Глава 53. «Противостояние»

— Ли Цяньюнь… — Шэн Цзе прищурился, глядя на незваных гостей. — Не ожидал. Я думал, такой человек, как ты, не опустится до подобных манер.

— Вежливость хороша к месту и к людям.

— Тем же, кто попирает Порядок, на радушный прием рассчитывать не стоит.

Ли Цяньюнь вошел внутрь, и за ним гуськом потянулись остальные. Хотя в двери теперь зияла дыра, туман из коридора не проникал внутрь, словно натыкаясь на невидимую преграду.

— Попирает Порядок? Не понимаю, о чем ты. — Шэн Цзе развел руками. — Подозреваешь нас в убийстве? Не смеши, мы сами только что вырвались из лап Проклятия…

Прежде чем он успел закончить свою жалобу, Ху Цянь швырнула под ноги троице пакет с чем-то темным. Она с насмешкой перевела взгляд на клетки, которые Шэнь Жун и Хоу Сымин пытались загородить собой:

— Неужели? Тогда к чему такая страсть к животноводству? Зачем вам эти мерзкие грызуны? Собираетесь натравливать их на монстров в тумане?

Увидев содержимое пакета, Шэнь Жун и Хоу Сымин похолодели.

Внутри лежала та самая чумная крыса – плод их совместных талантов, единственная, которой удалось сбежать!

— Так вы пришли из-за этого малыша? — В отличие от занервничавших подельников, Шэн Цзе сохранил невозмутимую улыбку.

— Хоу Сымин и Шэнь Жун – мои друзья. Сегодня я пригласил их, чтобы обсудить особенности наших игровых личностей. А эти подопытные… мы приняли все меры предосторожности, но с наступлением тьмы на нас обрушилось Проклятие. Из-за суматохи одна и улизнула.

— Как бы то ни было, это наша оплошность. Если мы доставили вам неудобства, я готов компенсировать это едой и водой.

«Откупиться от проблем». Шэн Цзе всегда предпочитал этот метод, но человек перед ним, кажется, не собирался принимать условия сделки.

— Ты серьезно думаешь, что я поверю в эту сказку, Шэн Цзе? — Ли Цяньюнь смотрел на него так, словно видел насквозь. — Или ты решил, что моя личность Детектив – это просто бесполезный титул, не способный учуять запах чужой злобы?

Шэн Цзе на мгновение замер, но тут же беззаботно рассмеялся:

— Ха-ха, ауры, запахи… всё это слишком туманно. Если это все твои доказательства, Ли Цяньюнь, то как ты собираешься убедить остальных?

— Я просто делаю то, что считаю правильным. А что касается остальных… думаю, все, кроме твоих прихлебателей, будут только рады моему вмешательству.

Ли Цяньюнь обернулся к Чжан Мэнци и ее спутницам. — Я прав, староста?

Заметив в его голосе нотки иронии, Чжан Мэнци не подала виду и просто кивнула:

— Ли Цяньюнь заслуживает доверия. Мы полагаемся на его суждение.

— Вот оно как… Хитро вы всё провернули… — Поняв, что переговоров не будет, Шэн Цзе вдруг ухмыльнулся. — «У этой игры на выживание нет финала, пока не погибнет половина участников».

— Решили использовать Ли Цяньюня как карающий меч? Немало усилий приложили, моя дорогая староста.

— Неужели вы правда думаете, что никто не знает о ваших грязных делишках? И после этого вы смеете строить из себя жертв? Это просто смехотворно.

— Шэн Цзе, не стоит бросаться беспочвенными обвинениями, — мягко произнесла Ань Цинсюэ, выглядевшая совершенно невинно. — Ты сам сказал: нужны доказательства. Раз Детектив Ли не предъявляет нам претензий, значит, мы чисты.

— …

Ли Цяньюнь никак не прокомментировал ее слова. — Я уже говорил: пока правила не установлены, старые обиды забыты. Но с этого момента любого, кто бросит вызов Порядку…

В руке Ли Цяньюня появился винтажный револьвер с холодным матовым блеском. Черное дуло нацелилось прямо на Шэнь Жун и Хоу Сымина, стоящих за спиной Шэн Цзе. — …ждет немедленное возмездие.

Огнестрельное оружие – абсолютный символ Насилия.

Ситуация стала критической. Шэнь Жун и Хоу Сымин замерли, чувствуя, как кровь стынет в жилах.

Но Шэн Цзе вдруг расслабленно улыбнулся.

В следующий миг на комнату обрушилась колоссальная мощь меча, буквально придавив всех присутствующих к месту.

Одновременно с этим спокойный, густой голос прорезал пространство:

— Эти люди под моей защитой.

Бог Меча Ян Ян!

Неужели за спиной Шэн Цзе стоит он?

Лица трех девушек, чьи движения были скованы, помрачнели. Ху Цянь могла бы вырваться из-под этого давления, но не спешила, желая увидеть, как поступит Ли Цяньюнь.

— Ян Ян, ты собираешься покрывать бесчестных людей, погубивших товарища? — Ли Цяньюнь не дрогнул под давлением. От него начала исходить едва заметная святая аура, постепенно рассеивающая тяжесть чужого присутствия.

— Погубивших товарища? — Удивленный тем, что Ли Цяньюнь сопротивляется его воле, Ян Ян заговорил снова. — Я не знаю, что у вас произошло, но Шэн Цзе – мой партнер. Что бы ни случилось, вы его не тронете.

— Значит, ты хочешь защитить только Шэн Цзе? Это упрощает задачу. — С помощью таинственной силы Ли Цяньюнь полностью освободился от оков давления. Он направил револьвер на Хоу Сымина. — Злоба исходит только от двоих – призывателя Хоу Сымина и зараженной Шэнь Жун. Если Шэн Цзе официально разорвет с ними связи, я не стану его трогать.

— Босс Шэн, спаси! — В ужасе закричал Хоу Сымин, видя, что Ли Цяньюнь снова может двигаться.

— …

План с чумой провалился. Крыса обнаружена еще до начала эпидемии. Шансов извести остальных этими методами больше нет.

Это означало, что Хоу Сымин и Шэнь Жун стали бесполезны.

Способности Ли Цяньюня явно выходили за рамки обычного Детектива.

Вместо того чтобы рисковать собой ради отработанного материала, лучше позволить им принести последнюю пользу…

Ускорить Стяжательство и подтолкнуть игру к финалу.

Под отчаянные мольбы Хоу Сымина Шэн Цзе просто промолчал.

— Шэн Цзе, ты мерзкая тварь! — Поняв, что их сдали, Шэнь Жун исказилась в лице. От ее образа благородной девицы не осталось и следа. — Хоу Сымин, чего застыл! Если не ударим сейчас, нам конец!

Но прежде чем они успели пошевелиться, и даже раньше, чем Ли Цяньюнь нажал на спуск, Шэн Цзе бесстрастно произнес:

— Брат Ян, сделай милость, заставь этих предателей замолчать.

Едва он договорил, как две невидимые полосы ударили из пустоты, мгновенно снося обоим головы.

[Хоу Сымин, кв. 501, роль «призыватель» – МЕРТВ]

[Шэнь Жун, кв. 702, роль «зараженный» – МЕРТВА]