Глава 1. Сейчас

Он сделал глубокий вдох, затем выдох.

Похоже, на какое-то время он забыл, что нужно дышать.

На какое-то время?

Как долго тянулось это какое-то время?

Он не помнил. Шум...

Издалека доносится шум. Множество накладывающихся друг на друга звуков.

Издалека?

Нет, наверное не издалека. Звуки будто отдаются эхом в его собственной голове, глубоко внутри. А значит, шум он вовсе не далёкий. Наоборот, близкий. Очень близкий.

Такой близкий, что он не в состоянии его слышать?

Его руки упираются в землю.

Где он?

Не под открытым небом, в каком-то помещении. Но пола нет. Здесь земляной пол.

Между его рук – её лицо. Почему? Странно, но он не помнит, как оказался в этой позе – словно застыл, делая отжимание. Её глаза почти закрыты, губы слегка разомкнуты. Всё её тело словно обмякло.

Но всё же, кажется, что если попытаться заговорить с ней, она ответит. Так почему же он молчит? Это же так просто. Нужно просто позвать её по имени, вот и всё – но он почему-то не может этого сделать.

Почему?

Я... Мне страшно?

Но чего я боюсь?

Не понимаю. Не знаю.

Наверное, лучше просто оставить всё как есть. Я всё равно не пойму.

Да, так лучше.

Просто оставлю её в покое. Да. Так и сделаю.

Почему всё обернулось вот так? Неважно. Соберись. Ты же предводитель, нет? Да, лидер из тебя так себе, но всё же ты лидер. Не время витать в облаках. Не думай о ненужных вещах. Есть то, что нужно делать прямо сейчас – вот этим и занимайся. Раз есть время думать, то думай о первостепенном.

Он встал и посмотрел в стороны входа. Слева на полу сидела Шихору, опираясь спиной на решётки. Она смотрела на него расширенными глазами, её зубы были крепко стиснуты, челюсть дрожала.

Шихору попыталась что-то сказать, но не смогла издать ни звука.

Харухиро склонил голову набок. Что это с ней?

У неё такое странное выражение лица. Словно она увидела что-то ушасное.

– Всё в порядке, – сказал Харухиро, улыбнувшсь. Он выдохнул.

Порядок. Всё в порядке.

В порядке.

В порядке.

В порядке.

Нет, постойте. Сейчас не время заявлять, что всё в порядке. У меня есть дела.

Кстати, а где стилет?

О.

Прямо тут.

Он наклонился за оружием, и в поле его зрения попал труп гуорела. К голове прилила кровь. Ему хотелось колотить по голову уже мёртвого врага, пока та не обратится в кровавое месиво. Убить эту тварь. Убить насмерть.

Но ведь он уже мёртв, этот самец. Ну да. Он мёртв, но есть другие.

Точно. Нужно убивать дальше, так? Убивать их.

Я убью их.

Убью их всех. Верно. Уничтожу всех до последнего.

Да. Точно.

Именно это я должен сейчас делать, так? Убивать их. Убивать их. Убивать их. Убивать их. Убивать их. Убивать. Убивать. Убивать. Убивать. Убивать. Убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать, убивать.

Стой.

Он услышал голос. Её голос.

Когда его взгляд упал на труп гуорела, он увидел и её тоже. Просто попытался не видеть.

Точнее, нет. Он не мог не видеть, но постарался убедить себя, что не видит её.

Не видит её, лежащую прямо перед ним.

Он не хотел видеть.

– А ведь точно...

Сорваться и очертя голову ринуться в бой... Это не его стиль. Обладай он хоть сколько-нибудь выдающимися силами или способностями, то, может, и мог бы забыть про осторожность и рискнуть, но Харухиро, увы, совершенно обычный, средний человек. Он не так уж много может совершить – но то, что может, должен делать как можно лучше. Как всегда. Использовать все доступные средства и найти способ выжить. Забыться в ярости будет самоубийством.

Хотя, это, может, не так и плохо.

Покончить с собой.

Какая разница, что дальше?

Нет.

Она же только что сказала прекратить, разве нет? Значит, так нельзя. Но почему он услышал её голос?

Это ведь невозможно.

Он никак не мог...

Как?.. Да, её голос... Показалось? Просто галлюцинация... Но ведь я отчётливо слышал – хотя и никак не мог... Нет, хватит. Не думай. Бесполезно и бессмысленно. Хватит. Подбери. Подбери стилет. А потом делай то, что нужно... Те дела, которые должен сделать. Делай их.

Он стиснул зубы. Напряг мышцы ног. Сил ещё много, он справится.

Тюрьма. Это тюрьма, где держали Сетору. Снаружи – гуорелы. Мы скрылись внутри, и Юме с Кузаком из последних сил сдерживают поток врагов.

– Шихору, магия! – крикнул он, и попробовал броситься вперёд.

Колено подломилось, он чуть не упал. Харухиро цокнул языком.

Это что? Это что ещё такое?

Тело отказывалось подчинстья. Почему? Хотя, это же очевидно. Он вымотался. Убивал одного гуорелу за другим, и, сам того не замечая, забылся. Потерял слишком много крови, истратил слишком много сил. Вот результат.

Это... Нет... Не думать. Я должен забыть.

Ему всё же удалось побежать – странной, шатающейся походкой. У входа стояла Сетора, она обернулась к нему.

– Хару! – окликнула она, их взгляды встретились. Харухиро, не отвечая, выбежал наружу.

Кузак яростно рубился в двух метрах от входа, размахивал катаной, сопровождая каждый удар коротким боевым кличем. Он, судя по всему, полностью погрузился в схватку и не думал ни очём другом. Его поддерживает только сила воли. Стоит ему остановиться и он рухнет на землю.

Юме двигалась быстро, пригибаясь к земле, отгоняя тех гуорел что пытались приблизиться. У неё, конечно, тоже уже не осталось сил, но в ней не чувствовалось безысходности. Что ж, Юме есть Юме.

Она сражалась стойко и отважно, постоянно меняла позицию слева направо и обратно, пробегая позади Кузака, и поддерживала его как могла. Но ей приходилось слишком много движется. Она не продержится долго.

– Юме! Я возьму тех что слева! – позвал Харухиро.

– Ня!

– У меня ещё остались силы! – добавил он.

Но, по правде говоря, он не был в этом уверен сам. Тем не менее, остаётся лишь рассчитывать что это так. Верить в это и убедить в этом товарищей.

Харухиро взял в левую руку нож с гардой и сместился влево от Кузака. Отбил правую руку тут же ринувшегося на него гуорела и тут же ткнул тварь в лицо стилетом. Махнул ножом, метя в глаза, и враг отпрянул.

Следующий. Сейчас нападёт. Уже нападает.

Харухиро крутанулся, уворачиваясь от мчащегося на него противника.

– Нга! – Кузак рубанул гуорела катаной.

Удар проломил тёмно-коричневую, похожую на хитиновый панцирь шкуру-скорлупу, во все стороны полетели осколки. Ну и силища.

Враг, не выдержав, попятился, но вместо него вперёд бросился следующий. Молодой самец, но даже ему Харухиро проиграл бы в прямой схватке. Вот только отступать всё равно некуда.

Так что вместо того чтобы пятиться или пытаться выдержать атаку Харухиро бросился вперёд сам. Он решил рискнуть, сократить дистанцию и ударить противника в лицо стилетом и ножом до того, как тот сомнёт его.

Харухиро не так силён, как Кузак, и не сможет пробить прочную шкуру гуорела. Его оружие не нанесёт особого урона – но всё же шкура-скорлупа треснет.

Гуорела отступил, за ним возник следующий, и ещё, и ещё... Враги продолжали наседать, но им недоставало слаженности.

Даже людям может оказаться неожиданно трудно одолеть одиночку числом. Кто-то должен схватить врага сзади, другой ударить по лицу, третий в живот – но если нападающие не смогут чётко распределить эти роли, всё пройдёт не так успешно. Даже двоим нападающим на одного может оказаться неожиданно трудно не мешать друг другу. А значит, обороняющемуся нужно заставлять врагов совершать ошибки, мешать им перемещаться. И, разумеется, цель гуорел – Харухиро – прекрасно это осознавала. Он не стоял на месте.

Двигаться.

Он уже не мог двигаться с обычной скоростью.

Неважно. Двигаться.

Он постоянно менял позицию, наносил удары тем врагам, что пытались приблизиться. Нужно просто повторять это снова и снова, пока зватает сил.

Делать это. Просто продолжать сражаться. Скоро Шихору поддержит нас магией. Даже Сетора попробует что-нибудь сделать. Верить в товарищей и сражаться изо всех сил. Продержаться. Это всё, что я могу сделать сейчас.