Глава 102 — Один удар — верная смерть

К этому моменту все обычные наёмники уже полегли — на поле боя оставались лишь трое высокоуровневых воинов да трое магов во главе с самим Цзялань.

Обычные наёмники изначально уступали в числе, да и с нежитью тягаться им было не по силам, — поражение их было предрешено с самого начала.

Не уцелел и никто из смертников, расставленных по внешнему периметру, — всех до единого истребил отряд под началом Чжао Ци и Чжао Лянь. Что уж говорить: сойдись смертники в честном бою хоть с обычными воинами, толку было бы мало, а тут им противостояла нежить, куда более грозная, чем сами воины.

Теперь свыше тысячи голов нежити окружили троих высокоуровневых воинов и троих магов плотным кольцом — сбежать было бы уже совсем не просто.

Грин с Мейлин не ослабляли натиска ни на миг, продолжая теснить троих воинов, — Грин прекрасно понимал: дай он им хоть секундную передышку — от этой троицы так и веет жаждой крови, ясно, что перед ним профессиональные убийцы; упусти момент, и они, чего доброго, ускользнут.

А самого Цзялань со спутниками нежить обступила ещё плотнее — в три ряда со всех сторон, вырваться оттуда не было ни единого шанса.

Цзялань не находил себе места от досады: он-то полагал, что светлая магия способна одолеть тёмную без труда, — да только не рассчитывал, что столкнётся с подобной аномалией, как это самое Пространство, из-за которого нежить вдруг перестала бояться светлой магии. Убойная сила его заклятий против этой нежити разом заметно упала — теперь атаковать их давалось ему с немалым трудом.

Не легче приходилось и Близнецам Каменного Духа: их коронное заклинание — призыв каменных великанов — требует немалой магической силы, да ещё и постоянного внимательного контроля, так что, стоило призвать великана, браться за другие заклинания становилось уже почти невозможно.

При обычных обстоятельствах призыв каменных великанов сегодня оказался бы наилучшим выбором: силы у них немерено, способны и камнями издали закидывать, яд им нипочём, ростом велики — с обычной нежитью такому противнику не уступить.

Вот только на беду им сегодня попалась именно та нежить, которую усилило само Пространство: по одному любой из этих тварей великану бы не одолеть, но когда их столько разом, даже каменному великану остаётся лишь обороняться.

Заметив, что его собственная светлая магия против нежити почти бесполезна, Цзялань тотчас переменил тактику — прибегнул к излюбленному приёму магов света: встал позади товарищей, поддерживая их оттуда.

Атаки его против нежити и вправду толку не приносили, а вот исцеляющие заклятия светлой магии оставались по-прежнему действенны: недаром маги света славятся на континенте не только способностью противостоять чёрным магам, но прежде всего искусством исцеления — они самые почитаемые люди на всём материке, ведь их светлая магия остаётся наиболее действенным лечебным средством: не только раны заживляет, но и помогает быстро восстановить магическую силу.

Пусть на уровне высокоуровневых магов их атакующая мощь и не так уж мала, но по сравнению с прочими магическими школами она всё же самая слабая — оттого, стоит в отряде оказаться магу света, его непременно берегут в самом безопасном месте, чтобы он мог лечить раны да восстанавливать магию союзникам, а время от времени и сам подключался атакующими заклятиями.

Именно так сейчас и поступали: Близнецы Каменного Духа заслонили Цзялань собой, а тот то и дело восполнял им магическую силу, изредка добавляя удар светлой магией по нежити.

Тем временем троица высокоуровневых воинов постепенно пыталась пробиться поближе к Цзялань — судя по всему, приметили эту тактику и хотели урвать свой кусок поддержки.

Но подобную хитрость от Грина утаить было не так-то просто: стоило ему заметить их замысел, как он тотчас усилил натиск, а заодно велел нежити действовать с ним сообща.

Хотя формально нежить сейчас подчинялась приказам Чжао Цзуй, сама она оказалась достаточно сообразительной: от самого Чужого им стало известно, что Грин со спутниками стоят в иерархии куда выше самого Чжао Цзуй, — так что нежить, разумеется, слушалась именно Грина.

Чжао Хай же спокойно сидел в Пространстве, всецело поглощённый зрелищем битвы на экране, — до того увлёкся, что даже не заметил очередной подсказки фермы.

Первыми не выдержали именно эти трое воинов: не получая поддержки от Цзялань, да ещё и обложенные с двух сторон такими сильными противниками, как Грин с Мейлин, а рядом ещё Мэг с отрядом Чжао Цзуй путаются под ногами, вдобавок вся эта нежить, — то, что они продержались так долго, уже само по себе казалось чудом.

Пусть троица и вправду была весьма сильна, но, окружённая столькими противниками разом, да ещё вынужденная беречься яда нежити, — не пройди они самую суровую выучку, давно бы уже пали от рук Грина со спутниками.

Но даже при этом положение их сейчас было критическим: все трое были ранены, а раны эти к тому же были отравлены — приходилось сдерживать яд боевой энергией, иначе отравление убило бы их незамедлительно.

А поскольку часть боевой энергии уходила именно на сдерживание яда, их атакующая и защитная мощь заметно просела, — да ещё противостояли им воин восьмого уровня и высокоуровневый маг восьмого уровня, справиться с такими и без того непросто, так что троица уже была на пределе сил.

Впрочем, все трое, судя по всему, в совершенстве владели искусством совместного боя, — так что, пусть их и потрепали изрядно, прикончить их с ходу оказалось Грину со спутниками не так уж просто.

А тревожился Чжао Хай именно за этот исход неспроста: Чжао Цянь уже успел подобраться незамеченным, готовясь нанести удар по одному из троих.

Изначально целью Чжао Цянь был сам Цзялань со спутниками, но маги, как водится, во время боя привычно накладывают на себя защитное заклятие, — а при нынешних силах Чжао Цянь пробиться сквозь защиту сразу троих высокоуровневых магов и нанести смертельный удар с одного раза было попросту невозможно, так что пришлось сменить цель на троицу высокоуровневых воинов.

Но и высокоуровневые воины мало чем отличались от магов: в бою они точно так же неизменно окутывают себя боевой энергией для защиты, так что подходящего случая долго не подворачивалось.

Однако со временем такой случай всё же представился: после долгого боя, да ещё отравленные ядом, все трое заметно ослабили защиту боевой энергией — вот тут-то Чжао Цянь и дождался своего шанса.

Чжао Цянь спокойно наблюдал за троицей, продолжая выжидать: для убийцы нет ничего важнее терпения — без него задание попросту не выполнить. Он ждал самого подходящего момента.

И вот момент настал: водяные драконы Мейлин вновь устремились на троицу. Пусть само по себе заклинание водяного дракона и не считается высокоуровневым, но в исполнении настоящего архимага оно равносильно удару высокоуровневого воина в полную силу, — так что все трое не рискнули медлить: двое тотчас бросились навстречу водяным драконам, готовясь рассеять их, как уже дважды проделывали прежде.

Именно в этот миг Чжао Цянь и сделал свой ход — его силуэт вдруг возник прямо в воздухе, а рапира в его руке молниеносно вонзилась в спину одного из высокоуровневых воинов.

После целой ночи непрерывного боя реакция этого воина заметно притупилась — он почувствовал приближение клинка Чжао Цянь лишь в последний миг, когда было уже поздно.

Раздался глухой звук — рапира Чжао Цянь вошла ему прямо в затылок, а остриё вышло изо рта: удар оказался смертельным с первого раза.

Нанеся этот удар, Чжао Цянь даже не стал вытаскивать клинок — просто разжал руку, а следом из обеих его ладоней тут же вылетело несколько метательных крестовин, устремившихся прямиком к другому воину, что как раз бросился навстречу водяному дракону.

Метнув крестовины, Чжао Цянь уже оказался на земле — перекатился и в один миг растворился из виду, а бездыханное тело только что убитого им воина ещё лишь опускалось наземь.

Второй воин сумел отбить крестовины, но не сумел остановить водяного дракона Мейлин — тот сбил его наземь одним точным ударом, а прежде чем воин успел подняться, нежить разом навалилась на него и в мгновение ока разорвала на куски.

Оставшийся в живых третий воин, увидев гибель обоих товарищей, разом побагровел — глаза его налились кровью; он яростно взревел и, взмахнув рапирой, бросился прямо на Грина, — но не успел он сделать и шага, как его вдруг окутал сгусток чёрного тумана.

Тёмная магия — Оковы!

Он яростно вскрикнул, тело его на миг вспыхнуло чёрным — и он вырвался из заклятия, наложенного Чжао Цзуй, — но тут же почувствовал, как что-то опутало его ноги: опустив взгляд, он увидел, что лодыжки его стянуты клубящейся зеленью тумана. Это разъярило его ещё сильнее — он тотчас узнал это заклятие: обычная низкоуровневая магия ветра, Ветряной аркан. В иное время подобной мелочью он бы и не озаботился, — но сейчас, пусть заклятие и не могло причинить серьёзного вреда, оно всё же заметно замедляло его движения.

Пока он выпутывался из Ветряного аркана, на него уже обрушился Ледяной рассекающий шторм Мейлин — заклятие вовсе не рядовое, а высокоуровневое: водная магическая энергия здесь сгущается в форму ледяных клинков, а после эти клинки закручиваются вихрем, точно смерч, — целая исполинская мясорубка.

Лицо воина невольно переменилось — он прекрасно понимал, насколько опасно это заклятие. Тотчас взревев, окутался чёрной дымкой боевой энергии, рапира его обратилась в сплошную черноту — он взмахнул ею навстречу Ледяному рассекающему шторму, но тот не рассеялся, лишь чуть ослаб; даже так убойная сила его оставалась немалой.

Воину не оставалось ничего иного, как нанести подряд ещё пять ударов, чтобы окончательно разбить Ледяной рассекающий шторм в клочья, — но едва он завершил последний удар, как большой меч, сверкнув зеленоватым отблеском, точно молния, вонзился ему прямо в горло!

Это Грин нанёс свой удар — зеленоватое лезвие боевой энергии, один удар — верная смерть!