Глава 53.4 Глупая шутка Давы
— Он режет свою одежду, а не мою, — улыбнулась женщина. — Кроме того, у вас не так много одежды. Когда вы вырастете, Эрва будет чувствовать себя глупо, вспоминая о том, что он сделал.
— И правда глупо, — кивнул Дава. — Кстати, мама, откуда у тебя столько книг?
— Об этих книгах может знать только наша семья, нельзя никому о них рассказывать, — предупредила Сун Чжаоди. — Ма Чжэньсину и Линь Чжуну тоже нельзя говорить.
Увидев, что его мать говорит серьезно, Дава кивнул:
— С этого момента я никому ничего не скажу.
Утром Сун Чжаоди ездила в город, чтобы купить пару килограммов хлопка, а когда возвращалась, проходила мимо одного дома и увидела, что со двора валит дым.
Заглянув в щель в двери, она увидела, что несколько человек жгут книги, и лица у них были полны сожаления и горечи.
Сун Чжаоди немного подумала и постучала в дверь. Она вошла и, забрав книги, которые еще не успели сгореть, спрятала их в хлопке и унесла с собой.
Вернувшись домой, она обнаружила, что это не учебники старших классов, а книги на китайском языке с традиционными иероглифами. Сун Чжаоди бегло пролистала их, но у нее закружилась голова от непонятных штрихов, и женщина разочарованно отложила книги.
Однако этот случай подал Сун Чжаоди идею. Она решила почаще посещать библиотеку.
На 25-й день 12 лунного месяца Сун Чжаоди, сославшись на необходимость покупки новогодних подарков, вместе с невесткой Дуань отправилась в Юнчэн, город, расположенный через пролив от острова Вэньчжоу.
Приехав в город, обе женщины сразу же направились в библиотеку.
Порасспрашивав людей вокруг, Сун Чжаоди узнала, что половина книг из библиотеки была повреждена, а другая половина выброшена на свалку. Поэтому они вдвоем сначала купили несколько вещей в кооперативе сбыта и снабжения, а потом отправились на свалку.
Сун Чжаоди и невестка Дуань всегда одевались в старую рваную одежду, поэтому, когда они сказали людям, которые работали на свалке, что хотят найти немного бумаги для подтирания, никто не удивился их словам.
Обыскивая свалку в течение нескольких часов, женщины нашли около двадцати книг.
Спрятав их в мешок, они вывезли их на остров Вэньчжоу, и, только сойдя на пристань, невестка Дуань облегченно выдохнула.
— Твой дядя Лю сказал мне, что командующий считает тебя доброй и поэтому попросил тебя взять на воспитание Цзыли и Гэншэна. Если бы кто-нибудь узнал о том, что произошло сегодня, сяо Сун… — запричитала невестка Дуань.
— Тетушка, кроме тебя никто не узнает, — ответила Сун Чжаоди. — Когда я буду отдавать учебники по старшим классам директору школы, я скажу, что это мои книги или книги моих одноклассников.
— А где твои учебники по старшим классам? — вдруг вспомнила невестка Дуань.
— Их кто-то одолжил, — припомнила Сун Чжаоди. — Когда я поступила в университет, люди в деревне завидовали мне и тоже хотели вырастить студентов из своих детей, но хотели сэкономить на покупке книг, поэтому одолжили у меня учебники. — Это было правдой. — Потом они их не вернули, а я решила, что мне они больше не нужны, и не стала просить обратно.
— Тогда почему тебе вдруг пришло в голову учить младших школьников тому, что они должны изучать только в старших классах?
— Я обычно учу Даву сложению, вычитанию, умножению и делению, когда свободна, и Дава недавно сказал, что поскольку я его этому научила, то он знает все, чему учит учитель, — ответила Сун Чжаоди. — Я подумала, что, если бы учитель преподавал материал немного глубже, Дава бы так не говорил. А потом мне пришло в голову, что когда наши дети пойдут учиться в старшие классы, а у их учителей не будет настроения для хорошего преподавания, то они уже будут знать кое-что из школьных учебников и смогут сами учиться по книгам.
— Сяо Сун, ты так далеко заглядываешь, — восхитилась невестка Дуань.
— Я всегда чувствую, что страна не будет вечно такой, — ответила Сун Чжаоди. — Наверное, потому что я много училась, и часто думаю о разных вещах. Кстати, тетушка, когда увидишь жену командующего Чжао, скажи ей, чтобы она не давала нам больше талонов на масло и рис.
Несколько дней назад жена командующего передала через невестку Дуань две пачки талонов на масло, и Сун Чжаоди ничего не сказала, она была даже рада.
— Почему ты отказываешься?
— Прося тебя передать что-то, они косвенно напоминают Цзыли и Гэншэну, почему они живут у нас, — сказала Сун Чжаоди. — Я хочу, чтобы дети чувствовали себя как дома в семье Чжун, чтобы они не боялись, что их могут выгнать, как в прошлый раз. Кроме того, у нас с Цзяньго высокая зарплата, мы можем содержать несколько детей.
Невестка Дуань спросила:
— Может, у детей просто было плохое настроение?
— После вашего ухода оба ребенка некоторое время молчали, наверное, беспокоились о том, как долго они смогут оставаться в нашем доме, — вздохнула Сун Чжаоди. — Хотя я не хотела воспитывать так много детей, но они уже живут у нас, я должна нести за них ответственность.