Глава 126. Случайное владычество (3).

Голос Карлоса до сих пор сидел у Модрио в голове. Мягкий, неторопливый — такой голос легко принять за голос человека, который знает, что делает.

«Не о чем беспокоиться, ваша светлость. Никакого кризиса нет».

Чёрная сфера в небе? Всего лишь забава звёзд, которым нравится стравливать людей. Стена, отрезавшая владение от внешнего мира? Пугало. Разрушенная башня связи? Напротив, признак того, что враг злится: они держатся слишком стойко, вот звёзды и пытаются расшатать их мелкими уколами.

Карлос ни разу не ошибался. По крайней мере, так казалось всему дому графа. Стоило ему заговорить, и тревога оседала сама собой; люди слушали с одинаково затуманенными лицами и принимали услышанное как очевидную истину.

Не кризис.

Не война.

И уж точно не повод пугаться какого-то профессора.

«Данте Хиакапо ничего собой не представляет».

«Пусть возьмёт несколько крепостей».

«Не обращайте внимания».

До позавчерашнего дня Модрио и сам верил каждому слову. Но Данте уже подчинил больше двадцати крепостей на первом и втором ярусах. Делать вид, будто ничего не происходит, становилось всё труднее.

Впрочем, баронет не унывал.

— Данте Хиакапо! — рявкнул он так, что голос разнёсся по залу. — Шею помыл? Я за твоей головой пришёл, охреневший ты ублюдок!

Бояться было нечего. За спиной у Модрио стоял Кайзер Труман.

Для человека его возраста Кайзер успел пугающе много: подмял под себя юг соседнего виконтства Левиан и собрал в одну сеть десятки мелких организаций подполья. Но Модрио видел его в деле и знал: все эти достижения — ерунда по сравнению с тем, на что Кайзер способен на самом деле.

Их первая встреча не забывалась. Ни движения маны, ни заклинания — только короткая фраза, а следом с неба сорвался чудовищный метеор. Взрыв ударил по земле так, что ноги едва удержали Модрио. Потом дом графа объяснял, будто метеор прилетел от той самой чёрной сферы. Модрио лишь фыркнул. Что эти придурки могли понимать?

Он-то видел, кто стоял рядом.

И теперь считал Кайзера и другом, и главным козырем. С таким человеком за плечом можно было чувствовать себя так, словно тебя прикрывает дракон.

— Чего молчишь, профессор? — Модрио распалялся всё сильнее. — Обосрался? Ползи сюда, башку к полу — и, может быть, я ещё оставлю тебя в живых! Какой-то сраный преподаватель решил лезть против графского дома...

Трость ткнулась ему в шею.

Модрио осёкся и повернул голову.

Кайзер смотрел на него без тени улыбки.

«Что я сделал?..»

— Лорд Модрио.

От этого тяжёлого голоса хмель самоуверенности схлынул мгновенно.

— Д-да? Что такое?..

— Выйди.

— А?..

— Третий раз повторять не стану.

Рыцари и вассалы, пришедшие вместе с баронетом, растерянно переглянулись. Кайзер даже не повысил голоса.

— Все вон.

Модрио подчинился. Ссориться с человеком, чьей силы он боялся не меньше драконьей, не хотелось.

Уже у двери он всё-таки обернулся — и застыл.

Человек, казавшийся ему исполином, человек, рядом с которым даже старший брат Модрио выглядел не таким страшным, опустился перед Данте на колено и склонил голову.

«Какого?..»

* * *

— Профессор. Для меня честь снова вас видеть.

В другой обстановке встреча могла бы выйти почти трогательной. Но у щели в двери торчала половина свиты Модрио, и Данте прекрасно это видел.

— Пол грязный, Кайзер. Встань.

Кайзер и на колене умудрялся держаться так, будто ему принадлежит весь зал. Данте это даже понимал: самому всю жизнь приходилось следить за выражением лица, чтобы не выглядеть слабее, чем нужно.

Ему хотелось расспросить Кайзера обо всём, что случилось после их разлуки. Не сейчас. Слишком много чужих глаз и слишком мало времени.

— Поговорить нам есть о чём. Но сначала — дело.

— Согласен.

Они быстро обменялись сведениями. Данте объяснил, что пришёл за Бомитека и что тварь уже висит у них над головой. Кайзер, в свою очередь, рассказал, что успел выяснить о третьем ярусе.

Одна новость заставила Данте выпрямиться.

— Здесь живёт старший профессор Моон Хюль?

— Да. Считается, что он давно ушёл от дел, но я проверил. Он действительно обосновался в этих краях.

Когда-то Моон был легендой боевого факультета. И главное — единственным человеком, способным применять уникальную способность девятого уровня.

«Моон. Герой. Эймон».

До сих пор Данте собирал власть почти на ходу, а один вопрос не отпускал его ни на минуту: способен ли графский дом вообще убить Бомитека?

Теперь у него появились настоящие козыри.

— Ещё один вопрос, профессор. На втором ярусе я наткнулся на следы Академии Спящего Дракона. Их люди ходили по крепостям и устраивали там чёрт знает что. Это тоже было частью вашего плана?

— Отчасти.

— Я так и думал.

На самом деле Данте не думал ничего подобного ещё минуту назад.

Ответ ему подсказал Кван, зависший в воздухе у окна. 【Скрипт】 над ним не отображался, зато [именная метка] была видна прекрасно.

● «Спящий Дракон», первый курс — Кван

— Любишь подглядывать? — бросил Данте, даже не повернув головы.

Кван дёрнулся и исчез так быстро, будто в щель шмыгнул таракан.

Кайзер нахмурился.

— Кто это был?

— Кван.

— А. Этот странный ублюдок...

Если Кван оказался здесь, скорее всего, призвали всю академию. Значит, и остальные четверо из так называемой группы убийц Данте тоже где-то рядом.

Картина наконец сложилась. Эти четверо, похоже, таскали его имя по первому и второму ярусам и разгромили всё, до чего дотянулись. Система засчитала их достижения научному руководителю — вот откуда взялись осколки звёзд.

«Я знал, что они тянут на старших преподавателей. Но чтобы вчетвером перевернуть целое владение...»

Осколков он получил прилично. Радоваться мешала одна мелочь.

«Нужны ли мне эти психи в бою с Бомитека?»

Четыре сильнейших козыря — звучало отлично. Вот только где-то глубоко внутри Данте надеялся, что хотя бы на этот раз они останутся подальше.

Последняя новость Кайзера оказалась ещё неприятнее.

— Повтори. Эймон действительно выкинули после войны, как отработанный инструмент?

— Около трёх лет назад.

— И кто теперь главный советник графа?

— Карлос. Пришёл со стороны вместе с рыцарем по имени Блиоп. Блиоп — боец класса [полуграндмастер].

Вот теперь сошлось всё, что до этого скребло Данте изнутри.

Безумная пассивность графского дома. Уверенность, что никакой угрозы нет. Советник, которому верят безоговорочно. Фальшивый рыцарь, появившийся одновременно с ним.

У [Инвазии] был редкий вариант события — [демон-советник]. Вероятность — всего 0,5%. Высший демон без рогов, специализирующийся на проклятиях сознания и массовых иллюзиях.

Иного внятного объяснения происходящему Данте не видел.

«Моон, Герой и Эймон. Нужны все трое».

Кайзер тем временем сообщил, что Модрио на третьем ярусе уже полностью у него в руках. Первый, второй и третий ярусы фактически перешли под контроль их двоих.

Значит, следующий шаг был до смешного прост.

— Поработаешь для меня клинком?

— Поработаю.

Им предстояло поставить графский дом с ног на голову.

Данте взглянул на трость Кайзера.

— Если она тебе не помешает.

* * *

Модрио так и не понял, в какой момент его собственная экспедиция перестала ему принадлежать.

Данте встретился с четырьмя убийцами в масках слонов и обменялся с ними несколькими фразами. Кайзер начал двигать отряды. Модрио оставалось выполнять указания.

Спорить он не пытался. Вертикальные зрачки Кайзера ясно давали понять, чем это закончится.

Но смотрел Модрио всё время на Данте.

Кайзер, чьё присутствие за два дня успело показаться ему тяжелее власти самого графа, обращался с этим профессором почти как со своим господином.

«Не может быть».

Модрио рос при дворе и, как многие дворяне, научился на глаз прикидывать масштаб человека. Он вырос жадным до денег и вечно зажатым старшим братом, однако это чутьё у него сохранилось.

Кайзер казался человеком куда большего масштаба, чем граф.

Если такой человек склоняет голову перед Данте, то кем тогда должен быть сам Данте?

И почему, чёрт возьми, человек такого масштаба оказался в захолустном графстве?

Ещё хуже было другое.

При дворе графа говорили совсем другое.

Там Данте считали мелочью. Помехой, которую можно убрать в любой момент.

«Кто первый это сказал?»

Карлос.

Два или три года назад он появился из ниоткуда вместе с Блиопом и почти сразу завоевал полное доверие графа. Его советы неизменно оказывались «правильными».

«Данте Хиакапо ничего собой не представляет».

«Пусть возьмёт несколько крепостей».

«Не стоит даже отвлекаться».

Модрио снова услышал в памяти этот гулкий, обволакивающий голос и вспомнил одинаково пустые лица людей вокруг.

К вечеру объединённые силы всех трёх ярусов подошли к графскому замку. Вместе с Данте и Кайзером внутрь вошли четверо убийц в слоновьих масках.

Дальше всё покатилось слишком быстро.

Кайзер управлял ими так, словно заранее видел каждый коридор и каждое движение противника. Рыцари графа падали один за другим. Однако в самом сердце замка продвижение остановилось.

Граф Кахла ещё сохранял силу. Рядом с ним встал лучший меч дома — Блиоп, один из сильнейших мастеров своего ранга, занимавший 1254-е место в общем рейтинге. В руках у него лежал двуручный меч.

Даже Данте не стал бездумно лезть вперёд.

В возникшей тишине первым сорвался Карлос.

— Ваша светлость! Профессора нужно убить!

Модрио вздрогнул. Прежний голос Карлоса успокаивал даже в худшие дни. Теперь тот же голос царапал слух.

— Убейте этого мусорного ублюдка немедленно! Он слуга звёзд! Их орудие против людей! Пока он жив, нападения не прекратятся!

Карлос почти визжал.

— Блиоп! Чего ты ждёшь?! Убей его!

Даже Модрио, уже увидевший достаточно странностей, на миг поймал себя на мысли: «А ведь и правда... может, надо убить профессора?»

Данте не дрогнул.

Те, кого Кайзер успел посвятить в замысел, напряглись. Если Данте прав, людям графства придётся объединиться против чудовища в небе. Но для этого сначала надо убрать Карлоса.

А граф обожал своего советника едва ли не сильнее собственной семьи.

Убить Карлоса сейчас — и вместо общего фронта они получат гражданскую войну. Обе стороны истекут кровью ещё до появления настоящего врага.

— Убейте его! — продолжал орать человек, который ещё недавно разговаривал со всеми почти по-отечески.

И тогда Данте пошёл вперёд один.

— Профессор!

— Не надо!

Его окликнули несколько комендантов крепостей. Он даже не повернул головы.

— Стой! — рявкнул граф. — Ещё шаг — и получишь дыру в башке!

Данте шёл.

Не быстро. Именно поэтому становилось страшнее: человек явно не торопился и не сомневался.

— Сколько ещё, — произнёс он наконец, — ты собираешься водить людей за нос?

Он смотрел прямо на Карлоса.

— Что ты несёшь, звёздная шавка?! — взревел граф. — Кто тебе позволил оскорблять моего советника?!

Звяк!

Блиоп поднял двуручный меч.

Данте остановился лишь затем, чтобы спокойно обратиться к графу:

— Кахла. Человеческое зрение несовершенно. Мозг всё время дорисовывает то, чего мы не видим, и исправляет картину по своему усмотрению. Отсюда и оптические иллюзии.

— Чего?..

— Глаз, привыкший к одному цвету, начинает искажать соседние оттенки. Если слишком долго смотреть на форму, мозг преувеличивает её. А человек, годами глядящий лишь на ближайшее окружение, перестаёт замечать всё, что находится за его пределами.

Данте обвёл взглядом зал.

— Пора посмотреть заново.

Блиоп шагнул ему наперерез.

— Стой!

Фух!

Тяжёлый клинок перекрыл дорогу. Со всех сторон закричали, предупреждая Данте о высоком ранге противника.

Профессор только спросил:

— Вы до сих пор видите перед собой рыцаря?

Никто не успел понять вопрос.

Данте шагнул прямо в тело Блиопа — и вышел из него с другой стороны.

В зале стало тихо.

«Прошёл насквозь?..»

Три года привычки сильнее здравого смысла. Мозг охотно верит тому, что видел каждый день. Блиоп, Карлос, стены родного замка — всё это было знакомым, надёжным, своим.

Чужим здесь оставался только Данте Хиакапо.

Он поднял правую руку.

Кольцо на пальце завибрировало.

Модрио уже чувствовал такую вибрацию в Империи и сразу узнал стигму 「Созвездия ЖнецаΩ」. Волна, способная ломать [иллюзии], прошла через весь замок.

Мир треснул.

―─┹─━–╈‒—━┲─―

Потолок, стены, знакомые коридоры — всё, чему они доверяли годами, рассыпалось, как стекло. Под красивой оболочкой проступили десятки багровых линий, сплетённых в рисунок [проклятия].

Блиоп развалился вместе с иллюзией.

Под ней не оказалось человека.

Не было вообще ничего.

Три года люди видели, слышали и ощущали того, кто никогда не существовал.

Лицо Карлоса вздулось и лопнуло. Под приятной внешностью проступила сеть неестественно перекрученных складок плоти. Один из магов тут же понял: так выглядит последствие [длительной перегрузки].

И всем стало ясно без объяснений.

Карлос — не человек.

Граф Кахла побелел. Модрио перестал чувствовать пальцы. Вассалы вокруг застыли, словно их огрели по голове.

Данте посмотрел на графа.

— Теперь видишь?

За несколько секунд Кахла потерял замок, каким его знал, лучшего рыцаря и советника, которому доверял больше всех.

Дальше сопротивление было коротким. Настоящий облик Карлоса не помог ему: демона скрутили, а затем обезглавили.

Модрио стоял среди обломков чужого наваждения и наконец нашёл ответ на вопрос, который мучил его с первой встречи Данте и Кайзера.

Какой человек способен заставить Кайзера склонить голову?

Для формального господства достаточно титулов, должностей и страха. Ошейник можно надеть почти на любого.

Совсем другое — прийти в чужое место, к чужим людям и добиться повиновения без титула, цепи и привычной власти.

Пожалуй, только такой человек.

Данте Хиакапо.

Теперь Модрио понимал, почему Кайзер Труман служит ему так, словно это само собой разумеется.