Глава 247. Гора на окраине – это большой Голем

День 62 — Полдень, замок МуриМури, зал совещаний

Худший из предусмотренных нами сценариев был уничтожен ещё худшим. Мы перебрали, казалось, все возможные варианты развития событий, пока хуже уже просто некуда, но одно-единственное сообщение гонца перевернуло всё и сделало наши расчёты бесполезными.

— В королевской столице мятеж! Второй принц объявил о восшествии на престол, городские ворота закрыты!

У пограничной армии меньше всего солдат — настолько меньше, что сравнивать силы бессмысленно. Мы ещё способны сразиться с одной вражеской армией, но людей для войны на нескольких направлениях у нас нет. С самого начала единственным путём к победе для пограничной армии был стремительный удар с захватом головы вражеского командующего.

Если это стало невозможно, мы не можем покинуть окраину. В этом и состоит слабость пограничной армии.

Теперь наши немногочисленные отборные части хотя бы способны вести оборонительный бой. Ложный лабиринт, замок МуриМури и способность пограничных земель обеспечивать себя впервые дали нам иной способ защиты, кроме наступления. Но сражаться сразу с двумя противниками мы не можем: на окраине просто нет стольких войск.

Треть сил королевства направляется к окраине вместе с Первым принцем. Ещё примерно треть, включая ближайшие части, должно быть, осталась в столице, где засел Второй принц. Остальные охраняют границы или служат в армиях местных аристократов. И, наконец, есть пограничная армия.

Диорельское королевство хвастается стотысячной армией, но на деле регулярных войск лишь пятьдесят тысяч. Ещё тысяч двадцать наберётся, только если записать в солдаты чиновников, городских привратников и стражу. Всё остальное — наскоро собранные крестьяне и наёмники. Собственно королевская армия насчитывает тридцать тысяч, ещё двадцать принадлежат разным аристократам, а теперь раскололась даже королевская армия.

У пограничной армии, напротив, всего две с половиной тысячи регулярных солдат — числа отличаются на порядок. Но в бою мы не проиграем. Если сумеем навязать сражение, то сокрушим врага.

Только разделять силы нельзя ни в коем случае: это мгновенно обернётся поражением. Если наше подавляющее меньшинство не останется единым, его просто перемелют превосходящие силы.

Единственное спасение в том, что сильнейшая гвардейская дивизия участвовала вместе с принцессой Шариселес в штурме ложного лабиринта и ещё не вернулась в столицу. Главная ударная сила, Первая дивизия, также развёрнута на границе. Третья дивизия присоединилась к Первому принцу и армиям аристократов. Вероятно, столичная Вторая дивизия перешла на сторону Второго принца. Четвёртая, состоящая из инженерных и снабженческих частей, похоже, не примкнула ни к кому и соединилась с Первой.

Дворцовая армия, которую привёл младший брат короля, и оставшаяся для охраны гвардия вместе дают две тысячи человек. У принцессы Шариселес была тысяча гвардейцев, у пограничной армии — две с половиной тысячи. Даже сложив всех, мы не приблизимся к десяти тысячам.

Противник собирает ещё и наёмников. Если теократия тоже отправила войска, объединённая «Армия усмирения пограничья» из аристократов церковной партии и Третьей дивизии королевской армии, поддержавшей Первого принца, без труда превысит тридцать тысяч бойцов.

«Мятежная армия» Второго принца, засевшая в столице Диореля и получившая специализированную для её обороны Вторую дивизию, вероятно, насчитывает около двадцати тысяч.

Неизвестно, выступят ли остальные аристократы и на чью сторону, а Первая дивизия не может уйти с границы. Как ни посмотри, сложилось трёхстороннее противостояние. Армии Первого принца, у которой нет собственной базы, теперь должно быть не до спокойствия. Нельзя недооценивать стоящие за ней великий герцогский дом и церковь, но чем многочисленнее войско, тем труднее его содержать и снабжать. Попытаются ли они, как и планировали, быстро покончить с окраиной — или повернут к столице?

— О чём вообще думает Второй принц?! Что стало с королём, с моим братом?! Это узурпация! Государственная измена!

Младший брат короля был растерян, но само его присутствие здесь, вероятно, устроила фракция Второго принца. Единственным подходящим моментом было именно сейчас, когда Первый принц и армии аристократов покинули столицу, а регента там нет. Похоже, эту ситуацию создали намеренно.

Если Первый принц, церковь и церковная знать захватят окраину, правителем королевства станет Первый принц, а Второго ждёт смерть. Он мог ждать удобного момента или просто оказался вынужден действовать, но слишком уж безупречно выбрано время. Для случайности всё сложилось чересчур удачно.

Переговоры со Вторым принцем необходимы, но сотрудничество вряд ли возможно. Ведь у нас находятся регент и принцесса — сразу двое обладателей права наследования, — а войск меньше всего. В самом опасном положении оказались именно мы.

— Ваше Высочество, нам остаётся ждать сведений. В нынешнем положении любое движение откроет врагу брешь, а преимущество первого хода уже ничего не даст. Подождём. С королём наверняка всё в порядке.

Во внутренних делах это разумно: ожидание играет нам на руку. Но если вмешается внешняя сила, положение станет опаснее некуда. Для королевства, возможно, оказалось удачей, что Первый корпус, мешавший принцам и знати, был оттеснён к границе. Однако долго он не продержится: армия без подкреплений однажды всё равно проигрывает.

Когда совещание закончилось, снаружи стоял Харука. Услышав срочное донесение и всё, что нам было известно, он даже не удивился, а лишь протянул: «Вот же…» Значит, он это предвидел. Вероятно, он ожидал появления третьей силы, которой никто больше не заметил. Поэтому и вздохнул так, будто подтвердилось неизбежное.

А потом, что-то бормоча, он совершенно отчётливо произнёс: «Интересно, кто следующий?» Значит, будет ещё кто-то?! Выходит, долгое совещание не имело смысла. Если это ещё не конец, противодействовать происходящему просто невозможно.

Поговорив с Харукой о разных деталях, мы поняли, что теперь остаётся лишь ждать новых сведений.

— Вопрос в том, кто стоит за Вторым принцем. За Первым — теократия и церковь, а за Вторым кто? Если у него нет покровителя, всё хорошо. Но если ударить, не выяснив этого, можно раздавить верхушку, а корень останется. Хотя на ум приходит только один вариант. Если это они, то открыто действовать не станут.

Торговый союз. Государство, которое не считается государством; особая торговая территория, созданная несколькими купеческими гильдиями. Но если у него есть армия и собственная земля, то это уже государство.

Огромная страна торговых объединений, враждующая с церковью, но сотрудничающая с ней в работорговле и получающая от этого колоссальную прибыль. Не страна, а торговое государство.

В работорговле оно действует заодно с теократией: нападает на земли зверолюдей, обращает пленных в рабство и продаёт их. Но монополии церкви на магические камни и артефакты торговцы открыто противостоят и потому враждуют с ней.

Иными словами, это государство не желает, чтобы магические камни окраины объединились с церковными знаниями о создании артефактов. Неужели оно выдвинуло Второго принца, чтобы с его помощью захватить королевство и вытеснить интересы теократии? Но с нашим королевством оно конфликтует и из-за рабства. Рабство существует и здесь, однако это лишь ограниченная сроком служба за определённый долг. Мы не признаём варварский порядок, позволяющий захватить человека, заставить его работать до смерти и безнаказанно убить, и тем более не станем участвовать в притеснении дружественного народа зверолюдей. Если торговцы поддержали Второго принца, то заключил ли он тайный договор и намерен нарушить законы королевства и клятвы королевского дома? Или сам Второй принц — всего лишь одноразовая приманка?

А Харука… Сколько он уже знает, сколько сумел предвидеть и насколько далеко простирается его замысел?

Если бы юноши остались на окраине, мы могли бы выступить. Но если они уйдут, пограничная армия лишится возможности двигаться. Не потому ли он и собирается уйти? А затем проникнуть даже в армию Первого принца… Мы не вправе позволить ему зайти так далеко. Это проблема королевства и его аристократии. Положение уже превратилось в трясину, и заставлять мальчика хлебать эту грязь непростительно.

Однако, похоже, он всё равно намерен идти.

Объяснять это младшему брату короля, Мусджикусу, скорее всего, бесполезно. Для него Харука всего лишь невоспитанный мальчишка; он не понимает, что юношу перед глазами нельзя оценить привычными мерками. Сила — это возможность. И этот мальчик, каким бы слабым он ни казался, уничтожил Великий лабиринт, способный, как говорили, погубить весь континент. Мусджикус просто не в силах понять, что заключённая в нём возможность способна уничтожить континент. Хотя именно наличие такой возможности и делает его одновременно страшным и сильным.

Наверное, его трудно винить. В конце концов, заставить гору поклониться и правда намного проще, чем понять этого мальчика.