v7c37: Духи Земли и Воды

Шэньгуаши, дух, созданный Мастером Сяоши, впервые был совершенно счастлив. У него получилось! Он нашёл Императора! Того, кто продолжит дело Мастера Сяоши и защитит Госпожу Тяньлань!

 

Император обладал всеми необходимыми качествами. Ум, убеждённость, самообладание — и к тому же он был могуч! Почти такой же могучий, как тот, кого звали Шэнь Юй и кто отказал Шэньгуаши! Прекрасный кандидат в Императоры!

 

…хотя он и так уже был Императором остальной части этого огромного континента. Того самого, который Би Ди показал ему, — могущественного Феникса. Но это не имело значения!

 

Возможно, так было даже лучше! Теперь Шэньгуаши мог убедить Императора использовать остальную часть своей Империи, чтобы защитить Лазурные Холмы! Как радостно! Как замечательно!

 

— Хм-м. Эти воспоминания и правда интересны. Понимаю, почему они важны, но не срочны, — сказал Император, потирая подбородок. — Похоже, учёные ошибались: Пустоши ци не являются естественной частью нашей планеты. Особенно если вот так раньше выглядели Лазурные горы.

 

Оба сильнейших культиватора, побывавших внутри кристалла Шэньгуаши, беспокоились об одном и том же. Оба были потрясены тем, что ущерб, нанесённый Демонами Госпоже Тяньлань, оказался не чем-то естественным. Судя по всему, в других частях мира Духи Земли были полностью поглощены.

 

Его предписания велели ему дать совет Императору — но тут они внезапно вступили в противоречие с другим предписанием.

 

Повиноваться Госпоже Тяньлань.

 

Госпожа Тяньлань не хотела, чтобы о ней узнал остальной мир: она боялась, что ей и другим Духам Земли будут угрожать сами обитатели этого мира. После того, что довелось увидеть Владыке Сяоши, — как люди вскрывали кости Госпожи Тяньлань, чтобы пить её костный мозг… — это было вполне обоснованным опасением.

 

Поддерживать нового Императора. Защищать Тяньлань.

 

— Предполагаю, Демоны находят какой-нибудь важный узел в драконьих меридианах, а затем используют его, чтобы истощить целую провинцию, — доложил Шэньгуаши. Отличный ответ! Оба предписания выполнены! — И тот, кого звали Шэнь Юй, и тот, кого звали Сяо Гэ, также предположили, что эти дыры в мире постепенно вытягивают из него ци.

 

Император задумчиво потёр подбородок. — В этом есть смысл. — Он на мгновение задумался, а затем повернулся к Шэньгуаши. — Твой создатель был интересным человеком — Сяоши из Лазурных гор. Похоже, в той провинции куда больше всего, чем я думал. Этот Шэнь Юй, Жоу Цзинь… Надо будет присмотреться к ней повнимательнее. — Услышав это, Шэньгуаши просиял. — Полагаю, это одно из твоих предписаний? Защита Лазурных Холмов?

 

— Да, Император. Но с теми, кто меня нашёл, и с вашим вниманием, думаю, Холмам и впрямь ничто не угрожает! — ответил Шэньгуаши.

 

Император усмехнулся. — Пожалуй, Шэнь Юй и правда удержит всех, кто захочет навредить Холмам. Хорошо. А другое твоё предписание — помогать мне, верно? Посмотрим, что твой создатель считал помощью.

 

Взгляд Императора стал острее. Шэньгуаши едва не расцвёл под этим вниманием. Он не подведёт своего создателя! Он станет великим советником!

 

— Для начала — дело о законе: один человек обвиняет другого в том, что тот эксплуатирует его земли…

 

* * *

 

Император Империи Багрового Феникса некоторое время спустя вышел из кристалла с лёгкой улыбкой на лице.

 

Дух кристалла оказался забавным: очень старался угодить, да и советы давал неплохие. Он тяготел к добродетели, но больше всего Дух ценил эффективность.

 

Он не был чересчур идеалистичен и понимал, насколько сложными бывают проблемы. Он приводил контраргументы, а главное — рассказывал, как в подобных делах выносил решения человек по имени Кунмин, глава судебной власти при Предке Сяоши.

 

Речи этого человека были красноречивы, но при этом прямы и доходчивы. Прекрасный слуга.

 

Фэнъянь ещё несколько мгновений разглядывал кристалл. Он оставит его при себе. Возможно, позже он ему пригодится.

 

Он вернулся к одному из диванов и сел, достал лист бумаги и принялся набрасывать план. Нужно отправить учёных в Пустоши; ему понадобятся специалисты по драконьим меридианам, духовные доктора… просто учёные, какие найдутся. Их придётся охранять: в Пустошах обитало множество бандитов, а местность там всегда была опасной. Секта Облачного Меча говорила, что хочет активнее участвовать в делах. Может, привлечь её?

 

Он ещё немного поработал над планом, а потом мысли его начали блуждать. Если Пустоши ци возникли неестественным образом, возможно, их можно восстановить. Если бы ему это удалось… если бы это было возможно…

 

Император выдохнул.

 

Лучше не питать слишком больших надежд.

 

На сегодня его свободное время закончилось, и Фэнъянь снова поднялся. Он приказал помощнику собрать учёных для исследования Пустошей, а затем проверил, не поступили ли какие-нибудь донесения. К счастью, большинство имели низкий приоритет, но одно попало в категорию «представляющие интерес лица».

 

Он взял донесение. Помяни Цао Цао — и он тут как тут. Оно пришло из Лазурных Холмов.

 

— «Во время каталогизации Архива Города Озера Бледной Луны, согласно приказу, получены новые материалы. Имена авторов совпадают с именами представляющих интерес лиц, как и описание человека, передавшего их в Архив. Тексты переписаны. Ожидаю приказа: отправить их или оставить здесь».

 

Фэнъянь взглянул на список из трёх названий.

 

«О пчеловодстве, авторы — Жоу Цзинь, Хун Мэйлин и Хун Сянь. О перегонке спирта, авторы — Жоу Цзинь, Хун Мэйлин, Яо Чэ и Лю Боу. О стерилизации медицинского оборудования, авторы — Жоу Цзинь, Хун Мэйлин и Хун Сянь».

 

Фэнъянь приподнял бровь. Внук Шэнь Юя написал эти труды и передал их в Архив? Они нашли основы своего построения против Демонов в залах его творения, но… и сами внесли в него свой вклад?

 

Фэнъяню вдруг захотелось прочесть всё написанное. Звучало это не слишком впечатляюще, особенно для большинства культиваторов, но пчелиный воск был очень важным продуктом. А стерилизация медицинских инструментов? Интересно.

 

Он позвал одного из посыльных. Тот, как всегда, возник из его тени.

 

— Ваше Величество, — произнёс тот, низко поклонившись своему господину.

 

— У меня для тебя задание высшего приоритета. Забрать и доставить. Вот адрес, — приказал Фэнъянь. Получив приказ, посыльный умчался прочь, его тело слилось с движением.

 

Посыльный вернётся не раньше чем через сутки: их искусство позволяло им передвигаться с огромной скоростью.

 

А потом, если повезёт, ему будет что-нибудь интересное почитать.

 

Фэнъянь поднял взгляд на карту своей Империи, остановившись на маленьком уголке на северо-западе.

 

Лазурные Холмы. Кто бы мог подумать, что однажды они станут важны?

 

Продолжат ли они его удивлять?

 

* * *

 

Её глаза медленно открылись.

 

Тяжесть прошептанных эпох и зов Пустоты пытались удержать её веки сомкнутыми, но она не позволила им одолеть себя.

 

Она и так уже слишком долго спала.

 

Глаза медленно открылись, и она увидела… мрак. Здесь было ненамного светлее, чем с закрытыми глазами. Но свет всё-таки был: его хватало, чтобы различить голый участок озёрного дна, тянувшийся вперёд, а затем обрывавшийся в Пустоту.

 

Бездонная пропасть. Распахнутая. Зияющая. Ждущая её. Манящая сделать шаг вперёд и просто… упасть.

 

Снова уснуть. Вернуться в вечность.

 

Её сиренный зов звучал бы убедительнее, если бы земля у края пропасти не служила источником света в этом месте. Она тускло мерцала золотом, разгоняя мрак.

 

Из-за этого предложение казалось куда менее заманчивым.

 

— Только не сегодня! — крикнула она, отталкиваясь от стула, на котором сидела. — О-хо-хо-хо-хо-хо! Думала, тебе удастся меня одолеть?! Как бы не так! Дура! Глупая! Наглая! Да ты посмела?! За такую дерзость я отшлёпаю тебя десять тысяч раз!

 

Её голос гремел под водой, и золото сияло всё ярче. Она взмахнула веером, обрушивая на ненавистную тварь огромные волны, а потом замахала над головой рыболовным копьём — это казалось ей совершенно естественным.

 

К сожалению, дыхания ей вскоре не хватило, и она, задыхаясь, опустилась на дно озера.

 

— И… пусть это… послужит тебе… уроком! — выдохнула она, свирепо глядя во тьму. Она шумно выдохнула и убрала со лба прядь волос. Бледные, как лунный свет, и такие кудрявые, что они плавали вокруг неё облаком или, пожалуй, морской пеной. Хорошо хоть хвост не давал им разлететься.

 

Она разгладила платье и проверила, всё ли в порядке: синие и зелёные оттенки ей очень шли. Платье было по-настоящему прекрасным. А из-под подола выглядывал её хвост — рыбий, с чешуёй, поблёскивающей, словно бледный лунный свет.

 

Она вспомнила, как являлась перед рыбаками и проводила их сквозь бури, указывая путь взмахами хвоста… нет, постойте, такого она не делала. Это было всего лишь… байкой, которую рыбаки рассказывали друг другу. Легендой.

 

Но они верили, что это правда. Хуэйбай Юэ Ху. Это ведь она? Озеро Бледной Луны?

 

Её размышления прервал звук хлопающих ладоней.

 

— Великолепное представление! Я думала, придётся подсказывать, но, кажется, ты и сама уже во всём разобралась, — заявила насмешливая девица.

 

Хуэйбай Юэ резко обернулась; щёки её запылали. Она сердито уставилась на незваную гостью, готовая высказать ей всё, что думает, — и тут увидела, кто именно над ней посмеивается.

 

Это была женщина. Девушка, если точнее. Совсем крошечная, хрупкая, с растрескавшимся и разбитым телом, которое удерживал вместе золотой свет. Рядом с ней стоял мужчина с очень довольным видом, а ещё — женщина с созвездиями на переносице, прятавшая улыбку за ладонями.

 

Хуэйбай Юэ сразу поняла, кто перед ней.

 

Тяньлань Шань. Лазурные Холмы.

 

Её госпожа. Та самая, что только что видела, как она нелепо размахивала руками и кричала на Пустоту.

 

Хуэйбай Юэ кашлянула. — Ах, госпожа, понимаете… я просто… — забормотала она.

 

— Рада видеть, что ты так оживилась, — тихо сказала Госпожа Тяньлань, но её слова достигли души Хуэйбай Юэ. От госпожи исходили облегчение и радость от того, что она здесь. — Я так рада. Те семена, что посадил наш народ… выросли на славу.

 

Хуэйбай Юэ покраснела. — Разумеется, госпожа! Ваше Озеро Бледной Луны прекрасно, изящно и во всём совершенно!

 

От её голоса вода пошла волнами.

 

— Голос у неё тоже знатный, — заметил с явным весельем подрядчик её госпожи.

 

Хуэйбай Юэ фыркнула в ответ на эту дерзость… но сердиться на него не смогла. В поддразнивании было достаточно восхищения, чтобы она не стала возражать.

 

— А какие у тебя волосы — такие красивые! — воскликнула женщина с созвездиями, и глаза её заблестели. — Такие кудрявые!

 

— Чуть позже, — остановила её Госпожа Тяньлань, прежде чем Хуэйбай Юэ успела принять предложение. — Сначала надо кое-что сделать. Озеро Бледной Луны. Хуэйбай Юэ Ху. Подойди ко мне.

 

Вода вокруг них переменилась. Хуэйбай Юэ повиновалась и подошла, опустившись на колени перед госпожой, которая была намного ниже её. — Да, госпожа?

 

— Эта земля разрушена. Мир пребывает в потоке перемен. Ты ведь чувствуешь это? — прямо сказала Тяньлань. Позади Хуэйбай Юэ безмолвно, но неотступно зияла Пустота. — Хуэйбай Юэ Ху. Моё Озеро Бледной Луны. Любимое дитя, рождённое после бедствия; дом и пристанище для людей и зверей, спасительница бесчисленного множества жизней. Я пришла к тебе, Госпожа озера, чтобы просить о помощи.

 

Хуэйбай Юэ в замешательстве взглянула на госпожу. Разумеется, она сделала бы всё, о чём попросит Тяньлань. Такова была её природа. Таково было её предназначение. Тысячи лет смутных молитв, отголоски чувств, которые Пустота не стёрла до конца, звали её. Земле нужно было, чтобы она выполнила свой долг.

 

И всё же… госпожа всё равно просила её.

 

— Это тяжёлый, неблагодарный труд. Тебе придётся воевать с Пустотой — сражаться с ней каждый день. Стабилизировать драконьи меридианы и не давать им выйти из-под контроля. Вот в чём будет состоять твоя задача. И мне жаль просить об этом так скоро после твоего пробуждения.

 

Хуэйбай Юэ улыбнулась в ответ. — Не нужно извиняться, госпожа. Ваше Озеро Бледной Луны непременно справится с этой задачей!

 

Госпожа посмотрела Хуэйбай Юэ в глаза и печально улыбнулась. — Не стоит так поспешно бросаться на столь тяжёлую работу, — мягко пожурила она. Вздохнув, она притянула Хуэйбай Юэ к себе. — Если тебе когда-нибудь понадобится помощь. Если тебе что-нибудь будет нужно. Даже просто передышка на пару дней. Пожалуйста, позови меня. Даже если ты можешь справиться одна… тебе не обязательно справляться в одиночку. Я тебя не оставлю.

 

Слова разнеслись по воде эхом. Хуэйбай Юэ закрыла глаза, и в её груди зародилась золотая нить доверия. Она всё ещё не до конца понимала… Но знала, что это важно.

 

— Да, госпожа, — прошептала Хуэйбай Юэ.

 

Тяньлань отстранилась и решительно кивнула. — Хорошо! Если не справишься, я бодну тебя головой! А теперь… устроим пикник! Мистер Батарейка! Дай ей чего-нибудь вкусненького!

 

Подрядчик Госпожи Тяньлань закатил глаза и протянул руку.

 

— От нас… и от всех, кому пришлось потрудиться, чтобы доставить это тебе, — сказал мужчина.

 

Её коснулась ци.

 

И она почувствовала её. Любовь к длинному изогнутому берегу. Восхищение грохочущими бурями. Радость от игр в воде. Счастье рыбаков, поймавших новую добычу, и тюленей, резвившихся среди озёрных водорослей. Ярую гордость орла Бледной Луны, парившего над своими владениями.

 

Тысячи ощущений. Тысячи тихих благодарностей, которые давно пора было услышать тому, кто сумел бы их оценить.

 

* * *

 

Рыбаки говорили, что озеро изменилось. Оно стало… другим, хотя никто не мог объяснить, почему.

 

Дело было не в температуре. Не в волнах. Не в расстоянии между берегами. Повадки рыбы не изменились — по крайней мере, так, чтобы кто-нибудь это заметил.

 

И всё же рыбаки настаивали: она стала другой. Более живой.

 

Но никто не мог объяснить почему.

 

Госпожа по-прежнему кричала и ревела. Её бури по-прежнему хлестали по домам и парусам, и дождь всё так же лил, как и тысячи лет до этого.

 

Но, возможно… возможно, всё больше рыбаков стали рассказывать, что во время самых страшных бурь, когда они молили Госпожу унять гнев… им удавалось разглядеть хвостовой плавник из чистого лунного света, указывавший путь к берегу.

 

А в такие бури, когда волны разбивались о берег и завывал ветер, они слышали, как какая-то женщина кричит, ругается и отчитывает невидимого врага — и всё это с весёлым смехом.