Глава 2465|[481]. Приглашение старейшины Тан
Перевод, адаптация и редакция - команд Книготерапия и Книготерапия II [ranobehub.org]. Приятного чтения
— У клана Лю не было никакого покровителя — это я выяснил заранее, — сказал Чжао Хай. — Когда открываешь лавку в чужом городе, нужно разобраться, кто там главный. Клан Лю был крупнейшей силой Юйсина, поэтому я изучил их. Ни связей, ни поддержки со стороны. Бояться было нечего.
Е Линь кивнул:
— Логично. Но откуда уверенность, что знаешь о них всё? А вдруг они что-то скрывали?
— Исключено. — Чжао Хай усмехнулся. — Ты когда-нибудь слышал, чтобы крупная сила грабила маленькую аптеку? Это не их уровень. А даже если бы и так — ну и что? Банда только начинает. Сожгли бы мосты — ушли бы. Царство Пустоты большое, не догнали бы.
Е Линь уставился на него.
— Ты серьёзно?
— Абсолютно.
Е Линь замолчал. Он понял: если Чжао Хай решит идти ва-банк — он действительно пойдёт. Без оглядки.
Менять тему было самое время.
— Ладно. Брат Чжао, что касается вина, мы берёмся. Сколько бы ты ни произвёл — клан Е реализует всё. Те же условия, что с марионетками: ты поставляешь, мы продаём, прибыль пополам. Идёт?
— Идёт, — не задумываясь ответил Чжао Хай. — Сейчас у нас около пяти тонн готового вина. Немного, но для начала хватит. Забирайте, продавайте, пусть имя пойдёт в народ. Со временем объёмы вырастут.
— Договорились. Только смотри — если люди войдут во вкус, а вина не хватит, они тебя на части разорвут.
Во время разговора постучали в дверь:
— Глава Банды, прибыл Тянь Цзянь.
— О! Тянь-старший брат! — Чжао Хай встал. — Пусть сразу заходит.
Е Линь тоже поднялся:
— Я знаком с Тянь Цзянь. Пойдём вместе.
Они вышли — и Тянь Цзянь уже приземлялся.
— Тянь-старший брат, какими судьбами? — Чжао Хай поклонился.
Тянь Цзянь ответил на поклон обоим:
— И Е Линь здесь. Хорошо. — Он посмотрел на Чжао Хай с нескрываемым лукавством. — Ты ещё смеешь спрашивать? Сам наворотил — а я разгребай.
— Да что случилось-то? Пойдём внутрь, расскажешь.
— Некогда. Старейшина Тан сейчас на территории Арены Жизни и Смерти, тебя вызывает лично. И велел передать: вина привези побольше, иначе беды не миновать.
Чжао Хай расхохотался:
— Это не проблема. Едем!
Е Линь не удержался:
— Тянь-старший брат, можно мне тоже? Старейшина Тан не будет против?
— Да брось. Пошли. — Тянь Цзянь кивнул. — Младший Хай, вино не забудь. Старейшина Тан редко на что-то обращает внимание — нельзя его разочаровывать.
— Всё при мне, — махнул рукой Чжао Хай.
Он свистнул. Из облаков вынырнула бронзовая карета и остановилась перед ними.
— Прошу, — Чжао Хай открыл дверцу.
Внутри оказалось просторнее, чем можно было ожидать снаружи. Столик, удобные сиденья, несколько кувшинов с вином, нефритовые таблички, даже пара книг в старинном переплёте.
Тянь Цзянь огляделся и засмеялся:
— Умеешь же ты жить, младший. Хорошо устроился.
— Да так, — пожал плечами Чжао Хай. — Плутон слишком большой и заметный. Для обычных поездок лучше что-то попроще.
Карета тронулась — плавно, без тряски. За окном плыл пейзаж.
— Если честно, — сказал Чжао Хай, — эта история с Юйсином была настоящей проверкой для Банды. Если бы я тогда не решился ударить первым — неизвестно, выжила бы она вообще. Слабость всегда притягивает неприятности.
Тянь Цзянь посмотрел на него:
— Слышал, ты не пощадил никого. Даже детей.
Чжао Хай холодно ответил:
— Кто поднял руку на Банду — должен был понимать, чем рискует. Дети невиновны сейчас. Но вырастут — и могут стать угрозой. Любую нестабильность нужно устранять в зародыше.
Тянь Цзянь и Е Линь переглянулись. Ни тот ни другой ничего не сказал, но в глазах у обоих мелькнула одна и та же мысль: этот человек опасен.
Карета остановилась у арены Жизни и Смерти в городе Машу. Все трое вошли внутрь и прошли в отдельную комнату.
Тянь Цзянь постучал:
— Старейшина Тан, Чжао Хай прибыл. И молодой господин Е Линь тоже.
— Заходите, — донеслось изнутри.
Все трое вошли и поклонились. Старейшина Тан махнул рукой:
— Садитесь уже, не церемоньтесь.
Все расселись. Старейшина Тан уставился на Чжао Хай:
— Ты, бездельник. Сколько времени это вино уже существует — и только сейчас прислал? Почему так долго?
— Да что вы, Старейшина Тан! — засмеялся Чжао Хай. — Вино только что сварили. Сегодня Е Линь как раз приезжал обсуждать продажи.
— Продажи, говоришь. — Старейшина Тан прищурился. — Ты теперь человек арены. Есть хороший товар — почему не нам в первую очередь? Неужели арена тебя обидит?
Чжао Хай слегка растерялся:
— Честно говоря, я не знал, что арена занимается торговлей таким образом.
— Ладно, прощаю на первый раз. — Старейшина Тан покосился на него. — У тебя вино из ингредиентов с Кубы. А с Чэньши что-нибудь будет?
— Как раз думаю над этим. Если позволите — когда разработаю рецепт приготовления, Арена получит первой.
— Вот это разговор. — Старейшина Тан смягчился. — Не вздумай снова тянуть.
Е Линь кашлянул:
— Старейшина Тан, только давайте не будем переманивать Брата Чжао у нас. Мы с ним на условиях пятьдесят на пятьдесят — сможет арена предложить то же самое?
Чжао Хай внутренне улыбнулся. Е Линь намеренно поставил вопрос ребром — чтобы арена не могла предложить меньше.
Старейшина Тан дернул бровью, посмотрел на Е Линь, потом на Чжао Хай:
— Арена никого не обижает. Те же условия — пятьдесят на пятьдесят. Устраивает?
— Более чем, Старейшина Тан. Благодарю.
— Хорошо. — Старейшина Тан откинулся назад. — Теперь о другом. Твои микстуры. У арены есть своя система подготовки людей — каждый год нужно огромное количество простых пилюль низкого уровня. Ты как раз этим занимаешься. Так вот: с этого момента все эти закупки идут через тебя. Производи в виде микстур, поставляй арене. Цена — рыночная. Единственное условие: половину стоимости платим нефритовыми эссенциями, вторую половину — травами. Согласен?
В комнате на секунду повисла тишина.
Потом все одновременно переварили сказанное.
Арена Жизни и Смерти присутствовала во всём Царстве Пустоты. Ежегодная потребность в простых пилюлях — астрономическая цифра. Если весь этот объём ляжет на плечи Банды — это не просто хороший заказ. Это прорыв.
Да, половина оплаты травами, а не эссенциями. Но для Банды травы — это сырьё. Они идут прямо в производство. Чистая прибыль всё равно огромная.
Старейшина Тан прекрасно понимал, что делает. Это был подарок.