Глава 1: А это, случаем, не другой мир?

Когда я очнулся, первым, что увидел, был ослепительный свет. Он заполнил всё моё поле зрения, и я прищурился от резкого дискомфорта.

Постепенно глаза привыкли, и я заметил рядом молодую блондинку, склонившуюся надо мной. Красивая девушка… нет, правильнее сказать: красивая женщина!

«Кто же она?»

Рядом с ней стоял мужчина со светло-коричневыми волосами и неловко мне улыбался. С виду он кажется довольно крепким и выглядит своенравно. А мышцы — будто высечены из камня.

Светло-коричневые волосы, своенравная рожа… таких отморозков я обычно избегал, но почему-то сейчас отторжения не почувствовал.

Наверное, всё дело в том, что его волосы были натуральными — мягкого медового оттенка, без всяких окрасок.

— …××…××××… — произнесла женщина, глядя на меня с тёплой улыбкой.

Чего… что она сказала? Разум был как в тумане, звуки доносились приглушённо, и я не понял ни слова. Это точно был не японский.

— …××…×××… — ответил мужчина, расслабленно кивая. Опять ничего не понял.

— …××…××××… — донёсся третий голос откуда-то сбоку. Похоже, рядом находился ещё кто-то, но из-за ограниченного обзора я его не видел.

Я хотел приподняться и спросить, где я и кто они такие, но… Хочу уточнить, что хоть я и был затворником, но разговаривать с людьми умел. По крайней мере на пару слов меня бы точно хватило.

— А-а… Уа-а-а…

Однако почему-то вместо слов из горла вырвался невнятный стон. Тело тоже отказывалось слушаться. Казалось, пальцы и руки поддаются, но подняться не получалось.

— ×…××××… — В этот момент мужчина неожиданно поднял меня на руки.

Серьёзно? Он запросто поднял мои сто килограммов… Может быть, я немного схуднул после того, как несколько недель пролежал в коме?

Вполне вероятно, учитывая ту жуткую аварию. Кто знает, возможно, я даже потерял конечности.

«Прямо ад наяву…» — тогда я думал именно так.

***

Прошёл месяц.

Похоже, я переродился и стал младенцем.

Увидев своё отражение в зеркале, когда меня в очередной раз переносили с места на место, я окончательно в этом убедился. Почему сохранились воспоминания из прошлой жизни — загадка. Но, если честно, жаловаться не приходится.

Перерождение с сохранением памяти о прошлом — кто из нас не фантазировал о подобном?

Но я и подумать не мог, что эти фантазии станут явью…

Судя по всему, первая пара людей, которых я увидел после пробуждения, были моими родителями. На вид им было двадцать с небольшим. Определённо младше меня в моей прошлой жизни. Тридцатичетырёхлетнему мне они казались едва ли не подростками. Как же я завидую: в таком возрасте уже ребёнка заделали.

С первого же дня я понял, что это вовсе не Япония. Язык звучал иначе, лица моих родителей не похожи на японские, а их одежда больше напоминала национальные наряды.

Никакой бытовой техники — вместо неё какая-то женщина в наряде горничной наводила порядок обычной тряпкой. Посуда, мебель и утварь были грубыми, словно сделанными вручную из дерева. Совсем не похоже на современную, развитую страну. Дом освещался не электрическими лампочками, а свечами и масляными лампами.

Конечно, оставалась вероятность, что семья просто очень бедна и не может позволить себе оплату счетов за электричество. Хотя… может так оно и есть?

Раз уж у них была горничная, я решил, что деньги у них вполне водятся, но… она вполне могла оказаться просто родственницей, например, сестрой отца или матери. Тогда её помощь по хозяйству была бы вполне объяснима.

Я, конечно, хотел начать всё с чистого листа, но родиться в семье, где даже на электричество денег не хватает… будущее обещает быть не слишком радужным.

***

Минуло ещё полгода.

Слушая разговоры родителей, я начал понемногу их понимать. Будучи японцем, в школе английский давался мне так себе, но… Видимо, это и впрямь правда: учить новый язык, постоянно находясь в родной среде — гиблое дело. Или, может, у этого тела просто хорошо развит мозг? Или из-за юного возраста я так быстро всё запоминаю?

К этому времени я уже научился ползать на четвереньках. Возможность двигаться — настоящее счастье. Никогда ещё не чувствовал такую радость просто от возможности двигаться.

— Стоит только отвернуться, и он тут же куда-то уползает…

— Самое главное, что он здоров и энергичен. А ведь в самом начале мы переживали больше из-за того, что он совсем не плачет.

— Да он и сейчас почти не плачет…

Так говорили родители, глядя, как я ползаю по всему дому. Ещё бы я плакал из-за того, что голоден. Но вот даже стараясь сдерживаться, я всё равно писаюсь… и не только… так что я просто справлял нужду без всякого стеснения прямо в пелёнки.

Как только начал ползать, я узнал немало нового.

Во-первых, эта семья вполне благополучна. Дом был деревянным, двухэтажным и в нём я насчитал больше пяти комнат, и ещё у семьи есть настоящая горничная.

Поначалу я предполагал, что горничная — кто-то вроде моей тёти, но для члена семьи её отношение к моим новым родителям было слишком уважительным.

Во-вторых, мы живём в глуши. Из окна открывался умиротворяющий сельский пейзаж. Другие дома разбросаны вокруг: по две-три семьи по сторонам от пшеничных полей. Настоящая глухомань. Не видно ни проводов, ни электрических фонарей, ни чего-то похожего. Возможно, тут вообще нет электростанции поблизости.

Я слышал, что в других странах кабели прокладывают под землёй, но даже так, странно, что во всём доме нет электричества. Жить в такой глуши после привычного комфорта цивилизации было тяжеловато. Даже в новом мире мне хотелось бы сесть за компуктер...

Такие мысли занимали меня вплоть до полудня одного дня.

Я, которому было абсолютно нечего делать, кроме как любоваться полями пшеницы, как обычно вскарабкался на стул, выглянул в окно и… обомлел. Мой отец размахивал мечом во дворе.

«Чего?! Что он вытворяет?»

Ну и ну, уже папаша, а бегает с мечом, размахивая им, словно ребёнок. Он что, застрял в своём синдроме восьмиклассника?

«Ах, гадство…»

От неожиданности я соскользнул со стула. Неокрепшими руками я попытался уцепиться за стул, но не сумел удержать тело, и со всего маху рухнул затылком на пол.

— Кья-я!

В тот же момент я услышал крик. Только что выстиранная одежда упала из рук моей матери, и она прижала ладони ко рту, смертельно побледнев.

— Руди!!! С тобой всё в порядке?!

Она в панике подбежала, бережно подняла меня на руки и принялась осматривать. Лишь когда убедилась, что крови нет, моя новая мама облегчённо вздохнула.

— Фух, вроде бы цел…

«Голову после удара лучше не трясти, мадам…» — мысленно упрекнул я.

Судя по её панике, падение вышло весьма опасным. Если упасть прямо на затылок, можно и дураком стать. Хотя, куда уж больше…

Голова прямо-таки гудит от боли. Попытка схватиться за стул, похоже, всё же понизила скорость падения.

Судя по реакции матери и отсутствию особой паники с её стороны, по-видимому, до крови дело не дошло. Скорее всего, простая шишка. Она очень внимательно осматривала мою голову. Выражение её лица обязательно бы изменилось, будь рана серьёзной. В завершение её тёплая ладонь легла мне на лоб…

— На всякий случай… Позволь божественной силе дать обильные всходы и даруй каждому потерявшему силы возможность вновь подняться. «Исцеление!».

Я чуть не расхохотался.

Это что, здешний вариант для присказки: «У сороки боли, у вороны боли»? Или наряду с моим любящим помахать мечом отцом, матушка тоже с прибабахом? Что это за парочка из мечника и священницы?

Но тут же…

Как только я увидел слабое сияние вокруг её ладони, боль мгновенно пропала.

«Э?..»

— Видишь, теперь ничего не болит. Знаешь, мама раньше была довольно известной авантюристкой, — сказала она, явно хвастаясь.

Я был ошарашен. Меч, воин, авантюрист, исцеление, магия, священница… Эти слова вихрем пронеслись в голове.

Что это сейчас было? Что она только что сделала?!

— Что стряслось?

На крик матери отец заглянул в окно. Он весь был в поту после своих упражнений с мечом.

— Представляешь, дорогой, наш Руди взобрался на стул и чуть было серьёзно не покалечился!

— Ну-ну, мальчишки и должны быть такими шустрыми.

Несколько обеспокоенная мать и отец, не считающий произошедшее большим делом и успокаивающий её. Довольно банальное зрелище. Но, видимо, из-за того, что я упал на затылок, мать всё ещё не могла успокоиться.

— Минутку, милый. Ребёнку даже года нет, так что прояви хоть каплю беспокойства!

— Да ладно, детство — это время шишек и синяков, так он только окрепнет. К тому же, даже если поранится, ты всегда сможешь его подлечить.

— Но я действительно волнуюсь! Как только подумаю, что однажды он может пораниться так сильно, что я не смогу его вылечить…

— Отставить переживания.

С этими словами отец заключил нас с матерью в крепкие объятия. Её щёки мгновенно залились румянцем.

— Мы волновались, когда он не заплакал при рождении. Но раз уж он такой непоседа, всё точно будет в порядке… — сказал отец, нежно поцеловав маму

О-о, ну надо же, прям голубки, хе-хе.

После этого они уложили меня в кроватку, а сами поднялись на второй этаж и принялись делать мне братика или сестричку. И пусть они на втором этаже, я всё равно слышу все эти стоны и скрипы, чёртовы любовнички…

«Но всё же… магия…»

***

С того дня я начал внимательно прислушиваться к разговорам родителей и горничной.

Вскоре я заметил, что у них в речи проскакивали куча неизвестных мне слов. Особенно незнакомыми были названия стран, земель и регионов. Все эти имена собственные были мне абсолютно в новинку.

Быть может, это место… нет, теперь я уверен наверняка.

Это не Земля, а какой-то другой мир. Мир мечей и магии.

В этот миг я почувствовал вспышку воодушевления: может, в этом мире и у меня что-то получится?..

Раз уж это мир мечей и магии с иными законами, возможно, я смогу чего-то достичь. Например: жить, как все, прилагать усилия, падать, подниматься вновь и, несмотря ни на что, продолжать идти вперёд, с надеждой взирая на будущее.

В прошлой жизни я умер, охваченный горьким сожалением… Сожалением о своей беспомощности, о потраченных впустую годах, о том, что я ни за что не боролся.

Но теперь, осознав всё это… Обладая знаниями и горьким опытом прошлой жизни, я наверняка сумею.

Прожить жизнь всерьёз, и прожить её нормально.