Глава 127 — Будущее

Вот только Лаура вовсе не считала случившееся однозначно добрым знаком — весь этот ажиотаж случился благодаря редьке именно от Чжао Хай, а та партия, что они успели закупить у него, была уже полностью распродана. Прослышав о чудесных свойствах редьки, люди непременно повалят в лавку и дальше, — но обнаружив, что нынешняя редька уже вовсе не та, особенная, для «Алой Лилии» это обернётся не просто упущенной выгодой, а настоящим ударом по репутации.

Лаура тотчас распорядилась: продавцам впредь особо предупреждать покупателей, что та самая особая редька закончилась, — придётся дожидаться новой поставки.

Отдав распоряжение, Лаура сразу же вызвала к себе в кабинет Кун Чжэн и обрисовала ему положение дел. Выслушав её, Кун Чжэн обернулся к Лауре:

— Госпожа, полагаю, нам стоит незамедлительно снова наведаться к господину Чжао Хай — узнать, сколько такой редьки он способен поставлять ежемесячно. Сумеет он обеспечивать крупные партии — тотчас же расширим с ним сотрудничество. Что скажете?

Лаура кивнула:

— Что ж, хорошо, завтра же с утра поедем на Каменную гору к господину Чжао Хай. Вот уж не думала, что у магической редьки может быть такой эффект. Дедушка Кун Чжэн, как, по-вашему, отчего так вышло — почему столько детей, поевши именно этой редьки, вдруг сумели ощутить магическую энергию и медитировать?

Кун Чжэн взглянул на Лауру, невесело усмехнулся:

— Милая моя Лаура, не всякому дано с детства питаться магическими овощами, как тебе. Да и теперь ты ешь такую редьку разве что когда пробуешь товар. Простой люд за целый год едва ли отведает магический овощ хоть несколько раз. У таких детей магический дар может быть и весьма недурным, но, не имея возможности регулярно есть подобную пищу, они куда менее чувствительны к магической энергии, оттого и осваивают магию да боевую энергию куда медленнее сверстников из знатных семей. А в редьке господина Чжао Хай магической энергии оказалось в избытке — тем, кто и без того привык есть магические овощи регулярно, разница почти незаметна, а вот тем, кто прежде такого почти не пробовал, эффект чувствуется куда сильнее. Точь-в-точь как человек, никогда прежде не принимавший лекарств: стоит ему выпить хоть немного, и действие ощущается разительно, — а тот, кто пьёт лекарства постоянно, от обычного лекарства уже почти ничего не почувствует.

Лаура кивнула — и вправду, так оно и было: сама она, отведав редьки у Чжао Хай, ощутила лишь приятный вкус, ничего особенного. Пусть и заметила: магической энергии в той редьке заметно больше, чем в обычной, — но особого значения этому не придала, ведь по сравнению с настоящими высокоуровневыми магическими овощами эта энергия и вправду казалась сущим пустяком.

Вот только Лаура упустила из виду: людей, что с детства росли на магических овощах, как она сама, на этом свете — считанные единицы, а среди простого люда немало и таких, кто за всю жизнь так и не отведает ни одного магического овоща.

Заметив, что Лаура задумалась, Кун Чжэн продолжил:

— Нам следует как можно скорее закрепить соглашение о сотрудничестве с господином Чжао Хай — и есть тому ещё одна причина: его будущий потенциал.

Тут уже Лаура вовсе растерялась, непонимающе взглянула на Кун Чжэн:

— Дедушка Кун Чжэн, что вы имеете в виду?

Кун Чжэн взглянул на Лауру и про себя невольно вздохнул: девочка ещё слишком молода, пусть и умна не по годам, но мыслить наперёд ей пока непросто. Пришлось пояснить:

— Хоть я и виделся с господином Чжао Хай лишь однажды, кое-что подметить всё же успел. За его спиной наверняка стоят некие развивающиеся владения, притом земля там чрезвычайно плодородна — способна давать магические овощи такого качества. Быть может, господин Чжао Хай кого-то чем-то прогневал, оттого и не может позволить нам увидеть своё лицо, да и с крупными торговыми домами напрямую сотрудничать не решается, — вот и обратился именно к нам: мы ведь с ним уже знакомы, да и он оказал тебе услугу, так что среди прочих торговцев мы для него надёжнее.

Лаура, услышав это, невольно кивнула:

— И то верно, я тоже так думаю. Не случись с ним чего-то подобного, зачем бы ему вообще искать сотрудничества именно с нами — с тем, что у него в руках, он бы и без нас прекрасно обошёлся.

Кун Чжэн кивнул, продолжил:

— Можно сказать, господин Чжао Хай — человек весьма неглупый: он прекрасно понимает, что, только-только начиная сотрудничество с нами, нужно прежде всего обеспечить качество товара да создать себе доброе имя, — оттого и отдал нам самую лучшую редьку. Но заметь, малышка Лаура: раз он отдал нам всё лучшее, куда же тогда девалось всё остальное, что похуже? Не сотрудничай он больше ни с кем, все эти овощи попросту некуда было бы девать — оставалось бы только съедать самим.

Лаура, услышав это, будто начала что-то понимать, но продолжала неотрывно смотреть на Кун Чжэн. Тот, заметив её взгляд, с лёгкой улыбкой продолжил:

— Если он отдаёт эти магические овощи своим людям, тела у них наверняка куда крепче обычных. Судя по Чжао Хай, людей у него немного; если оставшейся редьки достаточно, его люди могут почти при каждом приёме пищи есть магические овощи. Как думаешь, много ли сейчас на всём континенте частных дружин, чьи воины могли бы питаться магическими овощами постоянно, изо дня в день? Ни одной. Даже у самых крупных знатных домов лишь самые отборные из личной охраны удостаиваются такой чести — да и то не каждый день. А если у солдат господина Чжао Хай уже сейчас именно такое довольствие — каким же он станет в будущем?

Стар конь, да борозды не портит: пусть рассуждения Кун Чжэна и не были вполне точны — откуда ему было знать про само Пространство, — но вывод его оказался точным попаданием в самую цель: именно таковы и были планы Чжао Хая на будущее — кормить всех своих людей именно продуктами из Пространства, чтобы укрепить их тела. Именно это Кун Чжэн в нём и рассмотрел.

Глаза Лауры вспыхнули:

— Дедушка Кун Чжэн, хотите сказать, господин Чжао Хай со временем станет только сильнее и сильнее? Если и вправду так, для нас это было бы поистине огромной удачей.

Кун Чжэн с улыбкой ответил:

— Мы торговцы, а не знать, — не стремимся к тронам да коронам, но это вовсе не мешает торговцу вкладываться в перспективную знать. Найдёшь того, в кого стоит вложиться, — действуй без промедления, а когда он поднимется, поднимешься вместе с ним. В этом и заключается высшее искусство торговли.

Лаура кивнула:

— Значит, дедушка Кун Чжэн считает, что господин Чжао Хай достоин вложений? Тогда не стоит ли предложить ему особые льготы или подсобить деньгами?

Кун Чжэн покачал головой:

— Ни в коем случае. Пусть я виделся с ним лишь однажды, но успел заметить: человек он весьма самолюбивый, а значит, в душе горд — подачку в виде такой помощи он попросту не примет, а мы своей затеей лишь вызовем у него неприязнь. Сейчас нужно одно — сотрудничать с ним на равных, как с обычным партнёром, это и станет для него лучшей поддержкой. А вот о чём он сам нас попросит — то нужно исполнять безупречно. Взять хотя бы то дело с мясоперерабатывающими предприятиями — полагаю, самое время заняться им всерьёз.

Лаура кивнула:

— Завтра же на Каменной горе спросим у господина Чжао Хай, сколько голубоглазых кроликов он способен поставлять, а после свяжемся с мясокомбинатами.

Кун Чжэн кивнул:

— Верно рассудили. Сперва узнаем возможности господина Чжао Хай, а после уже свяжемся с переработчиками, — так будет полезнее и для него самого.

Лаура кивнула, обернулась к окну, взглянула на небо и тихо пробормотала:

— Пусть это и вправду окажется настоящей возможностью. Мне безразличен и высокий пост в доме Маркей, и уж тем более трон, — лишь бы в будущем меня саму не завернули в красивую обёртку да не отправили прочь, точно подарок.

Слова эти Лаура произнесла неспроста: в этом году ей исполнилось восемнадцать, а их ветвь в доме Маркей неизменно оставалась самой слабой; а у всей крупной знати на континенте испокон веков есть один безотказный способ укрепить собственное влияние — уже тысячи лет применяется, да и поныне не выходит из моды, и, судя по всему, останется в обиходе ещё надолго: браки по расчёту!

Приём этот заезжен до дыр, но крупные дома по-прежнему к нему прибегают: перед лицом истинной выгоды подобный союз, конечно, не стоит и ломаного гроша, но нельзя не признать — когда два дома вступают в сотрудничество, брак между ними и вправду служит своего рода посредником, скрепляющим отношения куда крепче.

Лаура принадлежала к дому Маркей, и хоть коммерческий дар её был весьма недурён, собственная ветвь оставалась в клане слишком слабой. Теперь ей исполнилось восемнадцать — и Лаура не сомневалась: пройдёт не так уж много времени, и дом Маркей непременно использует её именно для такого политического брака, а этого она страшилась больше всего на свете.

Лаура давно уже поняла: единственный способ не стать разменной монетой в чужой сделке — это самой стать по-настоящему сильной, настолько, чтобы никто в клане и помыслить не смел отправить её замуж по расчёту. Лишь тогда она сможет по-настоящему распоряжаться собственной судьбой.

Кун Чжэн прекрасно понимал ход мыслей Лауры: та давно мечтала развернуть настоящее дело, да только средств не хватало — помощи от дома Маркей ждать не приходилось, ни надёжных поставщиков, ни достойных партнёров, ни могучих союзников у неё не было, — а без всех этих внешних опор, сколь бы умна Лаура ни была, разом расширить своё влияние ей было попросту не под силу.

Появление же Чжао Хай стало для Лауры настоящим шансом — шансом, что мог наконец дать её ветви клана подлинную силу. Крепко ухватись они за эту возможность — и впредь дому Маркей уже будет не так-то просто ими помыкать.

Пусть отец Лауры, Кевин, делами семьи почти не занимался, дочь свою он любил без памяти. Именно благодаря ему Лаура и в свои восемнадцать так и не стала предметом брачных переговоров: Кевину было решительно всё равно, что там судачат прочие в клане, — он неизменно считал, что счастье Лауры должна определять лишь сама Лаура.

По мнению самого Кевина, раз уж он оказался в столь скромном уголке, как герцогство Персел, да ещё и не получил от клана никакой помощи, у клана попросту нет никакого права распоряжаться судьбой его дочери.

Но одного этого было мало — им требовалась сила, притом сила немалая, иначе рано или поздно клан всё равно дотянется до Лауры: ведь в глазах глав крупных домов личное счастье отдельного человека рядом с интересами всего клана не стоит и пука.