Глава 579

— Ли Чжунки сказал мне, что они прибыли в Хуасю не для простого медицинского обмена, а с другими целями.

— Теперь, когда китайская медицина пришла в упадок, они хотели воспользоваться случаем, чтобы доказать, что их медицинские силы сильнее ваших.

“Я знаю, что это неправильно, хотя я ничего не знал о медицинских навыках.

“Я знаю, что ты ненавидишь подобные занятия, поэтому и позвонила тебе.”

— Спасибо, что рассказали мне об этом, — сказал Цинь Хаодун. Ты девушка с чувством справедливости.”

“Тебе не нужно меня благодарить. Я не помог тебе. Ким Джихюн сказал: «на самом деле большинство людей в нашей стране такие же, как я. Они все согласны с культурой Хуасяо от всего сердца, и только несколько амбициозных людей будут говорить глупости и путать правду.”

Цинь Хаодун сказал: «Раз уж ты решил позвонить мне, я должен поблагодарить тебя.”

Ким Джихюн сказал: «На самом деле, даже если бы я не дал вам этот звонок, я все равно знаю, что они не преуспеют.”

— Но почему?”

Цинь Хаодуна очень интересовали мысли этой девушки.

Ким Джихюн рассмеялся и сказал: “Из-за тебя. В моем сердце ты всемогущ и непобедим. Если вы будете участвовать в этом культурном обмене, они сильно проиграют.

— Завтра я тоже пойду на собрание. Тогда я буду болеть за тебя.”

Цинь Хаодун улыбнулся и сказал: “Почему ты так уверен во мне?”

“Конечно, иначе зачем бы мне брать тебя в учителя? Жаль, что ты не принимаешь меня. Говоря об этом, настроение Ким Джихюн было подавленным, но она быстро пришла в возбуждение и сказала: “Кстати, ли Чжунки сказал, что они собираются создать вам некоторые проблемы в “компендиуме Materia Medica”. Не знаю, поможет ли это вам.”

— «Компендиум Materia Medica»? Это важная работа в истории китайской медицины. Что они хотят сделать?”

Ким Джихюн ответил: «я не знаю. Ли Чжунки только упомянул об этом. Он не стал вдаваться в подробности.”

— Кстати, — спросил Цинь Хаодун, — почему этот ли Чжунки рассказал тебе все это?”

Ким Джихюн помолчал немного и сказал с легкой застенчивостью: “потому что он всегда преследовал меня, но я не согласен, потому что я чувствую, что он утилитарен.”

Повесив трубку, Цинь Хаодун вспомнил, что только что сказал ему Ким Джихюн.

Теперь можно было в принципе подтвердить, что биржевая группа прибыла в Шанхай с плохими намерениями. Однако, даже после долгих раздумий, он все еще не мог понять, как они могли вызвать проблемы с “компендиумом Materia Medica”.

На следующий день официально началась встреча по межкультурному обмену между медицинским колледжем коре и школой китайской медицины Шанхайского медицинского колледжа, и местом проведения была выбрана аудитория Шанхайского медицинского колледжа.

В середине зала была построена площадка для общения. Платформа была окружена репортерами с камерами в руках, и большинство из них приехали из Хуаси, но были также некоторые репортеры из коре и страны М.

Места в аудитории были заняты студентами, пришедшими посмотреть на встречу. Все они собрались здесь, чтобы поболеть за Шанхайский медицинский колледж.

В служебном помещении за помостом собрались два преподавателя и трое студентов, которые собирались присутствовать на собрании. Они были из Шанхайского медицинского колледжа.

Когда Цинь Хаодун увидел, что Фэн Ву тоже участвует в обмене, он был немедленно потрясен. Он никогда не думал, что Фэн Ву, Красавица № 1 Шанхайского медицинского колледжа, также будет представителем студентов.

В тот момент, когда он увидел Фэн Ву, он сразу понял, почему эта девушка заняла первое место. В то же время он понимал, почему эти парни из клуба тхэквондо не преследовали ее, хотя она была красавицей кампуса.

Это было потому, что она была так красива, давая людям ощущение, что она была недоступна, и заставляя людей не иметь мужества преследовать ее.

По внешнему виду и фигуре она была на том же уровне, что и Налан Ушуан, но эта девушка давала людям ощущение святости.

Если бы она стояла рядом с Ли Цзюмэем, у людей было бы совсем другое чувство. Когда люди видели ли Цзюмэй, они думали, что она сексуальна, но когда люди видели Фэн Ву, они не могли позволить себе никаких непристойных мыслей.

Цинь Хаодун не был бы так удивлен, если бы она была просто красивой, но что более важно, она была мастером высшей силы восьмого уровня.

Фэн Ву был молод, ему было около 21 или 22 лет. Как ей это удалось?

В возрасте 18 лет Цинь Цзунхэн преодолел узкое место в сфере верховной власти и считался редким гением боевых искусств. Когда Е Цин было 28 лет, она достигла шестого уровня царства Высшей Силы с помощью своего учителя. Если фэн Ву полностью полагалась на себя, то ее талант был невероятен.

Как мастер высшей силы восьмого уровня, Фэн У сразу же заметила, что Цинь Хаодун обращает на нее внимание, но она не знала, что ее культивирование было замечено насквозь. Она думала, что он просто шокирован ее внешностью, как и другие люди, и совершенно не заботится об этом.

Су Хонгбо представил их друг другу, а затем коротко рассказал о том, что произошло на собрании биржи. После этого они вместе вышли на платформу.

Когда они добрались до платформы, пять человек из коре уже прибыли и сидели на приготовленных местах.

Предводителем был старик с презрительным взглядом. На вид ему было около 60 лет. Это был ли Минтаэ, глава делегации, приглашенный профессор Медицинского колледжа коре, известный также как медицинский мудрец.

Рядом с ним сидел его сын Ли Чжунки. Ли Чжунки был молодым человеком лет тридцати и слыл в своей стране молодым мудрецом-медиком. Он также был преподавателем в медицинском колледже коре.

Рядом с ними стояли трое студентов Медицинского колледжа коре. В середине этой троицы сидела очень красивая женщина. По сведениям Ким Джихюна, эту женщину звали Ким Сиюань, она была известным гением в медицинском колледже коре. Некоторые люди говорили, что ее медицинские навыки были даже лучше, чем у молодого медицинского мудреца ли Чжунки.

Кроме нее, там были два представителя студенчества мужского пола, Лим Юнчжон и сон Донгу. Однако по сравнению со славным Ким Сиюанем они казались немного тусклыми.

На такой маленькой платформе Фэн Ву, Ким Сиюань и Су Хуэй, три лучшие красавицы, собравшиеся вместе, сразу же возбудили студентов мужского пола.

Первоначально они просто пришли поболеть за свои колледжи, но они не ожидали увидеть таких красавиц. Все были очень взволнованы.

В этот момент директор школы Хоу Вэньбинь вывел на сцену красивую светловолосую женщину с голубыми глазами.

Женщина была почти такой же высокой, как Хоу Вэньбинь, около 1,80 метра ростом, и ее сексуальная фигура была очень эффектной.

Европейские женщины имели в этом отношении уникальное преимущество. Ее сексуальная фигура была несравненно привлекательна в мини-юбке.

Поднявшись на платформу, Хоу Вэньбинь представил ее всем присутствующим. — Это Мисс Элис, президент Всемирной медицинской ассоциации. Она приехала в Хуасю специально, чтобы быть нашим почетным гостем на этом медицинском обмене. Мы можем устроить ей аплодисменты?”

После теплых аплодисментов Алиса обратилась к представителям Шанхайского медицинского колледжа и медицинского колледжа коре. “Я очень интересуюсь китайской медициной и медициной коре. Я хочу улучшить свое понимание этих двух медицинских навыков через вашу встречу по межкультурному обмену на этот раз. А пока, если вам что-то понадобится, вы можете сообщить мне.”

Затем она перевела взгляд на представителей Шанхайского медицинского колледжа и наконец сосредоточилась на Цинь Хаодуне. — Я знаю, что ты Цинь Хаодун, мудрец-медик из Хуаси. Я очень рад видеть вас здесь.

— Только что Джеймс позвонил мне и сказал, что ты будешь присутствовать на сегодняшнем собрании по культурному обмену. Я хочу посмотреть, насколько удивительны ваши медицинские навыки.”

Ее слова явно свидетельствовали о провокации. Похоже, как и сказал Джеймс, президент Всемирной медицинской ассоциации не был согласен с китайскими медицинскими навыками и не был согласен с тем, что его называют медицинским мудрецом.

Цинь Хаодун улыбнулся и сказал: “Мисс Алиса, добро пожаловать в Хуасю. Я верю, что вы не будете разочарованы.”

Услышав разговор между ними, публика разразилась гневом. Они поняли, что имя Цинь Хаодуна и мудреца-медика было одним и тем же, но они просто думали, что это было только одно и то же имя. Они никогда не думали, что медицинский мудрец будет учиться в медицинском колледже и будет новым студентом.

Теперь они знали, что Цинь Хаодун был известным медицинским мудрецом в области традиционной китайской медицины. Что же касается того, почему он пришел в медицинский колледж, то это уже не имело значения. Все были заинтересованы в том, какое представление этот медицинский мудрец принесет им позже.

Позже они узнают, соответствует ли его репутация его навыкам.

Ли минтай холодно фыркнул. Очевидно, он был крайне недоволен тем, что Цинь Хаодун получил звание мудреца медицины. — Президент, на этот раз мы пригласили вас быть нашим гостем, потому что хотим, чтобы Вы были нашим свидетелем. Нам нужно, чтобы Вы были нашим судьей, когда мы обмениваемся медицинскими навыками.”

Встреча по обмену еще даже не началась, но его слова уже звучали агрессивно. На самом деле, каждый знал в глубине души, что так называемая встреча по обмену была на самом деле состязанием вызова.

Алиса улыбнулась и ответила: “я с радостью сделаю это.”

Устроив ее на почетном месте для гостей, Хоу Вэньбинь покинул трибуну. Заседание биржи официально началось, и все камеры были нацелены на нескольких человек на платформе.

Ли Минтаэ взглянул на представительские места в Шанхайском медицинском колледже и усмехнулся. Затем он сказал: «в этом культурном обмене, на самом деле, я хочу ввести только одну тему.

“Как и в диссертации, которую я опубликовал несколько дней назад, я думаю, что медицинские навыки коре очень хорошо известны. Китайская медицина изначально была нашей отраслью, и я хочу знать, что вы думаете о ней.”

Студенты, которые наблюдали за происходящим, не знали истинной цели делегации. Услышав заявление Ли Минтаэ, они все были потрясены. Если бы не учитель, который поддерживал порядок, случился бы бунт.

“Нелепый. Первым откликнулся фан Хелун, еще один ведущий преподаватель Шанхайского медицинского колледжа. Он также был профессором в школе китайской медицины и был так же знаменит, как Су Хунбо.

Он сердито сказал: «Китайская медицина принадлежит Хуасю. Кто ты такой, чтобы утверждать обратное?”