v7c8: Формирование группы
Только когда мы всерьёз принялись планировать наше небольшое путешествие на юг, до меня наконец дошло: с момента моего прибытия сюда это будет самый долгий срок, который я проведу вдали от дома.
Это будут не те примерно две недели, что я провёл на Пиках Дуэлей. На этот раз речь шла почти о пяти или шести месяцах. Пяти или шести месяцах постоянных странствий, постоянных встреч и постоянных культиваторских… дел.
Пять или шесть месяцев, в течение которых я не буду заботиться о своём доме и толком не буду заниматься фермерством.
Это казалось неправильным — где-то глубоко в душе поселилась неуверенность.
И всё же это было необходимо. Во время солнцестояния Тяньлань получила несколько ран, некоторые из них — весьма тяжёлые. Её ци вытекала в мир, словно кровь, и пока эти разрывы оставались незажившими, ей не становилось лучше.
Проблема заключалась в том, что для их исправления мне действительно нужно было туда отправиться. Именно я должен был помочь Тяньлань физически привести эти места в порядок. Я был средоточием её силы и мыслей. Она могла посылать небольшие отростки себя, чтобы присматривать за другими, но для устранения повреждений ей требовалось всё её внимание без остатка — вместе с моей помощью.
Тяньлань страдала. Тупая боль глубоко в моих костях постоянно царапала краешек сознания. Нужно было всё исправить, чтобы она наконец получила хоть некоторое облегчение. А раз уж мы всё равно собирались на юг, почему бы не объединить поездки? Все секты Лазурных Холмов хотели встретиться со мной, так почему бы и нет? Я встречусь с ними и заверю, что с нашествием демонов покончено.
И наконец, Мэймэй хотела увидеть больше провинции. Хотя в её действиях чувствовались тревога и беспокойство, я видел, что она рада возможности путешествовать со мной, увидеть места, о которых прежде только читала, и узнать всё, что сможет.
Я обещал показать ей провинцию. Каким же я был бы мужчиной, если бы не сдержал слово?
Помимо того, что именно мы возьмём с собой и куда конкретно отправимся, нам нужно было решить ещё один важный вопрос.
Кто отправится с нами, а кто будет присматривать за фермой в наше отсутствие.
— Итак, кто хочет отправиться с нами, а кто хочет остаться? — спросил я за ужином, предоставляя всем возможность высказаться.
Первым заговорил Большой Ди.
— Моя ци всё ещё нестабильна из-за полученных ран, — сказал петух, в данный момент пребывая в своей естественной форме. — Мне по-прежнему нужно время на отдых и восстановление. Возможно, когда я полностью поправлюсь, то присоединюсь к вам. Но пока я просто рад, что снова могу исполнять свой изначальный долг. Спите спокойно, Мастер. Ваш первый ученик будет охранять курятник.
Это, по крайней мере, стало для меня огромным облегчением. Если кому и можно было доверить мой дом, так это Большому Ди.
— Разумеется, я тоже останусь, — чопорно заявила Пеппа. — О доме нужно заботиться и подготовить его к вашему возвращению, Мастер.
— Хорошо, что ты остаёшься, ведь мне понадобится твоё руководство, сестра, иначе всё придёт в беспорядок! — сказал Большой Ди с кривой улыбкой. — В прошлый раз, когда я один присматривал за домом, я всё разгромил!
Он имел в виду всю ту историю с крысами в наш первый год, когда они съели почти все самоцветные травы и едва не убили его и Толстячка.
В его тоне звучала шутка, но и серьёзности было немало.
— Невозможно, — прогремел Толстячок. — Брат никогда не повторяет одну ошибку дважды.
— Мой муж прав. Первый ученик никогда не повторяет одну ошибку дважды, и мы рады следовать за ним как за управляющим, пока Мастер отсутствует, — закончила Пеппа. Большой Ди выглядел весьма тронутым их словами.
— Толстячок останется с женой, — сказал кабан с небольшой безмятежной улыбкой. — Земля здесь всё ещё больна. Поможет исправить.
Затем они перешли к Жи Цзу. Маленькая крыса посмотрела на них, потом на Мэйлин и снова на них, явно разрываясь между двумя решениями, а затем выдохнула. — Жи Цзу некоторое время отсутствовала и недавно успела побывать во множестве приключений. Думаю, небольшой отдых пойдёт ей на пользу.
Все четверо кивнули.
— А ты, Ва Ши…? — начал Большой Ди, но осёкся, повернувшись к рыбе и приподняв бровь. Ваши поднял взгляд от разложенных на ткани, лежавшей рядом с шестом, кухонных принадлежностей, припасов и мешочков с орехами.
Его рыбьи глаза уставились на них.
— Я отправляюсь туда, где есть еда, — заявил он. — Тигу так много хвасталась новыми блюдами! Как же я могу не поехать?
Его глаза пылали страстью, а одна мускулистая рука взметнулась вверх, сжавшись в кулак.
— Справедливо, — сказал я, забавляясь. Ваши счастливо кивнул, а затем снова занялся планированием своего багажа.
Лапша, Боу и Ваджра оставались, хотя Ваджра собиралась отправить с нами пару своих пчёл.
— Как только мы с этим закончим, мы присоединимся к вам, — сказал Юнь Жэнь, постукивая по списку, который дал ему Гоу Жэнь. — Когда всё посажено, делать особо нечего.
— Мастер сказал, что мне следует некоторое время побыть здесь, если ты не против? — спросил Призрак. — Он говорит, твой дом очень полезен для меня.
— Конечно! Можешь оставаться столько, сколько захочешь, — сказал я, и Громовое Копыто довольно принялся прихорашиваться. Затем я повернулся к последнему из нашей компании. — А ты, Ба Бэ?
Бык тщательно обдумал мои слова.
— Если ты позволишь, я отправлюсь с тобой. Хотя мысль о путешествии на юг заставляет мой дух дрожать, я должен это преодолеть. А описание этого приключения, похоже, станет хорошей историей, — сказал он. Как всегда, его голос был спокойным и тихим.
— Конечно, мы будем рады твоей компании, — сказал я. — Дед?
— О, думаю, я буду то здесь, то там, — загадочно ответил он. — Моему ученику всё ещё нужно обучение, да и мне самому необходимо восстановиться. Может, я присоединюсь к вам на день или два, а на следующий уже исчезну.
Я кивнул.
Итак, я, Мэй, Чжуе, Ба Бэ и Ваши. А Дед, Юнь Жэнь и Би Юй будут время от времени появляться и исчезать. Группа не маленькая, но и не слишком большая.
А на следующий день Пеппа высказала дельную мысль во время встречи с Лисами. Нам, возможно, придётся часами заниматься культиваторскими делами. Дополнительная пара рук, которая помогла бы поддерживать порядок — и занимать нашего сына, — наверняка не помешала бы.
* * *
Дыхание Су Суянь было спокойным и ровным. Её уши ни единым движением не выдавали неудобства, хотя она стояла в доме Мастера Цзинь. Чёрные волосы были собраны в строгий пучок, а хвост безупречно ухожен; его белый кончик притягивал взгляд, словно знамя.
Было приятно видеть их на свободе и без ограничений, без обычной скрытой тревоги.
— Это самое важное задание в твоей жизни, Суянь, — сказала госпожа Нэцзухуа, глядя сосредоточенно и серьёзно.
Её миссия? Служить Мастеру Цзинь и заботиться о его сыне и наследнике.
Поистине тяжёлая задача для той, кто ещё не достиг духовного царства.
Сначала предполагалось, что эту роль возьмёт на себя госпожа Юаньлинь… но от этой идеи быстро отказались.
Госпожа Юаньлинь была сильнейшей среди них, если не считать Почтенного дядюшку, и лучше всего подходила на роль телохранителя. Юаньлинь была сильной и свирепой. Она не знала равных в охоте и выслеживании, могла без следа увести целые группы сородичей… но домашней её назвать было нельзя. Она была создана для суровой и беспокойной окраины — дикой и необузданной. Наверное, она могла бы выполнять всё, что положено служанке, но сначала ей пришлось бы обучиться всем обязанностям.
Поэтому они обратились к более слабому, но лучше подготовленному варианту — Суянь, достигшей четвёртой стадии глубинного царства.
Она не была сильнейшей. Не была самой талантливой. В конце концов, ничем особенным она не отличалась; единственным её достоинством было умение усердно трудиться. У неё была кровь, которой у многих не было. Она была истиннорождённой — её уши, хвост и иллюзии доказывали родство с их предками. Она должна была быть сильной ради всех остальных.
Когда звала её семья, Суянь откликалась.
Богатые и влиятельные люди хорошо платили культиваторам-телохранителям и курьерам, а эти деньги отправлялись её родичам, разбросанным по всему свету. Суянь не помнила времени, когда не работала бы. Она отбивалась от убийц, пробиралась по тайным горным тропам через территории, кишевшие духовными зверями. Она культивировала изо всех сил, используя те крохи, что могла сохранить, выжимая из себя ещё немного силы, которую можно было применить для защиты сородичей.
Суянь никогда не отказывала. Когда им требовалась помощь, она всегда была рядом. Для неё не существовало недостойной работы. Она умела готовить и убирать, присматривала за детьми и даже принимала роды в самых отдалённых деревнях.
Десятилетия не прошли бесследно. Она устала. Она была измотана.
Но её семья позвала. Суянь ответит. Даже здесь, где остальные могли отдыхать, ей предстояло работать, чтобы обеспечить их безопасность. Поэтому она, как всегда, отбросила усталость и изнеможение, пронизывавшее кости, и надела ледяную маску. Иллюзию, которая все эти годы хорошо ей служила.
Охраняй молодого господина ценой своей жизни, — таков был приказ. И она исполнит его.
— Мастер и госпожа готовы вас принять, — вежливо сказала служанка с розовыми волосами, Пи Па, приглашая Суянь в гостиную.
Там Мастер Цзинь сидел рядом с госпожой Мэйлин. На лице мужчины застыла дружелюбная маска, а взгляд женщины пронзал её, словно рыбу. Лишь долгий опыт не позволил Суянь застыть под этим взглядом.
— Мой господин. Моя госпожа. Я Су Суянь, — представилась она, опускаясь в поклон, чтобы выказать должное почтение своим благодетелям. Безупречно. Точно. Лучшее, что она могла сделать для своего народа.
Усталость была лишь слабостью духа, которую следовало преодолеть.
Когда она поднялась, госпожа Мэйлин смотрела на неё со странным выражением.
А затем её стали проверять. Гипотетические вопросы. Готовка. Уборка. Всё, что должна знать служанка, — и она отвечала безупречно, демонстрируя обширные знания, приобретённые за время службы в домах знати.
После этого настала очередь физической проверки. Они хотели испытать её навыки.
Её противником стал молодой господин Би Ди. Рыжеволосый мужчина стоял перед ней, пристально глядя на неё. Ей дали свёрток, изображавший того, за кем ей предстояло присматривать в будущем.
— На тебе будет защита моего младшего брата, — сказал мужчина, давя своим намерением на Суянь. — Посмотрим, справишься ли ты с этой задачей.
— Начать, — приказал Мастер Цзинь.
Одним движением Суянь прижала свёрток к груди, обрушила на молодого господина Би Ди самые дезориентирующие иллюзии, какие только могла создать, и со всех ног бросилась прочь.
Она успела довольно далеко уйти, прежде чем мужчина настиг её, обрушившись с небес.
Он прошёл прямо сквозь её иллюзорное тело — и тут Суянь ахнула: из слепой зоны на неё обрушился град игл.
Взмахнув запястьем, она выронила из рукава кинжал прямо в ладонь. Суянь отбила все иглы — и тени вскипели, выпустив на неё госпожу Жи Цзу.
Кинжалы, метательные ножи и скрывающий туман сражались против игл и лезвий лунного света.
* * *
К концу схватки Суянь едва держалась на ногах и изо всех сил старалась этого не показывать — даже когда госпожа Жи Цзу заботилась о ней, выводя парализующее вещество из организма.
Она прикрыла своим телом ложного подопечного от града ударов, а затем перетянула конечность, чтобы яд не распространился дальше руки.
Мир плыл перед глазами, но она стояла.
Би Ди посмотрел на своего мастера и один раз кивнул.
— Тогда, полагаю, осталась последняя проверка, — объявил Мастер Цзинь. Госпожа Мэйлин вышла из комнаты, а когда вернулась, на руках у неё был ребёнок.
Молодой господин Чжуе. Ребёнок сонно моргал и шмыгал носом. Было ясно, что он только проснулся.
Он снова шмыгнул носом, а затем замер.
— А! — выдохнул молодой господин Чжуе с рук матери и прямо посмотрел на неё. По-настоящему посмотрел своими большими фиолетовыми глазами. Он зашмыгал, словно принюхиваясь, и нахмурил брови.
А затем, почти нерешительно, протянул к ней руки.
— А! — сказал он, указывая на неё. Его мать посмотрела на него, затем снова на Суянь. — А! — снова потребовал ребёнок, указывая на Суянь и хватательными движениями протягивая к ней руки.
Госпожа ещё мгновение наблюдала за ним, а затем подошла к Суянь и передала ей ребёнка.
Суянь изумлённо моргнула, но заставила себя действовать и протянула руки, принимая ребёнка. Её хвост сам собой обвился вокруг талии, обернувшись вокруг нового подопечного и превратившись в мягкое тёплое одеяло.
Однако ребёнок был сосредоточен на ней. Большие фиолетовые глаза смотрели на неё с тревогой. Он погладил её хвост… словно пытался её утешить.
Каким-то образом он всё понял. И первым порывом этого маленького господина было… попытаться заставить её почувствовать себя лучше.
Сердце Суянь растаяло. Давящее, сокрушительное чувство немного ослабло.
На её лице появилась лёгкая улыбка. Она опустила руку и взяла маленькую ладошку, поглаживавшую её хвост.
— Благодарю за заботу, молодой господин, — сказала она, улыбаясь малышу на руках… а затем вспомнила, что его родители наблюдают за ней. Суянь напряглась.
Владыка Цзинь и госпожа Мэйлин переглянулись и кивнули.
— Что ж, это весьма красноречивая рекомендация, не так ли? — спросил Владыка Цзинь.
— Полагаю, что так, — согласилась госпожа Мэйлин. — Обсудим вознаграждение?
Суянь моргнула.
— Вознаграждение? Моя госпожа, нам уже платят… — начала она.
— Этого недостаточно, — заявила госпожа Мэйлин. — Пи Па?
Госпожа Пи Па выступила вперёд с листом бумаги. Глаза Суянь расширились.
— Вы хотите, чтобы я выбрала что-то одно? — осторожно спросила Суянь, глядя на богатство ресурсов, которое ей предлагали.
— Выбрала? — переспросила Пи Па. — Нет, это всё ваше вознаграждение.
— О, — очень тихо произнесла Суянь.
* * *
— Ого! Нашему малышу нравятся лисички, — поддразнил я Чжуе, пока тот смотрел на Суянь. Пеппа уводила её в гостевой дом, чтобы завтра она могла начать обучение.
Мэймэй хихикнула и ласково провела пальцами по волосам Чжуе.
— Думаю, он просто почуял, что ей нужен сон, — сказала она. — Когда она прибыла, её ци пахла так, будто она только что закончила тяжёлую тренировку. Под всей этой напускной бравадой она совершенно измотана. Но если учесть, в каких обстоятельствах они оказались до этого…
— И всё это она сделала на половине горшка масла? — спросил я, используя местное выражение.
— Да. Сон ей пойдёт на пользу. Если повезёт, её боевые навыки нам вообще не понадобятся… но будет приятно иметь рядом человека, который точно сможет присмотреть за Сяо Дэ, если потребуется. У меня такое чувство, что Ва Ши и Бэй Бэ захотят заниматься своими делами. — Я кивнул. Она прошла все испытания с блеском. — А ещё она будет выглядеть просто невероятно хорошо в том чёрно-белом наряде, который ты нарисовал, — продолжила Мэймэй, подперев подбородок и мудро кивая.
— Да, будет… — Я замолчал и повернулся к жене, на лице которой появилась похотливая ухмылка.
— Ах, муж, заглядываешься на прислугу… — с притворным укором произнесла она.
— Ты ведь сама сшила один из таких нарядов, да? — спросил я. Мэймэй лишь улыбнулась и показала мне большой палец.
…В этом раунде она победила, чтоб её. Я отвернулся, скрестил руки на груди и отказался с ней разговаривать, как чрезвычайно зрелый и рассудительный мужчина. — Я не пялюсь. Я ценю, — сказал я с великим достоинством. Боевые горничные и боевые дворецкие — это круто.
Мэймэй, конечно же, только рассмеялась надо мной.
* * *
* * *
Редакторы: Массгеймер, БарглНаудлЗусс, Брэндон «Философизика» Чжан-Л