Глава 107 — Разочаровывающий допрос
Чжао Хай кивнул:
— Это я тоже понимаю, именно поэтому нужно действовать с особой осторожностью. Лаура и вправду важна для будущего клана Буда, но не стоит забывать: она в первую очередь торговка, а знакомы мы с ней ещё слишком мало. Оступись мы хоть раз — и дело обернётся бедой.
Грин кивнул:
— Что ж, тогда подождём. Присмотримся к Лауре как следует, убедимся, что ей и вправду можно доверять, — и уже тогда отдадим косточку. Да, молодой господин, а с косточками для Блокхеда и Рокхеда тоже пока повременим — сила у обоих ещё слишком мала, приличного питомца им сейчас всё равно не поймать, — подождём, пока они окрепнут.
Блокхед с Рокхедом, только что радовавшиеся перспективе получить косточку персика, при этих словах разом сникли лицом.
Чжао Хай взглянул на обоих с лёгкой улыбкой, но промолчал — Грин был прав: сила у них пока действительно недостаточна, вручи им сейчас могучего питомца, они всё равно не сумели бы им владеть в полной мере, — скорее это лишь навредило бы их дальнейшему развитию.
Позавтракав, все вышли из виллы. Едва оказавшись снаружи, Чжао Хай первым делом собрал очередной урожай редьки, тут же засеял землю заново — и только после этого отправился заниматься телом убийцы.
Теперь под редькой в Пространстве было занято уже 1,74 гектара — этого более чем достаточно для сделки с Лаурой. Впрочем, сажать что-либо ещё Чжао Хай пока не планировал — рано, сперва нужно уладить дело с Лаурой, а уж потом решать.
Впрочем, схватка с Цзялань со спутниками принесла Чжао Хай ещё одну приятную неожиданность: при обыске у Цзялань со спутниками нашли двенадцать сотен золотых — щедрая, нежданная добыча.
И это ещё не всё: состояние самого Цзялань, как оказалось, было куда богаче. При нём нашлись несколько магических кристальных карт — такие выпускают совместно несколько крупнейших банковских домов континента. Работают карты по принципу опознавания капли крови: стоит завести такую карту, и капля собственной крови становится персональным паролем, — снять деньги сможет только настоящий владелец, никто другой.
Чжао Хай глядел на цифру на этой самой кристальной карте, и сердце у него ныло: пусть Цзялань теперь и обратился в нежить, воспользоваться картой он всё равно не мог — толку от неё было чуть, разве что как от бесполезного хлама. Чжао Хай уже было собрался её выкинуть, но в последний миг передумал — жалко стало — и отправил на хранение прямиком в амбар.
Разглядывать поближе, во что превратились Цзялань со спутниками после усиления, Чжао Хай пока не спешил — решил сперва довести до конца главное дело.
Он подошёл с призрачным посохом к телу того самого высокоуровневого воина, взмахнул посохом — и сгусток чёрного тумана тотчас окутал труп.
Этот сгусток заметно отличался от того тумана, каким обычно создавали низкоуровневую нежить: внутри него то и дело проскальзывали слабые электрические разряды, будто перед ним сгустилась крошечная грозовая туча.
В этом и заключалось преимущество призрачного посоха: с ним можно творить магию без чтения заклинаний — довольно лишь мысленно выбрать нужное заклятие.
Спустя немного времени чёрный туман рассеялся, и прозвучал голос фермы:
*Преобразование в объект робото-подобного типа высокого уровня успешно завершено. Качество высокое. Ядовитая атака низкая. Твёрдость костей средняя. Извлечение достоинств. Усиление яда. Усиление регенерации. Усиление способности к дальней атаке.
Когда весь этот поток подсказок стих, на земле наконец возник скелет — с виду он ничем не отличался от прочей нежити в Пространстве. Чжао Хай внимательно оглядел его, но так и не заметил ничего особенного, лишь произнёс:
— Поднимайся. Как тебя звать?
Тот тотчас поднялся, склонился в поклоне:
— Хозяин, я зовусь Ночь-без-тени.
Чжао Хай кивнул, окинул взглядом собравшихся:
— К какой организации ты принадлежишь? Кто ваш глава?
Ночь-без-тени ответил:
— Хозяин, я состою в Гильдии ночных убийц, наш глава зовётся Клинок Тьмы, — но на самом континенте мы известны под другим именем: отряд наёмников Ночной Тени. Все мы, здесь присутствующие, — его члены.
Чжао Хай тут же спросил:
— А сама ваша гильдия убийц — за какой силой она стоит?
Ночь-без-тени покачал головой:
— Хозяин, этого мы не знаем. Всех нас с детства взяли на воспитание и растили до самой зрелости — мы слушаемся лишь главы, а за какой силой стоит сама гильдия, мы не знаем.
Чжао Хай невольно поник от разочарования, но продолжил расспросы:
— Где находится ваша штаб-квартира? Как вам поручают задания?
Ночь-без-тени ответил:
— Всё передаёт нам сам глава: кого прикажет убить, того и убиваем. Ослушаться приказа — смерть. Задать лишний вопрос — смерть. Попытаться сбежать с задания — тоже смерть.
Все невольно затаили дыхание: в словах Ночь-без-тени сквозил нескончаемый запах крови, нескончаемая жажда убийства, — а ведь перед ними стоял воин, достигший седьмого уровня силы! Если даже такого, в его собственной организации, могут прикончить по одному слову, — какой же мощью должна обладать сама эта организация?
Чжао Хай поспешно спросил:
— Сколько всего человек в вашей организации? Таких, как ты, сколько?
Ночь-без-тени ответил:
— Мы, золотые убийцы, — таких в организации ровно пятьдесят. Выше нас — хрустальные убийцы, их всего пятеро. Ниже нас — серебряные убийцы, силой примерно с воина шестого уровня, — этих много, сколько точно, я не знаю. А ниже всех — бронзовые убийцы, самые обычные из всех, силой не выше воина пятого уровня.
Лица у Чжао Хай с Грином разом переменились: вот уж не ожидали они, что организация, к которой принадлежит Ночь-без-тени, окажется настолько грозной — одних только золотых убийц, подобных Ночь-без-тени, целых пятьдесят, а выше их ещё более грозные мастера, да и сколько именно серебряных убийц — толком неизвестно. Поистине исполинская сила.
С такой мощью тягаться им сейчас было бы попросту не по плечу: на этот раз против них выслали лишь троих — самого Ночь-без-тени с двумя товарищами, — и то дело обернулось вот так. А вышли эта организация против них всей своей силой — что тогда?
Хуже всего было другое: раз эта организация сумела вырастить целую Гильдию ночных убийц, кто поручится, что где-то ещё не растёт другая, подобная ей группа? Случись такое — противостоять им станет и вовсе невозможно.
Чжао Хай продолжил:
— А как вы связаны с Цзялань? С домом Персел?
Ночь-без-тени покачал головой:
— Никак не связаны. Задание мы получили напрямую от нашего главы — на этот раз требовалось помочь Цзялань разобраться с вами, хозяин. Все дела с домом Персел вёл сам Цзялань — нас это не касалось.
Чжао Хай невольно вздохнул с разочарованием: из слов Ночь-без-тени стало ясно — истинный ключ ко всему держал именно Цзялань. Жаль только, светлая магия и тёмная взаимно исключают друг друга, — не будь этого, от самого Цзялань наверняка удалось бы вытянуть куда больше полезного.
Задумавшись об этом, Чжао Хай взмахнул рукой — и вызвал наружу Цзялань вместе с Близнецами Каменного Духа. Едва те появились, Чжао Хай с Грином невольно замерли: облик их оказался куда более неожиданным, чем они рассчитывали.
Скелет самого Цзялань разительно отличался от прочей нежити в Пространстве: белоснежный, почти прозрачный, точно выточенный из чистейшего хрусталя, — от него исходило странное, почти священное ощущение.
Скелет — а вызывает чувство святости? Более чем странно, — подумали одновременно и Чжао Хай, и Грин.
Взглянув на Близнецов Каменного Духа, оба заметили: эти двое тоже разительно отличались от прочей нежити Пространства — кости их отливали жёлтым, точно жёлтый нефрит, кристально прозрачные, поразительно красивые, — от одного взгляда веяло спокойствием и несокрушимостью, точно перед ними сама гора.
Заодно Чжао Хай отметил: и сам Ночь-без-тени со товарищами тоже ощущались иначе, чем обычная нежить, — от них веяло холодной, предельной опасностью, точно затаившаяся во тьме ядовитая змея, готовая ужалить в любой миг.
От всех этих скелетов исходила незримая, но отчётливая аура — а подобная аура на континенте свойственна лишь по-настоящему сильным мира сего, распознать её можно с одного взгляда. Значит, все эти скелеты и вправду были настоящими мастерами боя.
По правде говоря, после нескольких подряд усилений боевая мощь всей нежити в Пространстве заметно возросла: возьми Цзялань со спутниками прежде — превратясь в нежить, они обрели бы боевую мощь от силы начального шестого уровня, — а теперь их сила уже сравнялась с началом седьмого.
Чжао Хай задал Цзялань ещё несколько вопросов, но результат вышел тот же, что и с Чжао Цянь: сила при нём осталась прежней, все прежние заклятия светлой магии он по-прежнему помнил, — а вот о собственной прошлой жизни не помнил ничего.
Чжао Хай разочарованно вздохнул и отправил Цзялань со спутниками обратно в амбар, заодно дав каждому новое имя: сам Цзялань стал зваться Чжао Цзя, а из Близнецов Каменного Духа один получил имя Чжао Ши, другой — Чжао Цзе.
Что до остальных — предводителя того самого отряда наёмников Чжао Хай тоже переименовал, назвав его Чжао Ци, и поручил ему командовать всей нежитью, обращённой из простых наёмников, а также болотной нежитью. Лишь Чужой, восьмёрка Чжао Цзуй, Чжао Цзя, Чжао Ши, Чжао Цзе, а также Ночь-без-тени со своими убийцами оставались вне его подчинения.
Чжао Хай давно уже приметил: Чжао Цзуй со товарищами — командиры никудышные. Все они чёрные маги, и командовать людьми в настоящем сражении никогда прежде не доводилось, — их прежний опыт сводился лишь к тому, чтобы бросать нежить в бой скопом, точно уличная шпана в потасовке. Много боевой мощи так не разовьёшь.
Новый же Чжао Ци оказался совсем иным — похоже, в военном деле знал толк по-настоящему, так что Чжао Хай без колебаний доверил ему командование всей нежитью, а Чжао Цзуй со товарищами наконец освободились от этой обязанности. Ночь-без-тени со своими убийцами, будучи мастерами скрытного искусства, идеально подходили на роль командиров той нежити, что вышла из смертников, — так их боевая мощь раскрывалась в полной мере.
Подытожив всё это, Чжао Хай понял: боевая мощь в его руках теперь совсем не мала, — но зазнаваться не спешил. Разобравшись со всеми этими делами, он отправил Чжао Цзя со спутниками обратно в амбар Пространства, а заодно отменил и того каменного духа, что прежде призывал через посох, — теперь, когда посох освоил все три школы магии, призывать каменного духа больше не требовалось никаких ограничений по числу раз, так что и держать этого исполина снаружи не было нужды.