Глава 368 - Побег часть I

Глава 368: Побег

Герцог Фисаблен проснулся очень рано утром. Чем старше он становился, тем меньше нуждался во сне. Однако, он никогда не считал себя старым, несмотря на то, что ему стукнуло семьдесят. Он был мастером клинка третьего ранга, и его тело было подтянутым, как у мужчины в пятьдесят. Он всё ещё был настолько здоровым, что смог высвободить накопившуюся страсть на двух служанках прошлой ночью во дворце.

Спать он не мог из-за всех своих волнений.

“Интересно, что случилось с Ксанти… Она до сих пор не вернулась. От информатора в Шабадже я слышал, что она охотилась на того парнишку Нортона с двумя другими мастерами клинка, но она ни разу со мной не связывалась с тех пор, как началась погоня. Как там его звали? По-моему, он участвовал в поединках на мечах в рыцарском турнире и стал чемпионом… Бедный Джинуиндор… Такой редкий талант — и умер от рук Нортонов…”

Герцог чувствовал, как скапливается его гнев каждый раз, когда он думал об этом.

“С Ксанти всё должно быть в порядке. Она ведь мастер клинка третьего ранга. Уверен, она была удивлена, когда пробилась на новый ранг три года назад. Я решил атаковать крупный и меньший золотые ручьи благодаря её прорыву. С племенем Хубет шутки плохи… У них семь бойцов на уровне мастеров клинка.”

Герцогу Фисаблену пришлось вместе с Ксанти убить шестерых бойцов уровня мастеров клинка, чтобы вызвать панику в племени, после чего можно было наконец начинать атаку. Они уничтожили всё племя в один присест и завоевали ручьи.

Будучи мастером клинка третьего ранга, Ксанти нечего было бояться во время путешествий по Гриндии. Ей нужно было опасаться лишь старых скрывшихся мастеров. Даже если она встретит другого мастера клинка третьего ранга, она всё ещё может выйти из стычки невредимой.

“Должно быть, ей там слишком весело, и она забыла доложить мне… Что ж, женщины — свободолюбивые создания”, — подумал герцог, качая головой, и перестал волноваться за Ксанти.

Он даже вообразить себе не мог, что Лорист разберётся с его любовницей и сделает её пленницей Второго Высочества.

В его доминионе царил мир, а виконт Кристоф заботился о золотых ручьях — он мог сосредоточиться на постройке цитаделей и базовой инфраструктуры у золотых ручьёв. Пока что, дом Фисаблен насильно переселил более 200 тысяч молодых мужчин и женщин из Мелейна и поселил их у ручьёв. Они планировали переселить ещё 300 тысяч жителей Иствайлда, чтобы сделать ручьи новой штаб-квартирой дома в течение года.

Что же до недостатка рабочей силы в Иствайлде, должно было хватить переселения туда жителей Винстона. Вкупе с некоторыми из “одомашненных” варваров, население Иствайлда всё ещё могло находиться примерно на отметке в 500 тысяч. Так как Сильвия была поставлена во главу развития ирригационной инфраструктуры Иствайлда, он надеялся, что агрокультурный рост в следующие два года поспособствует тому, что им больше не придётся полагаться на импорт большого количества еды от комитета по торговле солью. В то время как у дома Фисабленов хватало мяса, было бы слишком уж затратно позволять простолюдинам постоянно есть мясо. Им нужен был забитый желудок, не более.

Сейчас дом Фисабленов полагался на свой скот, чтобы торговать ресурсами с другими нациями. Хоть дом и начал зарабатывать намного больше, когда начал добывать золото после оккупации Голдкрика, организация самой добыча была довольно затратной. Золото можно было сохранить на чёрный день, но вот скот — другое дело. Дом Фисаблен ежегодно поставлял скотом степных варваров, почти 100 тысяч животных за раз. Это ничего не стоило дому. Они могли обмениваться скотом на множество товаров у комитета по торговле солью, которые, в свою очередь, можно было обменять на ещё большее количество скота по завышенной цене у варварских племён. Торговля приносила дому много прибыли.

Как только он подумал о принцессе Силвьии, лицо герцога Фисаблена помрачнело.

“Сильвия была такой послушной и хорошей, когда была молодой… И как из неё выросла такая бунтарка? Она и вправду влюбилась в этого парня, возглавляющего Нортонов… Да что в нём вообще такого? Он даже не воспринимает герцога вроде меня всерьёз. Честно говоря, из него бы вышел неплохой муж, но он не на нашей стороне. Если уж на то пошло, Нортоны — наши тайные враги…”

Герцог чувствовал, как будто ему дали пощёчину, когда Лорист открыто отказался от брака, когда тот предложил ему условия.

Не стоит сразу же верить слухам. Среди дворян ходила молва, что у нового лидера дома Нортонов совершенно отсутствуют амбиции, и он только и знал, как сидеть сиднем в своём доминионе, как трус. Он даже сформировал альянс четырёх домов ради защиты. Будь у других дворян подобная военная мощь, они бы уже начали войну. Однако герцог Фисаблен не разделял их мнение. Когда он проанализировал действия Лориста и предсказал его ходы, он не мог не поразиться.

Хоть он и не знал поговорки “кто угодно может быть королём, если воздвигнет высокие стены и запасётся едой”, он не смел недооценивать планы Лориста. Североземье было превращено в настоящую крепость с тех пор, как дом Нортонов укрепил свою силу со своими тремя союзниками. Сейчас они находились в положении, где могли атаковать и отступать, как им вздумается. Когда дошли вести о завоевании Мадраса, герцог был удивлён, но не ошеломлён. У четырёх домов вполне хватало сил уничтожить нацию.

“Неудивительно, что этот парень посмел отказать мне. У него всегда была уверенность в себе. Когда дело доходит до личной мощи и мощи его дома, он ничуть не уступает дому Фисабленов. Если уж на то пошло, во многом он лучше…”

Герцог Фисаблен сделал глубокий вдох.

“Подумать только, что я пытался его обуздать, используя Сильвию в надежде, что его дом не станет вставать у меня на пути… Жаль, что он слишком упёртый… Или же, возможно, он знал, чего я всё это время добивался, и грубо отказал на мою третью просьбу.”

“Дом Нортонов несомненно скоро обернётся против нас. Последняя партия вооружения, которую они прислали, была лишь уловкой. В прошлом году граф Кенмэйс прислал письмо с извинениями, говоря, что они повысят цены в два или три раза. Похоже, они хотят высосать у нас всё наше новое золото.”

Однако не это больше всего его волновало. Хоть четыре дома и знали, что дом уничтожил Мелейн и установил торговый маршрут с четырьмя центральными герцогствами, они всё же повысили цены на товары. Разве их не волновало, что дом в таком случае будет заказывать то, что им нужно, у герцогств? У герцогства было более чем достаточно соли.

Всё указывало на единственный вывод: дома пытались протянуть свои лапы к Иблии. Возможно, уничтожение Мадраса придало им уверенности игнорировать существование дома. Всем было известно, что Иблиа по большей части полагалась на дом Фисабленов, и объявлять войну королевству было всё равно, что бросать вызов самому герцогу.

Он больше всего жалел о том, что слишком долго разбирался с дворянами королевства. К счастью, два из четырёх домов Североземья перенесли свои доминионы одновременно. Он полагал, что они расселятся лишь позже в этом году. Действовать они начнут не раньше следующего года.

“Может, мне стоит отправить посла, чтобы он проверил, что да как. Даже если очередная сделка с нмии будет стоить мне два миллиона золотых форде, по крайней мере, мне удастся купить ещё год покоя”, — подумал он.

“Надеюсь, мои планы насчёт Винстона можно завершить в этом году, чтобы мы были готовы встретить их там и сразиться. У нас слишком туго со временем. Три цитадели нужно достроить уже в этом году. Нам всё ещё нужно натренировать гарнизонный легион для цитаделей, а также переселить всех людей в Винстоне… Столько дел!”

Две служанки, которых герцог ублажил до потери сознания, наконец проснулись. Увидев, как тяжёло дышит герцог, одетый в одну лишь ночную робу, они поспешили принести ему тёплой воды и стыдливо омыли его тело, позволяя ему время от времени щупать их. Двое планировали дать герцогу небольшую утреннюю разрядку, но тот отказал им и ушёл тренироваться с мечом.