Глава 20
Лэн Жуй раздражённо закурил сигарету. Не дожидаясь, пока Лэн Цзыюэ продолжит, бросил:
— Говори, что хотел?
Тот спохватился и, собравшись, произнёс:
— Папа, я хочу, чтобы Цици подписала контракт со «Синьюнь Мьюзик». У неё сейчас неплохая известность — если подключить компанию к продвижению, будет только лучше.
Она действительно талантливая. Если вложиться в неё, компания ничего не потеряет.
Лэн Цзыюэ руководил «Синьюнь Фильмс», а музыкальное подразделение находилось вне его власти.
Впрочем, стоило ему лишь сказать одно слово — и Цици приняли бы. Но если об этом упомянет сам Лэн Жуй, эффект будет куда сильнее.
Стоит отцу произнести лишь одну фразу — и ресурсы девушки тут же взлетят, компания сделает на неё ставку.
— Она кто такая? — хмуро спросил Лэн Жуй.
Лэн Цзыюэ сжал губы, но всё же ответил:
— Моя девушка.
— Сам разберись, — небрежно бросил отец. — Если даже с этим не справишься, нечего тебе «Синьюнь Фильмс» управлять.
Лэн Цзыюэ хотел было возразить, но после этих словах осёкся.
Он с надеждой посмотрел на отца:
— Пап, если бы ты сам...
— Твоя женщина — и при чём тут я? — холодно перебил Лэн Жуй. — Хочешь кого-то раскрутить — делай сам. Или без папиной помощи никак?
Он затушил сигарету, бросил окурок в пепельницу и вышел из кабинета.
— Папа, она ведь просто хочет... — начал было сын.
Но Лэн Жуй метнул на него резкий взгляд, и слова застряли у того в горле.
Кажется, отец был им недоволен.
Лэн Цзыюэ раздражённо взъерошил волосы.
План провалился.
Он вышел из особняка — оставаться на ночь он даже не собирался.
А вдруг услышит... какие-нибудь звуки.
Этого его психика точно не выдержит.
Хотя, если честно, и без того на душе было мерзко.
— Уже третья песня, — лениво сказала Тан Го, бросив взгляд на мужчину, сидевшего у изголовья кровати и курившего. — Лэн Жуй, ты вообще собираешься спать?
Тот кинул недокуренную сигарету в пепельницу. Его холодный взгляд скользнул по её лицу — бледная кожа, лёгкий румянец, блестящие влажные губы. А глаза — чистые, сияющие, слишком притягательные.
Он прищурился. Такая женщина, даже если уйдёт из его дома, будет окружена толпой мужчин, желающих её заполучить.
— Лэн Жуй, — протянула Тан Го, с лукавой улыбкой наклоняясь к нему так близко, что воздух между ними наполнился её ароматом. — Ты, случайно, не передумал? Может, хочешь не только слушать музыку?
Он не успел ответить — она уже опёрлась руками о кровать, ловко вторгаясь в его пространство.
Маленькая лисица, — мелькнуло у него в голове.
Опасная женщина.
— Завтра финал конкурса? — спросил он наконец.
— Угу, — Тан Го снова уселась на стул. В голосе слышалась лёгкая грусть, будто она ждала от него другого ответа.
Лэн Жуй усмехнулся. Наглая до безумия женщина.
— Ты уже больше двух недель живёшь в этом доме, — в его тоне зазвенел холод. — Ни одна женщина не оставалась здесь дольше месяца.
Тан Го подперла щёку ладонью, моргнула:
— Так что ты хочешь этим сказать?
— Что пора подводить итоги, — ответил он, доставая из ящика стола папку с документами и кладя её на стол. — Это новый контракт от «Синьюнь Мьюзик».
И вот, — он достал ещё один документ, — свидетельство о собственности. Дом. Твой гонорар.
С самого начала Лэн Жуй не собирался держать её рядом дольше месяца.
Он не допускал исключений.
Особенно теперь, когда чувствовал, что эта женщина начинает опасно размывать его границы.