Глава 65 - Хищные птицы I

Кровавая пустыня, палатка Салаарк. Через час после уничтожения Черной Звезды.

Салаарк ненавидела неожиданных гостей. Править самой большой из трех великих стран, истреблять мерзостей и охранять границы - все это она делала в одиночку.

Из-за этого у нее оставалось мало свободного времени, которое она с удовольствием тратила на личные дела. Новая мода, любовные увлечения, книги, магия, обучение боевым искусствам, покровительство искусству - вот лишь некоторые из ее многочисленных занятий.

В отличие от двух других Стражей, Повелительница Салаарк не отстранилась от человеческого общества. Напротив, она была глубоко вовлечена в него и вела активную деятельность во многих областях. В каком-то смысле она была самой человечной из них троих.

Именно поэтому она ненавидела гостей. Каждая секунда, потраченная на решение чужих проблем, была секундой, потраченной впустую. Вскоре она вернется к своим обязанностям, независимо от того, сколько удовольствия она получила или пропустила.

Ее яростное выражение лица испускало достаточно убийственного намерения, чтобы любой здравомыслящий человек поседел. Однако на ее гостей это никак не повлияло. Тайрис видела ее в гораздо худшем настроении, а волосы Гламуса уже поседели.

Салаарк выглядела потрясающей женщиной лет двадцати пяти. У нее были шелковистые черные волосы длиной до пояса, изумрудные глаза и бронзовый оттенок кожи, такой чистый, что, казалось, он излучает нежное сияние.

Она сидела на своем троне, одетая в огненно-алое одеяние, эквивалент коктейльного платья в Кровавой Пустыне, которое оставляло открытыми ее прекрасные плечи и скрещенные ноги с разрезом сбоку. Пиво в ее правой руке становилось теплее, в то время как еда на тарелке остывала.

— Ты сильно разочаровал меня, Гламус Клейн. Ты не только нарушил мои законы, но и опозорил меня, так еще и прервал мою первую за месяц вечеринку. Что ты можешь сказать в свое оправдание? —

— Он был моим единственным родственником. — Старик заплакал, но его голос оставался твердым. — Я знаю, что не должен был пробуждать его, но я не мог смотреть, как умирает последний из моих родных. —

— Проблема не в этом. — Она встала в гневе, заставив землю задрожать.

— Такой идиот, как Трейус, не смог бы изобрести многофункциональный массив даже за тысячу лет. Он использовал твою библиотеку, чтобы выучить кадурианский язык, твои ресурсы, чтобы установить массив, твои варп-врата, чтобы пересечь границы. Почему ты не остановил его? —

— Он был молод и глуп, мой Повелитель. Я надеялся, что он научится на своих ошибках. Что ужасы Кадурии превратят мальчика в мужчину. В человека, достойного унаследовать мое наследие. —

Гламус был стар даже по меркам Пробужденных. Он потратил столетия на накопление власти и богатств, но с приближением смерти понял, что от него ничего не останется. У него не было ни семьи, ни учеников.

Мир забудет о нем, как только он уйдет из жизни.

— Пожалуйста, пощадите меня, и я буду вашим верным слугой. Мне нужно найти наследника. Я не хочу умирать, не оставив ни единого следа на Могаре. Никто не знает ни моего имени, ни моих достижений. — Он поклонился, прижав голову к полу.

— Молодость - оправдание Трейуса, но каково твое? — ответила Салаарк.

— Из-за тебя Королевство Грифонов теперь узнало об одном из моих массивов. Ты чуть не выпустил проклятый предмет на мои земли, хотя знал, что даже их исследование запрещено законом. Ты не актив, а только обуза. —

В ее глазах вспыхнул свет, и фиолетовое пламя начало пожирать Гламуса. Его тело превратилось в пепел еще до того, как он успел закричать, но одежда и все зачарованные предметы остались нетронутыми.

— Старый дурак. Он знал, что причина, по которой в Кровавой пустыне нет потерянных городов - это я. Я не такая мягкотелая, как вы двое. — сказала она Тайрис.

— Я слежу за определенными материалами, и если я ловлю кого-то на создании проклятого предмета, я убиваю его вместе со всеми, кто к этому причастен. Даже торговцев, которые поставляли им ресурсы. —

— Что будет с его наследием? — спросила Тайрис.

— Я прикажу собрать и изучить его, чтобы узнать, есть ли что-то достойное использования в моих школах магии. Остальное станет частью моей личной коллекции. После того, как ты заберешь свою долю, конечно. —

Тайрис была и пострадавшей стороной, и той, кто схватила виновного. Согласно договорам Стражей, она имела право на половину добычи.

— Что ж, пора возвращаться на вечеринку. Хочешь присоединиться? —

— Нет, спасибо. У меня еще много дел сегодня. — благодарно ответила Тайрис.

— Все еще горюешь после стольких лет? Тебе нужно жить. Если проведешь слишком много времени в одиночестве, это породит отчаяние. Ты видела, как отчаяние приводит к безумию. — Салаарк указала на пепел, запачкавший ковер.

— У ящерицы, по крайней мере, есть его ученица, дочь, неважно, но как насчет тебя? Ты проводишь дни взаперти, в подвале, не имея никаких контактов с внешним миром, кроме этих твоих фальшивых Пробужденных. Когда ты в последний раз веселилась? Тебе нужно отдохнуть! —

— Когда я еще была королевой. — Тайрис вздохнула. Взмах руки превратил ее платье в копию мантии Салаарк, только оно было серебряного цвета.

— Мне нравится твой стиль, сестра. — Салаарк взяла Тайрис за руку и повела ее за собой.

***

Город Белиус, в то же время.

Лит проверил время на своих карманных часах. Это был магический предмет, который он создал, работая ассистентом профессора в академии. Кроме армии и Ассоциации магов, мало кто пользовался часами.

Из-за своей сложной функции часы должны были быть сделаны из серебра и требовали зеленого магического кристалла. Как и любой другой зачарованный предмет, использовать их мог только тот, кто их запечатлел. Из-за материала и зачарования часы стоили немалых денег.

Поэтому они считались слишком дорогими. Простолюдины составляли свое расписание, в то время как дворяне предпочитали солнечные и песочные часы.

«Ровно семь. Будем надеяться, что я не слишкомразоделся и не буду выглядеть слишком вызывающе на ее фоне. Первое впечатление очень важно.» — Лит был одет в бежевое пальто поверх красной рубашки и белых брюк.

Он любил одеваться в темные цвета, особенно в черный. К сожалению, все женщины в его жизни, начиная с матери и заканчивая последней девушкой, сходились во мнении, что в них Лит выглядел как гробовщик. Светлые цвета подчеркивали его карие глаза и оливковую кожу.

Камила уже была там. Она разговаривала с Ксило, хостесом, и, похоже, он был очень веселым парнем, так как Лит слышал ее смех через массивную деревянную дверь.

— Извини, что заставил тебя ждать. Ты давно здесь? — Лит внутренне выругался на явно ненадежные карманные часы.

— Не волнуйся, я пришла пораньше. Ксило рассказывал мне невероятную историю о маге, который был настолько скуп, что корчил рожи, читая меню. —

— Да, забавный парень. — сказал он, пригвоздив Ксило взглядом, обещающим мучительную смерть. Бедный хостес избежал необходимости менять штаны только потому, что когда Камила повернулась к Литу, убийственное намерение исчезло.

— Пойдем, я уже выбрала нам столик. — Она взяла его за руку и потащила в соседнюю комнату.