Глава 69.2

— Я не боюсь опасности, просто если такой человек, как она, продолжит меня преследовать, это помешает моей ежедневной рутине. — После небольшой паузы он продолжил: — В любом случае нехорошо, когда люди со скрытыми мотивами знают мой адрес.

— Не волнуйся, я поговорю с ней. Я не позволю тебе страдать.

Ло Бэй смутно догадывалась, что Цзян Хуэй испытывает некую страсть к Чжоу Цзяньго. С другой стороны, если Чжоу Цзяньго ей нравился с самого начала, возможно, из-за него она переехала сюда?

Это не исключено. Иначе при первой встрече она не задавала бы такие вопросы, как будто уже давно знала их. Кроме того, с тех пор она уже дважды упоминала, что хочет жить по соседству с Чжоу Цзяньго, и даже сказала, что не против, если это будет немного дороже.

Ло Бэй не считала, что поведение Цзян Хуэй можно понять только потому, что она женщина. Если бы они были противоположного пола, и Чжоу Цзяньго был бы женщиной, а Цзян Хуэй — мужчиной, разве это не было бы ужасно?

Как и сказал Чжоу Цзяньго, разве есть разница между таким поведением и преследованием? А самое страшное то, что преследователь может появиться на пороге в любой момент.

Чжоу Цзяньго был тронут и сказал Ло Бэй:

— Хорошо, что сестра Бэй здесь, иначе я бы не смог спать по ночам.

Ло Бэй знала, что Чжоу Цзяньго мог бы и сам решить эту проблему. Но он рассказал ей об этом в надежде, что она поможет все уладить, ведь она была хозяйкой дома, а Цзян Хуэй — арендатором.

— Это так, но, может, ты хочешь поменять комнату? — спросила Ло Бэй. — Жизнь в подвале круглый год не идет на пользу твоему здоровью. Почему бы тебе не снять комнату наверху? Денег, которые ты зарабатываешь сейчас, хватит на жилье получше этого.

Чжоу Цзяньго махнул рукой.

— Давай поговорим об этом в другой раз. Мне тут вполне неплохо живется, к тому же, я просто прихожу сюда ночевать.

Раз он сам не хотел переезжать, Ло Бэй ничего не могла с этим поделать.

***

Ло Бэй не знала, как заговорить с Цзян Хуэй, ведь она впервые столкнулась с тем, что мужчина-арендатор жалуется на женщину-арендатора, и причина этого не шум, а домогательства.

Когда она вернулась в свою комнату, Фан Цзинчжоу еще не спал, а сидел на диване и листал книгу.

Ло Бэй подошла к нему, села рядом и погладила по голове.

Мать Чэнь приходила к ним почти каждый день, но никто не спрашивал ее о текущем состоянии Чэнь Лань. Тем не менее по вздохам и грустному выражению лица матери Чэнь можно было догадаться, что положение Чэнь Лань такое себе. Однако мать Чэнь приняла как минимум одно верное решение: она больше не заставляла Фан Цзинчжоу восстановить отношения с Чэнь Лань, не собиралась приводить Фан Цзинчжоу к Чэнь Лань и даже не упоминала свою дочь при внуке. Ло Бэй была впечатлена ее выдержкой.

Похоже, мать Чэнь поняла, что иногда разрушенные отношения нельзя восстановить, даже если они между матерью и сыном, а на пагубное влияние Чэнь Лань на сына было невозможно закрывать глаза.

Увидев обеспокоенный взгляд Ло Бэй, Фан Цзинчжоу спросил:

— Бэйбэй, ты грустишь?

Ло Бэй покачала головой.

— Нет, просто есть одна вещь, с которой я не знаю, как справиться.

— Какая?

Ло Бэй с любопытством спросила у Фан Цзинчжоу:

— В детском саду есть девочка, которой ты нравишься?

Фан Цзинчжоу покраснел до ушей. Сначала он не хотел ничего говорить, но так как его спрашивала Бэйбэй, он ответил тихо, боясь, что его услышат другие:

— Да.

Ло Бэй не удивилась. Сейчас дети в детском саду гораздо смышленее, чем в ее детстве, а Фан Цзинчжоу умный мальчик, поэтому он обязательно кому-то нравится.

— Можешь рассказать мне о ней?

— Она часто приносит мне сладости, а когда я отказываюсь, она говорит, что заплачет, если я не возьму. Когда она плачет, все думают, что я ее обижаю.

— Она тебе нравится?

— Нет. — Фан Цзинчжоу покачал головой. — Мне не нравятся девочки, которые постоянно плачут.

Ло Бэй спросила:

— Что тогда ты будешь с этим делать?

— Я не знаю. — Фан Цзинчжоу вздохнул, как маленький взрослый. — Меня это очень раздражает. Она мне не нравится, я не хочу есть ее сладости, но, если я не беру их, она плачет. Учитель уже несколько раз отчитывал меня.

— Ты рассказал обо всем учителю?

— Нет. Если я не могу решить проблему сам, как учитель сможет мне помочь? — ответил Фан Цзинчжоу, подперев подбородок рукой. — Бэйбэй, что, по-твоему, нужно сделать?

Ло Бэй покачала головой.

— Я не знаю.

— Бэйбэй, ты сталкивалась с подобными вещами? — спросил Фан Цзинчжоу, обеспокоенно глядя на нее.

На самом деле, с Ло Бэй тоже случалось что-то похожее. Еще с юности у нее было много поклонников, и некоторые из них не понимали слова «нет». Однако если она не обращала на них внимания, через некоторое время они отставали от нее и находили кого-то другого.

Она покачала головой.

— Нет, не сталкивалась.

Фан Цзинчжоу вздохнул с облегчением и взял Ло Бэй за руку со словами:

— Это хорошо, иначе ты бы чувствовала себя очень неуютно от того, что не знаешь, что делать. В нашем классе есть мальчик, которому нравится одна девочка, и он всегда задирает ее. Когда он достает ее, девочка плачет, и после этого он уже не обижает ее, потому что учитель ругает его. — Фан Цзинчжоу на мгновение задумался и добавил: — Значит, если в следующий раз эта девочка даст мне сладости, а я их не возьму и заплачу раньше, чем она, то она больше не подойдет ко мне?

Ло Бэй не знала, что ответить, и протянула:

— Ну...

Фан Цзинчжоу решительно покачал головой.

— Нет, я не могу плакать, я же мальчик.

Он вздохнул и добавил:

— Надеюсь, я не буду нравиться никаким девочкам, кроме Бэйбэй и бабушки. Это так раздражает!

Ло Бэй снова впала в ступор от его вывода.

Автору есть что сказать:

Ох уж эти проблемы красивых парней...