Глава 17: Ради любимых... То, в чём ни за что не можешь уступить.
— ФУ ХА-А-А!
— ?!
И ещё! Получи! Вот!
— И ЭТО ВСЁ, ХАЯТО?!
— Г… ха!
— СЛАБО!
— Гу…?!
Выкуси! Получи! Ещё! И ещё больше! Больше! Вот! Вот! Во-о-от! Ещё! Продолжаем без перерыва! Сегодня я на верхней точке взвода! У нас тут веселейшая игра: «паралич удваивается за каждое попадание»! Сейчас, если рубану Хаято по правой руке, он заработает целых шестьдесят четыре секунды паралича! Ну а сражаться, прикрывая неподвижную руку, — задача не из лёгких даже для великого национального героя! Вот, поглядите! Получаются совсем неуклюжие движения. Настолько, что даже такой профан, как я, попадаю!
— ВУ-ХА-ХА-ХА-ХА!!!
— Охренеть… Братан… Сражаешься с таким смехом, словно какой-то злодей… но ещё охренительнее, что реально доминируешь над Хаято! Н-неужели это может случиться?!
— …Макото. Умолкни.
— Э-э-эм, Широ-сан?
— Никакой доминации быть не может. К тому же… Хаято не только не взялся всерьёз… он вовсе не сражается ещё.
— Как же так?! Но…
— Если возможно… Широ тоже хочет, чтобы Хозя закончил бой на этом, но…
— …У-У-У-УО-О-О-О-ОА-А-А-А!!!
— ?!
Хаято с силой взмахнул мечом в левой руке. Я заблокировал удар, но отлетел в сторону. К-кошмар… он же махнул мечом, как какой-то палкой… и всё равно я улетел так далеко. По телу выскочил холодный пот, а всё поднятое настроение в момент упало. Вернулось хладнокровное спокойствие, и с этим хладнокровием я приготовился к контратаке, которая должна последовать немедленно… немного прищурился, но ничего не последовало. Похоже, ошибся с прогнозом. Да ещё как… Хаято не просто не напал для контратаки, даже не сдвинулся с места.
— Давайте… прекратим. Я отлично понял Вашу силу, Ицуки-сан. Вы… как всегда невероятны. Стали таким сильным за столь короткий срок. К тому же… научились очень интересному навыку. Однако… Вам ни за что не победить меня… вот так.
— ?!
Всего одно мгновение. Всего за одно мгновение Хаято сократил расстояние с сотни до нуля. Исчез и появился у меня перед глазами. Ускорился… словно воспользовался моим «направленным ускорением».
— Ха!
— Гх… у-уа!
Всё, что я успел сделать, — поставить лезвие катаны между собой и врагом. Тем не менее защититься от ударной силы не удалось. Да и боль в руке от столкновения чудовищная. Я подлетел в воздух, а затем поцеловал землю, при этом не остановился и покатился дальше. С большой скоростью… не в силах остановиться… улетел за пределы дороги и спиной врезался в ствол дерева.
— Вот что будет с Вами… если я хоть немного стану серьёзнее.
— Га… ха… а-а-а…
Дыхание остановилось. Я просто не могу дышать. Со слезами от невыносимой боли широко открыл рот и попытался вдохнуть воздух, но он совсем не попадал в лёгкие. Ох, срань… тело тоже всё болит…
— Правая рука также уже может двигаться. И принимать на неё Ваши атаки я более не намерен… поняли теперь, насколько бесполезно сопротивление? Поэтому…
— Гха… кхе… хе… а-а-а… у-у-у… ха-а-а… чёрт, заставил меня тут стонать, как целку… и что дальше?
Да, я понял, что ты со мной играешься. И всегда знал, что запредельно силён. Только вот скажи, чего же ты так горько кривишься? Разве не готов идти до конца? Разве не готов с кем угодно сражаться? А?
Я вновь наставил лезвие катаны «ИньЯн -тень-» на Хаято, изображая этим свою готовность сражаться дальше.
— …Вы же еле на ногах держитесь. Давайте не будем продолжать… это бессмысленное занятие.
— Бессмысленное… значит? Может, и так. Но… что с того?
— …Э?
— Чего недоумеваешь? Разве не так? Ты же против кого угодно готов пойти, не так ли? Ну так возьми и переступи через мой труп к своей цели! Не распускай нюни, а сдержи слово! Или чё? Спасти Лети хочешь, но меня ранить — нет? Неужели твои убеждения настолько слабы? Раз полон решимости, то не будь размазнёй и доведи дело до конца!
В чём проблема отказаться от всего ради спасения любимой женщины? Забей на мир, дружбу, связи! Обрати весь мир против себя, но защити самое дорогое! Я так же поступил бы! И сам тебе это говорил в лицо. Поэтому вместо нюней возьми и с гордостью заяви, что будешь следовать своим убеждениям!
Я посредственность. Сама заурядность. Как когда-то сказал Макото — простой заурядный старикан[1]. Но такую посредственность ты всегда хвалишь… с неподдельной искренностью называешь «невероятным». Знал бы, как мне было приятно. Как я рад услышать такие слова от по-настоящему удивительного человека. Да, я всей душой считаю тебя самым невероятным человеком на свете. И не потому, что являешься «национальным героем», — меня больше впечатляют твои личные черты.
Но ты не только невероятный, но и очень добрый. Так же, как я считаю тебя дорогим мне человеком… почему-то был уверен, что в бою со мной ты не сможешь сражаться всерьёз. Вот и составил план, упирающийся в эту наивность…
— …Кто сказал, что я сейчас сражался в полную силу?
Эта наивность — твоя слабость. Откровенно плохая черта. Сам что-то там заливал о том, мол готов идти до конца… а что мы видим? Я же твой враг, да? Так какого хрена ты так… ясно, получается, никогда не признавал меня как равного себе? Выходит, с твоей точки зрения я даже врагом не могу стать? Если так… то это очень обидно.
Я спрятал в искусственное пространство «Мана Итер» и достал магический светильник.
— До этого было сражение как мечника… а теперь я начну в своём собственном стиле!
Меняем планы! Вместо использования твоей доброты в качестве слабости, я заставлю признать себя равным! Не на словах, а на деле! Покажу, что я враг, достойный сражаться всерьёз! Заставлю увидеть во мне равного!
Вместе с тем… ты тоже докажи мне, что способен на всё ради самого дорогого человека! Заставь меня вновь признать, что ты невероятный Мужчина с большой буквы, который держит слово! Покажи, что ты мужчина, заслуживающий моего уважения! Продемонстрируй, что твоя решимость крепче моей упёртости!
Зарядив подсвечник энергией атрибута земли, я создал большое количество маленьких магических шариков и рассыпал их так, чтобы заполнили всю поверхность под ногами.
…Вместе с тем сделал так, чтобы они прилипли к земле. После чего вновь достал «Мана Итер».
— Это же… устойчивость…
Верно, теперь поверхность стала не только неровной, но и упругой. Сохранять равновесие на такой будет не так уж и легко. Ну а я… создал под ногами сразу четыре плитки «направленного ускорения»! В сочетании с такой эластичной землёй моя скорость будет больше, чем когда-либо прежде!
— ?!
— …64 секунды,— Я стремительно пролетел мимо Хаято и успел зацепить его правую руку катаной. Теперь она будет парализована чуть больше минуты!
Взамен, у меня всё тело трещит от отдачи… но хрен с ним! Собираюсь продолжать: сначала поочерёдно отниму конечности, потом обездвижу всё тело! Хаято ещё не привык к земле, превратившейся, можно сказать, в какой-то батут. На адаптацию должно уйти по меньшей мере пару-тройку секунд. А если попробует действовать, не освоившись, то рискует вовсе оступиться или упасть.
— Какая… ерунда!
— Гу!
Одним взмахом левой руки Хаято снёс кусок земли вместе с моими шариками. Умно, блин. Теперь снова поверхность ровная и твёрдая.
— Тц!
А я надеялся ещё хотя бы пару раз попасть прежде, чем он привыкнет. Однако в следующий раз паралич продлится до 128 секунд — целых две минуты с хвостиком. Если удастся обездвижить доминирующую руку на две минуты, шансы на победу сильно вырастут.
— …Кто бы говорил. Может, это у Вас не хватает решимости, Ицуки-сан?
— …Чего?
— Почему Вы используете такую катану? Она наносит эффект паралича, верно? Это красноречиво говорит о Вашем нежелании убивать меня.
— Балбес! С моим STR я на тебе даже царапины не смогу оставить, как бы ни старался!
Я демонстративно похлопал острой стороной лезвия себя по плечу. Немного опасался, что порежусь и сам стану жертвой паралича, но, благо, этого не случилось.
— Сможете. При ранении души статус заметно опускается. Даже у меня стал как у обычного человека, поэтому Вам наверняка удастся ранить.
— …Серьёзно? Не знал… но это ничего не меняет. Моя «решимость» не ограничивается одним спасением Венди.
— Э?
— Я спасу и Венди, и Лети! Заодно и тебя тоже! Ради этого сейчас стою здесь!
— Чего?! Ицуки-сан, что это за бред? И как у Вас язык повернулся говорить о недостатке «решимости», когда сами заикаетесь о таких сказках.
— Да, и в чём проблема? Давай превратим всё в сказку… вымышленную историю о твоих геройских похождениях! Почему бы для разнообразия не записать в эту героическую легенду эпизод, где спасаешь не ты, а тебя?
Поэтому…
— Повторю ещё раз: в сторону, Хаято! Я иду спасать Венди… ну и, так уж и быть, заодно твою Лети. Вместо тряпки, неспособного сдержать слова!
— …………………….Так Вы тоже.
— Чё?
— Нет, ничего. В таком случае я тем более не намереваюсь уступать, так как хочу спасти Лети своими руками.
Что означает «Вы тоже»? А, ясно… бляха-муха. Так у тебя тоже есть какие-то свои планы? И… скрытый магический круг в другом круге… подробная информация об «Оборо» от Ми… это часть плана?
— Тогда… ничего не поделаешь.
— Верно, ничего.
Да уж, ничего не попишешь. Мы оба ни за что не можем уступить. Даже если результат останется неизменным, неважно, кто из нас победит. Раз сам процесс не устраивает обоих, тут только один выход — столкновение лбами. Решим, кто прав, по-мужски — силой.
— Потом не жалуйся, что проиграл. Только не смей отказываться от титула героя от стыда!
— Это мои слова… не хочу слушать от Вас жалобы после того, как отправитесь в лазарет с тяжёлыми травмами.
А теперь начинается наш настоящий поединок! Шансы на победу у меня нулевые. Настоящая дырка от бублика. Тем не менее меня почему-то переполняет чувство радости. Проигрывать я не намерен. И покажу, что ничуть тебе не уступаю!
[1] Отсылка на фразу Макото из 31 главы 6 тома.
Поддержи нас на Бусти и сможешь прочитать больше глав.
А именно 11-15 тома до конца!