Глава 71

Лэн Жуй повернул голову и посмотрел на женщину, прильнувшую к окну. Нежность в его взгляде была уже не скрыть.

Да, от неё всё ещё исходил тот отвратительный запах — прикосновение другого. Но нельзя отрицать: она постепенно завладела его сердцем.

Даже если он никогда не сможет прикоснуться к ней, он оставит её рядом навсегда. Даже если умрёт сам, она будет принадлежать только ему.

А если она вздумает сопротивляться — он найдёт способ удержать её.

Он уже придумал самый романтичный финал: держать её в объятиях и смотреть, как она умирает у него на руках.

ЗАГС.

Тан Го удивилась. Она не ожидала, что Лэн Жуй приведёт её сюда.

【Хозяин, теперь-то ты веришь? Лэн Жуй действительно дорожит тобой. Он привёл тебя расписываться.】

Лэн Жуй не стал спрашивать её согласия, он просто попросил всё оформить. Тан Го не сопротивлялась. Напротив, она была на удивление сговорчивой.

Когда они фотографировались, она повернулась к нему:

— Лэн Жуй, это, наверное, самое близкое расстояние между нами за все эти годы?

У него ёкнуло сердце.

Он не знал почему — она была прямо перед ним, но ему казалось, что между ними пропасть.

Хотя в её глазах отражался только он один. И от этого ему становилось не по себе.

Привести Тан Го в ЗАГС не было минутной прихотью.

Раз уж он держит её рядом, нужен законный повод. Официальный статус.

Иначе эти двое — Чэнь Юэшэн и Лэн Цзыюэ — будут продолжать пялиться на его женщину. Поставь он на ней своё клеймо и ему станет спокойнее.

Иначе ему трудно будет сдерживать желание уничтожить её собственными руками. У него всегда было так: если его вещь вот-вот отнимут, он сначала уничтожит её, потом зашьёт и оставит при себе.

Как он поступил со своими родителями.

Лэн Жуй убрал свидетельство о браке и немедленно набрал номер Лэн Цзыюэ.

Первая фраза:

— Твоя мать вернулась. Сегодня вечером приходите ужинать.

Пока Лэн Цзыюэ пребывал в ступоре, он добавил:

— Возьми свою женщину. Вы ещё не наливали чай матери.

Лэн Жуй помнил слова Тан Го о том, что она хочет выпить чай от снохи. Поэтому, не дожидаясь, пока пасынок придёт в себя, он объяснил причину их вызова.

Лэн Цзыюэ всё ещё не отошёл от шока, а Лэн Жуй уже нетерпеливо бросил трубку.

Тан Го фыркнула от смеха:

— Лэн Жуй, ты помнишь об этом?

— Конечно.

Лэн Жуй смотрел на женщину в соседней машине. Ему безумно хотелось погладить её по голове.

— Твою книгу я отправил в издательство. Не позже следующего месяца она поступит в продажу.

— Так быстро? — её глаза превратились в две сияющие дуги. Лэн Жуя мгновенно накрыло этим светом и будто исцелило.

Он заметил: с тех пор как он знает эту женщину, он видел на её лице только улыбку.

Она словно не умела злиться. Нет, она и злилась с улыбкой и невозможно было понять: радуется она или сердится.

— Цзыюэ, что случилось? Кто звонил?

После того как Лэн Цзыюэ повесил трубку, он долго стоял в оцепенении.

Лу Ци заметила, что он застыл, и не выдержала — спросила.

Он медленно поднял голову и сказал:

— Отец сказал, чтобы мы сегодня приехали на ужин.

— А, только и всего? — Лу Ци улыбнулась. — Тогда давай собираться поскорее. Нельзя заставлять отца ждать.

Это случалось не часто. Можно сказать, с момента их свадьбы Лэн Жуй впервые сам пригласил их.