Глава 110 — Максимальная мощь кавалерии
Именно оттого, что вся эта нежить была мертвенно-зелёной и выглядела до крайности жутко, Шон и перепугался так сильно — с первого взгляда становилось ясно: с такой нежитью лучше не связываться.
Грин, заметив их состояние, произнёс со сдержанной строгостью:
— Не тревожьтесь. Все эти существа — призванные создания моего господина, они на вас без причины не нападут. Что ж, груз вы доставили благополучно — можно считать поручение исполненным, возвращайтесь с чистой совестью. Шон, возьми эти монеты, поделишь с товарищами.
Грин протянул Шону пять золотых — сумма немалая: раз с Шоном пришло всего десять человек, на каждого выйдет по пять серебряных монет — для простых носильщиков целое небольшое состояние.
Но Шон, хоть и принял монеты, радости не выказал:
— Досточтимый воин, а не позволите ли нам помочь довезти повозки прямо до самой горы?
Грин покачал головой:
— Не стоит. Мой господин не любит, когда тревожат его уединение. Ступайте домой, — и, не обращая больше на Шона со спутниками внимания, махнул рукой — нежить тотчас подступила и повела все четыре повозки вверх, в гору.
Грин взглянул на Шона, в глазах его на миг сверкнул холодный блеск:
— Шон, не говори потом, что не предупреждал: на этой горе гуляет немало созданий, призванных моим господином, — вздумай вы сунуться туда без спроса, сразу же нарвётесь на нападение. Ступайте себе с миром, — и, не дожидаясь ответа, развернулся и скрылся в чёрном тумане, окутывавшем всю Каменную гору; двух шагов хватило, чтобы его тень пропала из виду совсем.
Шон, услышав эти слова, на миг опешил, а после лицо его переменилось: он тотчас понял — Грин, должно быть, разгадал его намерение прощупать почву, оттого и предупредил так прямо. От этой мысли по спине у Шона пробежал холодный пот. Сам он был всего лишь воином четвёртого уровня, и хотя точный уровень самого Грина оставался ему неведом, было ясно одно: тот куда сильнее, — прикончить его для Грина было бы не сложнее, чем раздавить муравья.
Шон тотчас обернулся к своим носильщикам:
— Идёмте, возвращаемся, — и зашагал обратно в сторону Каса, лицо его теперь было белым как полотно: он и вправду испугался не на шутку.
Грин давно уже приметил в Шоне неладное: тот держался чересчур услужливо, будто нарочно старался быть на виду, да ещё и постоянно крутился поблизости без особой на то нужды, — это и вызвало у Грина подозрения.
Грин прекрасно понимал: их положение сейчас чрезвычайно уязвимо, никак нельзя дать кому-то догадаться об истинном их лице, — вот почему он с особым вниманием приглядывал за Шоном, и хотя явных признаков неладного так и не заметил, всё же решил на всякий случай его припугнуть.
Сейчас вокруг всей Каменной горы затаилось полсотни голов нежити, обращённой из смертников, — держали их именно на случай повторного нападения: не сообщи в прошлый раз Чжао Цянь заранее, дело могло бы обернуться скверно.
Тем временем Грин со спутниками довёл повозки до самой усадьбы — все пять, на каждой по шестьдесят кроликов. Сами кролики почти не отличались от земных, разве что были покрупнее да с голубыми глазами.
Кроликов везли в деревянных клетках — по тридцать клеток на повозку, в каждой клетке по паре зверьков; хорошо ещё, что повозки были четырёхколёсные да просторные, не то столько бы попросту не поместилось.
Чжао Хай стоял во дворе усадьбы, разглядывая прибывшие повозки. Чешуерогие кони и вправду оказались рослыми — добрых два метра в холке, тело покрыто отдельными пластинками, точно рыбья чешуя, каждая размером с ноготь, а в промежутках между пластинками пробивались редкие тонкие волоски — зрелище не самое приятное глазу.
На крупной лошадиной голове красовалась пара изогнутых рогов, чем-то напоминая земных антилоп гну, — вот только сложение у них было куда массивнее, мышцы не такие поджарые и текучие, как у знакомых Чжао Хай земных лошадей, скорее уж напоминали быка; ноги не особенно длинные, так что и быстротой они вряд ли отличались, зато выносливостью — судя по виду, весьма неплохой.
Глядя на этих чешуерогих коней, Чжао Хай про себя решил: пожалуй, звать их стоило бы не конями, а быками, — но раз уж прижилось такое название, пусть будет так, какая, в сущности, разница.
Грин с улыбкой обратился к Чжао Хай:
— Молодой господин, как вам чешуерогие кони?
Чжао Хай кивнул с улыбкой:
— Неплохи. Для перевозки грузов в самый раз. Ладно, дедушка Грин, давайте всё это разгрузим, — и Грин тотчас велел нежити взяться за разгрузку.
Чжао Хай распорядился открыть клетки, а после отправил всех голубоглазых кроликов прямиком в Пространство.
Едва кролики оказались в Пространстве, тотчас прозвучал голос фермы:
Обнаружен новый биологический вид. Определение уровня. Млекопитающее, отряд зайцеобразных, семейство заячьих, мутантная разновидность — длинноухий кролик. Уровень третий. Оцифровка вида. Доступен для содержания на Пространственном пастбище. Доступен для покупки в Пространственном магазине. Срок созревания молодняка — десять часов. Интервал между приплодами — восемь часов. Способен приносить приплод пять раз, по десять детёнышей за раз. Потребление корма — одно очко раз в четыре часа. Ввиду генетической мутации способен выпускать водяные стрелы для атаки; число применений — пять, дальность атаки — десять метров, уровень атаки низкий, извлечению не подлежит
Оценкой Пространства голубоглазых кроликов Чжао Хай остался вполне доволен: обычный кролик, пусть и приносит приплод всего пять раз, зато и это даёт полсотни детёнышей с одной особи, да ещё и растёт в Пространстве весьма быстро, — так и скоро можно будет наладить настоящую ферму разведения.
Тем временем Грин со спутниками успели свести чешуерогих коней с повозок, подвели их к Чжао Хай — тот отправил и коней в Пространство следом.
Едва кони оказались в Пространстве, голос фермы прозвучал снова:
Обнаружен новый биологический вид. Определение уровня. Млекопитающее, семейство полорогих, род рогатых коней, мутантная разновидность. Уровень третий. Оцифровка вида. Доступен для содержания на Пространственном пастбище. Доступен для покупки в Пространственном магазине. Срок созревания молодняка — двенадцать часов. Интервал между приплодами — восемь часов. Способен приносить приплод пять раз, по пять детёнышей за раз. Потребление корма — одно очко раз в два часа. Ввиду генетической мутации способен покрывать тело каменным панцирем сроком на два часа; уровень защиты низкий
Услышав это, Чжао Хай не удержался от смеха: чешуерогий конь и вправду оказался славным приобретением — попробуй такая лошадь дать пятерых жеребят за одни роды в обычном мире, да ещё вырасти за какие-то часы, — а здесь, благодаря цифровой природе Пространства, это в порядке вещей.
Грин со спутниками, увидев, что Чжао Хай убрал в Пространство и кроликов, и коней, замерли, внимательно вглядываясь в его лицо — хотели понять, доволен ли он. Заметив на лице Чжао Хай радость, все с облегчением выдохнули.
Грин тут же спросил:
— Молодой господин, не заглянуть ли нам в Пространство, взглянуть на этих коней да кроликов?
Чжао Хай обернулся, взглянул на Грина со спутниками — на лицах у всех читалось нескрываемое нетерпение, — и с улыбкой согласился:
— Хорошо, идёмте посмотрим, — мысленно пожелал, и все разом оказались в Пространстве.
Сейчас при Чжао Хай оставались лишь Грин да Мэг — Блокхед, Рокхед и Мейлин уже отправились в замок, туда же увели и рабов: там ещё оставалось немало дел.
Чжао Хай, улучив момент, успел ещё заглянуть в ущелье у Железной горы — облагородил там ещё 6,7 гектара земли и засеял их кукурузой; лодки у них пока не было, так что заниматься этим приходилось лично.
Чжао Хай привёл Грина с Мэг прямиком на Пространственное пастбище — и все трое на миг замерли: слишком уж просторным оно оказалось. Само пастбище было настолько велико, что три сотни кроликов, пусть и покрупнее земных, всё же терялись в высокой траве без следа.
Чжао Хай, оглядев эту картину, лишь беспомощно улыбнулся, но не забыл подсыпать корма голубоглазым кроликам да чешуерогим коням: сразу добавил пять тонн ботвы редьки, а Пространство тут же автоматически обратило её в десять тысяч единиц корма, превратив в свежую зелёную траву прямо на земле, — пусть кролики с конями сами находят себе пропитание.
Заметив, что кролики с конями разбежались кто куда, Грин невольно усмехнулся и обратился к Чжао Хай:
— Молодой господин, так ли это разумно? Разбегутся эти твари по всему пастбищу, потом и не соберёшь.
Чжао Хай с лёгкой улыбкой ответил:
— Сейчас увидишь, — и мысленно активировал инструмент настройки строя. Стоило ему это сделать, как все кролики с конями тотчас сбежались к самому Чжао Хай, выстроившись квадратным строем, — замерли неподвижно, точно войска на смотру.
Грин с Мэг застыли в изумлении — вот уж не ожидали они, что у Пространства найдётся подобная функция. Чжао Хай с улыбкой взмахнул рукой, и все звери снова разбежались кто куда.
Грин, глядя им вслед, невольно пробормотал:
— Ну и функций у этого Пространства — надо же, умеет строить животных в шеренгу. Такому строю позавидовали бы иные солдаты.
Мэг, услышав это, не удержалась от смешка:
— Дедушка, разве ж так можно говорить, хе-хе.
Грин, опомнившись, с улыбкой возразил:
— Никакой чепухи, во многих армиях и солдаты строятся куда хуже этих животных, — но тут вдруг замер, точно что-то вспомнив, глаза его блеснули, и он обернулся к Чжао Хай: — Молодой господин, а можно ли этой способностью строить животных пользоваться и снаружи?
Чжао Хай на миг растерялся:
— Сам не знаю, давай спросим, — и обратился к ферме: — Можно ли пользоваться функцией настройки строя за пределами Пространства?
Голос фермы тотчас отозвался:
Функция настройки строя доступна и за пределами Пространства, но применима лишь к животным, что прежде обитали в Пространстве
Тут уже и без объяснений Чжао Хай Грин всё понял сам — расхохотался во весь голос:
— Вот это славно, поистине славно!
Чжао Хай с Мэг так и не поняли, в чём дело, а Мэг капризно надула губы:
— Дедушка, о чём ты? Что там такого славного?
Заметив их недоумение, Грин с улыбкой пояснил:
— Сами подумайте: если всякое животное, побывавшее в Пространстве, способно строиться вот так, — а мы соберём целый кавалерийский отряд, — представьте, все всадники разом ринутся в атаку, сохраняя строй на всём скаку. Какова же будет мощь такой конницы?
Чжао Хай с Мэг, хоть и не разбирались в военном деле, при этих словах невольно загорелись глазами: все знают, насколько грозна конница, — вот только у неё есть одна неразрешимая беда: сами верховые звери.
Человека дисциплине обучить можно, а вот верхового зверя — никак. Пусть поначалу и удаётся выстроить безупречный ровный строй, стоит коннице тронуться с места, и весь порядок мигом рассыпается. А сумей эта функция сохранять строй даже на полном скаку — мощь конницы возрастёт в разы, если не на порядки.