Глава 191. Садскари!

Неделя выдалась по-настоящему суматошной.

Каждый день был настолько напряжённым и беспощадным, что поездка на Чеджу казалась всего лишь сном.

— Эй, переработки. Босс. Эй, доплата за ночные смены.

— Сия дева недавно, листая телефон, выяснила: если с нами так обращаться, можно пожаловаться в инспекцию труда и получить деньги!

— А я слышала, что можно объявить забастовку!

Перешёптывания сотрудников, злословивших обо мне прямо в офисе, уже стали почти обыденностью.

Всякий раз, слыша подобное, я думал лишь одно: интернет в наши дни совсем испортил молодёжь.

Нахватаются где-то всякой ерунды и требуют одних только прав — работать по-настоящему совсем не умеют.

«Вот в мои времена мы сообща ставили палатки посреди снежной равнины и целый месяц ходили охотиться на великанов».

Хотя, конечно, вон там сидела одна 1902-летняя особа и изрядно повышала средний возраст коллектива.

Но если считать по времени, проведённому в обществе, ей сейчас фактически всего год.

Как бы там ни было.

На прошлой неделе у всех перед носом маячил пряник в виде поездки на Чеджу, поэтому они стойко терпели несправедливые и скверные условия труда.

А теперь разнежились и болтают уже совсем без всяких рамок.

— Эй, вы же совсем недавно съездили отдохнуть на Чеджу. И вот так со мной поступаете?

Спроси меня, кто больше всех был занят на прошлой неделе, и я без колебаний отвечу: разумеется, я.

Помимо работы в Меракл, мне ещё пришлось искать отдельный дом на деньги от продажи Даньи.

— Завтра к нам придёт делегация, так что всё должно быть как следует подготовлено.

Завтра Меракл посетит делегация с 7-го этажа.

Это были люди, прибывшие заранее в рамках тех самых гражданских обменов, о которых я читал в газете, чтобы лично познакомиться с жизнью здесь.

Чтобы показать, как хорошо я, уроженец 7-го этажа, освоился на 3-м, в их программу включили посещение нашего «Меракла» примерно на час.

— Ох-х! Значит, с завтрашнего дня Меракл наконец-то заработает в полную силу!

— И мы наконец будем приходить и уходить строго по расписанию?!

— С-стартапы. В-вот почему туда нельзя идти.

Да они и правда ни на секунду не закрывают рты.

В-ж-ж! В-ж-ж! В-ж-ж!

Тут зазвонил телефон.

Увидев знакомый номер, я разок кашлянул и принял вызов.

— Да, Меракл слушает.

— Здравствуйте, господин директор. Это Ли Чхольсу.

— Да-да, здравствуйте.

Ли Чхольсу.

Наш любитель диких.

В последнее время дикими начали заниматься и другие брачные агентства, поэтому я уже решил, что он понемногу переметнулся к кому-то ещё.

Но вот он снова позвонил нам.

— Я увидел рекламу и решил связаться с вами. Там говорилось, что Меракл возобновляет работу.

— Да-да, всё верно. Мы рассылали уведомления нашим членам, но из-за несчастного случая долгое время не могли нормально подбирать вам пары. Мне очень жаль.

Мы ещё немного поговорили о том о сём. К счастью, Ли Чхольсу согласился снова стать нашим клиентом.

По его словам, ему нравилось, что Меракл с пониманием относится к его пристрастию к диким.

Как бы там ни было.

Так, один шаг за другим, Меракл снова запускал двигатель, чтобы двигаться вперёд.

Делегация из Империи Айзенрик с 7-го этажа.

В неё входили люди обоих полов и всех возрастов. Они знакомились с Нео-Сеулом на 3-м этаже и осматривали его достопримечательности.

Ранним утром они вышли из гостиницы, назначенной Администрацией Башни, и тесной группой собрались у входа в вестибюль.

— Кровать была невероятно мягкой, правда?

— И напитки вкусные.

— А я хочу ещё раз поесть тот вчерашний самгёпсаль.

Среди людей, восхищавшихся культурой Нео-Сеула, его едой и даже постелями...

Были невысокие брат с сестрой: в годы роста они не получали достаточно питательных веществ.

Старшего брата звали Норн, младшую сестру — Снора.

Оба жили на окраине города Айзенрик и помогали родителям содержать таверну.

До 3-го этажа дети добрались благодаря родителям.

Те посоветовали им не прожить всю жизнь взаперти в Айзенрике, как они сами, а увидеть мир побольше.

Честно говоря, поначалу оба сомневались, стоит ли вообще ехать.

Им вполне хватало их собственного мира — маленькой уютной таверны из деревянных досок в далёком уголке Айзенрика.

Но вчера перед ними открылся мир совершенно иного порядка.

Потрясение началось уже в тот миг, когда они вышли из Башни.

Бескрайнее синее море и множество самых разных людей, каждый из которых куда-то спешил.

И всё же вокруг не царило беспорядка: люди соблюдали общие правила и не мешали друг другу.

Вдыхая солёный морской воздух, слушая крики гусей и глядя на фонтаны, которые выпускали киты, брат с сестрой так и не смогли закрыть рты от восторга.

Улицы, увиденные по дороге, удивили их ещё сильнее.

Железные повозки ехали сами, без всяких волков.

Сиденья во вчерашнем автобусе были мягче любого стула у них дома и так и убаюкивали.

Нео-Сеул оказался настолько сложным и блистательным, что глаза разбегались.

Причём сюда их привезли именно потому, что боялись: окажись гости сразу в слишком оживлённом центре, они растеряются.

Высотные здания, всевозможные удобства, лакомства, роскошные блюда...

В земле вечной мерзлоты, Айзенрике, невозможно было даже вообразить подобное. Всё обрушилось на них разом, и нельзя было отрицать: вчерашний день казался сном.

— Братик, здесь и правда здорово. Да?

Снора с хрустом разгрызала конфету, которую им дали к завтраку, и не переставала восхищаться.

А Норн лишь молчал, крепко сжимая свою конфету в кулаке.

— Братик? Что с тобой? Ты не будешь её есть?

— Снора, не слишком увлекайся этим местом.

— ...

— Нам всё равно придётся вернуться. Наш дом — таверна «Альфон», а не такое роскошное место.

От этих слов плечи Сноры невольно поникли. Брат был прав.

Им просто повезло попасть в делегацию.

Это было место, где они задержатся ненадолго, а потом вернутся домой.

Они всего лишь видели чуть более долгий сон.

— Тьфу. Что понимают те, кто всю жизнь прожил в тепле?

— Эх... тьфу-тьфу. Совсем голову потеряли из-за этого места.

Большинство участников делегации радовались встрече с новой культурой, но были и те, кто не мог разделить их восторг.

Например, люди, уже вступавшие в преклонный возраст.

Они принадлежали к Фракции Восточной мерзлоты и до сих пор не считали смерть Императрицы поводом для радости.

— Вы забыли даже свободу, которую даровала нам Императрица! Как можно терять голову из-за подачек каких-то чужаков?!

Особенно рьяным сторонником Фракции Восточной мерзлоты был Оскар. Ветеран, некогда сражавшийся бок о бок с Императрицей, он днём и ночью проповедовал верность ей.

— Да серьёзно, вы не знаете, что Императрица была диктатором? Когда из домов убрали камеры, я наконец вздохнул спокойно.

— Точно. Исчез комендантский час, налоги снизили, и теперь нас не уведут в рабство. Я ещё слышал, что и законы будут разрешать применять поэтапно, в зависимости от возраста и таланта.

— Все, кто отправился осваивать оттаявшие земли, уже вернулись. Это же значит, что наступил мир!

Молодые люди возражали старикам из Фракции Восточной мерзлоты. Им очень нравились проведённые реформы.

Лишь теперь, после перемен, они поняли, в каких жестоких ограничениях жили прежде.

И их обида естественным образом обратилась против Императрицы.

— Чего-о?! Мир, о котором вы говорите, давным-давно подарила нам Императрица, изгнав великанов!

— Молодняк не знает тех времён, когда великаны расправлялись с нами. Не знает, как мы выжили.

Эта перепалка никак не желала заканчиваться. Они спорили без передышки, и Норн обнял Снору, закрывая ей уши.

Снора, прижавшись к брату, чуть подняла голову и спросила:

— Братик, Императрица была плохим человеком?

— ...Я тоже не знаю.

Одни называли Императрицу героиней. На поле боя, где плечом к плечу стояли и низшие, и высшие, она была светочем надежды и символом всего человечества.

Другие называли её безумной диктаторшей — параноидальным чудовищем, опьянённым властью.

Норн был ещё слишком мал и не пытался решить, кто из них прав.

Но...

«Хм? Ты узнал нас? Какой же ты глазастый, малыш».

А Императрица, однажды случайно заглянувшая инкогнито в таверну «Альфон»...

«Закрой глаза и заткни уши. Наш меч карает снаружи нечестивцев».

Она сделала большой глоток пива и оставила щедрые чаевые.

Позже в таверну вошёл мужчина, которого называли Хранителем ножен, и ушёл вместе с Императрицей.

В этот момент к гостинице подъехал автобус.

Гид Администрации Башни, сопровождавший их со вчерашнего дня, с улыбкой вошёл внутрь.

— Итак, доброе утро всем! Хорошо спали? Сразу проходите в автобус!

Переводчик заговорил на языке Айзенрика. Это устройство изготовили в Кибер-сити.

Впрочем, неважно.

Уже завтра им всё равно предстояло вернуться.

Брат с сестрой решили хотя бы ещё немного насладиться временем в месте, куда, возможно, больше никогда не попадут.

— Ух ты, как интересно.

— И правда. Значит, бывают такие люди — Охотники.

Делегация посетила Блэклайн Риск.

Там гостям рассказывали, как изменилась окружающая среда Земли, что представляют собой магические звери и кто такие Охотники, сражающиеся с ними.

Лазерная указка гида остановилась на одной из отметок временной шкалы на стене.

— Так последний демон, Молох, был погребён в глубинах Тихого океана, и Межэтажная война завершилась. Семерых Охотников, отличившихся больше всех, стали называть Семикратными. Это название сохранилось до наших дней как важный символ.

Рассказ был интересным.

Им даже показали видеозаписи, на которых Охотники вживую уничтожали магических зверей.

— Тьфу, так я и думал.

— И что они собираются уничтожать такими штуками?

— По сравнению с теми временами, когда мы сражались с великанами...

Видео ещё не закончилось, а в зале уже то и дело раздавались неодобрительное цоканье языками и насмешки.

Это были старики из Фракции Восточной мерзлоты.

— Да хватит уже, серьёзно.

— Уважаемые, прошлое осталось в прошлом.

— В мире полно людей, которые рады, что Императрица умерла, а вы всё...

Молодёжь тут же снова ввязалась с ними в спор.

Лишь после того, как гид с большим трудом вмешался, обе стороны наконец успокоились.

— Так, так! А теперь мы отправимся в совершенно особенное место. Прошу всех вернуться в автобус!

Когда группа покинула Блэклайн Риск и гурьбой направилась к следующему пункту...

К входу шла женщина в бейсбольной куртке.

Рю Сорам ковырнула пальцем в ухе и раздражённо пробормотала:

— Блядь, да сколько можно меня отчитывать.

Из-за того, что на Чеджу она победила Пэ Доуна, её ругали уже в третий раз.

Она действительно провинилась, поэтому пока позволяла читать себе нотации, но...

— Доун-то как раз меня благодарил. Какого хрена эти-то лезут?

Терпение Рю Сорам понемногу подходило к пределу.

— А! Все посмотрите туда! Это бывшая Семикратная, Охотница Рю Сорам!

— ...А?

Рю Сорам растерялась, когда гид внезапно начал рассказывать о ней.

Но благодаря отточенному за годы в рядах Семикратных умению общаться с поклонниками она тут же улыбнулась и замахала обеими руками.

— Здравствуйте. Меня зовут Рю Сорам. Меня выгнали из Семикратных, и теперь я отбываю период покаяния.

Реакция была вялой.

В конце концов, они лишь услышали объяснение.

Они не представляли, насколько велико значение Семикратных.

Рю Сорам впервые столкнулась с таким приёмом и посмотрела на гида.

— В чём дело? Кажется, я им совсем не интересна.

— Х-ха-ха. На самом деле все эти люди прибыли с 7-го этажа. Поэтому они просто не знают Охотницу Рю Сорам.

Гид неловко объяснил ситуацию, а Рю Сорам, напротив, широко раскрыла глаза и кивнула.

— А-а, так это они.

Рю Сорам улыбнулась куда ярче прежнего и снова помахала рукой.

— Значит, вы едете в Меракл. Там работает мой друг, так что прошу отнестись к нему хорошо.

Вру-у-ум!

В едущем автобусе стояла удушающая тишина.

Старики из Фракции Восточной мерзлоты и молодёжь успели ещё раз обменяться колкостями, и атмосфера стала тяжёлой.

— Братик, мне душно.

— Всё хорошо. Нам сказали, что мы уже почти приехали.

Норн слегка оттянул ремень безопасности, чтобы сестре стало легче.

Наконец автобус остановился.

— Мы приехали. Прошу всех выходить.

Следуя указаниям гида, люди один за другим поднялись с мест.

Норн склонил голову набок, разглядывая из окна рекламный штендер перед торговым зданием.

— «Мы найдём ваше чудо»?

— А? Братик, о чём ты?

— Посмотри туда. Там так написано.

Там, куда показывал Норн, стоял тёмно-синий штендер.

И на нём действительно красовалась надпись на языке Империи.

Услышав слова Норна, проходившие мимо взрослые тоже наклонились и посмотрели на вывеску через окно автобуса.

— А? Что такое?

— И правда написано на языке Империи.

— Меракл? Что это значит?

Вывеска на родном языке в чужом краю показалась им одновременно необычной и близкой.

Все вышли из автобуса лёгкой походкой.

И тогда...

Перед автобусом их уже встречал мужчина.

Тёмно-синий костюм, опрятный вид и угадывавшееся под одеждой крепкое телосложение.

— А?

Норн узнал его и широко раскрыл глаза.

«Всё закончено, Ваше Величество».

«Хорошо, идём. Малыш, сохрани в тайне, что мы здесь были».

Это был тот самый мужчина, которого называли Хранителем ножен и который покинул таверну вместе с рыжеволосой Императрицей.

— Э-это он!

Норн невольно вскрикнул, но никто не обратил внимания на маленького мальчика.

Потому что...

Хранителя ножен Скарона узнали раньше Норна.

Старики из Фракции Восточной мерзлоты, не обращая внимания на прохожих, рухнули перед ним на колени прямо посреди улицы.

Они плакали, хватались за грудь, рыдали и склоняли головы до земли.

— О, о-о! Меч Императрицы!

— Меч Империи! Наш защитник, карающий зло!

— П-приветствуем Хранителя ножен!

— Приветствуем великий Меч Восточной мерзлоты!