Глава 3.2: Крик мёртвых (2)
«Ты в порядке?!» — воскликнула Ариана.
«Я в порядке. А ты, Фей, в порядке?» — ответила Рено.
«Я… я в порядке, н-но…» — запинаясь, пробормотала Фей, дрожащим пальцем указывая на магический проводник.
Отрубленная рука отшатнулась, словно сдаваясь, но вместо этого из проводника поползли сотни голубовато-белых отростков.
«Похоже на Тысячу Рук Каннон…» — пробормотал Шиничи.
Но Каннон — это сострадательный бодхисаттва, спасающий людей. Это же было полной противоположностью. Слияние мёртвых духов, стремящихся украсть магию, убивая живых. Оно боялось исчезнуть из существования и делало всё, чтобы продолжать быть, даже без цели или воли. В доказательство из проводника возникли сотни искажённых, пугающих лиц.
«““ААААААА—!””»
Лица издали коллективный вопль, леденящий сердца живых. Их крик воплощал зависть и страх вечного уничтожения.
«Легион душ…» — пробормотал Шиничи, глядя на ужасающее скопление мёртвых. По спине пробежала дрожь, но он понял. «Вот что убило эльфов, и сами эльфы стали этим».
Во время искусственной спячки эльфы, должно быть, превратились в призраков. Хотя им обещали воскрешение, это не меняло того факта, что они были мертвы. Магия в их телах, вероятно, начала действовать сама по себе, боясь полного уничтожения. Чтобы выжить, она пожирала ближайший источник магии: спящих эльфов и проводники, хранившие магию для будущего Воскрешения. Соратники сами становились призраками, присоединяясь к первому погибшему эльфу, пока не образовался этот легион.
«Это объясняет, почему только несколько эльфов воскресли и почему у них не было времени открыть библиотечный сейф», — предположил Шиничи.
Те немногие эльфы, которым повезло очнуться, наверняка бежали, спасая свои жизни от гигантского сгустка магии, поглотившего их сородичей. Они запечатали убежище, чтобы монстр не вырвался, и основали деревню неподалёку, чтобы следить за убежищем, пока магия не иссякнет, и он не сдастся слабости.
Но была одна проблема: легион питался огромным магическим проводником в энергоблоке и големами-охранниками — всё ради избежания уничтожения. И он оставался там, пока не прибыли новые жертвы. Сейчас.
«““ААААААА—!””»
Куча рук потянулась к ним, к пище, которой их лишали сотни лет. К несчастью для легиона, команда Шиничи не была беспомощной добычей.
«Ха!» — крикнула Ариана, прыгнув с мечом.
«Руби в клочья. Хлыст Клинков», — выкрикнула Церес.
Их совместные усилия отсекли множество наступающих рук. У легиона не было разума для хитрых атак. Он просто бросался на них. Рубить его руки было легче, чем стрелять по рыбе в бочке. Но сколько бы рук они ни отсекали, они продолжали наступать без замедления.
«Тьфу. Это должно сработать…» — сказала Церес.
«Но это никогда не кончится!» — крикнула Ариана.
Ариана и Церес исчерпают силы раньше, чем легион израсходует магию. Поняв это, Шиничи схватил застывшую от страха Рено и крикнул остальным.
«Ладно! Пора сваливать!»
«Что?!» — воскликнула Ариана в шоке.
«Задержи врага. Крепость», — сказала Церес, создавая стену света, растянувшуюся по всей комнате. Они бросились к лестнице, пока легион был сдержан.
«Шиничи, мы правда должны бежать?!» — неуверенно спросила Ариана, когда они вернулись на пятый подземный этаж.
«Ну, вообще-то нет смысла с ним сражаться».
«…Ох», — печально сказала Ариана. Ей это даже в голову не пришло.
Она поддалась чувству эпичной битвы с боссом против слияния злых духов на дне огромного подземелья, но сражаться было необязательно. У них не было долга его побеждать.
«Мы получили, что искали, и я рад, что разгадал тайну гробницы. Пора валить», — поторопил Шиничи.
«Ты такой эгоист», — раздражённо сказала Церес, но начала читать заклинание Телепорта.
Но Рено её остановила. «Погоди. Разве люди не будут в опасности, если мы оставим здесь злого призрака?»
«Эх…» — Шиничи потерял дар речи, ведь Рено попала в точку.
Легион содержал магию сотен эльфов. Если он вырвется из гробницы, это приведёт к гибели множества людей и животных в округе. У него не было разума, только сила. Если эльфы соберут всю деревню, они, возможно, смогут его победить, но не без жертв.
«И лица призраков выглядели такими печальными», — продолжила Рено, опустив взгляд к ногам, вспоминая искажённые выражения легиона.
Без разума легион потерял самосознание, но его лица показывали, что он продолжает бояться смерти и вечно чувствует боль.
«Шиничи, — взмолилась она, — ты говорил, что помочь им перейти в другой мир — это акт милосердия».
«…Похоже, у нас нет выбора», — сказал Шиничи, поднимая руки в знак капитуляции перед её слезливой просьбой. «Если мы справимся, эльфы будут нам многим обязаны. Пора охотиться на призраков».
«Спасибо огромное!» — радостно крикнула Рено, обнимая его. Он мягко погладил её по голове, но мысли его неслись с полной скоростью.
«Но сражаться с ним опасно», — сказал он.
Только Ариана и Церес могли с ним бороться. Им понадобилась бы помощь Короля Демонов, чтобы иметь шанс на победу. Но это вызывало другую проблему: они находились на восточной части континента, а замок Короля Демонов — на западной. Даже если Рено поделится магией с Церес, они могли телепортироваться на такое расстояние только раз в день. Если они вернутся с Королём Демонов, им понадобится день на восстановление магии. За это время легион мог натворить бед.
«Если нам придётся сражаться с тем, что у нас есть, есть только один способ…» — сказал он.
Был очевидный способ победить легион, но он требовал большой жертвы. Размышляя, Шиничи невольно посмотрел на Фей.
«Ч-что ты… Ох», — она поняла, что задумал Шиничи. Её глаза округлились, лицо побледнело, но она кивнула, с болезненной гримасой. «Тяжело отказаться от мечты стать исследователем, но я не могу обменять её на жизни других».
«…Ладно. Давай сделаем это», — сказал Шиничи. Сердце его разрывалось, но он собрался и начал подниматься по лестнице обратно на четвёртый этаж, в библиотечный сейф.
«Что ты собираешься делать?» — спросила Ариана.
«Просто повторю старую стратегию», — Шиничи положил руку на один из массивных столбов, поддерживающих потолок. «Я разрушу убежище и обрушу его на легион. Ты показала, что физические атаки работают на призраков».
«Это как…» — начала Ариана.
Он использовал тот же метод, когда разрушил Собор Королевства Боа и спас её от Хью.
«Это так раздражает. Это ценная часть истории и передовые технологии. Но Фей права. Я не могу обменять жизни людей на это», — сказал он.
«Не ожидала такого от того, кто велел нам бежать», — добавила Церес.
«Ха-ха-ха, не знаю, о чём ты», — ответил Шиничи, притворяясь глупым, и взял Рено за руку. «Я не достаточно силён один. Одолжишь мне магию?»
«Да!» — ответила она с энергичным кивком. В конце концов, это она настояла на битве с легионом. Она закрыла глаза, сосредоточилась и передала энергию Шиничи.
Его вены горели. Он изо всех сил старался выдержать жар и начал использовать магию, чтобы изменить химический состав.
«C7H5N3O6. Взрывайся в вихре разрушения! Конверсия Элементов!»
Он использовал магию Рено, чтобы превратить весь гигантский столб в тротил — взрывчатку, ставшую символом всех взрывчатых веществ.
«Ещё два столба…»
«Шиничи!» — крикнула Ариана, вытирая пот со лба.
Он оглянулся и увидел толпу голубовато-белых рук и лиц, несущихся по лестнице в сейф.
«Оно уже здесь?!» — крикнул он.
Он надеялся, что легион останется у проводника внизу, пока они работают, но это было пустой мечтой.
«Продолжай работать! Я его задержу!» — крикнула Ариана, прыгнув вперёд, чтобы выиграть время, но у них было всего несколько минут.
Он должен был действовать быстро.
«Церес, установи таймер на этот столб, чтобы он взорвался через три минуты — ровно через сто восемьдесят секунд».
«Поняла».
«Фей, на всякий случай, начни считать до ста восьмидесяти. Не останавливайся, что бы ни случилось», — продолжил он.
«Х-хорошо!» — ответила она.
Все бросились выполнять его приказы.
«Гори через сто восемьдесят секунд. Отложенный Огонь», — крикнула Церес.
«Один, два, три…» — начала считать Фей, как только Церес наложила заклинание на столб-динами.
Шиничи схватил Рено за руку и побежал к следующему столбу, оставив остальных. «Пошли!»
«Положись на меня!» — радостно прощебетала Рено, счастливая, что помогает. Но часть её нервничала, передавая магию Шиничи для превращения второго столба во взрывчатку.
«Аррр…!» — воскликнул Шиничи, чувствуя, будто его колют горячими иглами. Он не привык управлять таким количеством магии.
Он оглянулся и увидел, что Ариана каким-то образом сдерживает легион, используя узкий вход в сейф.
«Последний!» — крикнул он и бросился к третьему столбу, собирая остатки энергии и произнося последнее заклинание.
Позади была Церес, закончившая накладывать Отложенный Огонь на второй столб, и Фей, продолжавшая считать, как было велено.
«Так, Ариана, сюда!» — крикнул он.
«Иду!» — отозвалась она. Она вложила последние силы в семь финальных ударов, отрубив множество рук легиона, прежде чем развернуться и побежать к Шиничи так быстро, как могла.
Она собиралась остановиться перед ними, но поскользнулась на разбросанных бумагах и врезалась в грудь Шиничи.
«Ааа!»
«Ты какая-то торопливая», — Шиничи успел её поймать и устоять, пока Церес заканчивала заклинание на последнем столбе.
Она завершила последнее заклинание, когда легион ворвался к ним, клочки бумаги закружились вокруг.
«Перенеси наши тела к дальнему краю небес. Телепортация».
Группа ощутила лёгкое головокружение, когда их тела исчезли из библиотеки. Руки легиона перед глазами сменились голубым небом. Они появились высоко в воздухе над руинами. Гравитация начала тянуть их к земле.
«Ааа?!»
«Полёт», — быстро произнесла Церес заклинание, чтобы остановить их падение.
Тем временем Фей продолжала считать, как было велено. Она только что закончила.
«Сто семьдесят восемь, сто семьдесят девять, сто восемьдесят».
В этот момент легион стоял в библиотеке, только что потеряв добычу, и три столба, поддерживавшие потолок, взорвались в мощном взрыве. Возможно, убежище выдержало бы, если бы это произошло сразу после его постройки, но за тысячи лет оно ослабло почти до саморазрушения. Оно не могло устоять перед взрывом.
Столбы на четвёртом этаже взорвались, обрушив третий. Второй и первый этажи подвала последовали за ними в лавине бетона и земли. Ослабленный взрывом, легион был раздавлен, не имея ни дюйма для движения. Лавина продолжала идти, уничтожая тела эльфов на пятом этаже, прежде чем поглотить магический проводник на самом нижнем.
Шиничи не мог видеть всего этого с неба, но они видели огромный кратер внизу леса. Облако пыли поднялось, почти дойдя до них. Они могли предположить, что мёртвые наконец были погребены под землёй.
«Будут ли призраки теперь спать спокойно?» — спросила Рено.
«Благодаря тебе», — сказал Шиничи, давая понять, что она может гордиться, глядя на её печальный взгляд вниз.
Он не верил в рай или загробную жизнь, но надеялся, что они обретут покой.
Он сложил руки в молчаливой молитве, и остальные присоединились к нему.
Они приземлились на краю кратера, когда пыль осела, чтобы убедиться, что план сработал, но признаков легиона не было.
Хотя другого выхода из этой передряги не было, всё закончилось по плану Богини…
Шиничи погрузился в мысли. По иронии судьбы, они уничтожили Эльфийскую гробницу — давнюю цель церкви. Но они всё ещё были врагами церкви.
Церковь наверняка хотела уничтожить её, чтобы стереть любые подсказки о древней цивилизации и Богине Эрезонии.
На первый взгляд, технологии в убежище могли не иметь связи с Богиней, но одна вещь их объединяла.
Камеры искусственной спячки… Что, если они действительно могли сохранять воспоминания человека?
Тогда, после воскрешения тела, сохранённые воспоминания и информацию можно было бы загрузить в новый мозг. Игнорируя моральные сомнения, это полностью воссоздало бы прежнего человека.
Шиничи знал похожую систему.
Бессмертные герои могли быть воскрешены, даже если их тела полностью уничтожены. Если эта система делала резервные копии разума и тела, значит, эльфы, создавшие камеры спячки, обладали способностями, схожими с Богиней Эрезонией.
Он думал об этом раньше: что, если есть способ загрузить разум и скачать его обратно в клон тела? Но нейронаука не продвинулась так далеко. Древняя цивилизация не догнала учёных XXI века, хотя должна была достичь уровня XX века. Это дало бы достаточно знаний для создания подобного метода.
И если ты можешь это вообразить, в этом мире ты можешь это воплотить.
Мир Обум отличался от Земли. В нём был способ изменять реальность под воображение. Это сила магии. Даже если наука не могла сохранять и устанавливать воспоминания, с магией это не невозможно.
Другими словами, обладая знаниями древней цивилизации и силой, подобной Королю Демонов, можно создать систему «бессмертных героев». А это значит, что Богиня Эрезония…
«Шиничи, смотри!» — Ариана хлопнула его по плечу.
Шиничи поднял взгляд, прервав свои мысли. Он увидел знакомые лица.
«Ч-ч-что вы натворили?!» — взвизгнула Кларисса, появившись из леса с двумя подругами. «Мы услышали ужасный звук из деревни, готовились к отравлению диоксином и вернулись, а…»
Её лицо было сложной смесью шока, страха и гнева. Даже её подруги выглядели ошеломлёнными.
«Диоксин — это ложь», — спокойно сказал Шиничи.
«Ч-что ты… Пфф! Я это и так поняла!» — ответила Кларисса.
«Ты заслуживаешь Игнобелевскую премию за спасение лица», — сказал он, раздражённый эльфийкой до такой степени, что начал её жалеть.
«Кстати, что случилось? Здесь должна быть гробница!»
«Хех. Раз уж ты спрашиваешь…» — ответил он, глядя на эльфов, прежде чем театрально объявить: «Мы превратили Эльфийскую гробницу и её призраков в пыль!»
«Правда?!» — воскликнула Кларисса, её лицо просияло.
Похоже, эльфы охраняли гробницу из страха перед легионом и как культурное наследие.
«Как видишь, призрак уничтожен. Больше ничего не привязывает вас к этому лесу!» — продолжил Шиничи.
«Другими словами…» — нерешительно начала Кларисса.
«Вы можете идти, куда хотите, и любить, кого хотите!»
«О, спасибо!» — воскликнули две подруги Клариссы, опустившись на колени в знак благодарности.
Долгое время их заставляли охранять гробницу, из-за чего они не могли покинуть деревню. Их принуждали рожать детей от мерзких мужчин только потому, что те были дальними родственниками. Естественно, они ценили того, кто спас их от этой жестокой судьбы, даже если он был «низким» человеком.
«Вы все свободны. Можете покинуть континент Уропех в поисках других эльфов, или я могу познакомить вас с тёмными эльфами», — предложил Шиничи.
«Не могу поверить, что ты продолжаешь быть таким щедрым, даже после того, как мы тебя доставали… Ты что, бог какой-то?» — спросила одна из эльфиек.
«Ну, он называет себя апостолом некоего ‘бога’», — сказала Церес, с жалостью глядя на обманутых эльфиек.
С этим они решили одну проблему, но Кларисса, похоже, была настроена испортить момент.
«Погоди-ка. Ты всё красиво расписал, но ты злодей, уничтоживший памятник наших предков!»
«Ты реально не знаешь, когда остановиться», — проворчал Шиничи, вздохнув и пожелав, чтобы она замолчала.
Её подруги бросили раздражённые взгляды.
«Кларисса, ты права, но он смог победить призрака, с которым мы не справились. Он наконец позволил нашим предкам покоиться с миром».
«Да. К тому же, это ты всегда жаловалась, что умрёшь в одиночестве в этой маленькой деревне».
«Эм… Да, да! Но невежливо, что низкий человек пришёл и выполнил задачу, порученную благородным эльфам!» — всхлипывая, возразила Кларисса.
«Ты всё ещё ребёнок?» — сказал Шиничи, принимая решение, глядя на вопящую, как капризный ребёнок, Кларисску. «Я мог бы тебя проигнорировать и уйти, но будет раздражать, если ты будешь преследовать нас из мести. Пожалуй, мне придётся сломить твой дух и сделать тебя своей рабыней. Так ты не помешаешь мне снова».
«Ха! Наконец-то показал своё истинное лицо, подонок!» — Кларисса выглядела счастливой, словно подначивала его показать, на что он способен.
«Погоди, Шиничи?!» — крикнула Ариана, схватив его за руку, чтобы остановить, но советник Короля Демонов лишь показал свою обычную злобную ухмылку.
«Да, точно. Я не буду груб с девушкой».
«…То есть ты сделаешь что-то другое?» — спросила Ариана.
«Ты хорошо меня знаешь».
«Мы вместе весь день напролёт». Она улыбнулась в ответ, отпуская его руку.
Он вытащил из-под куртки записную книжку, которую держал на всякий случай. Это были страницы, найденные под матрасом в детской комнате дома, где они ночевали.
Кларисса замерла, её щёки побледнели. «П-п-почему она у тебя?!»
«Значит, это твоё, Клара», — ответил он.
«—?!» — Кларисса беззвучно вскрикнула, когда он назвал её так.
«Это её прозвище?» — спросила Рено, надувшись от ошибочной ревности.
Но Шиничи ухмыльнулся и похлопал по книжке. «Не совсем. Клара — имя главного героя в романе Клариссы».
«Стойййй—!» — закричала Кларисса, пытаясь заглушить объяснения Шиничи, но опоздала.
«А? Кларисса, ты пишешь романы?!» — спросила одна из подруг.
«Ну, она же книжный червь. Она даже читает эротические романы», — добавила другая.
«Убейте меняааа!» — взвыла Кларисса, её лицо пылало, пока она падала на землю. Её маленькое хобби раскрыли подруги.
«Она перегибает. Она всего лишь написала роман для удовольствия», — сказала Церес.
«И это настоящее произведение искусства. Это—» — начал Шиничи, собираясь раскрыть сюжет.
Кларисса прижала лоб и руки к земле, умоляя его остановиться. «Я сделаю всё, что ты хочешь! Только не рассказывай им!»
«““…Что—?””»
Все — люди, демоны и даже две эльфийки — были потрясены, увидев Кларисску на земле, умоляющую. Обычно она была такой гордой. Шиничи был единственным, кто не удивился, его губы изогнулись, словно он наслаждался.
«Хе-хе-хе. Ладно, договорились. Я хочу, чтобы ты сказала другим эльфам, что это ты всё подстроила, чтобы они не злились на нас».
«…Что?» — Кларисса замерла в замешательстве.
Шиничи свернул бумаги и хлопнул её по голове. «Ты так хотела покинуть деревню, что наняла людей, чтобы обмануть эльфов и увести их. А тем временем разрушила гробницу, чтобы убить призрака, пока их не было».
«Как будто кто-то в это поверит—»
«Хм? Только эти двое видели наше общение. Если они будут молчать, ты легко можешь придумать свою правду», — перебил Шиничи.
Он подозревал, что кто-то использует Детектор Лжи на девушек, но, как показал Шиничи, было несколько решений.
«К тому же, никто не захочет верить, что низкие люди пришли и уничтожили их драгоценную гробницу. Они предпочтут думать, что эльфийка перехитрила всех, чтобы убить призрака. Я не прав?»
«Угх…» — Кларисса лучше всех знала, как эльфы полны гордости, и поняла, что он имеет в виду.
В итоге людям не важна настоящая правда: важно, во что они хотят верить.
«Даже если ты сбежишь из деревни как преступница, ты будешь свободна, что не так уж плохо, да?» — сказал Шиничи, объясняя, почему они должны сотрудничать с этим планом.
Когда он взглянул, глаза двух других эльфиек были холодными и неуверенными.
«Я благодарна за то, что вы сделали в гробнице, но не уверена, что хочу взять на себя вину за то, чего не делала…» — сказала одна.
«Наши семьи будут нас ненавидеть…» — добавила другая.
Хотя они не были самыми счастливыми в деревне, это был их дом и место их семей. Они не были готовы всё это бросить.
Шиничи мягко предложил: «А если я добавлю кое-что, кроме тёмных эльфов? Могу познакомить вас с инкубами, невинными на улице и зверями в постели».
«Мы сделаем всё, что ты хочешь!» — Они опустились на колени. Похоже, родной дом и семьи быстро забылись ради симпатичных парней.
«…Мне тяжело это говорить, но я надеялся, что вы чуть дольше будете сопротивляться», — сказал Шиничи.
«…Тебя когда-нибудь просили есть с пола? Потому что, когда я подарила торт на день рождения единственному парню в деревне, этот высокомерный гад бросил его на пол и велел мне убрать ртом», — сказала одна.
«…Тебя просили считать дни до твоего восемнадцатилетия? Потому что моего мужа выбрали ещё до моего рождения, и этот старик шептал мне об этом каждый раз, когда я его видела», — добавила другая.
«Простите!» — сказал Шиничи, тоже падая на землю.
Эльфийки посмотрели на него, их лбы испачкались от земли. На грани вымирания их традиции стали мрачнее, чем он думал.
«Кстати, похоже, они готовы сотрудничать. Если ты назовёшь себя преступницей, другие эльфы точно поверят», — сказал Шиничи, вставая. Он схватил Кларисску за голову, заставив её встретиться с ним взглядом, пока она лежала на земле. «Представь: ты обманула всех ради собственной выгоды, сговорилась с отвратительными людьми и разрушила драгоценную гробницу. Все будут смотреть на тебя с презрением и плеваться».
«Аррр…!» — щёки Клариссы покраснели, возможно, от гнева.
Шиничи садистски улыбнулся. «Девушки будут в восторге от этой ситуации. А что насчёт парней?»
В деревне мужчин было мало. Их лелеяли как принцев, и молодые женщины боролись за них. У них практически были собственные гаремы.
До того как население сократилось из-за инбридинга, тёмные желания эльфийских мужчин наверняка сыграли роль в запечатывании легиона. Они легко могли объединить эльфов для его уничтожения.
Деревня была раем для мужчин. Что они подумают, узнав, что Кларисса разрушила их маленький рай?
«Никто из них не прикоснётся к тебе, потому что ты была близка со всеми. Но в гневе они могут утратить разум».
«Ах…»
«Они будут словесно тебя унижать: ‘Это твоя вина! Ты за это заплатишь!’… Хе-хе-хе. Прямо как в твоём любимом эротическом романе, да?»
«Ааааа—!» — закричала Кларисса, её лицо всё ещё пылало, пока она вопила на него. «Ты самый грязный человек, которого я встречала!»
«Высокая похвала», — сказал он, легко улыбнувшись на любимую фразу Церес.
Рено потянула его за руку, слегка раздражённая. «Шиничи, мне её жалко».
«О, не волнуйся», — неловко успокоил он, наклонившись и шепнув ей на ухо. «Ей нравится, когда её дразнят. Она знатная мазохистка».
«Что?!» — Рено подскочила от удивления, прежде чем внимательно присмотреться к Клариссе.
Её ярко-красное лицо казалось полным гнева. Но при ближайшем рассмотрении Рено заметила, что уголки её рта слегка изогнуты. На самом деле она была довольна.
«…Правда?» — спросила Рено.
Ей было трудно поверить, ведь она видела, как Кларисса побеждала героев и унижала людей.
По какой-то причине Шиничи сделал противоположное наблюдение.
«Почему она ненавидит героев-мазохистов? Потому что сама такая», — объяснил он.
Казалось нелогичным ненавидеть кого-то с такими же чертами, но она хотела партнёра, который будет её унижать. Она не хотела быть той, кто это делает. Как магниты, противоположности притягиваются в садомазохизме.
«Я тоже ошибся насчёт эльфийской гордости», — признался Шиничи.
Агрессивность не означала автоматически садизм. Её высокомерное поведение было как предупреждение: «Не толкай меня!» перед горячей лужей. Она знала, что заведёт людей, и хотела нажать на их кнопки.
«Если подумать, ты заметишь, что она говорила такие вещи», — сказал Шиничи.
«Правда?»
«Например, когда я предложил познакомить их с тёмными эльфами, она сказала: ‘Мне не нужны такие’, и отказалась».
Кларисса отказалась не из гордости. Ей правда не нужны были «хорошие парни», которых предлагал Шиничи. Она хотела того, кто будет её унижать.
К тому же, когда она сказала: «Я… я… я лучше откушу себе язык и истеку кровью, чем забеременею от варвара!» — я заметил, что она заикается, когда взволнована или врёт.
Другими словами, это была ложь. Она хотела быть униженной, как героиня её эротического романа, но эти детали были слишком грубыми, чтобы объяснять Рено. К тому же, никто бы не поверил его теории без весомых доказательств.
«Вот доказательство», — сказал он, ткнув Церес в спину, зная, что прямое указание обернётся против него.
Она тут же поняла и посмотрела на юбку Клариссы взглядом холоднее абсолютного нуля.
«Ты вся мокрая, грязная извращенка», — сказала Церес.
«Я… я… я не знаю, о чём ты!» — запинаясь, возразила Кларисса, изо всех сил отрицая. Но все её крики только сильнее её возбуждали, и она потянула перед юбки.
Её подруги посмотрели на неё и отступили назад.
«Фу…»
«Эу…»
Но их брезгливые выражения были для мазохистки не больше чем комплиментом.
«Да, я не совсем понимаю…» — сказала Рено.
«И хорошо», — ответил Шиничи с облегчённым вздохом.
Ариана приблизила лицо к его лицу и прошептала ему на ухо. «Кстати, о чём её история?»
Была вероятность, что Кларисса нарочно повышает ставки, притворяясь, что не хочет раскрытия своего секрета, чтобы усилить шанс быть «растерзанной» — именно этого она и желала. Шиничи надеялся держать это в тайне, пока не сломит Кларисску, но Ариана не могла больше сдерживать любопытство. Шиничи взял её за руку и ответил через Телепатию, чтобы другие не услышали.
«Это романтика, тайно разворачивающаяся между главной героиней, Кларой, и красивым принцем, воплощением её идеала мужчины».
«Угх…» — Ариана скривилась.
Но это была ещё не самая интересная часть.
«Клара в своей маленькой деревне не везёт в любви. Она решает уехать в школу в большом городе, где случайно встречает крутого парня. Это не совсем абсурдно, но…»
Ненавидя свою крошечную деревню, Кларисса писала о городе, но никогда там не была. Её единственным источником были записи предков из древней цивилизации. Из-за этого детали получились нереалистичными.
Но проблема была не в этом.
«На первый день он её целует. На второй день навязывается ей. На третий день она понимает, что любит его, хотя ненавидела. Может, это моя проблема; может, парни этого не поймут…»
«Нет, я девушка, и я точно не понимаю».
Говорят, секс может привести к любви, но эта история развивалась быстрее, чем ракета на взлёте.
«На четвёртый день она встречает другого сексапильного парня, и тот связывает её и делает… кхм… всякое, но первый парень узнаёт об этом на пятый день и начинает орать на неё. Типа: ‘Ты же этого хотела, да?!’ А потом надевает на неё ошейник и делает… что-то с ней, и…»
«Откуда у неё такая фантазия?!» — мысленно крикнула Ариана. Она не могла понять, почему кто-то считает это идеальной романтической встречей, но лицо Шиничи выражало смесь эмоций, пока он защищал Кларисску.
«Если подумать о её окружении, это не так уж удивительно».
«Что ты имеешь в виду?»
«Ну, она родственница всем. С ней опасно связываться, и все парни избегают её, как чумы».
С точки зрения эльфийских мужчин, не было причин добиваться Клариссы как романтического партнёра, ведь вокруг полно других женщин. Они не давали ей шанса.
Тем временем, кроме двух подруг и семьи, остальные эльфы относились к ней как к мусору, потому что она не могла помочь увеличить население. Она искала утешение в книгах из-за одиночества. Её идеальный принц превратился в мужчину, который пробьётся через её броню и спасёт её.
«Из эротических романов она зациклилась на идее силы, раздув её до абсурда. Плюс, она хотела внимания. Смешай это, и получишь знатную мазохистку», — объяснил Шиничи.
«Пожалуй, понимаю, если так объяснить…» — сказала Ариана.
Она могла посочувствовать одиночеству Клариссы. В конце концов, она сама испытывала похожее, будучи полудраконом. К тому же Шиничи втянул её в союз с демонами, и её привлекала его сила. Она видела в этом определённый шарм.
«Я всё ещё не знаю, что думать о её романе», — призналась она.
«Да, я бы предпочёл его не читать», — сказал Шиничи. Но это было как неприятный гримуар, затягивающий и подтачивающий рассудок с каждой страницей.
Ариана подумала обо всём, что пережила Кларисса, и окликнула её в поддержку. «Удачи».
«Что? Не считай меня дурой!» — крикнула Кларисса в ответ, словно говоря, что Ариана должна была её унизить.
Все вздохнули над мазохисткой-эльфийкой.