Глава 571. Остаётся один час
Мои резервы маны теперь куда скромнее; вот сколько энергии потребовалось, чтобы пережить «приземление» острова вместе со всеми взрывами, особенно тем, что был вызван дестабилизацией чёрной маны.
И всё же я благодарен монстру за то, что он показал мне, какие вещи я способен пережить, и спасибо ему за напоминание не недооценивать противников, насколько бы сильным я себя ни считал. Как доказала гидра, у каждого припрятан козырь в рукаве.
Одна из голов лопается от перенапряжения, когда зверь разгоняет свой мозг на износ. Земля под ним вспучивается и выстреливает шквалом каменных копий.
Я даже не пытаюсь их блокировать; вместо этого я телепортируюсь, появляясь ближе. Ещё одна голова раздувается, когда гидра пытается использовать тот самый навык, чтобы сорвать мои телепортации и приковать меня к месту, но в этот раз я пришёл подготовленным.
Эта попытка накрывает меня и сковывает, но я расширяю свой [Домен Маны] и сжимаю [Затмение] вплотную к коже, прорываясь сквозь неё и телепортируясь снова – на этот раз прямо перед гидрой.
Взрывается ещё одна голова, и она снова телепортируется.
Остаётся три головы, но тем временем успевает регенерировать ещё одна.
Я слежу за ней; оцениваю скорость регенерации и подмечаю порядок, в котором она происходит. Я также отмечаю, что Ониксочешуйчатая Гидра по какой‐то причине не желает подпускать меня близко. Я преследую её по земле, раз за разом используя Танец Призрака, лавируя между деревьями, участниками и обрушивающимися на меня атаками.
Молнии, каменные копья, лёд и пламя. Все они несут колоссальные разрушения, разрывая лес на части и убивая любого, кто оказывается слишком близко, но гидра продолжает отступать всё дальше. Она жертвует несколькими головами, пока не добирается до бушующего моря и не ступает на поверхность воды. Поблизости в воздухе трещат молнии от шторма, и начинает лить дождь, сопровождаемый ураганным ветром.
Я формирую вокруг своего тела броню – на этот раз обычного размера. Я разворачиваю заранее заготовленную структуру и сжимаю её, ни на миг не сводя глаз с гидры. Я отслеживаю каждое движение, которое зверь совершает своей маной.
Когда мы оказываемся лицом к лицу, гидра снова телепортируется – глубже в шторм, и я следую за ней. В мою броню бьют молнии, ветер пытается отшвырнуть меня в воздух, а сверху обрушиваются потоки воды.
Я едва различаю гидру из‐за того, что тёмные тучи застилают небо, а на нас обрушивается проливной дождь. Но, наконец подготовившись, я бросаюсь в атаку, используя Стойку Пульсара, совершая короткие прыжки и уклоняясь от ударов.
Гидра берёт под контроль бьющие сверху молнии и направляет их на меня, а затем сжимает воду в лазероподобные струи, чтобы разрезать меня на куски.
Я непредсказуемо перемещаюсь между атаками и тянусь маной к шторму. Внутри сферического пространства, окружающего нас, всё замирает. Ветер стихает, воздух останавливается, а поверхность моря становится такой же безмятежной, как в безветренный день. Повисает тишина, и гидра издаёт рёв.
Две её головы искривляются и разрываются на части, когда она снова пытается сковать меня на месте. Но в этот раз я прорываюсь мгновенно, приближаясь быстрыми шагами, от которых на воде вокруг нас не остаётся ни единой ряби.
Она пытается телепортироваться, но я высвобождаю выброс кинетической энергии, которую собирал из турбулентности шторма. Этот импульс бьёт в ту голову, на которой виднеются признаки ранения, что приводит к срыву телепортации. Я направляю ещё два выброса и взрываю вторую голову, пока зверь защищается от одной из атак.
[Перераспределение] окружает зверя, и я усиливаю его чёрной маной. На этот раз уже я сдерживаю гидру, замораживая все её движения.
Остаётся три головы, и я уже знаю, на какую именно нацелиться. Прежде чем она успевает отреагировать, [Эмпирейское Копьё] прошивает очередную голову насквозь.
Моя броня расширяется, чтобы сравняться со зверем в размерах, и я отпускаю контроль над штормом. Снова начинает лить дождь, и завывает ветер, вздымая на море волны, когда я врезаюсь в него.
Я хватаю одну из двух оставшихся голов; моё сердце бьётся всё быстрее, преобразуя ману в кинетическую энергию. Я сжимаю её изо всех сил, раздавливая голову до тех пор, пока она не лопается.
Затем я хватаю последнюю голову, но, не успеваю я ничего сделать, как она взрывается сама по себе. Меня окатывает кровью, которая шипит, проедая мою ману, даже несмотря на то, что её начинает смывать дождём.
Она добирается до моего тела, обжигая кожу и искажая ману. Плечо и спина горят, когда плоть плавится, обнажая кость. Разрушение распространилось бы дальше, но я искажаю ману внутри самой крови и ломаю структуру её навыка. Кровь становится обычной – просто горячей красной жидкостью.
Я чувствую позади движение и укрепляю броню.
Воспользовавшись тем, что я отвлёкся, реактивная струя воды разрезает мою броню по диагонали, и её останавливает лишь самый последний слой, не дав разрезать меня на куски.
Регенерировавшая голова гидры вгрызается в меня, непрерывно посылая разряды молний сквозь мою броню. Шторм подпитывает её: молнии бьют в гидру, проходят через её тело и вливаются в меня.
Встретившись взглядом с этими пронзительными синими глазами, я укрепляю броню. Я продолжаю вязать и сплетать ману, используя Лей‐Линии для формирования новых слоёв, которые перенаправляют молнии. Внутри меня скапливается всё больше кинетической энергии.
В этот миг мой разум чист и спокоен; не остаётся ничего, кроме моей сосредоточенности на этом бое и моих способностях.
Когда хвост устремляется к нагруднику моей брони, чтобы пронзить тело, из моей спины вырастает ещё одна рука и перехватывает его, удерживая на месте. Две другие мои руки тянутся к голове гидры, хватая её с обеих сторон, и я начинаю сжимать.
Молнии бьют с новой силой, вырываясь из пасти гидры, пока она обрушивает их на мою броню и целит в голову. Слои трескаются и осыпаются один за другим, пока не остаётся лишь последний, который держится на честном слове.
Я даже не моргаю.
Красная кровь зверя продолжает брызгать на мою ману, въедаясь в неё и шипя, несмотря на яростный ветер и проливной дождь. От отчаяния молнии становятся ещё мощнее, раз за разом ударяя в меня, пока я восстанавливаю свою защиту.
Гидра теряет контроль, и молнии впиваются в её собственное тело. В отчаянной попытке спастись она пытается вырваться, но я держу крепко, сжимая ещё сильнее.
Череп хрустит, и до меня доносится отдача от вызванных этим кинетических вибраций. Один из её глаз вылезает из орбит и лопается.
Сделав последнее усилие, я направляю всю мощь в броню и с силой схлопываю ладони; зажатый в них череп разлетается на куски взрывом из плоти, мозгов и крови.
Даже при тех колоссальных требованиях, что всё это предъявляет к моей концентрации, я слегка приоткрываю печать вокруг ⌠Сердца Воспламенения⌡, позволяя ему сделать несколько ударов. С каждым сердцебиением высвобождается выброс тепловой энергии, и вокруг меня вспыхивает золотое пламя. Оно подпитывает мою исцеляющую пассивку, испаряет дождь и кипятит море внизу, после чего обрушивается на тело гидры. Пламя выжигает обрубки её семи отсечённых голов, раз за разом сталкиваясь с ониксовой чешуёй, пока наконец не прорывается сквозь неё.
< ◇ >
Четвёртый зверь особого ранга был побеждён! Оставшийся зверь особого ранга почувствовал гибель четырёх зверей особого ранга. Теперь он всегда будет знать, кто их убил и точное местоположение этого участника.
< ◇ >
Я телепортируюсь прочь, а затем ещё раз. Шторм обрушивается на пляж и продвигается дальше, на материк. Даже парящие в небе острова приходят в движение под натиском ураганных ветров. Я сверяюсь с таймером и проверяю, сколько времени у меня осталось.
После этого я больше не охочусь на монстров. Вместо этого я добираюсь до вершины одного из островов и, так же как и раньше, пробираюсь к тому месту, где находится одно из этих исполинских сердец. Рядом с ним я закрепляю одну из своих Лей‐Линий, а оказавшись снаружи, протягиваю её к другому острову, где также добираюсь до аналогичного помещения.
Обе Лей‐Линии соединяются, и я продолжаю протягивать эту линию дальше. Я начинаю телепортироваться между двумя локациями, устанавливая начертания из Лей‐Линий или нитей маны, которые я сплетаю и связываю, если мне требуется больше гибкости. Я даже разламываю части комнаты и расплавляю манапроводящие материалы, чтобы вплести их в собираемую мной сеть начертаний.
Каждые несколько минут я проверяю таймер в ожидании того момента, когда Лиссандра выпустит последнего зверя, и в нужный час создаю два копья из чёрной маны. Каждое из них пронзает одно из сердец, чтобы вновь начать поглощать ману.
Мои начертания временно не дают чёрной мане въесться в только что созданную мной сеть, поэтому вместо неё чёрная мана переключается на более лёгкую цель: ману, вырабатываемую самим сердцем.
Остаётся чуть больше часа, и внутри одной из таких комнат я усаживаюсь на пол, чтобы изучить этот процесс: то, как чёрная мана поглощает чужую ману, разницу в том, как она на меня воздействует при включённой и выключенной пассивке [Тирана Мана‐Волн], и то, как чёрная мана реагирует с текущей [Лей‐Линией].
Я заодно осматриваю начертания, из которых состоит комната: те, что оплетают сердце, те, что вокруг руки, и ещё один набор, подпитывающий руку, чтобы та исцеляла сердце. Моё внимание привлекают два типа жидкостей, закачиваемых в голову: одна бледно‐голубая, а вторая красная, как кровь.
Здесь есть масса материалов, которые мне даже не знакомы, и контуры, вырезанные такими способами, о которых я и подумать не мог. Я уверен, что мог бы потратить целые дни, а то и недели на их изучение и эксперименты.
В какой‐то момент я чувствую приближение знакомого присутствия, поэтому остаюсь на месте. Она не торопится, неспешно направляясь ко мне.
Она входит в руины, проходит сквозь них и порой останавливается на минуту‐другую, чтобы с любопытством изучить очередную находку. В какой‐то момент она даже отвлекается и начинает следовать за появляющимися зверями просто для того, чтобы за ними понаблюдать.
Спустя какое‐то время ей, похоже, становится скучно, и она поворачивает прямо туда, где нахожусь я. Когда она оказывается близко, я переключаюсь на обычное зрение и наблюдаю, как Мирра заходит через проделанную мной дыру в металлической двери.
"Привет, дикарь!" — произносит она.
"Привет, Мирра."
"Не похоже, что у тебя сегодня хороший день."
"Могло быть и хуже. Ты здесь, чтобы передать послание, или просто прохлаждаешься?" — спрашиваю я.
"Хе‐хе, я бы сказала, второе. Ближе подойти безопасно?" — интересуется она, указывая на колонну с сердцем, пронзённым моим копьём.
"Если будешь держаться рядом со мной."
"Поняла," — произносит она.
Быстро преодолев расстояние длинными, проворными шагами, Мирра садится на пол рядом со мной.
Следующие пять минут она не сводит глаз с колонны, чёрного копья и гигантской головы. Её жёлтые глаза широко распахнуты, а хвост покачивается из стороны в сторону.
"Ты ни разу не спрашивал о моём подклассе, дикарь," — произносит она.
"Я слышал из надёжного источника, что задавать подобные вопросы – верх невежества."
"Но ты ведь грубиян."
"...И какой же у тебя подкласс, Мирра?"
"Жадность. Может, потому я ей и нравлюсь – если это можно так назвать. Тебе свой называть не обязательно, я и так знаю."
Она одаривает меня улыбкой, обнажая клыки.
"Хорошо," — киваю я.
Она поднимает руку и кончиками пальцев осторожно касается шрама, горизонтально пересекающего её нос и небольшую часть лица, – я уверен, что она могла бы от него избавиться, если бы захотела.
В тусклом свете этого места поверхность шрама поблёскивает иначе, чем остальная кожа. Из‐за освещения он кажется глубже и краснее.
"Мне жаль, что я не рассказала тебе о Тесс."
"Я понимаю."
К моему удивлению, это, похоже, её раздражает – её настроение выдаёт дёргающийся хвост.
"Ненавижу, когда ты используешь этот навык концентрации," — произносит она и порывисто встаёт.
"Увидимся после испытания. И, дикарь... удачи."
После этого она досрочно покидает испытание и исчезает, чтобы наблюдать со стороны – возможно, по указанию Лиссандры.
Её слова кажутся какими‐то неправильными... словно я упустил нечто важное.
◯
Три. Два. Один.
Остаётся один час, и впервые всплывает системное уведомление.
< ◇ >
Поздравляем! Вы дожили до финального часа испытания. Остаётся один час.
Следующие звери были убиты:
Ониксочешуйчатая Гидра
Штормочешуйчатый Василиск
Угольнорогий Бегемот
Ловчий Ночнотени
Зверь особого ранга Иссохший Коготь сумел выжить и теперь будет стремительно набирать силу в соответствии с условиями испытания!
За 30 минут до конца испытания его усиление будет стремительно ускорено.
За 10 минут до конца испытания он достигнет ранга Чемпиона и выше!
Текущее количество очков в награду за убийство Иссохшего Когтя: 15 000.
Количество очков будет увеличиваться на 500 в минуту до отметки в 30 минут, затем – на 1000 в минуту.
На отметке в 10 минут они будут увеличиваться на 5000 в минуту.
На отметке в 1 минуту они будут увеличиваться на 10 000 в секунду.
На отметке в 30 секунд стоимость Иссохшего Когтя будет увеличиваться на 100 000 очков в секунду.
< ◇ >
Я перечитываю его несколько раз, прежде чем взглянуть на второе уведомление.
< ◇ >
Теперь доступен список 10 лучших участников второго испытания!
< ◇ >
В голографическом окне передо мной начинают появляться строчки рейтинга – позиция за позицией.
< ◇ >
10‐е место – 5401 очко – Brainiac
9‐е место – 6120 очков – Grumpy
8‐е место – 6580 очков – Tacita
7‐е место – 6751 очко – Renji Hayakawa
< ◇ >
Появляются пять мест, включая имена, которые мне не знакомы. Я знаю, что не все [Короли] приспособлены для охоты на множество противников, но приятно видеть в рейтинге участника из Запределья. Это ясно даёт понять, что лидерство в потоке не выбито в камне, поскольку в каждом из них должна быть пара‐тройка людей, соревнующихся за первое место.
< ◇ >
6‐е место – 6940 очков – Maxim Sarov
< ◇ >
Этот русский мальчишка с теневыми созданиями и энергией пустоты вызывает интерес. Не думал, что его способности окажутся эффективными против большого количества противников.
По мере того как появляются всё новые имена, я ловлю себя на мыслях о всяких пустяках, лишь бы отвлечься.
< ◇ >
5‐е место – 7050 очков – Agni
4‐е место – 7888 очков – CarrotCake
< ◇ >
Я так и думал, что он заберётся так высоко.
< ◇ >
3‐е место – 16 300 очков – Victoria
< ◇ >
Значит, за зверя особого ранга давали, вероятно, 10 000 очков, а остальное Виктория заработала на обычных тварях?
Когда появляется второе место, я чувствую, как начинаю успокаиваться.
< ◇ >
2‐е место – 19 700 очков – Yama
< ◇ >
Отлично.
Появляется последнее место. А рядом с ним имя из одного слова.
Но не моё.
< ◇ >
1‐е место – 37 600 очков – Hadwin
< ◇ >
И ещё одно. Моё место.
< ◇ >
26 576‐е место – 0 очков – Noname
< ◇ >