Глава 404
Цинь Хаодун чувствовал, что ситуация была тревожной. Если бы он вышел вот так, эта соблазнительная женщина подняла бы его на смех.
— Нет, мне нужно успокоиться.”
После этого он снова окунулся в холодную воду, отработал свои внутренние умственные навыки и захотел быть несчастным. Одним словом, он использовал весь свой арсенал. Через полчаса он, наконец, успокоился.
После долгого вздоха облегчения Цинь Хаодун уже собрался уходить, но вдруг обнаружил, что в ванной нет полотенца.
Что же ему теперь делать? Может ли он вытереть свое тело собственной одеждой?
В то время он очень спешил и не взял с собой никакой одежды, чтобы переодеться. Если бы он намочил свою одежду, у него не было бы никакой одежды, чтобы носить. В тот день он держал на руках кошек и собак. Его одежда была покрыта всевозможными волосами. Он не хотел использовать их в качестве полотенец. “
В этой ситуации он мог только позвонить Ху Сяосянь.
Поэтому он чуть приоткрыл дверь ванной и крикнул: «ведьма, принеси мне полотенце!”
— Подожди минутку, я сейчас приду!”
Ху Сяосянь пошутил и быстро пошел в ванную с совершенно новым полотенцем.
— Малыш, почему ты так долго сидел в ванной? Это не твой стиль. Вы что-то делали, находясь там?”
“Это не твое дело. Мне нравится быть чистым.»Цинь Хаодун протянул руку из ванной и сказал:» Дай мне полотенце быстро!”
Ху Сяосянь положила полотенце ему на руку, но она держала его руку, проводя пальцем по ладони Цинь Хаодуна. Она сказала с улыбкой: «Дорогой, ты хочешь, чтобы я предоставила тебе более комплексные услуги?”
— Эта ведьма приходит и снова дразнит меня!”
На мгновение Цинь Хаодун обнаружил, что от почесывания Ху Сяосяня ему снова стало жарко.
Видя, что Цинь Хаодун молчит, Ху Сяосянь мягко сказал: “Почему ты молчишь? Если ты стесняешься, я войду!”
Когда она заговорила, то уже бежала в ванную. Цинь Хаодун был шокирован, но сейчас его нельзя было видеть, иначе он был бы смущен!
“Ты не можешь войти!”
Он быстро отдернул руку, а затем попятился, пытаясь закрыть дверь ванной комнаты.
Однако напольная плитка в этой ванной комнате не была противоскользящей вообще. С помощью жидкости для ванны и шампуня он поскользнулся и упал на землю.
Со скольжением Цинь Хаодун тяжело упал. К счастью, у него была настоящая Ци, чтобы защитить свое тело. Иначе он переломал бы себе все кости.
— Черт возьми!”
Сердце Цинь Хаодуна было полно темных облаков. Он был великим императором зеленого леса. Как он мог упасть на Землю из-за женщины? Если бы это было известно людям в Культивационном мире,он был бы осмеян.
— Как поживаешь? — Ты в порядке?”
Ху Сяосянь тоже был потрясен его падением и открыл дверь ванной комнаты.
В это время Цинь Хаодун лежал на земле. Его поза была похожа на букву Т. Когда он увидел Ху Сяосянь, Цинь Хаодун был шокирован.
Затем он перевел взгляд на свою интимную часть тела, которая после его падения была выставлена на всеобщее обозрение.
Увидев, что Цинь Хаодун был невредим, Ху Сяосянь почувствовала облегчение, но она также увидела Цинь Хаодуна голым.
Несмотря на то, что она всегда дразнила Цинь Хаодуна, ее щеки покраснели, увидев это, и она быстро отвела взгляд.
Ху Сяосянь сказал: «Почему ты упал? Если вы хотите, чтобы я сопровождал вас, просто скажите это. Почему ты так торопишься?- Потом она собиралась помочь Цинь Хаодуну встать.
“Я в полном порядке. Не подходи ко мне!”
Цинь Хаодун поспешно вытянул одну руку, чтобы остановить ее, в то время как другая рука блокировала его интимные части. Но позже он понял, что в таком состоянии это бесполезно.
“Вы уверены, что вам не нужна моя помощь?- Ху Сяосянь сказал с улыбкой.
“Нет. Нет. Выходите, я сам могу встать!”
Затем Цинь Хаодун взял полотенце и прикрыл им свои интимные места.
Ху Сяосянь вытянула свой ярко-красный язык и нежно провела им по губам. Это простое действие было с бесконечным искушением в тот момент, заставляя Цинь Хаодуна чувствовать себя более горячим.
«Похоже, что мой суп работает хорошо. Я приготовлю его для тебя завтра!”
С этими словами она взглянула на полотенце, подмигнула Цинь Хаодуну, а затем повернулась, чтобы выйти из ванной!
Цинь Хаодун посмотрел на полотенце. Ему хотелось плакать, но слез не было.
Когда он просто хотел подняться с земли, дверь ванной комнаты была открыта, и Ху Сяосянь снова вошел.
“Что ты там делаешь?- Нервно спросил Цинь Хаодун.
“А ты не ошибаешься? Ты-мужчина, а я-женщина. Это я должен нервничать.”
Затем Ху Сяосянь достал новую пижаму, положил ее на вешалку и ушел.
Цинь Хаодун встал и быстро запер дверь ванной комнаты. С этой женщиной было действительно трудно иметь дело.
Он снова принял холодную ванну, переоделся в пижаму, которую дал ему Ху Сяосянь, и вышел из ванной.
Как только он вышел, то увидел, что Ху Сяосянь подошел к нему с костюмом, чтобы переодеться. Увидев Цинь Хаодуна, она взглянула на него и затем сказала: “мне пора. Может ты хочешь снова принять ванну?”
— Поторопись и прими ванну!”
Цинь Хаодун поспешно удалился. По какой-то причине он был бы готов к действию, если бы посмотрел на ху Сяосянь.
Сидя на диване, он хотел немного посмотреть телевизор, но звук воды в ванной прервал его сердце. Он невольно продолжал думать о пухлом и привлекательном теле Ху Сяосянь.
Вспомнив о своих неловких моментах, случившихся за последние два дня, он не мог не быть безжалостным. Если бы Ху Сяосянь снова посмел дразнить его, он бы действительно что-то сделал, иначе он не смог бы поднять голову в будущем.
Спустя долгое время звук воды прекратился, и Ху Сяосянь вышла из ванной. Она подошла к Цинь Хаодуну и подняла руку, чтобы привести в порядок свои мокрые волосы. Была показана ее грациозная фигура.
Цинь Хаодун снова сглотнул и с усилием перевел взгляд обратно на телевизор, хотя он вообще не знал, что там было.
Ху Сяосянь сел рядом с ним, протянул руку и обнял Цинь Хаодуна. Все ее тело было близко к нему, и она сказала очаровательным голосом: “после принятия ванны, мы должны пойти спать?”
“Ну, тогда все в порядке!”
Цинь Хаодун выключил телевизор. Во всяком случае, он не знал, что это играло. Он повернулся и пошел в спальню.
Однако Ху Сяосянь крепко обнял его и сказал усталым голосом: «я слишком устал, чтобы идти пешком. Помоги мне.”
Затем она сразу же оказалась в объятиях Цинь Хаодуна, держась руками за его шею. Ее очаровательная щека и грудь были открыты прямо перед Цинь Хаодуном.
Тело Цинь Хаодуна снова вспыхнуло и сказало: «ведьма, если ты еще раз соблазнишь меня так, поверишь или нет, я съем тебя прямо сейчас.”
— Да, ты можешь поесть, если у тебя есть такая возможность. Я тебя не боюсь.»Ху Сяосянь нежно поцеловал его с улыбкой и сказал: “я посмотрю, насколько силен мой суп. Может ли это вам помочь?”
“Именно так ты и сказал. Не вините меня!”
“Да, я так и сказал. Но я не знаю, осмелишься ли ты сделать это.”
Ху Сяосянь нежно посмотрела на Цинь Хаодуна с улыбкой на лице.
В тот день его снова презирали. Цинь Хаодун внезапно почувствовал, как огонь поднимается в его сердце. Он прошел в спальню с Ху Сяосянь на руках, а затем бросил ее на кровать.
Раньше он избегал этих чувств по отношению к Ху Сяосянь, потому что боялся обидеть эту красивую и умную женщину. На данный момент Ху Сяосянь полностью продемонстрировала свое намерение, и ему не нужно было этого избегать.
Так что он решил заполучить Ху Сяосянь в этот день, иначе она будет постоянно дразнить его.
Однако, с восклицанием, он вскочил с кровати, указывая на ху Сяосянь, и сказал “ » Ты… Ты…”
Его лицо было полно раскаяния, потрясения, гнева и бездействия. Одним словом, выражение его лица было чрезвычайно сложным и искаженным.
Ху Сяосянь хихикнул и сказал: “в чем дело?”
Цинь Хаодун был почти безумен. — У тебя месячные, — сердито крикнул он, — и ты даже дала мне этот суп. Это было сделано намеренно?”
В этот момент он понял, что все, что сделал Ху Сяосянь, было шуткой. Сначала она флиртовала с ним, а потом остановила его. Это была действительно хитрая ведьма.
Ху Сяосянь притянул Цинь Хаодуна обратно к кровати, погладил его по груди и сказал: “Не сердись, это не моя вина. Я уже давал тебе такую возможность раньше. Почему ты хочешь меня именно сейчас?”
Цинь Хаодун сердито сказал: «что ты имеешь в виду, делая так много особенных вещей для меня, чтобы поесть сегодня вечером?”
Ху Сяосянь сказал с улыбкой: «я просто хотел укрепить твое здоровье после того, как ты переспал с этой женщиной Нихон.”
— Чепуха какая-то!”
Затем Цинь Хаодун повернулся и больше не смотрел на ху Сяосянь.
“Не сердись на меня. Разве я не могу извиниться перед тобой?”
Ху Сяосянь снова придвинулся ближе к Цинь Хаодуну. Он прошептал ему на ухо: «Тебе плохо?”
Цинь Хаодун недовольно сказал: «Конечно.”
“На самом деле, я не ожидала, что у меня будут месячные перед тем, как принять ванну. Меня нельзя винить в этом.»Ху Сяосянь выдохнул ему в ухо и сказал: “Ну, я могу помочь тебе и другими способами.”
— Другими способами?- Цинь Хаодун был немного шокирован. Он сразу все понял и торопливо сказал: “Пошли. Если ты честно ляжешь спать, я буду тебе очень благодарна.”
“Ну, тогда не сердись.- Сказал Ху Сяосянь, спокойно лежа на кровати. А потом она сказала: «Не хочешь ли ты выпить этот суп завтра вечером?”
Никто не знал, как Цинь Хаодун провел ту ночь, оставаясь с Ху Сяосянь. Короче говоря, на следующий день он был в плохом настроении с темными кругами под глазами.
После завтрака клиника открылась снова. Благодаря вчерашнему рекламному эффекту, многие люди пошли посмотреть Qin Haodong в тот день. Независимо от того, какая болезнь была у этих людей, Цинь Хаодун мог вылечить их с помощью лекарств. Низкие расходы и хорошие медицинские навыки заставили его имя быстро распространиться в Золотом треугольнике.
Менее чем за три дня многие люди в Золотом треугольнике узнали, что есть хороший врач, который может вылечить все виды болезней. Многие люди приходили туда, чтобы увидеть Цинь Хаодуна, выстраиваясь в длинную очередь перед клиникой Танмэнь.