Глава 591: Нет пути назад. ч.1
Гловер молча слушал жалобы Тинка, но, погружённый в свои мысли, не произнёс ни слова.
— В общем, сегодня особая ситуация, — пришёл в себя Тинк. — Лилиан специально нашла того салагу, чтобы отпугнуть Чёрных Повязок.
Гловер нахмурился и поднял голову:
— Братство Чёрной Улицы? Что случилось?
— Ты ещё не знаешь?..
Заговорив об этом, Тинк тяжело вздохнул, полный раздражения:
— Пропала сутенёрша из Братства — шлюха по имени Белиция, — её похитили прямо на Улице Красных Мастерских.
Услышав нечто интересное, Фалес насторожился.
Белицию похитили на Улице Красных Мастерских.
И он как раз знал, кто это сделал.
Гловер нахмурился:
— А какое это имеет отношение к вам?
Тинк пожал плечами:
— Сейчас ведь в моде девушки с севера, верно? Недавно эта Белиция поссорилась с Лилиан из-за нескольких новых северянок. Поэтому Чёрные Повязки думают, что это наших рук дело, и притащили целую толпу, чтобы надавить на нас. Всем заведениям досталось «внимание», особенно нашему. Ты же знаешь, эта проклятая шлюха и её «Интрижка на одну ночь», даже без истории с северянками, все эти годы точили на нас зуб.
Тинк вздохнул:
— Из-за этого на Улице Красных Мастерских весь день царил хаос[1], атмосфера была напряжённой. Хм-м, только что ещё какая-то безмозглая карета в такое время неслась по улице напролом... Кстати, вы видели ту карету?
Карета, что неслась напролом...
Гловер замер, но, поймав предостерегающий взгляд Фалеса, всё же деревянно покачал головой.
— Так это вы сделали?
Фалес быстро подхватил разговор, чтобы отвлечь внимание Тинка:
— Похитили человека из Братства?
Тинк взглянул на Фалеса, затем бросил вопросительный взгляд на Гловера, который жестом показал, что всё в порядке.
— Конечно, не мы...
Сначала Тинк отрицал, но после недолгого колебания его тон смягчился:
— Ладно, я и сам не знаю.
Он немного подумал:
— Глава Кэтрин, скорее всего, этого не делала, но я не могу ручаться за Красную Гадюку и Странника, или за то, что кто-то другой из банды не приложил к этому руку.
— Такое серьёзное дело, и верхушка Банды Кровавого Вина не в курсе? — Гловер был несколько озадачен.
Тинк холодно усмехнулся.
— Ты слишком долго отсутствовал, Пухляш, ситуация давно изменилась. Шесть лет назад в ночной битве на Улице Красных Мастерских нас разгромили в пух и прах, мы понесли огромные потери. Мы бы не удержали это место, и весь наш бизнес в сфере развлечений стал бы дойной коровой для Чёрных Повязок.
Фалес навострил уши.
Тинк говорил с нотками тоски и безысходности:
— Это глава Кэтрин вмешалась. Опираясь на связи с влиятельными людьми, она убедила салаг, особенно главного коменданта, вмешаться и заставила Чёрных Повязок сесть за стол переговоров. В итоге их вынудили согласиться на перемирие и вернуть половину захваченных территорий.
Тинк вздохнул:
— Но с тех пор Банда Кровавого Вина изменилась. Подающие надежды новички, такие как Двенадцать Сильнейших, кто погиб, кто разбежался, их почти не осталось. А так называемый «могущественный маг за кулисами», о котором постоянно твердили в банде, так и не появился... Из восьми сверхлюдей-командиров осталось всего трое, и они друг друга не переваривают: глава Кэтрин пользуется наибольшим авторитетом и унаследовала большую часть территорий, но её решение заключить мир с Чёрными Повязками вызвало много критики. Красная Гадюка не смирился и настаивает на возвращении утраченного, но с его-то горсткой людей он только врагов себе наживает. Скажу так: хорошо, если не будет мешать. Кроме того, вернулся «Странник» Ферг. У него есть свои люди, и он тоже хочет отхватить кусок пирога, но подходящего способа пока не нашёл... Другие новые лидеры либо ни на что не годны, либо ещё слишком зелены, не на что смотреть. В итоге у нас полный раздрай, приказы противоречат друг другу, внутренние распри не прекращаются, бизнес, территории и влияние постоянно утекают сквозь пальцы. А вот Чёрные Повязки, наоборот, сплотились и процветают — Железный Кулак Циньча, Железное Сердце Рода, Глаз Лансер, Вожак Фиссо, Разрыватель Антон, Толстяк Моррис... за эти годы каждый из их Боссов стал только сильнее... Ты заметил? Мы теперь даже не вспоминаем легенды о Чёрном Мече и Трёх Великих Убийцах.
Слушая эти новости, Фалес с удивлением осознал, что после его ухода подпольный мир Города Вечной Звезды и всего Королевства Звёзд перевернулся с ног на голову и уже не был прежним.
Тинк развёл руками:
— Ты можешь судить об этом по разнице в делах «Интрижки на одну ночь» и «Клуба «Лайя»»: мы катимся под откос, доходы не покрывают расходы, еле держимся на плаву. Недавно, когда мы боролись за северянок, мы не смогли переиграть ту лисицу Белицию.
Гловер молча смотрел на пламя лампы в комнате, погружённый в свои мысли.
Тинк сменил тему:
— Но вот что странно: сначала ссора из-за северянок, потом похищение на Улице Красных Мастерских, на границе наших территорий, а затем ещё и карета похитителей, пересекающая границу и провоцирующая нас... Хех, не бывает таких совпадений, всё бьёт по нашим с Чёрными Повязками больным местам!
Гловер и Фалес обменялись ничего не выражающими взглядами.
Тинк продолжал жаловаться:
— И это ещё не всё. Ты же знаешь, Банда Кровавого Вина поднялась на продаже контрабандного алкоголя. Но в последние месяцы всё пошло наперекосяк: от сырья для винокурения и хранения вина до каналов сбыта — сплошные проблемы и неудачи. Рынок жаждет выпивки, а мы не можем её производить. Клиенты и прибыль утекают с каждым днём, это просто подрывает основы банды... А ещё говорят, что несколько крупных кузниц на южной улице и в пригороде, как легальных, так и подпольных, на днях накрыли салаги. Всех, от хозяев до подмастерьев, арестовали и осудили. А ведь большинство из них работали по договорённости с Чёрными Повязками, ковали для них оружие и доспехи. Чёрные Повязки славятся своей боевитостью, но без оружия какой из них толк, чёрт возьми... Мы подозреваем, что это Чёрные Повязки нацелились на наш алкогольный бизнес, а они, вероятно, догадываются, что это мы с помощью властей перекрыли им поставки оружия...
Взгляд Фалеса дрогнул.
Тинк сделал вид, будто он гениальный стратег:
— Хех, боюсь, у обеих сторон нашлись амбициозные люди, которые хотят заварить кашу... Нашему шестилетнему перемирию с Чёрными Повязками, похоже, скоро придёт конец.
Гловер хотел что-то сказать, но промолчал.
Но Тинк лишь фыркнул и безразлично покачал головой.
— Кто знает, может, это и есть нормальное положение вещей.
— Шесть лет мира, достигнутого с трудом под сильным давлением с обеих сторон, — это само по себе ненормально. Похоже на намеренную фальшь.
В комнате на некоторое время воцарилась тишина.
— Если банды снова начнут полномасштабную войну, Тинк, — внезапно заговорил Гловер, — береги себя. И Лилиан.
— Будто мне нужно твоё напоминание!..
Тинк презрительно фыркнул и ударил себя в грудь:
— Я, между прочим, участвовал в «Войне Одной Ночи» шесть лет назад! Такое зрелище, такая битва, такой накал, улицы залиты кровью... Чёрт побери, я в жизни не хочу пережить это во второй раз.
Гловер молча смотрел на него:
— Вот и хорошо, Тинк, вот и хорошо.
От этих слов Тинку стало немного не по себе, но из коридора донёсся громкий крик, избавив его от неловкости:
— Тинк, Тинк!
— Ты где? Глава Кэтрин собирает людей!
Это был незнакомый молодой мужской голос, звучавший взволнованно, явно принадлежавший члену банды:
— Чёрные Повязки говорят, что карета похитителей въехала на нашу территорию, и настаивают на обыске. Они сцепились с нашими парнями на границе, несколько человек уже лежат! Мне кажется, на этот раз всё будет по-настоящему! Война начинается!
Лицо Гловера изменилось:
— Тинк, ты...
Но Тинк холодно усмехнулся, встал и приоткрыл дверь.
В одно мгновение его лицо исказилось от боли.
Скривившись, Тинк крикнул в коридор:
— Чёрт! У меня понос! Ноги подкашиваются... Не могу идти!
Из коридора донёсся возмущённый ответ:
— Ты издеваешься? Опять понос? Несколько лет назад ты был одним из Двенадцати Сильнейших в банде...
Голос Тинка стал торопливым:
— А-а-ах! Не могу больше терпеть, нужно снова в туалет, поговорим позже!
Тинк захлопнул дверь, сел обратно на стул и больше не обращал внимания на своего товарища по банде, который звал его на разборку.
Гловер и Фалес ошарашенно смотрели на него.
— Что такое?
Тинку не понравились их взгляды, и он пояснил:
— У меня и правда понос. Я так и сказал главе Кэтрин, когда она приходила с проверкой... Я, я...
Он потрогал свой живот, и его лицо изменилось.
— Чёрт, у меня слабительное закончилось, — с досадой сказал Тинк. — Надо будет потом ещё несколько пачек купить.
Гловер и Фалес смотрели на него со сложным выражением лиц.
— Вот и хорошо, Тинк, — Гловер вздохнул, поняв его тактику. — Так... очень хорошо.
Но затем зомби серьёзно поднял голову:
— Тинк, если тебе и Лилиан понадобится моя помощь...
— Хватит, — беззаботно отмахнулся Тинк. — Ты же понимаешь, да? Твой нынешний статус, наше нынешнее положение... Помогать — значит вредить. Прошлого урока было недостаточно?
Гловер замер.
Тинк некоторое время молчал, а затем медленно встал.
— Ты и твой Молодой Господин, отдохнули — уходите, — Тинк указал на неприметного Фалеса и похлопал Гловера по мощной руке, в его глазах скрывались невыразимые эмоции. — Что касается твоего брата, который без сознания, если тебе неудобно, мы наймём карету и отправим его к тебе...
Гловер посмотрел на него в ответ, немного растерянно:
— Спасибо, я заплачу за проезд... И ещё, я сменил пост, зарплата тоже выросла, если вам срочно понадобятся деньги...
Эти слова, казалось, задели что-то за живое. Лицо Тинка резко изменилось, и он быстро заговорил:
— Хэй! Нам не нужны твои грязные деньги! Особенно от твоей семьи!
Гловер что-то понял, и его лицо тоже побледнело.
— Я знаю, я знаю, — Фалес впервые видел зомби таким смущённым и подавленным, уворачивающимся и полным вины. — Прости.
Тинк долго смотрел на Гловера и в конце концов вздохнул.
— Чёрт, — недовольно отвёл взгляд Тинк. — Не говори больше «Прости». Меня уже тошнит от этих слов.
— Я... — Гловер замолчал на секунду и потерянно ответил: — Прости.
Тинк мученически цыкнул языком, покачал головой, оставив попытки исправить Гловера, и направился к двери.
— И ещё, — сказал Тинк, стоя к ним спиной и держа руку на дверной ручке, его голос звучал нерешительно.
— Ты... ты лучше больше сюда не приходи.
Дыхание Гловера прервалось.
Настроение Тинка тоже было подавленным, казалось, он принял какое-то решение:
— Я имею в виду, если твои враги снова узнают... Ты не сможешь нас защитить.
Гловер молчал несколько секунд, а затем с трудом произнёс:
— Я знаю.
Не сможешь нас защитить.
Глядя на выражение лица Гловера, Фалес вдруг что-то почувствовал.
Он что-то вспомнил.
И сделал несколько глубоких вдохов:
— Я знаю, спасибо тебе, брат.
Тинк не обернулся, лишь так же выдохнул:
— Мы больше не братья, Пухляш.
Больше не братья.
Гловер слегка замер.
— Раз уж ты выбрался из этой выгребной ямы... то иди и живи той жизнью, которую заслуживаешь.
Тинк тихонько открыл дверь, его голос звучал уныло:
— Ты уже... больше не один из нас. Лилиан, она тоже этого хочет.
Больше не один из нас...
Фалес увидел, что в этот момент рука Гловера задрожала.
Но не успел тот ничего сказать, как Тинк вышел из комнаты, оставив за собой плотно закрытую дверь.
Гловер рассеянно смотрел на дверь, долго не в силах прийти в себя.
Прошло несколько секунд, и Фалес, решив, что атмосфера подходящая, тихо подошёл от угла к столу и кашлянул.
— Гловер?
Гловер очнулся и виновато опустил голову:
— Мне очень жаль, Ваше Высочество. Я не должен был... не должен был драться с тем стражником. Что до Лилиан и Тинка... они не знают вашего статуса, пожалуйста, простите их.
Фалес внимательно посмотрел на него и слегка улыбнулся.
— Знаешь, я, как и все, сначала думал, что Леди Лилиан — твоя любовница.
Гловер застыл всем телом.
Фалес вздохнул и придвинул стул к нему.
— Итак, насчёт этой Леди, у тебя есть что мне объяснить?
Гловер с трудом поднял голову и ошеломлённо посмотрел на принца.
Фалес огляделся по сторонам и постарался говорить как можно спокойнее:
— Не волнуйся, здесь только ты и я.
Атмосфера в комнате на несколько секунд застыла.
Гловер хотел что-то сказать, но в итоге закрыл рот, его лицо окаменело.
— Если не хочешь говорить, — Фалес не мог скрыть разочарования, но всё же улыбнулся с пониманием и встал, — ничего страшного.
Он направился к двери:
— Одевайся, я подожду тебя снаружи. Пора возвращаться.
Но в этот момент...
— Сестра.
Сзади раздался хриплый и мучительный голос Гловера:
— Лилиан, она моя... родная сестра.
Взгляд Фалеса застыл.
Он медленно обернулся.
— И Тинк, — Гловер крепко зажмурился. — Они мои... родные брат и сестра, от одной матери.
Фалес широко раскрыл глаза.
— Они? Ты?
Принц был в полном недоумении:
— Но, но ты же из семьи Гловер...
— Я говорил, Ваше Высочество, — Гловер открыл глаза, его лицо было полно усталости, — когда-то я был попрошайкой из Банды Кровавого Вина. Это правда.
В комнате на некоторое время воцарилась тишина.
Наконец Фалес отпустил дверную ручку и сел обратно напротив Гловера.
— Я понял.
Принц постарался посмотреть на него как можно спокойнее и мягче:
— Одна мать?
Гловер кивнул и долго молчал.
Фалес не торопил его, просто ждал, пока тот соберётся с мыслями.
— Моя мать, она... она занималась торговлей телом, — хрипло начал Гловер, с некоторым облегчением от того, что тайна наконец раскрыта. — У неё было много клиентов, она родила семерых детей — или больше, я не помню, некоторые умерли в младенчестве.
Фалес молчал, лишь внимательно и осторожно слушал.
— А мой отец...
Гловер глубоко вздохнул:
— Он был заурядным и ни на что не способным бездельником, живущим в тени славы своей семьи, полным разочарований.
Выражение лица зомби снова стало бесстрастным:
— Или, как говорил мой дед, «бесполезным отродьем».
[1] 鸡飞狗跳 (jī fēi gǒu tiào): дословно «куры летят, собаки скачут». Китайская идиома, означающая полный хаос, суматоху, переполох.