Глава 426. Яичный крем (7)

- Не нужно так благодарить, — спокойно ответила Ши Ю, не приняв поклона. — Я спасла тебя не совсем бескорыстно, у меня была своя причина. Если действительно хочешь отблагодарить меня, просто отплати этим долгом в будущем. А сейчас не дергайся, поешь, восстанови силы и отправляйся в путь.

С этими словами она снова придвинула к нему тот самый неприметный черный керамический горшочек.

Цзэн Пэнфэй посмотрел на него, и будто что-то сдавило ему горло. Он хотел что-то сказать, но от волнения не смог вымолвить ни слова. Не церемонясь больше, он взял горшочек. От него все еще шло тепло. Когда он снял крышку, струя горячего пара ударила ему в лицо, такая мягкая и уютная, что у него даже глаза защипало от едва сдержанных слез.

Он всхлипнул, втянул носом воздух, и в этот момент Ши Ю протянула ему ложку:

— Держи.

Он зачерпнул содержимое из глиняного горшочка. В тусклом свете трудно было разглядеть, что именно он ест, но исходивший от блюда аромат моментально разжёг в нём аппетит. Не раздумывая, он проглотил первую ложку.

Еда оказалась мягкой, скользкой, буквально таяла во рту, но при этом сохраняла упругость. Вкус был простой, без изысков — лёгкий солоноватый аромат, однако невероятно аппетитный. Горячая ложка пищи согрела желудок, и Цзэн Пэнфэй подумал, что, пожалуй, это лучшее, что он когда-либо пробовал.

— Что это? — спросил он.

— Яичный крем на пару. Ты ведь сейчас ранен, тяжёлую и жирную пищу тебе всё равно нельзя, — спокойно ответила Ши Ю. Родниковая вода с яйцом Цинь Луань, по её мнению, куда полезнее любого наваристого супа из мяса демонического зверя.

— Спасибо, — вновь поблагодарил Цзэн Пэнфэй и с жадностью принялся доедать остатки.

Когда он выскреб горшочек до дна, боль в теле немного утихла. Несмотря на полное отсутствие духовной энергии, он ощутил, как тело постепенно согревается и приходит в себя.

— Я в порядке. Если можно, я бы хотел отправиться прямо сейчас, — сказал он.

- Хорошо, береги себя в дороге, — Ши Ю не стала его удерживать.

Зато Толстый Кот сразу задал вопрос:

— А ты не собираешься его проводить?

— У него есть талисман, в данном случае телепортационный, так что с ним вряд ли что-то случится.

— А если вдруг всё же случится?

— Если он всё-таки погибнет, значит, не стоило мне его спасать, — Ши Ю потерла лоб. — Толстяк, знаешь, у меня ощущение, что у меня всё меньше и меньше сочувствия. Будто теперь я делаю всё с холодным расчётом.

— Подумай, я же могла прямо сказать ему, что могу помочь, — продолжала она. — Но вместо этого я специально дала ему надежду, позволила ему поверить в возможность, чтобы потом он, разочаровавшись, оказался в тупике, и тогда я протяну ему руку помощи. После такого он будет мне бесконечно благодарен, даже если не сможет быть мне полезен, всё равно будет всегда на моей стороне.

— Раньше я бы так не поступила. Раньше я считала, что если люди ладят — отлично, будем общаться дальше. Не ладят, ну что ж, расходимся, каждый идёт своей дорогой, не мешая друг другу. Но теперь… я тоже начала учиться продавать одолжения и завоёвывать расположение.

— Не знаю, хорошо это или плохо…

— Это говорит о том, что ты стала смотреть шире, чем раньше, — с ноткой одобрения в голосе произнёс Толстый Кот. — Раньше ты думала только о себе и своём окружении. А теперь обо всей расстановке сил. Ты уже поняла, что не всё можешь сделать в одиночку, поэтому начала обращать внимание на то, как заполучить поддержку. Это не значит, что ты очерствела, это значит, что ты взрослеешь.

Ши Ю, впрочем, не уловила этого оттенка:

— Правда? Как думаешь, однажды я тоже стану старой лисицей, хитрой до мозга костей? В общем-то, звучит неплохо.

В конце концов, человек должен сначала твёрдо стоять на ногах и иметь силу защитить себя, и только тогда он может думать о других. А если ты всё время только и думаешь об остальных, при этом не способна защитить себя, кто вообще тебя воспримет всерьёз?

Провожая взглядом исчезающую в темноте спину ЦзэнаПэнфэя, Ши Ю в конце концов засыпала тлеющий костёр землёй. Затем поправила одежду и поднялась на ноги.

— Что теперь? Вернёшься к ним? — спросил Толстый Кот.

— А зачем возвращаться? Они ведь теперь явно меня сторонятся. А после всего, что случилось с Цзэном, они наверняка уже решили, что он мёртв. Учитывая, что я исчезла одновременно с ним, не удивлюсь, если они свалят его смерть на меня.

- Старший брат Цзэн теперь точно не вернётся. А если я появлюсь сейчас, не избежать волны осуждения. Из-за моего положения они, возможно, не посмеют что-то сделать мне напрямую, но у людей язык без костей, кто знает, что ещё они наговорят. Я не считаю себя великодушной. И если всё закончится тем, что я начну с ними ссориться из-за их слов, это будет просто недостойно меня.

— То есть ты хочешь сказать...

— Я просто думаю: а вдруг тот Чжао был прав? Вдруг Сан Пан с остальными и правда появятся в тех самых диких горах? Хотя, ладно… Размышлять об этом дело пустое. Лучше уж идти по пути и расспрашивать людей.

Она чувствовала, что такие слухи не могли возникнуть на пустом месте.

К тому же, зная характер Сан Пана, он явно не из тех, кто будет всё время сидеть спокойно. Да и перед уходом он ведь обещал ей найти как можно больше ресурсов для усиления духовной силы… Если всё так, как говорил тот Чжао, значит, очень даже может быть правдой.

После недолгого обсуждения с Толстым Котом они определились с направлением, и Ши Ю снова пустилась в путь. Ей нужно было найти следующее место, где собираются культиваторы, там, возможно, она и сможет что-то разузнать.

……

Цзэн Пэнфэй официально считался погибшим, но ни тела, ни доказательств не было. Тем не менее, чтобы убедить остальных, тот самый мужчина по фамилии Чжао повёл всех к месту, где произошла «трагедия». Там действительно нашли лишь лужу крови и множество следов демонических зверей. Этого оказалось достаточно: все решили, что Цзэн Пэнфэй стал жертвой монстра.

А после его гибели вся ненависть и подозрения обрушились на Ши Ю, которая одновременно с ним исчезла. Все уверились - именно она убила Цзэна ради того, чтобы забрать себе ценнейший земляной линчжи.

В этот момент они повстречали другую группу культиваторов с Восьмого царства. При встрече обе стороны обменялись историями своих приключений. Услышав, что Цзэн Пэнфэй погиб, многие в их рядах искренне выразили сожаление. Но как только в разговоре всплыло, что подозреваемой является Ши Ю, группа с Восьмого царства, особенно та часть, что принадлежала к клану Тан-Тай, тут же оживилась:

— Что вы сказали? Она могла убить его? Расскажите подробнее!

Услышав их живейший интерес, У Ся бросила в их сторону настороженный взгляд. И тут её осенило: это же люди из семьи Тан-Тай. Они с самого начала были недовольны тем, что Ши Ю стала ученицей Старейшины Иллюзий. А теперь, услышав подобные слухи, уж точно не упустят шанса раздуть скандал, добавить перца в каждое слово и опорочить имя Ши Ю как можно сильнее.