v7c44: Украденный миг
Сюлань не могла не испытать облегчения, когда Цзиня и Мэйлин радушно встретили на Пиках Дуэлей. Практически всё её время с момента возвращения к своим обязанностям ушло на подготовку к этому событию. Это было главное событие года — то, что требовало множества встреч не только со старейшинами сект, пытавшимися снискать её расположение, но и со всеми структурами их всё ещё развивающегося альянса. Если бы ей пришлось выслушать ещё хотя бы один завуалированный намёк на то, что ей следует предложить Цзиню посетить какую-нибудь конкретную секту, она, пожалуй, кого-нибудь зарезала бы.
Не говоря уже о кошмаре, которым по-прежнему оставалось распределение мест. Столько соперничества ещё предстояло сгладить…
Сюлань могла считать настоящим благословением то, что у неё было так много союзников, ведь в одиночку она наверняка сломалась бы под тяжестью всего происходящего. Но она была не одна. Тигу закончила свои дела на севере и при первой же возможности помчалась обратно, даже не заглянув домой, чтобы помочь позаботиться о безопасности. Она и Рэгс оказались совершенно незаменимы. Оба сейчас стояли среди старейшин. Тигу выглядела так, словно сдерживалась изо всех сил, чтобы не броситься на мать и отца, но здесь ей приходилось поддерживать определённый имидж.
Впрочем, для них обоих это был хороший перерыв. Особенно после всей той заварушки в Травяном Море, где какой-то идиот назначил открытую награду за голову исполняющего обязанности лорда-магистрата. Из-за этой награды сюда явились культиваторы из других провинций. Они уже почти собрали ударный отряд, чтобы уничтожить отребье, заказавшее убийство… но обнаружили, что те уже заключены в тюрьму. Или, по крайней мере, большинство из них. Рэгсу, Тигу, Инь и даже Сянхуа пришлось выискивать в Городе Травяного Моря ячейки, которым удалось скрыться, и закрывать охоту за наградой.
Тем временем Дэлун и Гоу Жэнь сверхурочно занимались ремонтом Пиков Дуэлей, возвращая к работе множество систем при помощи обезьян Хрустального Холма.
Было завораживающе наблюдать, как одна за другой оживали маленькие части горы: от систем отопления и охлаждения до древних клумб, автоматически поливавших сами себя, и даже станций переработки отходов. Всё это было ещё одним шагом к возвращению горы в её первоначальное состояние.
Они даже нашли на складе старые знамёна — те самые, что развевались на вершине горы и несли на себе символ Лазури.
Она знала, что Цзинь не слишком обрадуется торжественному въезду, пышности и церемониям, но понимал их необходимость.
И потому они подготовили всё. Огромные знамёна. Почётный караул, выстроившийся вдоль дороги. Старейшин, чтобы ударить в гонг над ареной, и Бао Вэня, который должен был заменить землю на арене почвой.
И это было лишь приветствие. Их ждали пир, приветственная вечеринка, экскурсия по владениям, поединки, которые ученики и старейшины устраивали ради развлечения… Всё это фактически было государственным визитом, а представление для Цзиня стало лучшим способом дать сектам почувствовать, что и они участвуют в этом деле.
— Великий маршал. Досточтимые старейшины Лазурных Холмов. Благодарю за тёплый приём. Рад встретиться с вами при таких обстоятельствах, а не так, как мы встретились в прошлый раз, — сказал Цзинь, и его шутка разрушила едва заметное напряжение. Он спокойно выдерживал взгляды всех Лазурных Холмов, и в его теле не было видно ни капли напряжения. — Позвольте представить мою жену, Хун Мэйлин…
Он без единой заминки представил всех членов своей семьи; Ва Ши и Бэй Бэ были представлены так, словно это было самым естественным делом на свете.
На самом деле было даже немного непривычно видеть его таким. Она всегда считала своего дорогого друга благородным человеком, но он никогда не держался высокомерно. Он всегда был готов улыбнуться или рассмеяться, похлопать кого-нибудь по плечу, обнять или разыграть. Его тепло напоминало солнце, сияющее над землёй. Оно успокаивало, утешало и врачевало её душу.
И всё же сейчас перед ней стоял не мужчина с озорной улыбкой и готовой шуткой. Перед ней стоял сильнейший человек Лазурных Холмов; тот, кто одолел трёх культиваторов царства Земли и существо царства Неба. Внук Шэнь Юй, Непокорённого Клинка. Союзник Секты Облачного Меча. мастер духовных трав, пользовавшийся бы уважением людей из куда более могущественных провинций.
Его сила была осязаемой, но не подавляла. Ему не требовалось демонстрировать своё превосходство, и именно это придавало ему ещё больше авторитета. Его осанка была почти царственной… и ему это шло, невольно подумала она. Источник спокойной силы, исходившей от него, задал настроение всем присутствующим культиваторам. Он был безмятежен, словно озеро, и это заметили все, невольно подстраиваясь под его манеру держаться.
По крайней мере, внешне. Тяньлань весело пересказывала Сюлань некоторые раздражённые ворчания Цзиня. Они с Тяньлань сговорились заставить траву расти, а Сюлань указала подруге, по каким системам следует ударить, чтобы вызвать свечение и сделать появление Цзиня ещё немного более впечатляющим. Не то чтобы ему это было нужно… но было забавно.
Впрочем, лорд-магистрат хорошо его обучил. Так же как госпожа Ву хорошо обучила Мэйлин. Она стояла чуть позади мужа, выглядя такой же спокойной, как Цзинь. Фиолетовые глаза Мэйлин встретились с глазами Сюлань, и её улыбка стала чуть шире, прежде чем лицо снова обрело нейтральное выражение.
Чжуе, которого на руках держала лисица-служанка — Суянь, как сказала ей Тигу, — растерянно оглядывал арену, принюхиваясь и потирая нос. Сотни культиваторов на трибунах явно ошеломили его, и в уголках его глаз блестели слёзы.
Сюлань тут же вернула внимание к насущному делу. Чем быстрее она со всем справится, тем быстрее Чжуе сможет отдохнуть!
— Для нас большая честь принимать вас, Мастер Цзинь, — сказала Сюлань. — А также вашу жену, сына и слуг. Каждый культиватор здесь знает о битве в солнцестояние и об ужасах, которые вы не позволили обрушиться на Лазурные Холмы.
Цзинь кивнул. — Это был мой долг — так же как и ваш, великий маршал. Мы вместе проливали кровь в той битве, и я был рад видеть вас рядом с собой. Так же как был рад услышать об этом альянсе. Жду не дождусь познакомиться с теми, кто посвятил себя этому великому делу.
Толпа загудела от его слов и одобрения. Его искренность передавалась через окружавшую их гору ци. Через вес Цзиня и Тяньлань, давивший на мир.
Сюлань ощущала это в толпе. Шок, сменившийся гордостью. Он раздул пламя в груди всех, кто начинал видеть в Лазурном альянсе нечто, способное стать постоянным.
По-настоящему сильный человек — сильный не только для них, но и такой, кого даже в самых могущественных провинциях сочли бы чудовищным существом, — выразил своё одобрение и интерес. Более того, он считал их дело достойной и трудной задачей.
Его взгляд скользнул по всем присутствующим. Когда он остановился на спутниках Сюлань, глаза Цзиня потеплели, но холодными не стали ни разу. Баатар, стоявший рядом с Сюлань, выпрямился, когда взгляд Цзиня упал на него, и Цзинь улыбнулся старшему мужчине.
Люди, казалось, собирались подойти, представиться и завести светскую беседу, но Сюлань пресекла эту попытку.
— Дорога наверняка была долгой, Мастер Цзинь. Мы подготовили для вас покои, так что, пожалуйста, примите наше гостеприимство, пока мы переоборудуем арену для пира.
Цзинь замешкался… но тут до ушей обоих донёсся тихий всхлип: Чжуе уткнулся лицом в изгиб шеи Суянь. Взгляды всех старейшин тут же переместились на младенца… и они немедленно отступили.
— Это было бы чудесно, великий маршал, — сказал он, а затем повернулся к остальным старейшинам. — Жду не дождусь получше узнать вас всех на пиру.
И снова слова оказались безупречны: все, кто собирался смешаться с гостями, почтительно отступили.
— Разумеется, — тут же согласился Улаган Баатар. — Мастер Жоу, надеемся, наше скромное гостеприимство придётся вам по душе.
— И Секта Герметичного Железа, и Секта Обрамлённого Солнца предоставили образцовое размещение; не думаю, что гостеприимство Пиков Дуэлей окажется хуже. Ведите, великий маршал.
Сюлань поклонилась и повела их вперёд.
* * *
Им позволили немного уединиться, пока они шли через Пики Дуэлей к недавно восстановленным личным покоям у вершины горы. Вдали от подавляющей толпы тихие тревожные звуки, которые издавал Чжуе, постепенно стихали. Их сопровождали все командиры Лазурного альянса в качестве почётного караула; глава секты Сянхуа должна была прибыть чуть позже, чтобы не выставлять их отношения напоказ.
Они почти не разговаривали, пока не дошли до определённой двери — двери благородных покоев. Это было самое безопасное место в горе. Тяньлань имела доступ к управлению всеми дверями, и никто другой не мог войти в эту комнату или выйти из неё без её разрешения. Гоу Жэнь и Дэлун даже восстановили звукоизоляцию.
Двери закрылись за ними.
И тогда они смогли снова стать собой. Мэйлин взяла Чжуе и принялась подбрасывать младенца вверх-вниз… а затем повернулась к Сюлань.
— У-у-у-у! Как же я перенервничала! — простонала Мэйлин, мгновенно отбросив своё царственное и невозмутимое выражение. Она вцепилась в руку Сюлань, и глаза выдали, как сильно она переживала. Сюлань без колебаний обняла её в ответ. — Их было так, мать их, много!
Гоу Жэнь рассмеялся и обнял Мэйлин за плечи. Лохматик Два прислонился к её ногам, по-своему оказывая поддержку.
— Это же пиздец! Когда я впервые прибыл в секту Сянхуа, мне казалось, что меня сейчас вырвет! — сказал Гоу Жэнь, сочувственно подхватывая её жалобу.
— Ах, ты должен рассказать мне обо всём — сегодня вечером! — потребовала Мэйлин.
— Чёрт, старший брат, ты выглядел таким крутым, царственным и вообще офигенным! — заявила Инь, ударив Цзиня в живот. Мужчина рассмеялся и преувеличенно ткнул её кулаком в плечо, одновременно положив другую руку на ногу Тигу. Разумеется, она тут же запрыгнула Цзиню на спину и обняла его сзади.
— Что, во имя преисподней, это было?! Где маленький столик с едой?! Как вы могли забыть про маленький столик с едой?! — Ва Ши тут же принялся жаловаться, пока Рэгс и Громкий парень смеялись.
— Это будет позже вечером, брат, и гарантирую: тебе понравится! — пообещал Рэгс.
Сюлань позволила смеху и веселью смыть напряжение — украденный миг посреди всей этой пышности.
Цзинь тоже обнял её в знак приветствия, и она прижалась к его теплу. Ва Ши обвился вокруг неё. Бэй Бэ боднул её бок головой и твёрдо кивнул.
Затем Мэйлин оставила Чжуе на попечение Сюлань, а сама отправилась допрашивать Тигу и Дэлун о том, чем они занимались, и глаза её сверкали.
Сюлань лишь улыбнулась своему подопечному. Чжуе ещё несколько раз потёр нос, и слёзы наконец высохли. Он замер, принюхался и поднял на неё взгляд.
Надутые губы и последние остатки слёз исчезли без следа. Его фиолетовые глаза расширились.
Маленькие ручки жадно вцепились в её косы.
— Тётя Лала! — радостно закричал он, и его голос прорезал разговор. В нём звучала чистая, безграничная радость. Он расплылся в самой широкой улыбке, какую она когда-либо видела на его лице. В глубине фиолетовых глаз сверкали любовь и нежность, и он изо всех сил обнял её. — Ма! Па! Сестра! Тётя Лала!
— Да. Тётя Лала здесь, — прошептала она, и голос её дрогнул от волнения.
На мгновение всё остальное исчезло. Всё напряжение. Вся работа, которую ей ещё предстояло выполнить. Всё. Осталось лишь тепло маленького существа в её руках, такого счастливого видеть её.
Это был идеальный миг, и он стоил всех трудов.
* * *
Мастер Жоу прибыл.
Все, кто находился на Пиках Дуэлей, знали об этом.
И все начали изворачиваться, пытаясь снискать его расположение… или преследуя другие цели.