Глава 187

— Император У Хун, наша Непобедимая секта всегда состояла в хороших отношениях с континентом Фэнтянь. Последняя партия семян бессмертных трав, которую вы нам прислали, была очень хороша. Шэнь Ин особо упомянула, чтобы при случае мы выразили вам свою благодарность. Мы искренне желаем поддерживать с вами дружбу.

— Верно сказано, бессмертный друг!

— Даже маленькая Сюань Тун все время вспоминает о двух дядюшках Небесных императорах. Наши отношения предопределены самой судьбой! Поскольку мы так тесно связаны, то должны дорожить нашими отношениями. Вам так не кажется?

— Верно сказано, бессмертный друг!

— Хотя наша Непобедимая секта не обладает огромным влиянием в мире бессмертных, но у нас тоже есть свои принципы, которым мы неукоснительно следуем. Все ученики в нашей секте добрые люди, которые не создают проблем, но среди них нет трусов.

— Верно сказано, бессмертный друг!

— Мы не можем вмешиваться в то, с кем Небесный император намерен поддерживать дружбу, но, как говорится в поговорке, выбор правильных друзей так же важен, как выбор правильного метода культивации. Нужно понимать, с кем можно дружить, а с кем нельзя!

— Верно сказано, бессмертный друг!

— На самом деле вы могущественный Небесный император. Если у вы не будете поддерживать с кем-то отношения, это не имеет никакого значения. Что они могут вам сделать? Есть только один человек, который может вам что-то сделать, так зачем навлекать на себя беду?

— Верно сказано, бессмертный друг!

— Что касается Небесного императора Бай Ти, ранее Шэнь Ин поймала лису-демона, которая попыталась обворовать нашу секту. Мы обнаружили на ее теле слова "Синь Хань". Когда мы собрались разузнать побольше об этом деле, Бай Ти напал на нас и запер внутри этих часов. Полагаю, вам уже известно... что наша Непобедимая секта больше всего на свете ненавидит несправедливых и безрассудных людей.

— Верно сказано, бессмертный друг!

— Поэтому сегодня, как видите, у нас не было другого выбора, кроме как разбить эти часы и вступить в бой. Вы так не думаете?

— Верно... верно сказано, бессмертный друг!

"Я все это понимаю, но почему... вы побили за компанию и меня?! Да еще и по лицу! Вы ведь осуждаете несправедливость и безрассудность".

Хуже всего, что он даже не посмел сопротивляться!

(ಥ_ಥ)

— Так насчет того, что произошло сегодня...

— Это моя вина! — энергично кивнул У Хун. — Все это потому, что я не разбираюсь в людях и завожу не тех друзей.

— Небесный император поистине разумный человек. Тогда...

Когда Гу Юэ собирался перейти к основной части разговора и обсудить размер компенсации...

Фигура в черной одежде, поднимая брызги, упала в ближайший пруд. Это был Бай Ти, которого И Тин хорошенько побил. Мощная энергия меча, витавшая в воздухе, стихла. И Цин опустился на землю.

И тогда...

И Цин повернул голову и посмотрел на У Хуна, который неподалеку стоял на коленях.

— Ты...

У Хун задрожал всем телом. Не дожидаясь, пока И Цин что-то предпримет, он поднял руку и воскликнул:

— Бессмертный друг, подожди минутку. Я понял! Я все понял!

У Хун быстро встал и подошел к краю пруда. Без лишних разговоров он самостоятельно с громким плюхом "упал" в пруд.

И Цин, который вовсе не собирался его бить: "..."

Гу Юэ, который всего лишь хотел вытянуть у него побольше бессмертных камней: "..."

Встретить слишком сговорчивого товарища по команде тоже не всегда хорошо.

***

Тяньчжао, небесный дворец Хэюнь.

От долгого ожидания Шэнь Ин едва не уснула.

— Эй, Цыпочка...

На лице Чу Сюаня появилось такое выражение, словно он хочет плакать, но не может выдавить ни слезинки. Значит, теперь его имя официально стало Цыпочкой?

— Цыпочка здесь!

— Ты точно уверен, что это был правильный путь? — спросила Шэнь Ин, рассматривая руины дворца.

— Точно уверен, Великая богиня. Это небесный дворец Хэюнь на континенте Тяньчжао, в котором живет Бай Ти.

— О, но мы здесь ждем его уже три часа. Этот Бай... как его там... действительно вернется?

"..." Его зовут Бай Ти!

— Бай Ти сейчас нет во дворце. Даже Цзи Чжэ не знает, куда тот подевался. Так что, лучше всего будет подождать здесь.

— Кто такой Цзи Чжэ?

— Великая богиня...

Уголок рта Чу Сюаня нервно дернулся. Показав ей под ноги, он сказал:

— Тот, на кого ты сейчас наступила — Небесный император Цзи Чжэ с континента Чанно.

Разве это не ты только что отправилась на соседний континент, чтобы поймать его и избить, услышав от бессмертных чиновников, что Бай Ти мог отправиться к Цзи Чжэ? Не забывай кто это такой, только потому что не дала ему прозвище.

— О...

Шэнь Ин убрала ногу и лениво уселась на камень.

Эх... сколько еще ей придется ждать?

Она уже проголодалась.

——————

На следующий день.

Задняя часть резиденции Непобедимой секты.

Над кухней медленно поднимался дым. Деревянный стол во внутреннем дворике был сплошь заставлен вкусно пахнущими блюдами. Как ни удивительно, но сегодня за столом сидела только Шэнь Ин. Она с аппетитом поглощала еду.

Во внутреннем дворике присутствовало еще около десятка человек, четверо из которых сидели в ряд на деревянной скамье. Хотя каждого из них переполняла бессмертная энергия, они сидели в очень напряженной позе — их ноги были плотно сдвинуты, руки лежали на коленях, спины выпрямлены.

Это были четыре Небесных императора.

Никто ничего не говорил. Дворик был наполнен только звоном посуды и чавкающими звуками.

Бай Ти: "..." Как страшно. Тот культиватор меча, который побил меня, сейчас нарезает мясо. Это угроза?

Цзи Чжэ: "..." Как страшно. Великая богиня, которая побила меня, сейчас ест мясо. Это угроза?

У Хун: "..." Как страшно. Похоже, Великая богиня хочет еще добавки. Она же не съест меня?

Чу Сюань: "..." Как страшно. Подождите минутку... Почему я должен бояться?

— Чу Сюань! Почему ты здесь сидишь? — спросил Гу Юэ, посмотрев на сидевшего справа Чу Сюаня.

"Неужели не видишь, что это скамья подсудимых?"

Чу Сюань растерянно застыл, а потом пришел в себя. Все верно. Он не сделал ничего плохого. Почему он все еще сидит здесь?

Σ(°△°|||)

Проклятье! Он так привык занимать равное место с другими Небесными императорами, что подсознательно сел рядом с ними.

○|￣|_

Чу Сюань сразу же поднялся на ноги и встал рядом с Гу Юэ. Мимоходом он подобрал белую лису и бросил ее на скамью.

— Цзяо...

Бай Ти с болью в сердце хотел протянуть руки, чтобы обнять лису, но потом быстро убрал наполовину протянутые руки и снова сел, как полагается.

— Итак, как вы собираетесь уладить эту проблему? — заговорил Гу Юэ.

После этого он закатил глаза и подтолкнул сидевшую рядом Шэнь Ин.

— У нас тут серьезное дело! Сядь вон там. Не мешайся под ногами.

Растерянная Шэнь Ин машинально встала, но внезапно обнаружила, что все стулья уже убрали. Помимо скамьи подсудимых больше некуда было сесть.

Глаза Чу Сюаня засияли. Он сразу же достал из своей сумки-хранилища стул и поставил его на землю.

— Великая богиня, у меня здесь есть стул! Пожалуйста, присаживайтесь.

— Спасибо.

Шэнь Ин уселась и продолжила беззаботно поглощать еду.

И Цин, который собирался сам придвинуть стул: "..." Чтоб ты провалился, мерзавец!

Чу Сюань: "Что? Почему мне кажется, что по моей спине пробежал холодок?"

— Великая богиня, бессмертные друзья, все это недоразумение! Просто недоразумение! — воскликнул Цзи Чжэ, которому досталось больше всех. — Бай Цзяо — единственная дочь Небесного императора Бай Ти. Поскольку она долгое время не возвращалась домой, Небесный император Бай отправился ее искать. Я встретил его случайно по пути. Я не так уж хорошо с ним знаком!

Бай Ти: "..." Трусливый предатель!

Покосившись на него, Бай Ти почтительно сложил перед собой руки.

— Я и в самом деле неправильно понял ваши намерения. В то время я увидел, что вы двое несли на руках Цзяо-Цзяо, и она была ранена. Я подумал, что это сделали вы... и в панике напал на вас. Позже я пришел в себя, но вы уже были заперты внутри бессмертного артефакта. Вот почему... Если дело дошло до такого, я готов принять любое наказание.

В основном потому, что их действительно невозможно победить!

— Я тоже, Великая... богиня! — подняв руку, сразу же выразил свою позицию Цзи Чжэ.

Если его не убьют, он готов даже уступить им свое положение Небесного императора!

Оставшийся последним У Хун посмотрел попеременно на них обоих и подсознательно поднял руки.

— Я... но я же ничего не сделал!

(Д≡Д)

— Если бессмертный друг согласится отпустить меня и мою дочь, каковы бы ни были требования... мы в Тяньчжао непременно их выполним!

Прежде чем он успел закончить свою речь, лиса-демон, которая все это время лежала рядом с ним, свернувшись в клубок, внезапно выпалила:

— Я не хочу уходить!