Глава 300

✦•·····•✦•·····•✦

Миона сказала:

— Элис. Я выхожу замуж за твоего отца.

С лицом, сияющим от счастья.

— Мы с господином Карлом договорились провести совместную церемонию на следующей неделе, на помолвке сестры Даны. Герцог Виндзор тоже дал своё согласие.

Ой-ой! Опять несёт какую-то чушь!

— Я постараюсь стать для тебя хорошей мачехой. Будем дружить, Элис.

Пожалуйста! Пожалуйста, не искажай реальность!

Элис хотелось дать Мионе пощёчину и прочитать нотацию. Но с другой стороны, ей стало немного жаль её, и она просто оставила это как есть.

«Похоже, она окончательно сошла с ума от любовной тоски».

Элис знала, что Миона тайно влюблена в её отца.

Ещё до того, как отец развёлся, когда он был счастлив с Сандрой, Миона уже была в него влюблена.

Но как бы то ни было, она погрузилась в вымышленный мир, где выходит замуж за моего отца.

«Как жаль».

Моя бедная служанка. Я должна буду хорошо заботиться о ней впредь.

Так она думала, но…

— Как тебе это, Элис?

Элис остолбенела.

Миона, окружённая множеством служанок, спросила:

— Не слишком ли это вычурно для меня?

Тогда служанки, украшавшие её, замахали руками.

— Вовсе нет, леди Миона.

— Это очень идёт леди Мионе. Вы прекрасны!

Даже в глазах Элис Миона сейчас была невероятно красива.

Неужели это сила свадебного платья?

Она сияла, как будто светилась…

Миона действительно выходит замуж.

На следующей неделе. С моим отцом, на моём дне рождения, который должен был быть моим праздником, в свадебном платье, которое я даже не смогла примерить.

«Да, я тоже не смогла надеть свадебное платье».

Когда приближалась её свадьба с Лайосом.

Элис была беременна Ноксом, и её живот был большим. Она не хотела выглядеть некрасивой в платье, к тому же чувствовала себя плохо, поэтому церемонию не проводили.

«Верно. Вместо меня замуж вышла Миона».

Лайос тоже отправил вместо себя графа Седрика, и они провели церемонию через представителей.

Для императорской семьи и дворян было обычным делом жениться через представителей.

Поэтому тогда я не надела свадебное платье… а Миона…

— Элис?

Когда она не ответила, Миона удивлённо спросила. Элис с трудом ответила:

— М-м, красиво, но, кажется, оно делает тебя немного массивной…

Тогда, словно желая заглушить её слова, со всех сторон посыпались восторженные комплименты.

— Вовсе нет, вы прекрасны, леди Миона!

— Конечно, вам очень идёт.

— Вы будете отлично смотреться рядом с господином Карлом!

Подавленная напором, Элис замолчала.

Сегодня Миона пригласила близких подруг на показ свадебного платья.

«Разве у неё не было только одной подруги ‒ меня?»

Но когда она успела завести столько друзей?

И это было не всё. Элис не давало покоя кольцо, которое сейчас было на пальце Мионы.

«Это кольцо… разве не папино?»

Кольцо с янтарным камнем. Кольцо, которое отец всегда носил с особой заботой.

Миона носила кольцо, точно такое же.

Конечно, на соседнем пальце у неё было огромное бриллиантовое кольцо.

«Отец, должно быть, действительно любит Миону».

Поэтому он заказал такое же кольцо и подарил его Мионе.

Нахлынула тоска.

— Кстати, вы слышали? Говорят, на этот раз умер студент Академии Святой Розы.

— Да, это очень тревожно. Надеюсь, убийцу скоро поймают.

— Сколько уже жертв в Империи?

— Вместе с этой жертвой ‒ тридцать один. И все они были преданными последователями церкви Рамуна. Это действительно страшно, не правда ли?

— Может, это дело рук церкви Дианы? Судя по тому, что убивают только последователей Рамуна, скорее всего, это другая религия.

— Вряд ли. Сейчас церковь Дианы и церковь Рамуна пытаются наладить отношения.

— Верно, в такой ситуации церковь Дианы не стала бы так поступать.

Элис даже не слушала новости о недавних убийствах последователей церкви Рамуна в Империи.

Ей было так грустно и так горько.

«Как же так, папа».

Папа.

Когда я просила тебя стать моим любовником, ты лишь усмехнулся и сказал: "Ты вылитая мать" ‒ и отказал мне.

Чем я хуже Мионы?

Почему ты даришь такое кольцо Мионе, а не мне?

А я? Кто теперь будет любить меня?

— У-у-у.

В конце концов, той ночью Элис скорчилась на кровати и разрыдалась. Одна она выпила целую бутылку виски, плача и плача.

— Хнык, у-у-у, а-а-а.

Это было похоже на то время. Когда впервые появилась сестра Дана. Когда весь свет лился только на неё, а я одна была погружена во тьму.

Какое-то время я забыла об этом.

Но эта безумная ревность, эта депрессия были невыносимы.

— Что случилось, Ваше Высочество императрица?

Сколько же она выпила?

Когда она была совершенно пьяна и всё вокруг расплывалось, служанка с беспокойством спросила.

— Нитта…?

Это была Нитта, служанка, которую приставила к ней мать.

Элис заплетающимся языком выкрикнула:

— Где мама?! Почему от неё нет вестей?!

— Не волнуйтесь, госпожа Сандра в безопасности.

— Позови маму, мне нужно ей кое-что сказать!

— Если у вас есть проблемы, скажите мне.

Тебе?

Элис всхлипнула. Но, пьяная, она без колебаний выплеснула своё горе.

— Я не знаю, любит ли меня император. У-у-у, император, и папа. Папа, кажется, любит Миону больше, чем меня. Почему, почему не меня…!

Выслушав пьяный бред, служанка Нитта серьёзно кивнула.

— Если коротко, вы хотите узнать истинные чувства императора.

— Да, хнык, хнык, да.

— И вы хотите надеть свадебное платье вместо Мионы и выйти замуж за Карла Виндзора.

— Ага, хнык, да, да.

Она кивнула, но…

Правда? Я так сказала?

Не знаю. Вроде бы да, вроде бы нет.

Голова болела, перед глазами всё плыло.

— Всё возможно.

Что это значит?

Или я просто пьяна и мне послышалось?

— Для начала давайте решим первую проблему.

Тогда Нитта достала из-за пазухи пузырёк. Маленький стеклянный флакон в форме тюльпана с красивой голубой жидкостью.

— Если вы выпьете это, вы сможете испытать выход души из тела.

— А?

— Это значит, что душа выйдет из тела. Вы станете невидимой.

— Что-о?

— Говорят, император сейчас разговаривает с герцогом Люмиэлем Ролландом. Как насчёт того, чтобы подслушать их?

Что она несёт? Не говори глупостей. Элис хотела сказать, чтобы она не врала, но из-за опьянения мысли не текли.

— П-правда?

Вместо этого её язык развязался, и вырвались эти слова.

— Разве вы не делитесь сокровенным с близкими друзьями?

— Но откуда ты знаешь? Может, они говорят не обо мне, а о чём-то другом…

— Так вы не хотите?

— ……

Нет, это не то.

Но что заставило её поверить и выпить это?

Но тут же вспомнила, что мать говорила, что Нитта ‒ самая надёжная служанка.

«Да, они, наверное, хоть раз упомянут меня. Я ведь жена императора и сестра старшего брата».

Будь что будет. Просто выпью! Даже если я умру ‒ мне всё равно!

Элис, не раздумывая, залпом выпила зелье.

✦•·····•✦•·····•✦

И она действительно, в виде души, добралась до комнаты Лайоса.

— …Так и сделаю?

— Да, на следующей неделе, как и планировали.

Это просто невероятно!

Элис посмотрела на своё полупрозрачное тело.

Неужели я просто пьяна и мне всё мерещится?

Она проходила сквозь стены и двери. Она действительно вышла из тела.

И, судя по всему, они действительно её не видели. Элис уселась на диван и наблюдала за Люмиэлем и Лайосом, которые пили.

«Говорили, действие длится двадцать минут?»

Постепенно чувства будут притупляться, и душа вернётся в тело.

Так что оставалось только надеяться, что они за это время скажут что-то значимое.

— Тогда я пойду.

— Нет, ещё рано. Сядь. Я хочу тебя кое о чём спросить.

Император остановил Люмиэля, который собирался уйти. Люмиэль послушно снова сел на диван.

— Что вы хотите знать?

— Тот ребёнок тогда, это был твой ребёнок?

— Что?

— Дана была беременна.

— ……

— И сразу выкинула.

— …Да, так и было.

— Тогда я беспокоился только о её здоровье и ничуть не грустил.

Лайос говорил холодным голосом, словно анализируя кого-то другого.

— Теперь я понимаю, почему я тогда не грустил. Я так и не поверил до конца, что тот ребёнок ‒ мой.

— ……

— Это ведь был твой ребёнок, Люмиэль?

— Сколько раз мне говорить, что тогда у нас не было таких отношений?

— Я не могу поверить. Ты предал меня тогда.

Лайос язвительно усмехнулся.

— Теперь ты знаешь, кто твой настоящий отец? В тебе течёт самая низкая, самая дешёвая кровь. Ты можешь снова предать меня в любой момент.

— Если вы всё равно не верите, зачем постоянно спрашиваете? Думайте как хотите.

Люмиэль с раздражением ответил немного нервным тоном. Затем, улыбнувшись, зачесал волосы назад.

— Ах, но в этот раз всё может быть иначе.

— Что?

— Если Данаэн забеременеет сейчас, скорее всего, это будет мой ребёнок.

— Объясни.

— Если говорить вежливо, то семя моей крови осталось в её чреве, а если говорить грубо ‒ я не сдержался и кончил внутрь.

Дзынь!

Лайос грубо смахнул всё со стола, и бутылка с виски и хрустальные бокалы с грохотом разбились.

— Что такое? Я сказал, как подобает низкой и дешёвой крови, вам не нравится?

Тяжело дыша, Лайос прорычал в ответ:

— Убирайся.

— Как прикажете.

Люмиэль поднялся. Послышались его тяжёлые шаги, звук закрывающейся двери.

Элис безучастно смотрела на эту сцену.

Она всё видела и слышала.

«Что это значит?»

Старший брат и сестра Дана?

Нет, подождите, сестра была беременна?

Император подозревал, что тот ребёнок не от него, а сестра утверждала, что от него.

Это значит, что между ними были… сексуальные отношения?

«Когда?»

Когда именно?

И со мной он ни разу, ни разу не был близок. Я твоя жена, а ты… как…

Как?

«Как это возможно?»

От потрясения она мгновенно протрезвела.

«Лжец! Изменщик! Мерзавец!»

Чувство предательства вспыхнуло огнём. Охваченная яростной ненавистью, она хотела броситься к Лайосу и ударить его по щеке. Но.

Похоже, время действия подходило к концу. Перед глазами начало темнеть.

Зрение затуманивалось, слух притуплялся.

Её душа медленно, понемногу возвращалась в тело.

«Мерзавец, я так не оставлю это! Как только вернусь в тело, я сразу приду и всё выясню!»

И в тот же миг.

— Фух.

Элис услышала какой-то звук.

Лайос вздыхал.

Нет, это был не вздох. Это…

— Плохая девка.

Хриплый, влажный голос.

Голос, который она никогда, ни разу не слышала от Лайоса.

— Я убью тебя.

Это было похоже на, этот голос был похож на.

— Я убью тебя, убью, плохая девка. Фух, чёрт, эта, плохая…

Голос, полный ненависти, прерывался от возбуждения. Звук учащался, и стонущий голос Лайоса нарастал, достигая пика.

Некоторое время спустя из горла Лайоса вырвался сдавленный, короткий и резкий звук. Сквозь затуманенное зрение она видела, как его тело напряглось и согнулось в пояснице.

И один раз, два, три, четыре… и ещё раз, послышался звук чего-то, долго стекающего на пол.

Наконец все звуки стихли.

В горячей тишине осталось только тяжёлое дыхание, и вскоре.

— Дана.

Голос, упавший, словно лезвие гильотины.

— Дана…

В этот миг Элис захотелось умереть.

Нет, она захотела убить.