело среагировало раньше мыслей.

В тот миг, когда их взгляды встретились, он захлопнул дневник, сунул его за пазуху, и в то же мгновение откинулся назад. Словно испуганная кошка, он скатился со своей койки.

— Взять его!

Мужчина в котелке у двери нарушил тишину коротким приказом.

Его спутник, крепко сложенный мужчина со шрамом на щеке, тут же широкими шагами ринулся в комнату, его огромная, как лопата, рука метнулась к плечу Линь Цзе.

Он двигался быстро, намного быстрее обычного человека, очевидно, был хорошо обученным профессионалом.

Однако он недооценил хаос в этой комнате и отчаянное желание Линь Цзе выжить.

Пока здоровяк нёсся к нему, Линь Цзе уже был на полу. Он не стал подниматься, а перекатился и тут же залез под соседнюю кровать.

Кровать была низкой и грязной, и только тот, кто всю жизнь провёл на самом дне, мог без колебаний забиться в эту жирную темноту.

Уверенный захват здоровяка пришёлся по пустому месту, его огромная ладонь сжала лишь клок старой ваты.

— Проклятая крыса! — прошипел здоровяк и, не раздумывая, одной рукой поднял дощатое основание кровати, чтобы вытащить Линь Цзе.

Однако Линь Цзе не собирался задерживаться здесь ни на секунду. Он залез под кровать лишь для того, чтобы выиграть мгновение.

Как только он скрылся из виду, он тут же вылез с другой стороны и пнул ногой стоявший рядом деревянный ящик, полный пустых бутылок.

— Дзинь-ля-ля!

Десятки стеклянных бутылок, словно осколки шрапнели, покатились по полу в сторону здоровяка, издавая оглушительный звон. Тот инстинктивно отпрянул в сторону, что снова замедлило его.

А Линь Цзе, воспользовавшись этим, уже бросился к единственному окну в комнате.

Это было старое деревянное окно, которое можно было поднять лишь наполовину. За ним простирались глубокие и грязные переулки Уайтчепела.

Мужчина в котелке предвидел его намерения и уже перекрыл дверь, так что окно оставалось единственным путём к спасению. Линь Цзе не стал возиться с проржавевшим засовом, а сжался в комок и с силой ударил по нему плечом!

— Бах!

Гнилое дерево и стекло с треском разлетелись от его мощного удара.

Холодный ветер с древесной щепой ворвался в комнату, а правое плечо Линь Цзе обожгла острая боль. Но ему было не до этого, он обеими руками ухватился за раму и приготовился выпрыгнуть.

В этот момент за спиной раздался резкий свист!

Волосы на голове Линь Цзе встали дыбом. Повинуясь боевому инстинкту, он неосознанно вскинул назад револьвер «Вебли», который всё это время сжимал в левой руке, прикрывая спину.

— Дзынь!

Раздался резкий звон металла о металл!

Мощный удар пришёлся по корпусу пистолета, отчего у него занемело запястье, а тело непроизвольно вылетело из окна.

Он успел заметить, как мимо промелькнул серебристый блеск — это был точно брошенный метательный нож странной формы!

Если бы не инстинктивный блок пистолетом, этот нож пробил бы ему спину и пригвоздил к оконной раме. Но жгучая боль всё же пронзила правое плечо.

Он упал со второго этажа.

Высота была меньше трёх метров, не смертельная. Внизу оказалась куча зловонного мусора. Мягкая свалка послужила естественной подушкой и спасла ему жизнь.

Не успев ощутить отвратительное прикосновение, он тут же вскочил на ноги и, не оглядываясь, нырнул вглубь лабиринта переулков.

— Бесполезный! Он ушёл! — донёсся из комнаты разъярённый рёв здоровяка.

— Не торопись, в Уайтчепеле он далеко не убежит. Сообщи нашим «глазам», пусть перекроют район. Раненый азиат здесь заметнее светлячка, — голос мужчины в котелке оставался холодным и бесстрастным. Он подошёл к окну, посмотрел вниз на пустой переулок, и его взгляд стал глубже.

Линь Цзе бежал.

Рана на правом плече кровоточила. Смешавшись с грязью из мусорной кучи, она вызывала приступы головокружения.

Но он не смел остановиться.

Хотя шагов за спиной ещё не было слышно, он чувствовал, как вокруг него быстро сжимается невидимая сеть.

Он бежал без всякого плана, сворачивая на каждом перекрёстке, устремляясь туда, где было темнее.

Он вёл себя как крыса из лондонской канализации. И только сейчас он был безмерно рад, что выбрал для ночлега именно Уайтчепел.

Это был аппендикс Лондона, место, забытое законом и порядком.

Извилистые переулки, бесчисленные тупики и потайные двери, похожие друг на друга, но совершенно беспорядочно построенные дешёвые многоквартирные дома — всё это было естественным лабиринтом для беглецов.

Свернув за очередной угол, он резко остановился и спрятался за огромным деревянным мусорным баком, отчаянно пытаясь унять сбившееся дыхание.

Ему нужна была передышка, а ещё больше — время подумать.

Кто они? Чрезвычайно организованные, жестокие, с экипировкой и дисциплиной, превосходящей обычную полицию.

Они явно пришли за дневником и пистолетом.

Неужели тот немецкий джентльмен принадлежал к какой-то могущественной организации? А он, «вор», укравший вещи их товарища, теперь стал объектом их полномасштабной охоты.

Эта мысль повергла его в отчаяние.

В этот момент трепет, исходящий, казалось, из самой глубины души, встряхнул его смятенные мысли.

Он опустил взгляд на револьвер «Вебли», который по-прежнему крепко сжимал в руке.

Уникальный холод от рукояти непрерывным потоком проникал в его ладонь, словно струя ледяной воды в знойный день, гася часть пламени тревоги и паники в его сердце.

Взгляд Линь Цзе постепенно прояснился.

Он осознал ключевой момент: в той критической ситуации, на волосок от смерти, он инстинктивно использовал пистолет для идеального блока.

Это была не просто случайность. Казалось, будто само оружие направляло его мышцы, заставляя совершить самое правильное действие.

Этот пистолет, эта вживлённая в него чешуйка, возможно, не просто «успокаивали разум», но и в какой-то степени улучшали его реакцию.

Это открытие вызвало у него бурный восторг.

Но за ним последовало ещё большее недоумение.

Как это работает? Он не понимал ни слова из того, что было написано в дневнике. Сейчас у него в руках было оружие для убийства драконов, но он не мог прочитать даже простейшую инструкцию к нему.

Из устья переулка донёсся свист, имитирующий крик совы.

Больше оставаться здесь было нельзя.

Линь Цзе глубоко вздохнул и снова сжал в руке холодное железо. Этот холод придал ему смелости продолжать. Он отказался от идеи бесцельно блуждать по лабиринту.

Ему нужно было найти место, где можно было бы по-настояшему спрятаться. Убежище, о котором эти профессионалы даже не подумали бы, куда не осмелились бы сунуться.

В его сознании всплыла карта Лондона и сведения о самых грязных и хаотичных районах той эпохи.

Уайтчепел был хаотичен, но всё ещё находился в юрисдикции Скотленд-Ярда. Но в самом сердце этого хаоса было место, которого боялись даже полицейские, считая его запретной зоной, «территорией вне закона».

Это был настоящий ад на земле и, в то же время, его единственное возможное убежище, единственный шанс на спасение.

Линь Цзе определил направление, снова пригнулся и, словно серый призрак, растворился в густой, грязной ночи Лондона.