Глава 1897.
Глава 1897.
Бессмертный даос… существо, которое покинуло мир и приняло природу как единственного друга. Оно не было связано здравым смыслом человеческого общества, не страдало от боли и болезней и было бессмертным. Вот почему те, кого называли даосами, мечтали подняться в Шангри-Ла. У большинства даосов доминировало стремление обрести вечную жизнь, поэтому они отвернулись от мира и посвятили себя совершенствованию.
— Больше похоже на лича.
Таково было мнение Брахама после оценки состояния Ёама, который всё ещё был жив несмотря на то, что его разрезал меч. Действительно, он не умер даже несмотря на то, что его тело было рассечено пополам.
— Теперь, когда я это вижу, то всё равно не понимаю: разве они не сумасшедшие? — добавил Брахам.
Среди игроков бытовало мнение, что бессмертные даосы невероятно хороши. Это восприятие было создано благодаря Бентао, который явно был хорошим человеком и даже пытался обелить имя Семи Злых Святых. Естественно, на мнение Брахама сильно повлияла Гильдия Вооруженных до зубов, и поскольку люди положительно оценивали Бентао, то он также начал признавать бессмертных даосов хорошими существами.
Люди считали, что причина, по которой даосы постоянно совершенствовались и становились полубогами, заключалась в том, чтобы обрести силу и внести свой вклад в «мир человечества», как Грид.
Они ошибались… Брахам отметил, что бессмертные даосы более близки к сумасшедшим.
— Мы отличаемся от личей. Личи — это монстры, которые обрели вечную жизнь, чтобы удовлетворить своё стремление к исследованию, в то время как мы совершенствуемся с целью достижения самой вечной жизни, — утвердительно заверил его Ёам.
В отличие от личей, которые использовали вечную жизнь как «средство», бессмертные даосы сделали вечную жизнь своей «целью».
Разница была огромной.
Личи вели прилежное существование. Для достижения предела магии они покидали своё человеческое тело и превращались в нежить, чтобы преодолеть смерть. Они были теми, кто ради магии пошёл бы на всё, и если их кто-нибудь не контролировал, они были способны на довольно сумасшедшие вещи, например как личи из Гробницы Бездетного Призрака.
С другой стороны, для достижения вечной жизни бессмертные даосы проводили всё время в постоянных тренировках. Это означало, что, став бессмертными даосами, они уже достигли того, чего хотели, и им больше не С в о б о д н ы й м и р р а н о б э за что было уцепиться.
Именно поэтому они не были связаны материальными вещами и были весьма свободны в своих принципах действий. Как и в человеческом обществе, существовало много различных групп бессмертных даосов, и среди них было много хороших персоналий. Доказательством тому были те, кто боролся за других или за мир, как Бентао и Ё Юйлан.
— …
Брахам особо не возражал. Во-первых, его не волновало, хорошие бессмертные даосы или плохие. Он молча повернулся к Ёаму спиной и кинулся за Королём Собёлем, причём двигался он исключительно с помощью физической силы, не используя Телепорт.
На данный момент в тело Брахама было впечатано в общей сложности 27 заклинаний улучшения и у каждого из них была разная продолжительность действия и время восстановления. Игнорирование или же постоянное поддержание их активности требовало высокой степени концентрации даже для Бога Магии. В тот момент, когда будет задействована другая магия, баланс скорее всего рухнет.
В отличие от Брахама, Король Собёль передвигался абсолютно свободно. Он неоднократно использовал Шунпо и плавно приземлился на голову имуги, который возвышался над землёй, грозя пронзить небеса.
— Слишком величественный, чтобы обращаться с тобой, как с простым монстром. Как долго Ёаму пришлось терпеть, чтобы запечатать тебя?
— Король Собёль…! — Лица членов Гильдии Вооружённых до зубов окаменели.
В то время, пока Крюгель уничтожал формирования, они осуществляли масштабное движение к координатам, указанным Факером и, благодаря Ефемине, благополучно прибыли на место. Не имело значения, насколько сильным был только что проснувшийся имуги, ведь у них собралось достаточно сил, чтобы сходу бросить ему вызов.
— Я сосредоточусь на восстановлении.
Этот имуги оказался больше, чем ожидалось. Если бы его голова была плоской, без рогов, а лицом он не напоминал змею, разве не правильно называть его просто драконом?
Появление Короля Собёля поверх такого монстра выглядело настолько устрашающим, что ошеломляло и было воспринято как большая опасность.
Однако Ефемина не прекратила использовать Поглощение Маны. Благодаря полевой магии Пиаро она смогла без колебаний всасывать переполняющую атмосферу ману, одновременно с этим доверившись защите своих коллег.
— У тебя есть божественность. Это необычно. …Ты следующий лучший маг после правой руки Грида, — сказал Король Собёль, натягивая тетиву большого лука.
Казалось, что он целится просто в воздух, ведь изначально никто не знал, на кого он нацелен. И это всегда считалось нормальным… однако намерение, выгравированное в пространстве, дало Вооружённым до зубов подсказку.
В тот момент, когда Тобан заметил, что Король Собёль целится в Ефемину, он сразу же назначил её своей целью защиты. Он использовал все свои защитные навыки и высоко поднял щит, чтобы подготовиться к сыпавшимся стрелам.
И вскоре дождь неосязаемых стрел обрушился на щит Тобана, однако щит из костей и чешуи дракона выдержал даже стрелы божества.
Тобан задрожал от веса стрел, однако едва слышно успел произнести:
— Наконец-то…! Наконец-то я заплатил за это…!
Таков был бог…
Конечности Тобана остались целы даже после того, как он заблокировал крещение стрелами, выпущенными абсолютным существом. Определённо, нынешний Тобан заметно отличался от прошлого.
Сильнейшие существа в мире, сражавшиеся против Грида… и Тобан частенько пересекал порог смерти, блокируя их удары. В отличие от Вантнера, он даже в шутку не мог претендовать на звание «щита Грида». Но разве сейчас не стоило заявить об этом?
— Я не думаю, что ты за это заплатил, — возразила Ефемина тронутому до слёз Тобану.
— …
В затуманенном взоре Тобана начал проявляться окружающий пейзаж, и его взгляду предстали окровавленные коллеги. Большинству из них чудом удалось избежать серьёзных травм, что служило доказательством того, что крещение стрелами, выпущенными мгновением ранее, оказалось навыком широкого действия.
— Проклятие!
А как иначе, если Тобан был очарован намерениями Короля Собёля, а затем одержим безопасностью Ефемины.
— Отличная работа. Даже Вантнер не смог бы отразить атаку, если бы для защиты он обозначил несколько целей, — утешила Джишука винившего себя Тобана.
Её ударили по голове? Лицо Джишуки было мокрым от крови, и она пошатнулась, как будто у неё закружилась голова. Было ясно, что она страдает от физических аномалий, которым не смогла противостоять, даже несмотря на свой статус легенды.
Тем не менее, она натянула тетиву своего лука.
Джишука могла поразить цель даже с закрытыми глазами. Итак, стрелы Мастера Лука были выпущены и взлетели высоко в небо. Всего произошло 12 выстрелов. Джишука целилась в несколько мест одновременно — в большие глаза имуги и Короля Собёля, стоявшего на нём.
— Мастер Лука. Ты заслужила, чтобы мой старший брат выбрал тебя.
Король Собёль не скрывал своего восхищения, которое стало особенно заметно, когда члены Гильдии Вооруженных до зубов благополучно перенесли крещение стрелами.
— Приятно думать о возвращении с тобой домой в будущем.
Король Собёль произвольно обсуждал сотрудничество, а члены Гильдии Вооружённых до зубов не успели указать на его безумное отношение, как раздался крик имуги. В отличие от Короля Собёля, который схватил стрелу Джишуки рукой прямо перед тем, как она пронзила его лоб, имуги был поражён стрелой.
Имуги только что освободился от печати, поэтому только яростно качал головой и совершенно не понимал ситуации. Таким образом, он не мог во время среагировать на бесшумно выпущенные стрелы. Или, возможно, он знал, но проигнорировал, так как просто смотрел на человеческую расу свысока.
Естественно, с точки зрения имуги, размер выпущенной Джишукой стрелы был чрезвычайно мал. Если на неё посмотреть с помощью человеческих чувств, это выглядело бы так, будто летела обыкновенная пыль.
Имуги пару раз покачал головой, возможно пытаясь стряхнуть стрелы, застрявшие в его ярко-жёлтых глазах, но это возымело практический эффект. Слёзная жидкость в его глазах задрожала, как волна, и стрелы Джишуки были буквально вымыты из глаз и упали.
— Инциденты, в которых был замешан Грид, оказались для меня слишком велики. Я боюсь, что внезапно умру, если останусь в таком состоянии, — сокрушался Зеднос со слезами на глазах, как вдруг создал барьер из ветра.
Цунами, вылившееся из озера, в котором прятался имуги, не смогло поразить группу и остановилось в воздухе по чёткой прямой линии.
Казалось, это зрелище ещё больше возбудило имуги. Он снова погрузился в озеро, такое же широкое и глубокое, как море. Затем он взревел, полностью выпрямив своё тело, тем самым показывая свой истинный размер, который оказался больше, чем ожидалось.
При первом же взгляде на имуги можно было рассмотреть две большие бусины, блестящие на конце его длинного языка — Ёиджу.
Фигура Короля Собёля исчезла, и вскоре он вновь появился, но уже во рту имуги. В руке он держал два Ёиджу, один из которых имел особенно сильную ауру.
— Это я возьму с собой.
В этот момент имуги закрыл рот, и ужасный звук дробящихся костей достиг ушей членов Гильдии Вооружённых до зубов.
Гульк!
Зеднос уставился на глотающего что-то имуги и тихо пробормотал:
— Что он сейчас ест? Бога?
— Разве изначально они не на одной стороне?
Крюгель и Хван Гильдун привлекли всеобщее внимание, и Вооружённые до зубов попросили объяснений у этих двух человек, хоть как-то разбиравшихся в столь странной ситуации.
— Король Собёль устремился к Ёиджу имуги. Тот, кого зовут Ёам, Меч Бессмертного, скрывал имуги от Короля Собёля. Они враги.
Это произошло, когда Хван Гильдун старался объяснять как можно короче…
В животе имуги заурчало, и раздались непрерывные взрывы. Это проглоченный Король Собёль буйствовал в желудке. Должно быть, было довольно больно, потому что имуги выплюнули Короля Собёля, которого только что проглотил.
— Похоже, он не собирается их отдавать.
Король Собёль, который мгновенно восстановил своё достоинство, регенерировав одежду, растворенную в желудочном соке, наклонил верхнюю часть тела под углом.
И тут же кулак Брахама задел его воротник.
— Как долго ты собираешься подражать бесполезному мастеру боевых искусств? — цокнул языком всё ещё расстроенный Король Собёль.
Вопрос прозвучал банально, но послужил тревожным звоночком для Брахама, который наложил усиленную магию, чтобы достичь состояния, подобного абсолютному.
Прямо сейчас он напоминал собой Грида, когда тот впервые использовал свои искусственные чувства. Возможно, он и не был абсолютным существом, но мог хотя бы реагировать на движения Абсолюта. Однако какой был в этом смысл? Он был магом, а маг не должен запечатывать свою магию.
— Я собирался остановиться, — голос Брахама исходил из его уст, а не из его намерения.
Удивление охватило Короля Собёля.
Глаза Брахама наполнились яркой магической силой, и он высвободил магию, которую носил в себе, применив при этом магию совершенно другого уровня.
Итак, выпущенная в больших количествах магическая сила сформировала новую магию с различными силами и функциями и атаковала Короля Собёля. Это была магическая бомбардировка с близкого расстояния и без каких-либо предзнаменований.
В итоге часть бесцветной божественности, которую Король Собёль использовал в качестве самообороны, была уничтожена. Противником Брахама могло быть любое абсолютное существо, но сам Брахам был Богом Магии. Он полностью проанализировал божественность Короля Собёля, когда использованный ранее Распад был заблокирован его божественностью, и сразу же рассчитал, какой тип магии понадобится, чтобы атаковать данное божество. Как только обновлённая магия поразит противника, можно было рассчитывать на нанесение значительного урона.
Всё это Брахам осознал в один момент. Конечно, знания достались дорогой ценой. Меч Короля Собёля пронзил гладкий живот Брахама и рассёк его. Это была мощная контратака, которая сделала созданный магией щит бесполезным.
— За игнорирование моей благосклонности ты должен заплатить цену.
Его гнев проявился в намерении и отразился на внешней части Мира Вооружённых до зубов.
Казалось, Короля Собёля взволновал тот факт, что он получил ранение, находясь в полном состоянии и когда на него не налагались никакие ограничения. Брахам тоже был богом, но Король Собёль всё ещё стыдился того, что его обидел другой бог.
Главный бог… среди них двоих он обладал высокомерием человека, рождённого ребёнком Изначального Бога.
— Ба, — фыркнул серьёзно раненый Брахам.
К магии, которую он только что сотворил, он добавил новую магию и вернул себе право использовать магию, которая только что была «поглощена» бесцветной божественностью. Взрывы последовали один за другим.
После того, как ему был нанесён ряд повреждений, руки Короля Собёля стали ещё жёстче, и он замахнулся своим мечом в таком широком диапазоне, будто собирался разрезать тело Брахама поперёк. Меч, приземлившийся на пояс Брахама, взорвался с громким рёвом. Складывалось такое ощущение, будто столкнулись два металла.
Действительно, к Брахаму была применена «Поэзия, восхваляющая меч» Крюгеля, и вместо него урон получили четыре иных меча, которые разбились и рассыпались вокруг Крюгеля, сверкая, как снежная пудра.
— Постоянно использовать невозможно, — объяснил Крюгель коллегам и рванул вперёд.
После достижения мастерского уровня популярность «Поэзии, восхваляющей меч», возросла в геометрической прогрессии. Время восстановления навыка увеличивалось в три раза, когда он использовался на цели, отличной от заклинателя. Первоначально у него уже было долгое время восстановления, поэтому Крюгель использовал умение, которое следовало сохранить, как козырную карту для Брахама.
Итак, Брахам был избавлен от боли от разрывания плоти, но особой благодарности не выразил.
— Я мог умереть? — Брахам говорил, как игрок.
Воскрешение? Он был существом с огромной силой, не сравнимой с НПС. Очевидно, что было правильным классифицировать Брахама как супер-именного «босса-монстра», а не НПС.
Такая мысль пришла Крюгелю, когда он проворачивал своё тело, как волчок. Его меч стал заметно мощнее, а затем меч Короля Собёля оказался разрублен пополам. Возможно, он и был создан из божественности, но не смог противостоять силе Мастера Меча.
Пространственный Меч… Крюгель использовал свой последний приём, ни капельки не сожалея, так как это был единственный способ заставить Короля Собёля дрогнуть хоть на мгновение.
В итоге уловка Крюгеля позволила Юре завершить снайперскую стрельбу, и раздался громкий рёв, сообщивший, что Король Собёль ранен.
— …Убийца Демонов. Верна ли гипотеза Джудара о существах, достигающих своих целей в процессе развития?
Пальто Короля Собёля окрасилось в красный цвет, потому как он позволил удару Юры попасть в него. Его сердце не было пронзено, но самозащита частично разрушилась, и да… он был ранен.
Рейд на Баала… опыт помощи Гриду в убийстве правителя ада позволил членам Гильдии Вооруженных до зубов значительно вырасти. Это была награда за величайшее достижение в истории человечества.
— …
Взгляд Короля Собёля переместился в сторону имуги, и он увидел «маньяка», который привлёк внимание имуги, произнеся ругательства, о которых тот даже не догадывался. Тем временем имуги постепенно становился всё более возбужденными. Рано или поздно он станет неконтролируемо жестоким и тогда…
— Трудно решить эту проблему мирным путем. Прежде всего, я подчиню его. Заранее соболезную всем пострадавшим.
Из огромного лука Короля Собёля донеслось что-то, похожее на звук сердцебиения.
В то же время…
А-а-а-а-а-а-а-а!
Со всех сторон раздавались крики, смешиваясь с шумом лязга оружия. Также послышалась серия ревущих звуков, которые, казалось, вызывали разрушения, немного превосходящие силу великой магии.
— Что?
В конце концов члены Гильдии Вооружённых до зубов были сметены трясущейся землёй и взволнованно заозирались по сторонам. Пейзаж вокруг них не изменился, но казалось, что они стоят посреди поля битвы. Затем в их поле зрения появились окна уведомлений.
Активируется великий миф «Война Богов».
Тот, кто активировал миф «Король Собёль», обладает силой «главного героя».
Поле битвы оценивается как «Измерение: Асгард».
Пространственный эффект Асгарда угнетает Вас.
Все характеристики резко снижены.
Вы не можете сопротивляться.
— Всё, бегите…
Это был тот редкий момент, когда Брахам сказал что-то ему не присущее.
— Ни шагу назад! Мы должны не дать Ёиджу попасть в руки Короля Собёля, — прервала Брахама Юра.
Основываясь на различных обстоятельствах, было подтверждено, что Король Собёль ни в коем случае не должен заполучить Ёиджу.
— …Да, вы все, даже не думайте о побеге.
Во-первых, Брахам придерживался того же мнения, что и Юра. Тот факт, что он собирался произнести что-то ему не присущее, на самом деле оказался всего лишь иллюзией или желанием членов Гильдии Вооружённых до зубов.
— Когда прибудут Хурент и янбаны, дела пойдут немного лучше, — сказал Пиаро.
Он и Брахам вместе с Крюгелем взяли инициативу на себя.
— Не забудьте Вантнера, а то он будет разочарован.
Пон и члены Гильдии Вооруженных до зубов, которые на удивление хорошо заботились о Вантнере, последовали за ними.
«Воины неудач» — для них готовиться к решающей битве было так же привычно, как есть. Они не отступали, даже если противником было абсолютное существо.
И вот, словно поздравляя их… заиграла величественная музыка.
Появился Единственный Бог Грид.
Глаза Короля Собёля расширились.
— Такое возможно?
Происходило невероятное явление.
«Очищение ада», величайший миф о спасении, подавляет эффект великого мифа «Война Богов».