v6c23: Снова вместе
Чжан Вэй, которого прозвали Громким парнем, заранее знал, что их ждёт почти невероятная история.
И оказался прав. События, случившиеся в день солнцестояния… Если бы он не знал своих друзей и не видел кое-что из того, что произошло, в кристалле памяти, всё это звучало бы как история из свитка.
Но история не была невероятной. И не была выдумкой. В глазах друзей мелькали воспоминания. В их голосах звучали отголоски ран, полученных в бою, — ран, которые ещё не зажили; даже Мастер Цзинь всё ещё ходил с повязками. А они тем временем без остановки рассказывали обо всём случившемся.
Рассказ занял несколько часов. Всё это время Вэй, Рэгс и госпожа Би Юй не могли оторваться. История затянулась настолько, что они в итоге поужинали в гостиной, у очага. Кулаки Вэя сжимались, когда он слышал, как близко всё подошло к катастрофе, а сердце переполняла гордость, когда друзья нанесли демоническим культиваторам решающий удар.
Узнав, что случилось с Сектой Окутанной Горы, он испытал тихое злорадство и мрачную радость… но, когда Тигу рассказала о последствиях и о том, как отпустила свою обиду, ему стало немного стыдно.
Как они вообще могли объединить земли и призывать других забыть прошлое, если сами не могли этого сделать? Вэю предстояло над этим поразмыслить.
И всё же, несмотря на гордость за то, чего добились друзья, и облегчение оттого, что все они были живы и здоровы… в груди у Вэя зияла пустота.
Участие Секты Облачного Меча и Секты Острова Парящих Небес стало почти второстепенной деталью: их роль была невелика, они появились под конец и помогли завершить дело.
А значит, решающий удар нанесли его друзья.
К счастью, история закончилась триумфально. Обошлось одними ранениями, никто не погиб — и это, пожалуй, было самым невероятным. А сейчас он смотрел на одну из этих ран.
— Вот и всё… Осталось только навести порядок, — закончила Сюлань.
— Вот это да, Босс! Просто безумие! — наконец выговорил Вэй, когда рассказ подошёл к концу.
Сюлань лишь печально улыбнулась и рассеянно провела пальцем по золотому блеску, выглядывавшему из-за воротника.
Золотая трещина на её груди всё ещё выглядела свежей и болезненной — у Вэя свело живот, стоило ему на неё взглянуть. Но они справились. И это хорошо… так почему же он не был так счастлив, как мог бы?
— Ночка выдалась что надо, — с весельем заметил Би Ди, который теперь стал человеком.
— У всех твоих кузенов лисьи хвосты? — услышал Вэй, как Би Юй шепчет Юнь Жэню; глаза её сияли.
— Ну, не у всех…
Рэгс, сидевший по другую сторону от Вэя, погрузился в раздумья. — Какого чёрта мы всем расскажем? — наконец спросил он, взглянув на Сюлань с тревогой на лице.
— Правду, — ответила она. Рэгс огляделся: Мастер Цзинь и Би Ди согласно кивнули. Тревога исчезла с его лица, и он улыбнулся. — Составим отчёт и разберёмся с остальными аномалиями ци. Хорошая новость — всё это можно исправить… но после Нового года работы будет невпроворот.
Услышав это, все понурили плечи. В прошлом году и без того пришлось возиться с такой прорвой бумаг…
— Будет сделано, Босс, — уверенно заявил Рэгс и поднялся. — Но вот это была заварушка! Лазурные герои снова в деле!
— Лучше нас никого нет! — крикнула в ответ Тигу, и они хлопнули друг друга по ладоням.
— Гляньте на нашего младшего братишку — вырос и уже демонов бьёт! — воскликнул Вэй, взъерошив волосы Всадника потока. — А ты, оказывается, Секте Окутанной Горы задницы надрала?! Вот это да, Инь!
Сереброволосая женщина ухмыльнулась и жестом попросила его продолжать. Вэй лишь рассмеялся, глядя, с каким удовольствием она принимала его похвалу и как сияла от радости.
Рэгс принялся дурачиться, хвастаться и носиться по комнате, подзадоривая всех, — и настроение у всех стало праздничным. Громкий парень тоже поднялся, похлопывал друзей по спине и смеялся вместе со всеми, пока они обсуждали победу и планы на Новый год… но душа у него к этому не лежала. Они победили, и, конечно, все были счастливы, но…
Не прошло и получаса, как он незаметно отошёл от шумной компании и направился к задней части дома. Там он остановился перед большим окном, выходившим на реку и холмы за ней.
Он опёрся на подоконник и вздохнул.
Друзья сражались за свою жизнь, а он устроил вечеринку, пил и пел, ни о чём не тревожась. Впервые в жизни у него появились люди, на которых можно было положиться. Друзья, которые всегда его поддержат… а когда всё пошло наперекосяк, его рядом не было.
У него всё внутри переворачивалось.
— Что заставило тебя покинуть товарищей в их радости? — Голос прервал размышления Громкого парня. Тот вздрогнул и резко обернулся — перед ним стоял старик. Он сидел в кресле-качалке чуть поодаль, а на коленях у него устроился младший брат Тигу. На вид — обычный старый дедушка, доживающий свой век, но Вэй знал, что это не так.
Это был Шэнь Юй. Мастер Би Ди, человек, который убил культиватора Имперского мира. Вэю было не верилось, что ещё в прошлом году они так легкомысленно к нему относились, считая безобидным стариком.
Вэй поспешно поклонился.
— Простите, что побеспокоил вас, Мастер Шэнь Юй.
Старик приподнял бровь и посмотрел на Вэя. Тот почувствовал, что его изучают и оценивают. В глазах старика читалась… усталость, и в них была тяжесть прожитых лет. Он взглянул на Вэя… а потом, казалось, что-то решил.
— Взгляд у тебя тяжёлый, парень. Что тебя тревожит? — спросил он. В его голосе не было приказа, только лёгкое любопытство.
Вэй глубоко вздохнул. Похоже, сейчас ему и вправду не помешал бы совет.
— Нас там не было, — прошептал он после недолгого молчания.
Старик снова приподнял бровь, а затем его лицо озарила лёгкая улыбка.
— То, что тебя так тревожит подобное, говорит в твою пользу, юноша, — сказал он. Вэй покраснел, а старик негромко рассмеялся и вздохнул. — Мне это чувство очень хорошо знакомо.
Вэй моргнул, поражённый признанием. Он бы решил, что этот старый монстр всегда выходит победителем. Тот производил именно такое впечатление — словно безупречный клинок. И всё же… он сказал, что знает, что сейчас чувствует Вэй.
— Мне кажется, я мог быть там. Я должен был быть там… — Вместо того чтобы веселиться, пока друзья сражались за свою жизнь. Он бы так и не узнал, если бы они погибли. Однажды они просто исчезли бы. Вэй прикусил губу. Спрашивать такое у старого монстра было, наверное, невежливо, но он хотел знать. — Есть ли способ… справиться с этим?
Старый культиватор удивлённо моргнул, а затем задумался над словами Вэя. Он долго обдумывал их, и взгляд его был тяжёл; когда он заговорил, голос его прозвучал негромко.
— Больно будет всегда, — наконец сказал старый культиватор. — Ты всегда будешь жалеть, что оказался не там, а там, где был. Взгляд Шэнь Юя словно устремился куда-то за плечо Вэя. — Желать быть рядом с товарищами, чтобы вместе с ними встретить опасность, — благородно. И гнев на врагов, причинивших им боль, вполне оправдан.
Он произнёс это убеждённо, словно говорил непреложную истину… а потом умолк. Его взгляд вдруг вернулся к Вэю и остановился на нём.
— Но зацикливаться на чувстве вины… нет, так нельзя. Юноша, не вини себя. Если бы ты знал, ты бы поспешил к ним?
— Да, — ответил Вэй.
— Твои товарищи винят тебя за то, что тебя не было рядом?
— …Нет.
— Вот тебе и ответ. Принять его нелегко — и правда нелегко. Порой даже зная правду… всё равно снова и снова к ней возвращаешься. — Последние слова он произнёс шёпотом. Шэнь Юй пристально посмотрел на Вэя. — Возвращайся к товарищам, юноша. Празднуй вместе с ними. Победы пережить проще, чем поражения.
Вэй поклонился и сложил ладонь в кулак. — Благодарю за совет, великий эксперт.
Затем он попятился, оставив Мастера Шэнь Юя наедине с мыслями. Взгляд старика всё ещё был тяжёлым. И всё же… теперь, возможно, чуточку полегче.
Он вернулся к друзьям, но на душе всё ещё было неспокойно. Однако Тигу обняла его за шею, а Сянхуа заливисто рассмеялась.
И, может быть… ему и правда стало немного легче.
* * *
Би Юй была очень рада, что отправилась на север. Да, неделя выдалась ужасной, но сегодняшний день стоил всех лишений. Жаль только, что дядюшка Нэзан уехал вместе с Сектой Окутанной Горы. Би Юй очень хотела снова с ним повидаться.
Но всё остальное? Просто восхитительно. Чудесная еда Фа Рама. Мистер Ва Ши снова стал готовить ещё лучше и даже начал красиво украшать блюда. А в поварском колпаке он был так хорош собой. Ему это удивительно шло.
А ещё была изумительная баня — Би Юй стоило бы и самой взяться за цветы! На подоконнике у неё уже стояли несколько растений, но ароматы и вид вокруг — словно в потаённом гроте.
Баня и чудесная обстановка сняли усталость после дороги, шумное празднество тоже было в радость… но, конечно, лучше всего было другое.
И случилось это уже после того, как все разошлись на ночь.
— Это было сразу после того, как мы вошли в Горы Воющих Клыков. Свет там был чудесный. Один из лучших, что мне доводилось видеть, — рассказывал ей Юнь Жэнь. Она прижалась к нему на кровати в гостевом доме. У Гоу Жэня дома было тесно, и им обоим хотелось немного тишины. Пушистый хвост Юнь Жэня лежал у неё на ногах, а пальцы зарылись в его восхитительно мягкую шерсть.
На стене появлялись его записи: прекрасное мерцание, а поверхность водопада сверкала всеми цветами радуги.
Половину внимания Би Юй занимала запись, другую — лицо Юнь Жэня. Она любовалась блеском его глаз, слушала, как он описывает углы падения света и композицию кадра.
Ей всё это нравилось. Нравилась страсть, звучавшая в его голосе. Даже если бы он не использовал то, что придумала она, всё равно было бы чудесно.
— Это размытие… ты использовал свою идею с «выдержкой», да?
Юнь Жэнь улыбнулся и показал ей один из способов, который обдумывал, чтобы передать на записи движение воды. Это было не просто мгновение, но и не съёмка непрерывного движения — получалась иллюзия движения. — Именно. Здорово работает, правда? — спросил он.
— Ещё как! — согласилась она. — Если бы ты рассказал об этом в Городе Озера Бледной Луны, Общество записи неподвижных изображений было бы в восторге!
Юнь приподнял бровь. — Общество записи неподвижных изображений? — переспросил он. Би Юй моргнула… и потянулась за своим кристаллом записи неподвижных изображений. Она не была такой же плодовитой и умелой, как Юнь, но всё равно старалась запечатлеть моменты, которыми могла бы поделиться с ним. Ведь они так часто были порознь.
Она прижала к кристаллу небольшой кусочек светящегося камня. Крохи ци, содержавшиеся в нём, проходили через маленькую формацию, позволяя ей проецировать собственные изображения. Обходной путь, придуманный смертными для смертных… и на этот раз не её изобретение. Его разработали давным-давно.
На изображении перед несколькими проекциями сидели знатные дамы и господа. Повсюду стояли цветочные композиции, столы были покрыты изысканными скатертями, а мужчины разносили напитки.
— Они стали очень популярны — половина новых учеников только этим и занимается. Маленькие, компактные и простые в использовании, — с улыбкой объяснила Би Юй. — Общество пригласило меня, когда узнало, что это я их придумала. Было весело.
Юнь прищурился, разглядывая изображение. — А они совсем неплохи, — признал он с лёгкой усмешкой. — Особенно вон тот, старший брат Тигу.
Би Юй рассмеялась, взглянув на изображение, на которое указал Юнь. Там рыжий кот растянулся в солнечном луче.
Кот был очень упитанным, а сидевшая перед проекцией знатная дама выглядела невероятно довольной своей работой.
Они ещё немного обсуждали работу знатной дамы… а потом снова переключились на изображения Юнь Жэня.
Чем дальше они углублялись в записи, тем фантастичнее становились изображения. Окутанная Гора во всём своём великолепии. Новые друзья Юнь Жэня — Хань, Шао Хэн и Юйшан из Секты Окутанной Горы, улыбающиеся кристаллу записи. Даже тёмный коридор, будто записанный наспех.
Юнь Жэнь рассказывал о проносившихся перед ними изображениях. Предыдущий рассказ звучал почти триумфально… но теперь Юнь Жэнь поведал обо всём куда подробнее.
Он рассказал о страхе, который охватывал его при проникновении в секту. О трудной дороге. О боли, когда демонический хитин пронзил его тело.
Би Юй обняла его и провела пальцами по волосам. Она была всего лишь смертной… но разделяла с ним эту ношу, насколько могла.
— Когда стало совсем тяжело. Когда я столкнулся с тем, из-за чего захотел всё бросить, знаешь, какая мысль помогла мне не сдаться? — прошептал он.
— Какая?
— Что я вернусь к тебе.
Лицо Би Юй залилось румянцем.
Это было совершенно и абсолютно нечестно.
Какая-то её часть считала, что она не заслужила такой открытой и искренней преданности. Он был культиватором. Он мог менять мир… а она была всего лишь резчицей по кристаллам.
Она отогнала эту мысль. Ответ был прост: стать достойной его. От этой мысли в груди у неё вспыхнул огонёк.
Би Юй прижалась губами к губам Юнь Жэня.
— Мне бы хотелось послушать ещё истории о твоих приключениях. А может, в следующий раз… мы отправимся вместе. И путешествие будет не таким… напряжённым, — сказала она.
— А как же твоя резьба? — спросил он.
— Мне нужен только резец. К тому же поиск хороших кристаллов — тоже часть работы!
Юнь Жэнь заглянул ей в глаза.
— Что ж, у меня есть целая книга мест, куда можно отправиться.
— Значит, историй нам хватит надолго, — ответила Би Юй. — А теперь Мэйлин права. Хочу проверить, насколько они чувствительные. — Её глаза широко распахнулись и заблестели, а пальцы потянулись к чудесно мягким лисьим ушам на голове Юнь Жэня.
Как оказалось, они были очень чувствительными.