Глава 2440|[456]. Готовность прорваться на следующую стадию
Перевод, адаптация и редакция - команд Книготерапия и Книготерапия II [ranobehub.org]. Приятного чтения
Ван Цян твёрдо решил вступить в Банду — но понимал, что нужно действовать осторожно. Уход его и матери из клана вряд ли кого-то взволнует, однако он не хотел доставить Банде ни малейших неприятностей. Чжао Хай отнёсся к нему как к равному — он должен был ответить тем же. Поэтому Ван Цян не менял распорядка: каждый день ходил на работу, терпел штрафы Лю Хун и ждал. Месяц — значит месяц.
Он не верил, что мать успеет прорваться за такой срок. Но крохотная надежда оставалась. А даже если нет — видеть, как она становится здоровее с каждым днём, уже было достаточно.
Чжао Хай тем временем следил за ситуацией вокруг рудника. Бесформенное железо — редкость, известная немногим. Но именно поэтому те, кто знает о нём, молчат и действуют тихо. Он попросил Белого Тигра и Ван Цян разузнать, есть ли другие претенденты на эту гору. Белый Тигр не понимал, зачем Чжао Хай так цепляется за бедный рудник, но вопросов не задавал.
Дни шли. Почтенная госпожа Ван исправно пила зелья — по одному в день. Поначалу без особой веры, но уже после первого восстанавливающего флакона её скептицизм улетучился. Тело отозвалось сразу: жизненные силы окрепли, старые скрытые повреждения начали затягиваться, а её культивация, долго стоявшая на месте, вдруг стабилизировалась. Тогда она и начала снова заниматься всерьёз.
Ван Цян замечал перемены каждый день. Седина в волосах матери таяла — чёрный цвет возвращался прядь за прядью. Кожа разглаживалась. Сама она будто молодела на глазах.
На пятый день пожилая женщина выглядела лет на десять моложе. Вместо согнутой старушки — статная женщина средних лет с живым взглядом. Ни она, ни сын не ожидали ничего подобного.
Именно в тот вечер Чжао Хай снова пришёл. Белый Тигр, увидев почтенную госпожу, не смог скрыть изумления — и бросил выразительный взгляд на Чжао Хай. Тот понял: зелья явно не из тех, что продаются на рынке. Скорее всего — собственное изобретение. Но момент был не для расспросов.
Чжао Хай осмотрел пожилую женщину и кивнул:
— Тело восстановлено достаточно. Можно начинать прорыв. Но должен предупредить: поскольку всё восстановление шло через зелья, прорыв будет болезненным — и не без риска. Если вы готовы — оставлю препараты. Если нет — никакого принуждения. И ещё одно: токсины выведены, тело приведено в порядок. Теперь у вас не менее тысячи лет жизни — даже без прорыва.
Тысяча лет. Ван Цян услышал это и замер. Он и не думал спрашивать о сроках — но понимал, что до прихода Чжао Хай мать жила в долг. Теперь — тысяча лет.
Пожилая женщина тоже молчала. Она знала себя лучше всех — знала, что счёт шёл на сотни лет, не больше. А теперь — тысяча.
Она посмотрела на сына. Тысяча лет — хорошо. Но разве этого достаточно? Ван Цян ещё нуждается в ней. Она хочет увидеть, как он встанет на ноги, создаст семью, добьётся своего.
Человек устроен именно так: когда тебе говорят — осталось несколько месяцев — горюешь, но постепенно смиряешься. Но стоит узнать, что теперь у тебя есть ещё год — и сразу думаешь: раз год, почему не больше?
Пожилая женщина взглянула на Чжао Хай:
— Мастер, я выбираю прорыв.
Чжао Хай улыбнулся:
— Хорошо. Вот семь флаконов. Принимайте по одному раз в три дня. По моим расчётам, пяти должно хватить для прорыва в стадию Телепортации. Если после пятого прорыва не будет — выпейте оставшиеся два. Если и тогда ничего — я приготовлю другие зелья. Когда будет результат — пришлите Ван Цян с вестью.
Он встал и откланялся.
Ван Цян проводил их до ворот, потом вернулся к матери:
— Мама, подготовить тебе комнату для затворничества?
Пожилая женщина подумала и кивнула:
— Да, подготовь. И ещё: пока всё не закончится — не ходи к Мастеру Чжао без нужды. Незачем привлекать внимание.
Ван Цян кивнул и пошёл готовить.
В гостинице Белый Тигр зашёл к Чжао Хай.
— Старший брат, насколько ты уверен? Почтенная госпожа немолода. Если что-то пойдёт не так — Ван Цян не простит нас никогда.
— Не беспокойся, — спокойно ответил Чжао Хай. — Даже если прорыв не случится — зелья не причинят ей вреда. Иди отдыхать.
Белый Тигр ушёл.
На следующий день они прошлись по городу и вернулись в гостиницу — завтра аукцион, нужно было подготовиться.
День пролетел быстро. С утра Чжао Хай и Белый Тигр уже стояли у дверей аукционного зала.
Людей оказалось неожиданно много. Одни выглядели как обычные мастера, другие держались с достоинством — явно люди непростые.
Внутри — трёхэтажное здание. Первый этаж: открытый зал с рядами стульев — больше двадцати рядов, уже наполовину заполненных. Второй и третий — закрытые ложи для важных гостей. Чжао Хай и Белый Тигр без лишних слов заняли места в общем зале. Доплачивать за ложу смысла не было.
Большинство в зале — мастера стадии Очищения от пыли. Двое мастеров стадии Телепортации — Чжао Хай и Белый Тигр — смотрелись несколько неожиданно на простых стульях, но никто не комментировал.
Через час зал заполнился. Раздался удар колокола — все затихли.
На невысокий помост вышел мужчина лет тридцати. Поклонился залу и заговорил бодро:
— Приветствую всех в аукционном зале Тешань! Я главный аукционист — Лю Цюаньгуй. Кто бывал здесь прежде — меня знает. Кто впервые — познакомимся. Я всем друг. Всё, что я выставляю — честно. Если поймаете меня на лжи — можете ругать при встрече, и я не скажу ни слова.
В зале засмеялись. Лю Цюаньгуй был местной легендой — аукционный зал Тешань работал давно и с чистой репутацией. Именно поэтому народу собралось столько.
Аукционист занял место за кафедрой и объявил:
— Начинаем. Первый лот!
Из-за кулис вышла молодая женщина-мастер с подносом. На подносе лежала железная табличка.