Chapter 47 : Lin Li, Shy, Introverted, and Bashfully
Как бы это сказать? Этот вопрос, пожалуй, действительно относился к географии, но... не был ли он чересчур элементарным?
Да и вообще, нормальный человек ведь не стал бы задавать такой вопрос, верно?
Ученик Линь Ли, уж не подменили ли тебя тайком пришельцы?
Ты вообще человек?
Жутко даже подумать: Линь Ли ведь ни разу не появлялся в одном месте с пришельцами.
Неужели в реальности уже разворачиваются события «Людей в чёрном 5»?
— Линь Ли, я сейчас же сбегаю в медпункт. Держись, — с явным беспокойством сказала Чэнь Юйин и тут же встала. Медлить с таким состоянием было нельзя.
— Всё не так серьёзно, не так серьёзно, не так серьёзно... — Линь Ли быстро ухватил Чэнь Юйин двумя пальцами за край короткого рукава и потянул обратно на место.
Дёрнул он не слишком плавно, поэтому Чэнь Юйин плюхнулась обратно со вскриком «ай», едва не завалившись на Линь Ли, а затем бросила на него обиженный взгляд.
После этого «ай» взгляды нескольких одноклассников, пришедших поглазеть на обезьянку, тут же скрестились на них.
Ван Юэчжи мрачно корчился, Дин Сыхань украдкой подглядывала, и Ван Цзэ тоже... эй, погоди, а ты-то чего тайком пялишься на Ван Юэчжи?
— Не дергай так за одежду, — Чэнь Юйин поправила съехавший воротник — впрочем, съехал он совсем чуть-чуть. Чтобы стянуть школьную форму с плеча, пришлось бы не застёгивать пуговицы вовсе и приложить недюжинную силу.
Не дёргать за одежду... Дёргать за штаны было бы куда неприличнее, так ведь?
Вслух Линь Ли, разумеется, этого не сказал. Это было бы чересчур по-извращенски.
— Староста предпочла бы, чтобы я схватил тебя за руку, через несколько секунд мы оба опомнились бы и разом разжали пальцы, наши лица покраснели бы, как обезьяньи зады, мы не смели бы поднять глаз друг на друга, сердца застучали бы «тук-тук-тук», и мы в конце концов влюбились? — словом, Линь Ли выдал нечто, по его мнению, полезное.
Чэнь Юйин: — …
— Линь Ли, твоя главная задача сейчас — перестать смотреть аниме, — беспомощно произнесла Чэнь Юйин. Была ли тут хоть какая-то атмосфера или нет, после такого сложноподчинённого предложения она испарилась бы без следа.
Линь Ли улыбнулся, затем молитвенно сложил ладони и совершенно серьёзно сказал:
— Староста, во-первых, я правда не болен. Во-вторых, я действительно не болен. И наконец, я абсолютно точно не болен. Я просто очень хочу задать тебе один вопрос: как именно называется планета, на которой мы находимся?
Чэнь Юйин ненадолго задумалась, а затем покачала головой: «Вчера ты сперва тоже упорно доказывал, что ты не извращенец, но в итоге всё равно признался. Так что, думаю, ты всё-таки болен».
Логично, обоснованно и убедительно.
Система, посмотри, что ты натворила.
Такой человек, как он — замкнутый, застенчивый, с социофобией, не смеющий даже ущипнуть незнакомку за задницу, — из-за Системы превратился в чужих глазах вот в такое чудище.
Куда подевался его светлый и величественный образ?
— Либо ты намеренно надо мной издеваешься, а если так, то я немного рассержусь, — сделав паузу, Чэнь Юйин серьёзно посмотрела на Линь Ли и добавила эти слова.
Оценка Чэнь Юйин в глазах Линь Ли выросла на один балл. Девушки, которые прямо говорили, когда злятся, были просто прекрасны!
А вот девушки, которые злились молча, или, что ещё хуже, возвращались домой и заставляли парней гадать, на что именно они обиделись, — вот они были по-настоящему омерзительны.
В будущем он точно больше не возьмёт у старосты ни копейки на завтрак.
Впрочем, умение Линь Ли придумывать оправдания на ходу всегда было на высоте, так что он тут же с самым серьёзным видом произнёс:
— Староста, я вовсе над тобой не издеваюсь и спрашиваю на полном серьёзе. Само собой, я знаю ответ, но задаю вопрос именно так не просто так. Староста, помнишь вчерашний день? Когда я собирался рассказать тебе о деле, которое помог раскрыть, я начал со сценария различий между мужчиной и женщиной, где была и высокая, и низкая релевантность. Это связано с техникой запоминания, которую я недавно начал практиковать. Староста, не знаю, смотрела ли ты гонконгский сериал десятилетней давности под названием «Детектив, читающий мысли»? В одном из дел там было убийство с чертогами разума, так вот, я сейчас тренирую нечто подобное.
— Ты тоже тренируешься убивать? — с невозмутимым лицом спросила Чэнь Юйин.
— …?
— Староста, что у меня вообще за образ в твоих глазах?
— Я тренирую чертоги разума!
Линь Ли моргнул. Он начал подозревать, что первые строчки старосты в рейтинге успеваемости слегка дутые.
Биньбинь, ты только посмотри, какие у твоих учеников способности к пониманию.
— Ой-ой, продолжай, — слегка смутилась Чэнь Юйин. Серьёзно, при общении с Линь Ли её мозги порой просто не поспевали.
Если бы Линь Ли признался, что тренируется убивать… Чэнь Юйин ещё поразмыслила бы, насколько это правда.
— Сначала мне нужно запечатлеть в чертогах крупицы базовых знаний, а затем, опираясь на этот фундамент, выстраивать чертоги разума. По мере того как сложность постепенно нарастает и формируется последовательная логика, это словно добавляет закладки в память. А сейчас я заподозрил, что в географии усвоил неверные знания, поэтому отформатировал эту часть чертогов и теперь должен заполнить её заново…
Линь Ли наговорил кучу всего.
Разумеется, сплошную чушь.
Но эффект оказался неплохим. Постоянно «ссылаясь на авторитеты» и сыпля заумными терминами, которые то ли где-то слышал, то ли выдумал на ходу, Линь Ли, похоже, сумел запудрить Чэнь Юйин мозги.
Сейчас Линь Ли напоминал диванного эксперта из интернета. Когда он рассуждал о вещах, в которых ты не разбираешься, казалось, что у него невероятно широкий кругозор и он действительно что-то из себя представляет. Но стоило ему заговорить о знакомой тебе сфере, как тут же выяснялось, какой он на самом деле круглый идиот.
— Так что, староста, прошу тебя, просто представь, будто я попаданец из другого мира, который ничего не знает и теперь пытается понять этот мир, — потому и расспрашивает тебя. Договорились? — в какой-то мере Линь Ли говорил чистую правду.
— Только староста может мне рассказать! Я сделаю всё что угодно, на всё готов! — Линь Ли перевоплотился в чертовку, чью слабость раскусили и теперь крутят ей как хотят, разве что язык не высунул да глаза не закатил.
Какая странная просьба. Чэнь Юйин почесала в затылке, но под выжидающим взглядом Линь Ли казалось, что он и впрямь над ней не издевается. В конце концов она всё же кивнула: — …Ладно.
— Спасибо, староста. Прямо сейчас мне так и хочется притвориться безумно обрадованным и нарочно схватить тебя за руки, чтобы потереть их раз этак сто в знак благодарности, — с облегчением выдохнул Линь Ли.
Понимая, что это шутка, да и уже убедившись, что Линь Ли — форменный извращенец, Чэнь Юйин ни капли не смутилась. Впрочем, немного подумав, она сказала:
— Хоть мне до сих пор не особо верится, я могу подыграть тебе в этой ролевой игре, чтобы помочь выстроить чертоги. Но потом у меня тоже будет пара вопросов, на которые ты должен будешь мне ответить.
— Староста, ты хочешь о чём-то меня спросить? — захлопал глазами Линь Ли.
Староста разбиралась буквально во всём, тогда как он был её абсолютной противоположностью.
Единственным предметом, где у него оставался хоть какой-то шанс на победу, пожалуй, была физкультура без разделения по половому признаку — да и то он не поручился бы за свой выигрыш.
Постойте-ка.
— Староста, а вопросы, которые ты хочешь задать… они случайно не извращённые? — осторожно поинтересовался Линь Ли.
Пожалуй, это была единственная область, которая могла заинтересовать Чэнь Юйин и где он мог хоть как-то её просветить.
И правда, Чэнь Юйин едва заметно кивнула: — Кое-что мне и впрямь очень любопытно.
Плёвое дело.
После вчерашнего разговора Чэнь Юйин уже не находила странным то, что Линь Ли вытворяет всякие извращения, а Линь Ли не удивляло, что Чэнь Юйин интересуется подобными вещами.
Странных сочетаний прибыло.
— Без проблем, только, староста, не спрашивай ничего чересчур пошлого — на такое даже я могу не знать ответа. — С этими словами Линь Ли с совершенно беспечным видом кивнул в знак согласия.
— Скромничаешь, — вместо этого покачала головой Чэнь Юйин.
Линь Ли: «?»
Система, верни мне мою репутацию.
— Тогда начнёшь помогать мне выстраивать чертоги?
— Хорошо.
— Тогда начнём. Староста, эта планета, на которую я прибыл…
Раз уж она согласилась, выражение лица Чэнь Юйин стало серьёзным, и она заговорила: — Дай-ка вспомнить материал из первого обязательного курса географии. Путешественник из иного мира, ученик Линь Ли, планета, на которой мы находимся, называется Земля. Около двадцати девяти процентов её поверхности занимает суша, а семьдесят один процент — вода…
Гений!
Глядя на стремительно ползущую вверх шкалу прогресса, Линь Ли в очередной раз убедился в неоспоримом факте: он гений.
(Конец главы)