Chapter 49 : Bai Bufan? I Wish Him All the Best.

— Эй! Не смей называть меня извращенцем! Я изо всех сил пытался описать всё максимально изящно. От начала до конца — ни единого пошлого слова! — заметив, как меняется лицо Чэнь Юйин по мере того, как до неё доходит смысл, и как расширяются её глаза, готовые разразиться отповедью, Линь Ли предугадал её реакцию и тут же для верности ткнул в неё указательным пальцем.

Слегка покрасневшая Чэнь Юйин прикусила нижнюю губу верхними зубами, а затем отпустила, оставив влажный кристальный блеск. Она открывала и закрывала рот, явно не зная, что сказать, и в итоге смогла лишь выдавить:

— По-моему, тебе стоит извиниться перед Дэвидом Тао.

— Дэвид Тао передал, что претензий не имеет, — пожал плечами Линь Ли.

Впрочем, под взглядом Чэнь Юйин он всё же спасовал. Подняв обе руки, он снисходительно выдал официальное извинение:

— Ладно, виноват, учитель Дэвид Тао. Вообще-то мне очень нравится ваш R&B, особенно та песня «Маленький город, большая любовь».

— Это песня Ван Лихома, и называется она «Большой город, маленькая любовь»! Теперь тебе придётся извиняться перед обоими! — Чэнь Юйин прижала ладонь ко лбу, хотя и понимала, что Линь Ли наверняка паясничает нарочно, так что в её голосе зазвучал смешок.

— Ну так теперь ты понимаешь, что значит «тихое напевание», верно? Само собой, девушек Дэвидом Тао описывать нельзя. Если бы я взялся описать их, я мог бы...

— Не надо, не надо, спасибо! Я уже всё поняла. Больше никаких описаний, — поспешно оборвала Чэнь Юйин Линь Ли прямо посреди каста. Ей было не угнаться за его гладким, отточенным потоком извращений.

Линь Ли, который только собрался разыграть очередную сценку в духе «Эркан, я ничего не вижу!», пришлось с неохотой остановиться.

Затем он поведал Чэнь Юйин о происхождении «тихого напевания», однако со всей серьёзностью посоветовал не сидеть на форумах — от форумов одно расстройство, если только она не собирается задёшево открыть интернет-кафе.

— Есть ещё какие-нибудь извращённые вопросы, по которым хочешь проконсультироваться? — Договорив, Линь Ли почувствовал, что фраза прозвучала как-то странно.

С чего вдруг он ощутил себя наставником Чэнь Юйин по извращениям? Линь Ли показалось, что это как-то несправедливо.

— Да. Вы правда покупаете эти... стаканчики и пользуетесь ими в общежитии? — Чэнь Юйин очень интересовало то, о чём она услышала этим утром.

— Да пустая болтовня. Кстати, староста, помоги восстановить доброе имя моего кореша. То, что купил Баовэй, вовсе не то, о чём ты подумала. Мы просто шутили. Да и кто станет пользоваться такими вещами в общаге? — пожал плечами Линь Ли.

— В обед я посмотрел: он купил «Маинлун». Спросил — оказалось, у Бай Буфаня геморрой.

Бай Буфань, ты же любишь заливать прекрасным женским бодхисаттвам, что у тебя рак геморроя, хе-хе.

Для мести Линь Ли даже три дня — слишком долгий срок.

— Значит, ты каждый день уходишь домой... Сам-то себе купил? — К несчастью, Бай Буфань Чэнь Юйин совершенно не волновал, зато подмечать слепые зоны она умела превосходно.

— Не покупал, — покачал головой Линь Ли. — Если и куплю, то только когда обзаведусь собственным жильём. Староста, ты подумай сама, насколько неловко выйдет, если подобную вещь найдут домашние?

— И то правда, — кивнула Чэнь Юйин. Судя по выражению лица, она слегка жалела, что не удалось узнать побольше, однако расспрашивать дальше не стала и лишь покачала головой: — Больше вопросов нет. Спасибо за ответы.

— Пустяки, право слово, не стоит благодарности. В будущем ты подтягиваешь меня в учёбе, а я просвещаю тебя в извращениях — светлое будущее нам обоим обеспечено, — скромно махнул рукой Линь Ли.

— Тогда продолжим разбирать задачи, которые ты не понимаешь? Из учебника, не базовые. — Чэнь Юйин не хотелось признавать, насколько «светлым» окажется такое будущее, поэтому она предпочла вернуть разговор в серьёзное русло.

— Давай.

* * *

Всё оставшееся время Линь Ли самым обычным образом разбирал вопросы по учёбе с Чэнь Юйин, поскольку никаких новых заданий система не выдала.

Он относился к делу вполне серьёзно: валять дурака в такой момент было бы попросту неуважительно, да и на его успеваемости это сказывалось исключительно положительно.

Глядя, как они оба переключились на нормальную учёбу, Ван Юэчжи уподобился несчастному куколду из хентайной манги, который с облегчением выдохнул, увидев, что парочка наконец закончила, но слёзы всё равно капали из глаз; Дин Сыхань, любитель поглазеть на драму, разочаровался, так и не дождавшись ничего новенького; а Ван Цзэ преданно и неотрывно пялился на Ван Юэчжи.

Заметив его взгляд, он даже показал большой палец — мол, пока я рядом, никаких эксцессов.

Уже прозвенел звонок об окончании обеденного перерыва, служивший одновременно десятиминутным предупреждением перед уроком и побудкой для учеников в общежитиях.

— Блин, права поговорка: в отчаянии человек способен на всё, кроме решения задач по математике, — Линь Ли посмотрел на свой ответ, гласивший, что в каждой комнате может поместиться три вторых корня из двух человека, и мучительно взъерошил волосы.

И почему людей нельзя извлекать из-под корня?

Чэнь Юйин, которая делала собственную домашку, пока у Линь Ли не возникало вопросов, лениво потянулась. Её перешитая школьная форма сидела куда плотнее обычной, выгодно подчёркивая изящные изгибы тела.

— Вообще-то она точно такая же, как та, которую я тебе только что объяснила, просто условия слегка изменили. Попробуй сам — прямо сейчас я тебе заново объяснять не буду, — с улыбкой сказала Чэнь Юйин, глядя на нахмурившегося, страдающего Линь Ли.

Когда человек, сильный в математике, наблюдает, как математика истязает того, кто в ней ничего не смыслит, — эту радость другим вовек не понять.

— На вечерней самоподготовке ещё посижу над ней.

— Угу, если возникнут вопросы, подойди завтра в обед. Я всё равно почти каждый день сижу на перерыве в классе, — Чэнь Юйин уже собирала вещи, чтобы вернуться на своё место.

Хотя сегодняшняя затея была связана главным образом с системой, Линь Ли, подумав, что в будущем могут случайно активироваться новые задания, кивнул и не стал отказываться.

Когда у тебя тихая, красивая соседка по парте с приятным голосом, да ещё и умная, — эту радость другим тоже вовек не понять.

Ему захотелось сменить соседа по парте.

Что же до Бай Буфаня, Линь Ли желал ему всего наилучшего.

Да и вообще, Линь Ли вдруг припомнил, что не так уж они и близки.

Ради братьев принять два удара ножом в рёбра, а ради женщины — дважды пырнуть ножом самого брата: Буфань поймёт.

Говорят, женщины — как одежда, а братья — как руки и ноги. Но ведь к инвалидам люди проявляют сочувствие и заботу, а тех, кто ходит без одежды, называют извращенцами, верно?

Что из этого важнее, было очевидно с первого взгляда.

— Ладно, тогда я завтра снова захвачу тебе завтрак, как сегодня? — проявил ответную вежливость Линь Ли. В конце концов, он и правда отнял чуть ли не половину обеденного перерыва Чэнь Юйин, да и в будущем собирался донимать её снова.

Чэнь Юйин хотела отказаться, но Линь Ли проявил настойчивость. После недолгих препирательств под «угрозой» Линь Ли, что он всё равно купит лишнюю порцию, Чэнь Юйин беспомощно согласилась.

Денег она бы ни за что не взяла.

Благодаря награде за звание «Пионер борьбы с проституцией» в ближайшее время недостатка в этих мелких деньгах у него не предвиделось.

Затем Линь Ли поднялся и направился в туалет.

Настало время собирать урожай.

[Вы получили награды: Укрепление тела: индекс синхронизации с мехой +10; Возможность случайного улучшения конечности/органа *1; системная валюта *50.]

[Пожалуйста, выберите, включать ли выступающие органы в случайный пул «Возможности случайного улучшения конечности/органа»?]

На лице Линь Ли появилась странная улыбка.

Как вообще можно включать их в случайный пул? В улучшении той части нет никакого смысла — это явно злобный юмор Системы.

Ой-ой! Какой же он неосторожный, случайно нажал «Да»!

Пропал, пропал, теперь он пропал! Какое невезение! Может ли Система дать ему шанс начать сначала?

[Пожалуйста, подтвердите выбор ещё раз: Включить.]

Линь Ли: — ...

Дружище, ты издеваешься, правда даёшь мне шанс?

Разве тут не должно действовать правило «товар возврату и обмену не подлежит»?

И к чему тогда была вся эта внутренняя «борьба»? От этого стало жутко неловко. Линь Ли начал подозревать, что эта Система на самом деле разумна, просто намеренно об этом помалкивает.

И как ему теперь выбирать?

Линь Ли с виноватым видом отвернулся и засвистел.

А затем не сдержался и громко рассмеялся. Зачем он вообще до сих пор обманывает самого себя? Хватит притворяться, карты на стол!

[Вы подтвердили выбор повторно.]

[Выступающие органы включены в случайный пул «Возможности случайного улучшения конечности/органа».]

(Конец главы)