Глава 125 — Возможность

Лаура с некоторой тревогой стояла у дверей самой известной в Каса лавки товаров повседневного спроса — «Алой Лилии». Эта лавка была не только крупнейшей и известнейшей среди всех, что держала в руках Лаура, — она же служила главным представительством дома Маркей во всём герцогстве Персел, и обычно именно здесь Лаура вела свои дела.

Сегодня Лаура ждала у самой лавки потому, что должен был вернуться обоз с Каменной горы. Пусть на этот раз закупили всего пять тонн магической редьки, но именно этой поставке Лаура придавала особое значение.

Причина крылась не только в том, что это была их первая сделка с Чжао Хай, — куда важнее оказалось само качество той редьки, что он им предложил.

Лаура вела дело именно с товарами повседневного спроса, и хоть редька в этом ряду считалась товаром самым что ни на есть заурядным, качество редьки, если оно и вправду высоко, способно заметно повлиять на весь оборот лавки.

Возьмём для примера две овощные лавки, обе торгуют редькой: в одной редька крупная, отменного качества, да ещё и по разумной цене, а в другой хоть редька и есть, но похуже, а цена та же самая, — покупатель, разумеется, пойдёт в первую. А раз уж зашёл за ней, купит заодно и другие товары, — вот отчего у первой лавки оборот неизменно выше, чем у второй: в этом и заключается настоящая сила такого товара, как редька.

Пусть Чжао Хай и заверял Лауру, что вся его редька одинакового высочайшего качества, у самой Лауры до конца доверия не было — в торговом деле всегда стоит держаться настороже, а Лауру не раз уже обманывали, прежде чем она это усвоила накрепко.

Кун Чжэн тоже был здесь, у лавки. В обычное время из-за такой скромной партии товара — всего около пяти тонн — ни Лаура, ни Кун Чжэн и пальцем бы не пошевелили, но на этот раз всё было иначе: от этой сделки зависела судьба всей их ветви клана.

Как раз в этот момент вдалеке показался небольшой обоз. Ещё издали был виден развевающийся стяг с алой лилией — знак, по которому всякий узнавал: перед ним обоз именно дома Маркей.

Едва завидев обоз, Лаура тотчас направилась к заднему двору — она прекрасно знала: раз обоз вернулся, значит, товар прибыл, а прямиком в переднюю лавку его не понесут — сперва сгрузят на складе заднего двора, а уже потом выставят на прилавок.

Кун Чжэн последовал за ней — обоим не терпелось узнать: настолько ли хороша та редька, что привезли, насколько показалась на вид ещё там, на Каменной горе.

Обоз вскоре въехал во двор позади лавки — двор просторный, с множеством комнат, отдельным загоном для лошадей да повозок, а остальное место занимали склады да служебные и жилые помещения.

Пусть в самом Каса никто и не рискнул бы посягнуть на имущество дома Маркей, по ночам всё же требовалось приглядывать за скотиной, так что на заднем дворе неизменно оставляли ночного сторожа.

Во главе обоза стоял сам Шон — тот самый, что прежде командовал носильщиками, а теперь пошёл на повышение: возглавил особый обоз, ведающий именно сделками с Чжао Хай.

Три дня, что прошли с возвращения Лауры от Чжао Хай, она потратила вовсе не только на закупку тех пяти маслоотжимных машин — дело это оказалось нехитрым, такого добра в Каса хватало с избытком. Куда важнее было другое: эти три дня Лаура посвятила чистке собственной лавки.

Речь шла вовсе не о банальной уборке — Лаура избавлялась от людей, что были ей не преданы. В своё время, когда её настигло нападение по пути к Чёрной гряде, в этом оказались замешаны и кое-кто из самого дома Маркей — параллельно с нападением они успели внедрить в её лавку множество своих людей, желая полностью выхолостить власть Лауры изнутри.

Но Лаура не из тех, кого легко провести: вернувшись, она поначалу вовсе не планировала действовать так спешно — хотела как следует, не торопясь, потягаться с этими интриганами. Но, повидавшись с Чжао Хай да заключив с ним союз, Лаура рассудила иначе: обнаружь Чжао Хай, что в её собственной лавке ещё царит разброд, это могло бы подорвать его решимость сотрудничать с ней, — так что за эти три дня она успела вычистить всех, кого расставили в её деле прочие ветви дома Маркей, и расставила на важнейшие посты собственных доверенных людей.

Шон всегда хранил Лауре верность и уже имел дело с самим Чжао Хай, — вот Лаура и повысила его до начальника особого обоза.

Пусть должность начальника обоза и начальника носильщиков обе звались «начальник», да и забот у обозного начальника прибавлялось — почти круглый год в разъездах, то за товаром, то с товаром, — зато и жалованье у него было куда весомее, чем у прежней должности.

Шон знал: Лаура придаёт сотрудничеству с Чжао Хай немалое значение, — но не ожидал, что настолько: и сама Лаура, и Кун Чжэн лично дожидались обоза прямо во дворе.

Шон тотчас поспешил к Лауре, поклонился:

— Приветствую госпожу, приветствую господина управляющего.

Лаура лишь слегка кивнула и быстрым шагом направилась к одной из телег — на ней стоял деревянный короб высотой больше метра, вместительный, укрытый сверху грубой тканью, туго перевязанной верёвкой.

Шон, заметив движение Лауры, поспешил к телеге, развязал верёвку, откинул ткань. Лаура заглянула внутрь короба.

Дно короба устилал слой травы, а поверх травы ровными рядами лежала белая сочная редька — аккуратно, без всякого беспорядка.

Лаура вынула одну редьку — точь-в-точь такую же, как та, что она видела в Серокаменной усадьбе: пусть рисунок кожицы немного отличался, зато размер почти одинаковый, ни единой червоточины, кожица гладкая, а сама редька сочная и свежая на вид — с первого взгляда ясно: товар высшего разряда.

Лаура отложила эту редьку, взяла другую — та же картина. Взвесила обе на ладони — вес почти совпадал.

Лаура обернулась к Шону:

— Ты всю магическую редьку осмотрел? Вся такого же качества?

Шон тотчас закивал:

— Да, госпожа, всю осмотрел — вся такого качества, да ещё и вес почти у всех совпадает. За все эти годы такой отменной магической редьки мне видеть не доводилось.

Лаура взглянула на Кун Чжэн — на лицах у обоих читалось неподдельное потрясение. Магическая редька, как ни крути, товар не бог весть какой ценный, оттого требования к её качеству обычно и не особо строги: в большинстве мест, где её выращивают в товарных масштабах, редьку собирают с поля да сразу же продают перекупщикам вроде самой Лауры, никто заранее не отбраковывает худшие экземпляры, — оттого редька у них выходит вперемешку: и крупная, и мелкая, самой разной формы, а откровенно негодную сбывают по бросовой цене, и немало зажиточных простолюдинов охотно берут именно такую, невзрачную редьку себе в пищу.

А вот редька, что прислал Чжао Хай, оказалась отменного качества буквально до единого корня, — этому есть лишь одно объяснение: он заранее отобрал и оставил себе всё, что похуже. Но зачем ему это? Ведь так он теряет немалую часть урожая, да и цену за свою редьку не заламывает выше рыночной. Или, может, у него просто вся редька родится именно такой? Быть такого не может — даже настоящий знаток растений не в силах поручиться, что весь его урожай, до единого корня, выйдет одинаковым!

А ведь Лаура как раз угадала: у Чжао Хай и вправду весь урожай выходил именно таким. Она просто не знала: всё, что растёт в Пространстве, обладает заданными параметрами, а потому выходит будто отлитым по единой форме, — какая уж тут случайность, свойственная обычной земле.

Лаура вернула редьку в короб, обернулась к Шону:

— Немедленно на склад, а завтра же выставить на прилавок — отдельно от прочей редьки, поглядим, как пойдёт торговля.

Шон отозвался и тотчас распорядился насчёт разгрузки, а Лаура с Кун Чжэн вернулись в свой кабинет на заднем дворе.

Едва переступив порог, Лаура тотчас обратилась к Кун Чжэн:

— Дедушка Кун Чжэн, что скажете?

Кун Чжэн, усевшись, с лёгкой улыбкой ответил:

— Похоже, Чжао Хай и вправду искренне настроен на сотрудничество с нами. А за его спиной наверняка стоит немалый участок отменной земли — притом площадью немалой, раз способен давать столько магической редьки такого качества.

Лаура, нахмурившись, возразила:

— Но пусть земля у него и хороша, разве ж возможно, чтобы вся редька до единой вышла настолько удачной? Если он заранее отбраковывал худшие экземпляры, разве потери не оказались бы слишком велики?

Кун Чжэн кивнул:

— Именно потому я и говорю, что у него искренние намерения к сотрудничеству. Похоже, он задумал создать себе имя, свой собственный знак качества: он отобрал всё худшее себе, а нам прислал только лучшее, — мы, разумеется, выставим эту редьку отдельно, и со временем люди начнут узнавать именно его товар. Хе-хе, вот оно, настоящее искусство торговли.

Лаура, услышав это, на миг замерла, а после глаза её загорелись:

— Хотите сказать, мы можем рассчитывать на долгосрочное сотрудничество? Сумей он и вправду поставлять нам такую редьку в товарных объёмах, наша лавка прогремит на весь континент!

Кун Чжэн с лёгкой улыбкой ответил:

— Именно так. Для нас это поистине редкая возможность. Сумей Чжао Хай и вправду наладить для нас крупные поставки такой редьки — не пройдёт много времени, и весь рынок товаров повседневного спроса герцогства Персел будет нашим.

Лаура вскочила от волнения. Пусть дела дома Маркей в герцогстве Персел и шли неплохо, здесь держали свои филиалы и другие крупные торговые дома континента — конкуренция между ними всегда оставалась жёсткой. Пусть коммерческий талант самой Лауры был велик, но серьёзной поддержки от самого дома Маркей ей ждать не приходилось, так что прежде она в лучшем случае держалась вровень с прочими крупными домами — по-настоящему их одолеть было попросту немыслимо.

Но теперь перед Лаурой забрезжила настоящая возможность: ухватись она за неё крепко, и весь рынок товаров повседневного спроса герцогства Персел достанется одной лишь ей, а лавки прочих домов окажутся прочно придавлены под её пятой.