v7c80: Триумф

К большому удивлению Би Ди, последствия битвы удалось устранить куда быстрее, чем он ожидал: он привык иметь дело с человеческими проблемами — разрушенными зданиями, разорёнными полями, сломанными заборами.

 

Лес Пепла избежал подобных бедствий — шершни его не тронули. Для восстановления требовалось главным образом время: время и грамотное управление, чтобы обезлюдевшие участки смогли по-настоящему возродиться.

 

Была и вторая причина, по которой всё шло гораздо быстрее. Пылающие Медведи не любили бесконечно спорить по кругу, как люди.

 

«Она видит всё. Лучше неё с восстановлением леса никто не справится, — проворчал Хуэйшоу, указывая на Ваджру. В способности Мудреца Исцеления мгновенно переодеваться ей не было равных. От плохо сидевшей одежды не осталось и следа — теперь на ней было нечто величественное, достойное королевы и напоминавшее о её происхождении. Изящное чёрно-жёлтое платье дополняла роскошная меховая накидка, застёгнутая у шеи. Волосы удерживали несколько чёрных шпилек, выточенных их Мастером, — они и впрямь походили на пчелиные жала с двумя острыми концами.

 

Наряд идеально подчёркивал её величественную стать. Би Ди пришлось приложить немало усилий, чтобы не заглядываться на неё. Мастер заметил, что наряд уж слишком в лоб, но Ваджра была от него в полном восторге и долго красовалась перед дочерьми.

 

«Ей точно можно доверять», — согласился Паобу, сидевший рядом со своими пятью пчелиными ульями. Он слушал вполуха, целиком сосредоточившись на пчеле, ползавшей по его когтю. Глаза его светились счастьем.

 

«Можно быть уверенным, что она ничего не станет забирать или копить про запас. Её пища — нектар, а не наша медвежья еда», — постановил старый седой медведь, у которого не хватало половины зубов.

 

Остальные медведи закивали и одобрительно загудели. Ваджра просто сидела с лёгкой улыбкой, тоже кивая. Она выглядела очень довольной.

 

«А ты что думаешь, младший брат?» — спросил Хуэйшоу Баолиня.

 

— Будем поступать по воле госпожи Ваджры, — без колебаний ответил мужчина, решительно кивнув ей с широкой улыбкой.

 

Би Ди вновь поразился проницательной хитрости своей сестры-сопослушницы.

 

Накануне вечером Ваджра подошла к мужчине и его вождю и попросила перечислить всё, что у них забрали шершни, чтобы возместить потери. Ведь Мастер включил её в список получателей жалованья; просто раньше ей никогда не нужны были деньги. Одно это уже располагало к ней.

 

Кроме того, она рассказала им, что секты освобождены от обычных налогов. Би Ди считал этот закон странным. Почему не захотел бы человек платить налоги? Он видел, на что господин магистрат тратит собранные деньги; разумеется, люди должны хотеть платить за предоставляемые услуги.

 

Судя по их ликованию, жители Тенистой Поляны придерживались иного мнения. Для этого требовались как минимум «пять человек с подтверждённой культивацией, поручительство других сект и территория, выделенная под их надзор».

 

И, что было особенно любопытно, в законе нигде не говорилось, что культиваторы обязаны быть людьми.

 

Когда Баолинь спросил Хуэйшоу, не мог бы тот стать главой секты и «разбираться со скучными человеческими делами», Хуэйшоу лишь пожал плечами и согласился: Ваджра сказала, что так им будет проще не подпускать к себе людей, которые им не нравятся.

 

Таким образом, в новосозданной Секте Пылающего Леса состояли один человек — глава секты — и по меньшей мере сотня Пылающих Медведей. Ещё пару лет назад это была бы сила, способная противостоять большей части провинции.

 

— Благодарю вас за доверие, дорогие друзья. Я сделаю всё, чтобы лес снова запел. Вот увидите: невозможно будет пройти и шага, не наступив на что-нибудь вкусненькое! — сказала Ваджра с лучезарной улыбкой.

 

Медведям очень понравились её слова о еде, и Би Ди немного за них тревожился. Нельзя было сказать, что они глупы… но в целом они, похоже, не заглядывали далеко вперёд. Услышали что-то приятное, решили, что Ваджре можно доверять, — и поверили её обещаниям без оглядки.

 

Хотя… в данном случае разве они и правда ошибались? Ваджра поклялась им помочь и, похоже, относилась к этому совершенно серьёзно. Она явно собиралась выполнить всё обещанное, да и решимости довести дело до конца ей было не занимать.

 

С ними, скорее всего, всё будет в порядке — а Ваджра наверняка сурово осудит любого, кто попытается ими воспользоваться. Би Ди считал, что хорошо знает её характер: лес и всё, что в нём находилось, она считала своим.

 

А значит, она приложит все силы, чтобы защитить его и сделать сильнее — «ради Императора».

 

Би Ди всё ещё раздумывал, как завести этот разговор. Когда их Мастер сказал Ваджре, что он не Император, та преувеличенно подмигнула, а потом перестала называть его так в лицо — но иногда это всё равно срывалось у неё с языка.

 

«Ладно. Хорошо. Те, кто остаётся, слушайтесь Ваджру. Если она велит вам что-то сделать, значит, хочет, чтобы зимой вы не голодали. А мы с Паобу, Хранителями Пепла, младшим братом и ещё несколькими пойдём с госпожой великим маршалом к их горе и посмотрим, что там к чему», — продолжил Хуэйшоу. В ответ раздались новые кивки.

 

А потом настало время отправляться в путь. Би Ди направлялся в Город Поединков, чтобы лично доложить о случившемся; Юнь Жэнь собирался вернуться домой за Би Юй, а затем им обоим предстояло отправиться к Гоу Жэню и Сянхуа, на Туманное озеро. Жи Цзу и Призрак оставались в лесу с Ваджрой и собирались сразу же заняться пересадкой нескольких деревьев.

 

* * *

 

У ворот Города Поединков столпились культиваторы. Все они затаив дыхание ждали.

 

Слухи о случившемся во время битвы в Пылающем лесу уже начали доходить до города, и все культиваторы только об этом и говорили.

 

Старейшины особенно ждали новостей, хотя и старались не показывать, насколько им интересно произошедшее. Перед уходом великий маршал уже ввела их в курс дела.

 

Фа Би Ди, первый ученик Фа Рама, лично попросил Лазурный альянс о помощи.

 

Эта мысль одновременно наполняла собравшихся гордостью… и вызывала тревогу. Если культиватор Духовного царства нуждался в помощи, дело явно было серьёзное.

 

Сперва они услышали размеренный топот марширующих — глухой и неумолчный.

 

А затем увидели развевающиеся на ветру знамёна Лазури.

 

Во главе шествия шла великий маршал, рядом с ней — Фа Би Ди, командир Тигу и капитан Инь. Белые тигры, Пылающие Мечи и Всадники-разведчики Тигра Леопарда шли в её свите с высоко поднятыми головами. Но когда они увидели, кто ещё присоединился к отряду, у них вырвались изумлённые возгласы.

 

По бокам шествия шли Пылающие Медведи. Шесть штук.

 

Духовные звери шагали вместе с ними на задних лапах, и с каждым тяжёлым шагом содрогалась земля. Два самых крупных медведя держали в лапах деревянные шесты, на которых висели их трофеи: отвратительные гигантские насекомые, каждое размером с медведя, нёсшего его.

 

Увидев трупы таких духовных зверей, люди ахнули. Эти жуткие твари были огромными убийцами, вместо рук у которых торчали копья и топоры.

 

— Победа! — крикнул кто-то, и толпа подхватила его призыв.

 

— Победа! Победа! Победа!

 

Когда великий маршал вошла в город, толпа принялась кричать и топать, а в её легенду уже вплетались новые истории. Цай Сюлань, объединившая секты. Цай Сюлань, сумевшая даже облагородить Пылающих Медведей — ленивых обжор, которые теперь маршировали с удивительной грацией, заставляя землю грохотать каждым тяжёлым шагом.

 

Для тех, кто её поддерживал, это было ещё одним доказательством правоты её дела. Даже самые грубые и дикие существа обретали просветление под её взглядом.

 

Для тех, кому она не нравилась, это стало ещё одним поводом для страха. Женщина с таким красноречием, что даже Пылающие Медведи идут за ней и ведут себя как обученные солдаты? Это казалось одновременно нелепым и ужасным.

 

Под звуки барабанов они вошли в город и направились прямиком к Земной Арене. Толпа, приветствовавшая их вдоль улиц, двинулась следом: никто не хотел пропустить речь великого маршала.

 

Все быстро расселись и замерли в ожидании.

 

— Почтенные старейшины, члены нашего альянса! Ваш великий маршал пришла доложить о разгроме угрозы, которая могла поглотить все Лазурные Холмы, — начала она ровным голосом.

 

Слова вызвали удивлённые возгласы… но и несколько насмешливых фырканий.

 

— Эти двое угрожали всем Лазурным Холмам? — недоверчиво спросил старейшина Секты Тростниковой Реки.

 

Его дерзость вызвала несколько гневных взглядов, но вызов был очевиден — как и внезапное напряжение в плечах тех, кто последовал за ней.

 

Однако мужчины и женщины, последовавшие за великим маршалом, промолчали.

 

— Вы правы. Эти двое не угрожали бы всем Лазурным Холмам. — Она обернулась и кивнула Бай Хуэйцзуну. Мужчина держал в руке кристалл записи и прижал его к Звучному хрустальному помосту.

 

Формирования активировались, проецируя запись.

 

Земную Арену тут же заполнил оглушительный гул, от которого заложило уши и задрожали кости.

 

И тогда небо почернело.

 

— Когда видишь их вместе с остальными, угроза становится куда очевиднее.

 

Изображение сменилось адом на земле. Лес пылал. Солнце лишь изредка показывалось из-за неестественного бурлящего облака, которое погружало всё вокруг в сумерки.

 

Целых двадцать гигантских шершней схлестнулись с культиваторами и Пылающими Медведями. Поток пламени, раскалённый до такой степени, что воздух над ним заметно дрожал, столкнулся со стеной хитина. Шершни пробились сквозь огонь, и их низкий гул заставил нескольких участников отряда Сюлань неловко поёжиться.

 

Их встретили когти и сталь. Медведь сбил гигантского шершня с ног и прижал к земле, пока один из Пылающих Мечей не прикончил его. Другого культиватора пронзили в живот; он упал с криком. Одна техника поразила сразу двух шершней: одного рассекла надвое, а второй создал себе броню из ци и отразил удар. Чёрная туча обычных шершней нахлынула на Пылающего Медведя, словно прилив. Их было так много, что духовный зверь полностью скрылся из виду и завопил от боли.

Серебряный луч пронзил небо и разорвал тьму, позволив солнцу вновь засиять. Но тьма сразу же вернулась и снова поглотила дневное светило.

 

Внезапная жестокость лишила зрителей дара речи. Они своими глазами увидели невероятную свирепость нападения, мощь обрушенных техник и размах происходящего — война была куда кровопролитнее и смертоноснее любой из тех, что когда-либо переживали жители Лазурных Холмов.

 

За пять минут записи они увидели, как не меньше сотни гигантских шершней врезались в сомкнутые ряды людей и духовных зверей. Некоторые из них обладали силой, достигавшей глубинного царства.

 

А враг всё шёл. И шёл.

 

Мужчина, выразивший сомнение, теперь стоял с открытым ртом. Старик, столп своей секты… за все годы жизни он не видел битвы столь жестокой.

 

Запись оборвалась, и на арене воцарилась тишина.

 

Никто не мог отрицать, что увиденное было угрозой самому существованию.

 

— Вот почему я просил о помощи, — сказал Фа Би Ди, поглаживая подбородок. — И я признателен Лазурному альянсу за то, что он так быстро откликнулся на моё предупреждение.

 

— Враг был поистине ужасен, — произнёс Улаган Баатар, старый Патриарх Секты Великого Ущелья, глядя на Сюлань. — Сколько мучеников пало, прежде чем вы одолели его?

 

— Двое, — ответила великий маршал. — А ещё, по нашим самым точным подсчётам, сорок шесть Пылающих Медведей, большинство из которых погибли до нашего прибытия.

 

И снова её слова прогремели, как взрыв фейерверка.

 

Двое.

 

Всего двое против этих немыслимых чудовищ? Двое, чтобы уничтожить их всех?

 

— Как звали этих мучеников? — спросил Баатар.

 

— Вэй Шань из Пылающих Мечей. Независимый культиватор, — ответила Инь.

 

— Юй Янь из Белых тигров. Член Секты Одинокого Древа, — мрачно произнесла Тигу.

 

Все взгляды обратились к старейшине Юй Цзяню и представителям Секты Одинокого Древа. Никто из них не выглядел удивлённым… очевидно, их предупредили заранее: весь день они держались подавленно.

 

— Моя племянница, Юй Янь… — произнёс старейшина Юй Цзянь, и голос его слегка дрогнул. — Она у вас?

 

— Она у нас, — мягко ответила великий маршал. — Она не останется лежать на каком-нибудь поле боя, всеми забытая. Никто не останется. Её доставили со всеми почестями… теперь она может вернуться домой и отдохнуть. Мы своих не бросаем.

 

Старик поднял руки в знак уважения и склонил голову.

 

— А для тех, у кого никого не осталось… для таких, как Вэй Шань, у кого нет ни родных, ни секты… их дом будет здесь. Здесь, в горах, среди всех наших Предков. На западном склоне горы есть два мавзолея, недавно обнаруженных нашей Комиссией по восстановлению. В одном покоится множество поминальных табличек; мы сейчас проводим положенные обряды. Другой… пуст, и его так и не достроили до конца. До сих пор.

 

Теперь мы его закончили. Там упокоятся те из нас, кто вновь взялся за великое дело Предков и надеется продолжить начатое ими… рядом с теми, кто разделял их стремления.

 

Услышав её слова, люди закрывали глаза и склоняли головы… затем Юй Цзянь заговорил снова.

 

— Это место предназначено только для тех, у кого нет семьи?

 

— Нет. Все, кто несёт наше знамя, — наши братья и сёстры. Каждый, кто хочет упокоиться здесь, найдёт покой, — ответила великий маршал.

 

— Тогда и моя племянница будет покоиться здесь, — ответил Юй Цзянь, и голос старика окреп. — Она верила в твою мечту, Цай Сюлань. Верила настолько, что отдала за неё жизнь. Она хотела провести здесь оставшиеся дни… так что, прошу, позаботься о ней.

 

Великий маршал поклонилась старейшине Секты Одинокого Древа.

 

Так состоялись первые две похоронные церемонии в истории Лазурного альянса. На торжественную церемонию пришли все культиваторы, находившиеся на Пиках.

 

Вэй Шань и Юй Янь похоронили в Зале Героев, рядом с могилой тех, кто сражался за те же идеалы тысячелетия назад.

 

Они были первыми.

 

Но не последними.

 

* * *

 

Высоко-высоко над ними мужчина на летающем мече наблюдал за происходящим, держа в руке бутылку вина.

 

Он видел, как они сплотились и отправились в путь. Видел, как они сражались. И пусть сама битва была всего лишь малым событием… суть их союза была поразительно чистой.

 

Какое любопытное зрелище, — подумал Шэнь Юй. Интересно, каким оно станет даже через сто лет?