v7c17: Железные повара

Еда здесь, в железных полях, была весьма занятной — как и люди, жившие в этих краях: в сущности, всё здесь приспособилось справляться с тяжёлыми металлами в рационе, поэтому мясо оказалось куда менее загрязнённым, чем должно было быть.

Здесь подавали речную рыбу, приготовленную на пару в собственной чешуе, пронизанной железом. Мясо у неё было нежным и легко распадалось на волокна, а сверху его поливали замечательным кисло-сладким соусом. Жареный кабан — его «шерсть, словно проволочная щётка», была почти буквальной: люди использовали куски кожи с оставшимся на них мехом, чтобы оттирать котлы, — целиком готовился под землёй, в естественно образовавшемся железном коробе. Рядом с кабаном лежали всевозможные жареные корнеплоды. Вкус у них был насыщенный, землистый, хотя сами они по сравнению с привычными нам выглядели немного мелкими и чахлыми.

То же самое можно было сказать о фруктах, овощах и орехах. Они были меньше привычных нам и определённо не такими вкусными, но я не собирался слишком уж жаловаться.

Хотя здесь выращивали немного местного риса… сейчас мы ели привозной. Люди из железных полей считали дурным тоном подавать рис, выросший здесь. Это был жёсткий, вязкий сорт, к которому нужно было привыкнуть… во всяком случае, так мне сказали.

Никто в секте не ел местный рис, да и большинство жителей Железного города тоже. Всё привозили с юга и из областей, расположенных прямо за пределами их земель.

— Босс, надо привезти немного этого для Би Ди! — воскликнул Ваши, указывая на самое странное из блюд. Большинство кушаний вполне уместно смотрелись бы на любом столе, но это было нечто совершенно иное.

На спине лежало мокрицеобразное насекомое размером с пляжный мяч. Каждый сегмент панциря сверкал тысячей фрактальных металлических вкраплений, а внутренности измельчили, затем снова запихнули внутрь панциря и приготовили вместе со специями.

Я колебался всего мгновение, а потом всё-таки попробовал. Честно? Было вкусно. Немного напоминало краба.

Я оглядел всех остальных за столом, и, похоже, в основном они наслаждались едой. Настроение у всех было хорошее, праздничное. Даже Чжуе немного ел… после того как его мама заранее ткнула блюдо своей ци, чтобы убедиться, что оно безопасно для него. Загрязнение всё же оставалось небольшим. Чтобы оно действительно навредило, пришлось бы есть такую пищу годами, а нам, культиваторам, она вообще не могла причинить вреда.

И всё же Мэймэй не собиралась рисковать.

Я снова повернулся к Дэлану, чтобы расспросить о еде, но тот разговаривал с господином магистратом.

— О? Он ваш сын? — спросил Дэлан у господина магистрата, а затем расхохотался. — Я так и думал, что с этим человеком что-то не так! Если его отец — один из учеников Мастера Цзиня, то неудивительно, что он настолько искусен!

На лице господина магистрата улыбка была наполовину гордой, наполовину болезненной. — Наш сын и правда искусен, — уклончиво ответил он. — Но он слишком занят, чтобы писать.

— Ах, какая досада, что сын не может написать отцу домой, какая досада! Но я слышал и видел о нём только хорошее, — сказал Дэлан, переводя взгляд с господина магистрата на госпожу Ву. Он на мгновение задумался. — Должности особого инспектора и исполняющего обязанности лорда-магистрата действительно опасны, но не беспокойтесь о его благополучии. великий маршал гарантировал его безопасность. Даже Секта Великого Ущелья считает его другом.

— Они даже прислали одного из своих культиваторов в его охрану, словно Малого Клинка Травы и Копья Бегущей Реки было недостаточно. Только Мастер Цзинь может похвастаться лучшей защитой в этих горах, — после мужа добавила госпожа Ли Цинь. Похоже, оба они заметили тяжесть в заданном вопросе и хотели их успокоить.

На лицах госпожи Ву и господина магистрата отразилось сложное выражение, но, похоже, слова их порадовали.

— Что ж, вскоре он сам сможет всё нам рассказать, — заявил господин магистрат. — Благодарность смертного не так уж много значит, но спасибо, что заботитесь о нём, Мастер Дэлан, Мастер Ли Цинь.

Дэлан кивнул, принимая слова господина магистрата.

В общем и целом приветственный пир прошёл довольно гладко — а затем настало время второй части официальной встречи.

Вручения подарков.

Все снова собрались и заняли свои места, стараясь скрыть, как им не терпится увидеть, что же будут дарить.

Но первым заговорил хозяин, Дэлан, поклонившись.

— Мастер Цзинь. Нашей Секте Герметичного Железа нечего предложить человеку вашего положения. Однако мой сын сказал, что вы любите и инструменты для культивации духовных трав, и наблюдать за процессом создания новых инструментов. Недавно мы приобрели духовное железо высокого качества. Не окажете ли вы Секте Герметичного Железа честь, понаблюдав за техниками наших предков, пока мы будем ковать изделие по вашему выбору? — Он поклонился в пояс. Дэлан был прав, я заинтересовался. Я видел, как Дэлун выковал копьё Всадника Потока, Лунный Шип, но никогда прежде не наблюдал, как обрабатывают «магические» металлы.

— Это меня весьма порадует, Тье Дэлань. Ваш сын прав. Всегда приятно видеть за работой настоящего мастера — будь то культиватор или смертный. Преданность искусству остаётся преданностью искусству.

Дэлан выпрямился, исполненный гордости.

После этого мне стало немного неловко из-за наших собственных подарков. Рис, кленовый сироп и несколько духовных трав из нашего сада, которые, как мне казалось, могли им пригодиться, — довольно шаблонный подарок? Да, но мне предстояло посетить множество сект.

И я был почти уверен, что никто не возражал.

Вся секта ахнула, когда я открыл небольшой контейнер и показал черенок.

— Чт-что это за духовная трава? — выдавил из себя Дэлан.

— Янтарный царь Земли. — Это была одна из духовных трав, которые дал нам Шоу, и ещё одна из тех, которым требовался очень специфический состав почвы, а также перепады температуры, токсичные материалы, металлический шлак…

Наши экземпляры по сравнению с теми, что были на картинке, показанной нам Шоу, выглядели довольно мелкими и чахлыми. Нам не хватало некоторых важных компонентов, необходимых для их роста, но в качестве подарка они вполне годились.

Кроме того, они придавали блюдам приятную остроту, почти как хрен, только более сладкую.

Но что было важнее всего для Секты Герметичного Железа — эти травы сочетали в себе свойства Земли и металла. Это была единственная имевшаяся у меня трава с такими свойствами.

Дэлан снова поклонился.

— Мы не можем принять такой… — Дэлан осёкся, заметив мою приподнятую бровь.

Опять же, подобные вещи сопровождались целой культурой соперничества, что раздражало. Долги и вынужденная благодарность.

— Это также награда за храбрость вашего сына, — твёрдо сказал я.

— Да, Мастер Цзинь.

— А теперь! Покажете мне свой дом? Отсюда он выглядит довольно величественно! — сказал я, меняя тему.

Дэлан кивнул. — Конечно! Ученики, займитесь своими делами!

Услышав эти слова, ученики быстро разошлись, оставив только нас… а также людей, которых представили как мать Дэлана и родителей Ли Цинь.

Еда и кленовый сироп всегда приходились кстати. У Дэлана и остальных членов секты загорелись глаза, когда я раздавал кленовый сироп и рис. Изначально на этом всё и должно было закончиться, но Мэймэй не сводила глаз с матери Дэлана. Та всё это время молчала и держалась в стороне — женщина, не желавшая никому мешать.

Отношение этого мира к людям с инвалидностью… оставляло желать лучшего. Уже сам факт их присутствия на этой встрече означал, что семья по-настоящему о них заботится. Обычно позволить другим увидеть нечто столь «постыдное» означало серьёзно потерять лицо, но, представляя их, Дэлан сделал это с гордостью… а его мать встретила это смесью нежности и раздражения.

Даже сейчас Красавчик поднял старушку на руки и сопровождал её вместе с нами, несмотря на её тихие возражения. — Внук, я могу немного посидеть, тебе не нужно…

Я заметил, как Мэймэй смотрит на неё. Затем её взгляд переместился на родителей Ли Цинь: её отец был слеп, а мать хромала, опираясь на трость.

Мы шли к огромному традиционному поместью в центре стен, опоясанных серебряным кольцом. Как и почти всё здесь, оно целиком было покрыто металлом. Бока здания сверкали полированной сталью. Черепица на крыше была медной, отполированной до тёплого блеска и очищенной от зелёной патины. Ворота и стены украшала искусная инкрустация из тысячи металлов — извилистый узор и защитные руны.

Это было прекрасное, слегка чужеродное на вид строение. Из-за использованных материалов оно казалось футуристичным, но дизайн оставался древним.

Какое замечательное сочетание противоположностей.

— Бабушка, — сказал я, слегка повернувшись к старушке на руках Красавчика. — Дэлун рассказал мне, что именно вы многому его научили в искусстве резьбы. Не могли бы вы объяснить мне значение этих узоров?

Старушка удивлённо посмотрела на меня — видимо, её поразили мой вопрос и вежливость. Она на мгновение замешкалась.

— Бабушка очень сведущая! — поддержала её Тигу. — А дедушка… никогда не скажешь, что он слеп!

— Правда? — спросил я, и слепой мужчина фыркнул.

— Вы слишком добры, юная госпожа, — хрипло ответил он. — Я ощупывал её резьбу. У неё большой талант.

Тигу просияла и снова повернулась к бабушке Дэлуна.

Старушка фыркнула. Она посмотрела на сына, и тот кивнул. — Ах, ну… — начала она.

Последовавшая экскурсия оказалась весьма познавательной. Теперь, когда мы не стояли перед всей сектой, можно было вести себя чуть менее официально, пока мы шли к поместью и осматривали его. Снаружи оно было металлическим, а внутри почти целиком деревянным… вероятно, потому что так было удобнее.

Дом был хорош… но оказалось, что он скорее служил показным образцом, чем настоящим жильём. Похоже, семья Тье на самом деле жила в небольшом каменном поместье чуть ниже по склону.

Нам также показали наши комнаты, поскольку мы как минимум собирались остаться на ночь. У каждого была отдельная комната, и жилище оказалось весьма роскошным. Половина мебели была украшена золотой инкрустацией, но имелись и более интересные вещи — например, произведение искусства с использованием одной из тех рыб в железной чешуе, где каждая чешуйка была сделана из другого металла.

Нам дали немного времени отдохнуть и расслабиться, прежде чем мы снова встретились с Дэланом, чтобы увидеть, как он начнёт ковать слиток духовного железа.

Или, по крайней мере, должны были отдохнуть и расслабиться.

Мэймэй разложила перед собой стопку бумаг, а Чжуе сидел у неё на плечах, пока она работала.

— даньтянь, похоже, можно восстановить, но нужно осмотреть его поближе, — бормотала она себе под нос. — Глаза? Думаю, не слишком сложно, если следовать тому, что сказал старейшина Шоу. Артрит, повреждение нервов… нужны более эффективные целебные реагенты, чем обычно доступные.

Да, вот такой Мэймэй я и знал. Я улыбнулся ей.

— Но ноги… Жи Цзу сказала, что пересадила их, когда лечила Инвэня, но…

— А как насчёт искусственной духовной формации Ханя в наборе металлических протезов? — спросил я, наклоняясь над её работой.

Мэймэй застыла. Её глаза повернулись ко мне. Она схватила меня за затылок, крепко поцеловала, а затем вернулась к работе.

Она и правда была лучшей.