Глава 568. Это может сработать
Чёрное копьё пронзает сердце, вытягивая из него ману. Медленно и почти незаметно сердцебиение слабеет, но сердце остаётся живым, продолжая подпитывать копьё. Это сердце производит больше маны, чем я способен сгенерировать на данный момент.
Копьё вытягивает ману со всё большего расстояния, включая ближайшие мана‐батареи и расположенную на противоположном конце комнаты колонну с сердцем поменьше.
На данном этапе я уверен, что не смог бы перехватить над ним контроль, даже если бы захотел.
Я наблюдаю за тем, как копьё пульсирует в мрачном ритме, закручивая ману вокруг умирающего сердца, и от одной лишь мысли о попытке перехватить над ним контроль по коже бегут мурашки. Какое‐то время я просто стою, впитывая в себя это зловещее зрелище, и осознаю, что эта мана никогда не предназначалась для моих рук. Это проявление силы, превосходящей даже моё нынешнее понимание – того, что я обрёл лишь благодаря тому, что воедино сошлось такое множество факторов.
Я сжимаю кулаки, выравниваю дыхание и решаю отступить. Я выхожу через те же двери и коридоры, что и раньше, и добираюсь до поверхности острова.
Взмыв высоко в небо, я выделяю часть своего разума на отслеживание всех сигнатур участников, а затем протягиваю Лей‐Линии в ту зону, где находится большинство из них. После этого я привязываю одну Линию к копью, которое запускаю вниз, к поверхности, находящейся в нескольких милях подо мной.
Затем я телепортируюсь по [Лей‐Линии] и появляюсь рядом с участником с Нормальной сложности. Он даже не замечает меня, отчаянно сражаясь за свою жизнь со зверем.
Я краду его фраг и использую Танец Призрака, чтобы к нему приблизиться. Кладу руку ему на плечо, и импульс маны пробивает его защиту ещё до того, как он успевает меня заметить, после чего я телепортирую его вниз, на поверхность, по заранее протянутой туда [Лей‐Линии].
Мне совершенно ни к чему собирать отрицательные очки за участников.
Я телепортируюсь снова и появляюсь перед женщиной с Лёгкой сложности; она в очках и сжимает в руках копьё.
"Я... я знаю тебя, ты тот псих..."
Не дав ей договорить, я добираюсь до неё и с ещё большей лёгкостью, чем прежде, отправляю её на поверхность.
Следующим, до кого я добираюсь, становится мужчина со Сложной сложности. Засекнув моё присутствие, он поворачивается ко мне; когда я делаю шаг в его сторону, он отступает назад.
"Эй... что ты... стой! Стой!" — кричит он.
Затем он замахивается на меня своей булавой.
Я позволяю булаве ударить меня, и в мой резервуар втекает тонкая струйка маны благодаря активации моей уникальной пассивки. Как и с двумя предыдущими, я искажаю его ману и телепортирую его прочь.
Я повторяю этот процесс ещё с 39 людьми, затратив на это всего несколько минут, за время которых также убиваю любого монстра, попадающего в радиус моего восприятия. И всё же здесь остаются тысячи зверей – кто‐то скрывается глубоко в системе пещер, кто‐то в руинах, а остальные обитают в пещерах у основания парящего острова или же в лесу.
Прежде чем покинуть остров, я смотрю через Радужку Мана‐Волн туда, где оставил копьё из чёрной маны.
Это место напоминает водоворот, затягивающий ману со всё разрастающейся территории. И сам остров уже слегка кренится.
Я уверен, что когда он рухнет с высоты в несколько километров, большинство обитающих на нём зверей погибнет. А когда чёрное копьё впоследствии дестабилизируется, это должно спровоцировать дополнительный взрыв. И я позаботился о том, чтобы модифицировать копьё таким образом, чтобы это рано или поздно произошло.
Летя по воздуху, я бегло проверяю таймер. Из 10‐часового лимита времени остаётся ещё около 9 часов.
Я направляюсь в сторону моря; шторм на горизонте теперь стал ещё ближе: непроглядная стена туч и непрекращающиеся вспышки молний. Пролетев над деревьями, я добираюсь до каменистых равнин, а затем до усыпанного бледно‐красным песком пляжа. Там, неподалёку, спокойно выжидает ещё один зверь особого ранга.
Ониксочешуйчатая Гидра распласталась на бледно‐красном песке; её массивное тело перекатывается медленными, размеренными движениями. Иссиня‐чёрная чешуя едва заметно поблёскивает, подобно вулканическому стеклу, а её зазубренные края напоминают заточенный камень. Под бронированной шкурой перекатываются мощные мускулы; каждое движение порождает глухой скрежет, разносящийся в воздухе.
От туловища вздымаются семь голов, каждая из которых уникальна и в то же время пугающе похожа на остальные; их рога изгибаются под разными углами. У всех у них одинаковые черты морд, отличающиеся лишь цветом глаз.
Там, где песок встречается с морем, о хвост зверя разбиваются волны. По касающейся зверя воде пробегают дуги молний. Вдалеке на многие мили раскинулся шторм, чьи молнии раскалывают небеса. Гидра остаётся неподвижной, её головы извиваются в идеальной синхронии, ожидая, пока кто‐то или что‐то бросит ей вызов.
Приземлившись на песок, я сбавляю шаг и подхожу к группе людей, стоящих на опушке леса и наблюдающих за зверем с расстояния в две мили.
"Йо," — первой здоровается Майя.
"Хей," — отзываюсь я.
"У тебя из глаз течёт кровь," — подмечает она.
Вместо ответа я просто вытираю кровь рукавом рубашки.
"Почему вы, ребята, просто наблюдаете?" — спрашиваю я.
Я киваю в знак приветствия юной кореянке, сражавшейся бок о бок с Пэком, нескольким людям с Адской сложности, судя по их сигнатурам, и моему старому приятелю BenDover'у, который скрылся за деревьями в тот же миг, как только меня засёк.
Майя пожимает плечами.
"Эта гидра знает о нас, но эта тварь слишком ленива, чтобы нападать. Мы подоспели как раз вовремя, чтобы увидеть, как она уничтожила группу из 5 человек с Адской сложности, верно, Кан Джи‐Вон?"
Майя кладёт руку на голову юной кореянки и ерошит ей волосы.
Кан Джи‐Вон смотрит на неё с безэмоциональным выражением лица, но не предпринимает никаких попыток вырваться.
"Мисс Knight, пожалуйста, прекратите," — просит она.
От этого Майя лишь сильнее ерошит ей волосы и поворачивается ко мне.
"Всё в порядке?"
"Да, без проблем."
"Если тебе нужна помощь..."
"Я знаю. Я попрошу."
"Чёрт возьми, На... Noname, ты же знаешь, как сильно я ненавижу эту ситуацию, так?"
"Могу себе представить."
"Как бы там ни было, вон та женщина в жёлтой рубашке – правая рука твоей сестры."
Майя указывает на слушающую нас женщину.
Её сигнатура – одна из сильнейших здесь. Тоже участница из Запределья? Нет, я замираю. Очевидно, что Запределец – просто она на удивление искусно скрывает свою ману.
Ей около 25 лет, она невысокого роста – лишь немногим выше Лили. У неё голубые глаза, иссиня‐чёрные волосы, а бледную шею охватывает тонкий чокер. Я узнаю в нём артефакт; на её запястьях красуется ещё несколько похожих предметов.
Оружия при ней нет, и, как и сказала Майя, она одета в жёлтую футболку. На ней красуется принт с недовольным чёрным котом, сжимающим кружку кофе.
Можно с уверенностью сказать, что эта футболка с Земли.
"Меня зовут Глория," — здоровается она.
"Привет," — отзываюсь я.
Затем я поворачиваюсь к Майе.
"Вам стоит оставить эту тварь в покое и вместо этого набрать столько очков, сколько сможете. Я прикрепил к тебе [Лей‐Линию], так что потяни за неё в случае необходимости или если кто‐то нападёт на зверя."
"Ты не собираешься убивать её прямо сейчас?"
Я качаю головой.
"Она, вероятно, слишком сильна, чтобы я смог убить её быстро или без жертв со своей стороны. Я вернусь к ней позже, после того как проверю остальных зверей."
Прежде чем уйти, я мысленно фиксирую план поля боя, оглядывая группу, а затем снова взмываю в воздух, запустив небольшую тепловую сферу туда, где прячется BenDover.
Раздаётся взрыв золотого пламени, и он немедленно бросается вглубь леса, не останавливаясь и не оглядываясь.
Гидра сильна. Гораздо сильнее того зверя, которого я только что убил. Всё это время как минимум одна из голов следила за мной, ни на миг не сводя с меня глаз. Никто из присутствующих, кроме Глории, этого не почувствовал, но Гидра непрерывно сканировала нас, наблюдая за нашими мана‐сигнатурами и оценивая нашу силу.
И мне совершенно не нравится тот факт, что она до сих пор не напала, хотя, судя по системному сообщению, теперь она должна быть куда агрессивнее. Мне не нравится этот глубокий интеллект в её глазах.
Прямо в полёте я перевожу взгляд вверх, на исполинский остров, парящий в нескольких километрах над землёй.
Парящий почти прямо над тем местом, где находится Гидра.
Понятно.
Это может сработать.
◯
Спустя час я покидаю руины внутри парящего острова, использовав ещё одно копьё из чёрной маны для разрушения его источника энергии. Как и в предыдущий раз, оно тут же начинает поглощать всю ману в округе, постепенно разрушая механизмы, удерживающие остров в воздухе, а заодно и все его системы безопасности.
Первый остров, с которым я проделал то же самое, всё ещё держится в воздухе, но если раньше он плавно зависал на месте, то теперь покачивается из стороны в сторону, а торчащий из его основания исполинский кристалл пошёл трещинами.
По моим прикидкам, до его падения остаётся ещё час. За несколько минут до того, как это произойдёт, мне придётся максимально зачистить зону падения от участников. Остров висит не так уж высоко, поэтому удар вряд ли будет слишком сильным, но этого должно с лихвой хватить, чтобы погубить многие десятки тысяч населяющих его зверей.
Весьма вероятно, что я получу не так много очков, как если бы перебил их собственноручно. Существует также вероятность, что я вообще не получу никаких очков, хотя в этом я сомневаюсь. Система вознаграждает людей исходя из их вклада и частенько использует эту формулировку. Она умеет разделять опыт, когда над убийством монстров работают сообща несколько человек. И всё же это не обычный этаж Обучения, а турнир, так что всё может работать иначе, и было бы глупо на это полагаться.
Я отбрасываю взрывом очередного зверя – длинную змееподобную тварь с дюжиной пар ног, которая обожает погружаться в землю и атаковать снизу.
Когда этот «царь зверей» материализуется, ему требуется мгновение на реактивацию защиты. Краткая, но фатальная слабость.
Я добираюсь до края парящего острова и спрыгиваю вниз, чтобы достичь его нижней части, пронизанной корнями и расположенной поблизости от гигантского кристалла. Там я формирую тепловую сферу, стабилизируя её до предела своих возможностей, и начинаю накачивать её тепловой энергией через едва приоткрытую печать на ⌠Сердце Воспламенения⌡. Я вдавливаю сферу в окружающую её породу, которая тут же начинает плавиться, и использую связанные с помощью [Вязания] термостойкие нити, чтобы намертво закрепить её на стене.
Затем я начинаю наслаивать вокруг неё нити маны, сплетая их в начертания, не сильно отличающиеся от узлов рассеивания на моих ладонях, ступнях и спине – тех самых, что я создал на случай критического скопления тепловой энергии в теле из‐за Сердца Чемпиона.
Я делаю это начертание достаточно прочным, чтобы его хватило как минимум на несколько часов, и добавляю простенький механизм контроля.
Наконец, я возвожу вокруг него защиту и барьеры для скрытия сигнатуры, и ещё несколько минут продолжаю накачивать тепловую сферу энергией, после чего запечатываю, чтобы потом заполнить её ещё больше.
Я беру паузу, оценивая проделанную работу. Конструкция грубая, но надёжная, и после ещё парочки проверок я смотрю вниз – на расстилающуюся далеко внизу землю, на бледно‐красный песок, на море с его нарастающими волнами и на угнездившуюся там чёрную гидру.
Затем я взмываю в воздух и направляюсь туда, где засёк третьего зверя.