Глава 220.

220. Женщина с семью лицами! 9

— Эй, девчонки, хватит бессмысленно упираться. Сдавайтесь по-хорошему, да и всё.

— Да мы вам ничего плохого не сделаем. Не то что убивать — даже пальцем не тронем. Отвезём, куда надо, к тем, кто вас как следует приласкает…

— ««««Хуже не придумаешь!!»»»»

На этот идеально синхронный отпор Миля, скрестив руки, удовлетворённо закивала: мол, верно сказано. Ежедневные уроки её «японских баек» даром не прошли.

— Да хватит уже болтать, быстро…

— …Огненный взрыв!

Бабах!

— «««««А-а-а-а-а!!»»»»»

— Ледяной шторм!

Грохот, треск, удары — бух-бах-хрясь!

— «««««У-у, ай, а-а-а!!»»»»»

Взрывная магия Рены врезалась в шайку спереди; следом Полин угостила тех, кто держался сзади, ледяной магией.

Полин, вообще-то, не была ограничена одними лишь «горячими» площадными атаками. Вода, ветер, огонь — понемногу она умела всё. Просто по мощи она Рене уступала, а из стихий ей лучше всего давалась вода, не огонь. И сейчас она была не дома, а в чужой стране, к тому же этих людей ещё предстояло отдавать под следствие — так что Полин сознательно выбрала обычные ледяные и ветровые заклинания, а не огненные.

Она подняла множество ледяных глыбок размером с кулак и закрутила их в вихре — торнадо, созданном ветром. И это означало, что лёд не ударял один раз: он вихрем носился по кругу, снова и снова вколачиваясь в тела, пока не растает или пока заклинание не будет остановлено. Бесконечно, казалось бы…

Даже если при ударе ледышка раскалывалась, урон становился лишь чуть меньше — зато число попаданий просто удваивалось.

И тут в дело ворвались Миля и Мэвис. Миля взяла передних, Мэвис — задних.

Спереди, из-за того что Рена сознательно снизила мощность, избегая убивать и калечить — чтобы никому не снесло руку-ногу и не досталось слишком тяжело, — окончательно выведена из строя была примерно треть. Остальные держались кто как: одни почти целы, другие волокли ногу, третьи стояли с безвольно опущенной рукой.

Таких ценных бойцов-магиков в разбойничьих шайках обычно не бывает — и лезть без магов против «Алого обета», где магов целых трое, было самоубийством. Впрочем… даже если бы у них вдруг нашлось десяток магов, для них это всё равно оставалось бы самоубийством.

А вот сзади все вроде бы ещё стояли на ногах, но были одинаково, до смешного равномерно, избиты и измяты: вихрь Полин, похоже, накрыл каждого. Боеспособность у них резко просела — но для Мэвис, владеющей Истинным божественно-скоростным мечом, это и так ничего не меняло.

Обычный охотник ранга C справился бы с парой разбойников. Мэвис же и пятерых-шестерых, будь они в полном порядке, уложила бы без проблем. Да и кто такие разбойники? Люди, которым не хватает терпения, чтобы стать солдатом; честности и усидчивости — чтобы быть торговцем или ремесленником; и таланта — чтобы стать охотником. Те, кто ленится работать и тренироваться и мечтает о лёгкой жизни.

Были бы они действительно сильны — не прятались бы по лесам с ножами, а хотя бы охотниками стали. Порог там довольно низкий.

И вот «исход поединка» — точнее, односторонняя жатва — завершился в одно мгновение. Миля и Мэвис просто одну за другой валили цели ударами плашмя, тупой стороной клинка. Рена с Полин отработали первый залп — и дальше уже, можно сказать, спокойно наблюдали.

Правда, на всякий случай Рена держала наготове атакующую магию, а Полин — лечащую. Разумеется, лечить Полин собиралась разбойников: вдруг Миля или Мэвис «ну совершенно случайно» перестараются.

Но лечить не пришлось. Отряд «Алого обета» без происшествий закончил связывать пленных.

На этот раз — не леской, а обычной верёвкой. Народу много, да и при попытке конвоировать могли взбрыкнуть; Миля всерьёз опасалась, что если потянуть силой, то леска, не выдержав, станет не верёвкой, а ножом — и у кого-нибудь пальцы или запястья «вдруг» останутся где-нибудь на дороге.

(«И такое тоже бывает». Нет-нет-нет, только не такое «бывает»!)

Хлопот у Мили, как обычно, было выше крыши.

Сумерки уже подкрадывались, но останавливаться лагерем прямо здесь было нельзя.

Не то чтобы они собирались сейчас дойти до города Зарбаф — нет, ночёвка всё равно будет, разумеется. Дело в другом. В тех типах, которых они по дороге закопали. Как ни крути, оставлять их так на всю ночь нельзя. Пусть помучаются — не жалко. Но если на них нападут звери и кого-то загрызут насмерть, осадок останется мерзкий. А если кому-нибудь «откроют нос» и он вдруг… ну, издаст «ми», — будет неловко. Да и запах, наверное, пойдёт.

С таким объяснением Миля предложила сперва дойти до места, где их закопали, — и остальные согласились.

А потом Миля приводила людей в чувство нашатырём; Мэвис — способом, похожим на то, что в дзюдо называют «влить силу»; а Рена с Полин — просто без остановки лягая их в бок. Те, кто не терял сознания, смотрели на это с перекошенными лицами.

— Ну всё, пошли! Давайте-давайте, шагом марш!

Миля потянула за верёвку, которой были сцеплены разбойники, но те и не думали послушно двинуться.

Это было ожидаемо: в городе их ждало пожизненное криминальное рабство — и, скорее всего, самое адское место работы. Тянуть время, выторговывая секунды, пытаясь усыпить бдительность и высмотреть шанс на удар или побег, — естественно. Пусть девчонки сильны, но всё же их всего четверо. Даже со связанными запястьями можно попытаться: кинуться всем разом в упор, не дав ни заклинание сказать, ни меч выхватить; или сорвать верёвку и разлететься во все стороны. Ноги-то не связаны.

С этой мыслью разбойники упрямо не трогались с места, но…

Шурх.

— «««««А?»»»»»

Шурх-шурх-шурх…

— «««««А-а-а?!»»»»

Миля, держа конец верёвки, просто потащила их за собой — и они, не успев опомниться, поехали по земле.

— Ай! Ай-ай-ай-ай!!

Пусть дорога и не была асфальтированной, утоптанная земля оказалась твёрдой; тут и там торчали камни, попадалась мелкая галька. Для «тёрки для редьки» — более чем достаточно. Разбойники мгновенно покрылись ссадинами и начали истекать кровью.

— Стой! Встаём, встаём! Подожди, подожди!

Их не столько напугала чудовищная сила Мили, которая в одиночку волокла целую связку взрослых мужиков, сколько они просто не выдержали боли от волочения по грубой земле — и завопили.

Вот именно. Таким нельзя показывать мягкость.

Но даже поднявшись, они всё равно тянули резину — и тогда Рена швырнула в их сторону огненный шар.

— А-а-а!

— Ты… ты чего творишь?!

Шарик был крошечный, с почти нулевым расходом маны, но попадание всё равно не прошло бы даром. Смерти, конечно, не будет — но кусок мяса с хрустом и брызгами оторвёт наверняка.

Первый шар ударил в землю примерно в метре от них. Второй — уже в шестидесяти сантиметрах. Третий — в тридцати. Всё ближе… всё ближе… и вот четвёртый…

Разбойники, не помня себя, зашагали как миленькие.

Но было ясно: сегодня ночью нормально поспать не выйдет. А завтра, чем ближе к городу, тем выше шанс, что они снова начнут упрямиться или что-нибудь задумать. Если они перейдут на «тактику черепашьего шага», до города за завтрашний день можно и не дойти…

От этой перспективы Рена и остальные мрачно поморщились.

Как бы ни были они сильны в бою, с подобной головной болью ничего поделать было нельзя.

Внимание! Этот перевод, возможно, ещё не готов.

Его статус: перевод редактируется