Глава 3. Бог, живущий на Святой Земле Меча

Часть 1: Бог Меча Джино Блиц

Бог Меча по имени Джино Блиц.

Его считали слабейшим Богом Меча в истории. За всю свою жизнь он ни разу не покидал Святую Землю Меча, и не существовало ни одной легенды о его победах над могущественными противниками. Среди Богов Меча он был наименее известен, и в более поздние времена о нём говорили как о «том, кто стал Богом Меча лишь из-за смены поколений». На самом деле мало кто проверял, был ли он действительно слабейшим, но был один неоспоримый факт: среди всех Богов Меча прошлого он прожил дольше всех.

Джино Блиц родился на Святой Земле Меча. Отец его был Императором Меча, а мать сестрой Бога Меча. Осознанно воспринимать окружающий мир он начал в три года. Самым ранним воспоминанием Джино были взмахи мечом. Маленький Джино держал в руках деревянный меч, а отец показывал ему, как правильно делать взмахи.

Судя по этому воспоминанию, детство Джино было целиком подчинено фехтованию.

Утром он просыпался, бегал и отрабатывал взмахи, после завтрака следовали тренировки, после обеда снова тренировки, а после заката Джино немного отдыхал, затем ужинал, отрабатывал взмахи и ложился спать. Так проходили его дни.

Однако Джино не испытывал особой любви к фехтованию. Хотя он продолжал тренироваться, воспринимая это как само собой разумеющееся, делал он это лишь потому, что того требовали родители. Ни разу он не проявил желания заниматься этим по собственной воле.

В детстве это было ещё ничего. Вокруг Джино были только те, кто занимался фехтованием или занимался им раньше. Другие дети тоже занимались этим как чем-то естественным, а отец, Император Меча, и мать, сестра Бога Меча, хвалили Джино, когда он осваивал новые техники. Даже соседский дедушка, ушедший на покой, одобрительно отзывался о нём, когда видел, как мальчик бегает с деревянным мечом, называя Джино прилежным ребёнком.

В такой атмосфере не возникало никаких сомнений. Фехтование стало для Джино неотъемлемой частью жизни.

Но по мере того, как Джино рос, а его возраст и уровень повышались, всё вокруг менялось. Его отец, Император Меча, который раньше радовался, когда Джино просто брал в руки меч, к тому времени, как сын перешёл на продвинутый уровень, стал строг. «Взмахивай мечом, чтобы стать сильнее противника. Ты ещё слаб, не зазнавайся из-за того, что у тебя есть немного таланта», — учил он Джино и нагружал тренировками ещё суровее, чем раньше.

Взрослые в тренировочном зале, где он провёл детство, поначалу с улыбкой наблюдали за Джино, но когда тот благополучно повысил свой уровень до среднего, затем до продвинутого и стал побеждать их в дуэлях, они начали смотреть на него с откровенной неприязнью.

Примерно с тех пор фехтование перестало быть для Джино чем-то интересным.

Вместе с тем, у него не было других интересов, которым он хотел бы посвятить себя. Возможно, если бы он родился в другой стране, то мечтал бы стать искателем приключений. Но у Джино не возникало мысли «уйти из дома».

Почему?

Потому что родители не учили его этому. Да и нужды в этом не было. До определённого времени Джино не знал, что за пределами Святой Земли Меча простирается другой мир.

Для него Святая Земля Меча и была всем миром. Фехтование стало для него столь же естественным, как дыхание или приём пищи. Поэтому он продолжал заниматься им.

Единственным другом Джино была его подруга детства — Нина, дочь Бога Меча. На Святой Земле Меча только достигшие святого уровня могли войти в главный тренировочный зал. Те, кто обладал продвинутым уровнем и ниже, в том числе и дети, занимались в тренировочном зале рядом с домом. Нина, несмотря на своё происхождение, не была исключением.

Среди детей одного с ним возраста была не только Нина, но лишь она одна владела мечом наравне с Джино. С ней он находил общий язык. Темы разговоров детей на Святой Земле Меча касались в основном фехтования. Но хотя Джино и не любил фехтование, он был своего рода гением, и его теории с детства были несколько экстравагантными. Среди сверстников только Нина могла за ними поспевать.

Нина была признанным лидером среди детей. Она собирала сверстников вокруг себя и занимала среди них особое положение. Причём речь шла не только о детях из её тренировочного зала, Нина выделялась среди всех юных учеников Святой Земли Меча. Её авторитет основывался не только на том, что она была дочерью самого Бога Меча, но и на собственной силе. Среди детей она была сильнейшей в фехтовании. Для воспитанников Святой Земли Меча умение владеть мечом было главным мерилом всего.

В свободное от тренировок время Нина объединила детей и создала тайную организацию, куда входили только дети. Джино стал её заместителем, отчасти благодаря второму месту по силе, но ещё и потому, что лучше других находил общий язык с Ниной.

Нина и Джино. Вероятно, только эти двое видели фехтование в ином свете. Доказательством тому служит то, что среди детей, которые подчинялись Нине, почти никто впоследствии не получил уровень святого или выше.

Эта детская организация просуществовала около пяти лет и исчезла, когда Нина стала Святой Меча. Нина и Джино получили этот титул почти одновременно, и по меркам истории это случилось довольно рано, особенно для Джино — он стал Святым Меча в необычно юном возрасте, всего в двенадцать лет.

Когда это произошло, окружающие восклицали с удивлением: «Он такой молодой?!».

Отец и мать искренне гордились им, но сам Джино не испытывал особой радости. Он просто выполнял то, что от него требовали, и стал мечником. Ничего особенного в этом он не видел, да и понимал, что Нина, которая была на четыре года старше, сильнее него.

Став Святыми Меча, Нина и Джино получили разрешение заниматься в главном тренировочном зале. Однако, ничего в их жизни не изменилось. Каждый день одни и те же тренировки с мечом. Всё было так же, как прежде. Поскольку они были близки по возрасту и мастерству, Джино всегда тренировался с Ниной. Всё было так же, как прежде. Нина, как и раньше, обращалась с Джино, как с младшим братишкой, и таскала его за собой. Всё было так же, как прежде. Вокруг Нины теперь были взрослые мечницы, но она оставалась той же предводительницей. Всё было так же, как прежде.

Единственное, что изменилось, расстояние от дома до тренировочного зала стало больше. Ах да, ещё кое что: у него появилось больше возможностей учиться у отца Нины, Бога Меча Гала Фариона. Его наставления сильно отличались от слов родного отца.

— Размахивай мечом ради себя самого.

Если обобщить его слова, смысл сводился примерно к этому. Отец же за ужином часто повторял что-то вроде: «Размахивой мечом ради силы». Джино смутно улавливал разницу в этих подходах, но не понимал подробностей и не знал, кто из них прав. Ни то, ни другое его не вдохновляло.

В любом случае, если он выполнял заданные упражнения, никто на него не сердился. А если не проигрывал слишком часто в учебных боях, которые время от времени устраивали, никто ничего ему не говорил. После перехода в главный тренировочный зал процент побед снизился, но теперь он сражался со взрослыми, которые были старше его на десять и более лет. Никто не упрекал его за поражения. Перемены были, но… в целом всё оставалось прежним. Так ему казалось.

Настоящая перемена произошла, конечно же, в тот самый день. Когда пришла она — Эрис Грейрат.

★★★

Едва ступив на Святую Землю Меча, Эрис произвела ошеломляющее впечатление. Она мгновенно одолела Джино, а затем и Нину, поразив всех присутствующих своей силой. Тотальное поражение.

Однако для Джино это не стало чем-то необычным — он привык проигрывать. Среди сверстников его считали гением, а вот Нине он уступал постоянно. Впервые его победили столь внезапным ударом, но если бы он сразился с отцом или Богом Меча, результат был бы похожим. Тогда нет никакой разницы — всё одно.

Огорчение, конечно, было, но когда Бог Меча твёрдо сказал: «Джино, ты слишком мягок», а вечером его ещё и отец отчитал, это чувство быстро рассеялось. Он просто усвоил, что, оказывается, можно и так.

Впрочем, усвоил он это настолько, что у него хватило здравого смысла подумать: «В тренировочном зале это вызовет неодобрение, так что воздержусь от таких атак».

В отличии от Джино, сильно изменилась Нина. Её лицо, покрытое синяками, покраснело от обиды, и за весь день она не сказала ни слова. Когда тренировки закончились и она вернулась домой, Нина тихо плакала на заднем дворе. Плача, она продолжала отрабатывать взмахи мечом и, всхлипывая, снова и снова повторяла: «Не прощу, не прощу, не прощу…».

Джино не решался заговорить с ней. Для Нины это, вероятно, было первым поражением от ровесника, и не просто поражением в поединке на мечах. Как Джино узнал позже, она проиграла, даже сражаясь деревянным мечом с железным стержнем. Причём проигрыш оказался особенно тяжёлым: Эрис повалила её на землю, села сверху и долго била, а Нина от страха и боли даже обмочилась.

Это было самое унизительное поражение, какое только можно представить, и она испытала это впервые в жизни.

После этого начались нападки Нины на Эрис. Сначала Нина сговорилась с другими мечницами, чтобы устроить бойкот Эрис. Но у Эрис и в мыслях не было с кем-то дружить, так что попытка провалилась. Эрис искренне, больше других, стремилась к силе и не обращала внимания на внутренние распри Святой Земли Меча. Нину стали игнорировать, и с каждым днём её раздражение только росло. При каждом удобном случае она распространяла слухи об Эрис, иногда даже жаловалась Джино. Джино не нравилось такое поведение Нины. Когда-то, будучи лидером организации, она была более открытой. Даже если кто-то ей не нравился, она не устраивала бойкоты. Даже для Джино, который знал её много лет, Нина того времени казалась неприятным человеком.

Однако всё изменилось в один день. Нина, никому не сказав, куда направляется, вдруг исчезла. Разумеется, никто за неё не беспокоился. Нина, хоть и была не от мира сего и почти не покидала Святую Землю Меча, всё же была Святой Меча. Поговаривали, что под влиянием Эрис она ушла совершенствоваться самостоятельно.

Многие не то что не волновались, а даже восхищались ею. Самому Джино отец сказал:

— Может, и тебе стоит взглянуть на мир за пределами этих стен. Если завалишь какого-нибудь красного дракона, глядишь, и эта твоя вечно расслабленная рожа наконец изменится.

Джино подумал было, что возьмёт и правда уйдёт, но так и не сдвинулся с места. Внешний мир, в котором он никогда не бывал, не вызывал у него особого интереса. Более того, если быть честным, он испытывал перед ним определённый страх.

Большинство взрослых в Святой Земле Меча знали о внешнем мире. Но в лучшем случае они знали лишь о соседних странах или о тех, откуда сами были родом. Немногие могли похвастаться тем, что побывали в разных уголках мира. Иногда они рассказывали о своих похождениях, и почти всегда это были байки о том, кого, где и как они одолели.

Но среди них нашёлся один взрослый, который поведал не о подвигах, а скорее о своих неудачах. Это была Королева Меча — Гислен Дедольдия.

Она рассказала, что, путешествуя по миру как искательница приключений, из-за своей крайней дурости едва не погибла в разных местах.

— В этом мире гибнут даже лучшие мечники. Если не знаешь магии и арифметики, нужно хотя бы уметь читать, иначе долго не проживёшь, — сказала Гислен с серьёзным выражением лица, и Джино поверил ей.

Ведь он, как и большинство детей в Святой Земле Меча, не умел читать и не разбирался ни в магии, ни в арифметике. Всё это его не привлекало, но страх перед опасностями, против которых меч бессилен, был вполне реальным. Поэтому у него и не возникало желания отправиться во внешний мир.

Так или иначе, Джино не стал бросаться за Ниной и продолжил жить своей обычной жизнью.

Нина вернулась примерно через два месяца. Джино попытался расспросить её о путешествии, но она ничего не рассказала. Однако было очевидно, что с ней что-то произошло. С того дня Нина изменилась: она больше не досаждала Эрис и стала гораздо серьёзнее и собраннее на тренировках по фехтованию.

Её общение с другими мечницами постепенно сошло на нет, а высокомерное поведение утихло. Почти всё свободное время она теперь отдавала тренировкам. Тренировки, впрочем, были простыми, она раз за разом скрещивала клинки с Джино в учебных боях. Джино при этом чувствовал себя кем-то вроде её подручного, они бились снова и снова, почти не разговаривая. Только обменивались ударами.

Такие дни тянулись один за другим. И именно тогда Джино начал замечать, что Нина привлекает его. Осознал же он, что влюблён, лишь много лет спустя.

За это время произошло немало всего. Приходил Император Севера Обер, приходила Богиня Воды Рейда. Для Джино всё это не представляло интереса, но для Нины было иначе.

Она, вдохновлённая Эрис, стремительно набирала силу. Джино, тренировавшийся рядом с ней, тоже прогрессировал, словно стараясь не отставать. Но со временем он стал проигрывать ей всё чаще. И раньше ему редко удавалось победить Нину, но теперь такие случаи стали почти исключением. Незаметно для себя он оказался по другую сторону огромной пропасти, разделявшей их. Сам этот факт его не задевал: он и раньше редко выигрывал, и разница в счёте, один к пяти или один к десяти, казалась ему несущественной. Тем не менее, иногда ему казалось, что Нина идёт вперёд, а он остаётся позади.

И вот однажды Бог Меча Гал Фарион позвал к себе троих — Эрис, Нину и Джино. Он задал им вопрос о различиях между Святым Меча, Королём Меча и Императором Меча и потребовал ответа. Джино не знал, что сказать. Нина думала и всё же нашла ответ. Эрис же настаивала на своём, даже когда ей сказали, что она ошиблась.

Бог Меча принял их ответы, а затем велел Нине и Эрис сразиться друг с другом. Он объявил, что победительница станет Королевой Меча.

В итоге победила Эрис, и она получила этот титул, а Нина заплакала.

Глядя на плачущую Нину, Джино почувствовал что-то странное. Пальцы рук сомкнулись в кулаки, губы плотно сжались. Он не понимал, что именно почувствовал. И причину возникновения такого чувства он не знал. Возможно, нервничал. Возможно, сожалел.

Почему он сам не стоял там? Почему у него нет даже права сражаться с ними двоими? Что станется с ним, если всё останется как есть?

Подобные мысли посещали его впервые.

И тут же он кое-что понял. Бог Меча Гал спросил Нину:

— Если бы тебе пришлось выбирать между замужеством с Джино и титулом Королевы Меча, что бы ты выбрала?

Услышав это, он почувствовал, как его лицо заливается краской, и понял, что не может вымолвить ни слова отрицания. Выходит, он действительно любит Нину.

После этого Джино немного изменился. Не в поведении, он по-прежнему выполнял тренировки, которые назначали отец и Бог Меча, и продолжал тренироваться с Ниной. Даже когда Эрис покинула Святую Землю Меча, ничего не изменилось. Разве что бои с Ниной стали сложнее и серьёзнее, чем прежде.

Однако изменилось его отношение к фехтованию. Он стал намного усерднее, чем прежде, начал глубже анализировать каждую тренировку, обдумывать каждый приём и искать новые методы. Результаты не заставили себя ждать, прогресс оказался поразительным. Вскоре Джино почти догнал Нину по мастерству. В этом не было ничего удивительного: у него всегда был талант, а ежедневные тренировки заложили крепкую основу.

Нина тоже изменилась. Став Королевой Меча, она начала часто выбираться в ближайшие сёла и городки, после того, как Эрис покинула Святую Землю Меча. Она охотилась на монстров, давала уроки в тренировочных залах крупных городов. Нина не только совершенствовала собственное мастерство, но и активно делилась опытом с другими.

Джино же, напротив, по-прежнему не вылезал из Святой Земли Меча. Он больше не испытывал страха перед внешним миром, но и стремления выйти за её пределы у него не возникало. Причину он сам не мог объяснить, возможно, её и не было вовсе. А если так, то и поводов уходить не находилось. Даже в отсутствие Нины он прилежно тренировался, порой скрещивая мечи с отцом — Императором Меча.

Однако подняться на следующий уровень никак не получалось. По силе он не был равен отцу. Бог Меча Гал говорил, что звание Короля Меча он получит совсем скоро, но только и всего.

По мастерству он уже догонял отца. То же самое можно было сказать и о Нине. Возможно, до уровня Гислен и Эрис, также носивших титул Королев Меча, ему оставалось совсем немного. Но победить он не мог. Чего-то не хватало, одного последнего шага. Джино это понимал. И, если уж на то пошло, понимал и то, что нужно сделать, чтобы победить.

Но понимание так и не переходило в действие. Он стал смотреть на вещи позитивнее, однако намеренно бросаться в трудности не спешил. Нет, попытки поставить себя в жёсткие условия у него были. Но каждый раз он задавался вопросом: зачем ему терпеть такие муки?

Ответа не находилось, а время шло.

И вот однажды Нина вернулась из поездки на коронацию в королевстве Асура и сказала:

— Слушай, Джино. А может, нам пожениться?

Джино кивнул. Кивнул особо не задумываясь, просто где-то в глубине всегда было ощущение, что рано или поздно он к этому придёт. Нина ему нравилась, да и никаких признаков того, что у неё кто-то есть, не было.

Нина, верная своей стремительной натуре, тут же затащила его к себе в комнату, и всё случилось немедленно. Для обоих это было впервые, и неловкостей хватало, но по крайней мере на целую ночь их увлечённости вполне хватило. Они действительно подходили друг другу.

В вихре головокружительного наслаждения Джино подумал: «Хочу ещё». Пожалуй, это был первый раз в жизни, когда он по-настоящему чего-то сильно захотел.

На следующий день Джино сам повёл Нину к Богу Меча. Именно он повёл её, а не наоборот. Чтобы сообщить о желании пожениться. Для Джино, который редко проявлял инициативу, это было необычно.

— Нет, — ответил Бог Меча без промедления.

Тот, кто никогда не вмешивался в воспитание дочери, впервые сказал «нет». Причина была проста: в глазах Бога Меча Джино не представлял никакого интереса. Ни капли самостоятельности, ни авантюризма, ни амбиций. Просто болванчик, который делает лишь то, что ему велят.

О том, что между ними уже что-то было, Бог Меча ещё не знал. Но насчёт женитьбы он был почти уверен: инициатива исходила от Нины.

Этот Джино сам не желал ничего. Ни к чему не стремился. И при этом — свадьба? Смешно.

Но вместе с тем он подумал: «А ведь это неплохой поворот».

— Если хочешь жениться на моей дочери — сперва одолей меня. Вот тогда и поговорим.

Бог Меча хотел лишь подстегнуть его. Он думал, что, создав препятствие, сможет хоть немного пробудить в Джино рвение.

— !..

Но в ту минуту Джино всё понял. Что-то щёлкнуло внутри, встало на своё место. Вот оно. Вот о чём всегда говорил Бог Меча. Вот чего ему не хватало. Вот что скрывалось за вопросом «зачем?».

Всё оказалось так просто. Туман перед глазами рассеялся. То, что оставалось непонятным на протяжении всей жизни, вдруг стало ясным как день. Он наконец обрёл последнее, то единственное, чего ему не хватало.

Цель.

— Понял! — сказал Джино.

Дальше всё пошло своим чередом.

★★★

Джино полностью изменился, словно стал другим человеком.

Он прекратил все тренировки, которые ему назначали, и больше не занимался вместе с Ниной. Можно было подумать, что он ленился, но это было не так. Джино начал тренироваться в одиночку, и соперник ему больше не был нужен.

В спаррингах с Ниной, в тренировках с отцом, во множестве учебных боях он уже накопил более чем достаточно боевого опыта. Теория победы у него была.

Джино был уверен, что сможет одолеть любого фехтовальщика школы Бога Меча. Он ясно видел путь к победе, но понимал: чтобы пройти его, нужны нечеловеческие усилия, придётся терпеть боль и страдания день за днём.

Вот почему раньше он даже не пытался — у него не было причины. Одного разочарования и недовольства собой было недостаточно, чтобы выдержать всё это. Но теперь всё изменилось. У Джино появилась цель. Он хотел Нину — хотел во что бы то ни стало, даже если это будет стоить ему страданий. Эта цель превратила боль и муки в радость и предвкушение.

Оставалось только довести себя до совершенства, закалить тело, увеличить скорость и силу удара. Без этого его теория так и осталась бы лишь теорией.

Тренировки, занятия, упражнения — как бы их ни называли, ни одно из этих слов не отражало сути происходящего. Если уж подбирать точное определение, то, пожалуй, лучше всего подходит слово «работа».

Джино методично выполнял то, что должен был. День за днём он неукоснительно трудился, формируя своё тело так, чтобы однажды суметь одолеть Бога Меча. Он работал на пределе человеческих возможностей, так, что любой другой давно бы сломался или навредил себе.

Но Джино выдерживал это. Такой дар был ему дан с рождения.

Мотивация, выверенная годами теория, безупречное исполнение и врождённый талант держать всё это под контролем, четыре составляющих слились воедино, и меч Джино был заточен до совершенства.

★★★

Наступил решающий день.

Утром Джино встал, отправился к соседке, своей давней подруге детства, и сделал ей предложение. Они встали друг напротив друга с деревянными мечами в руках. Джино одолел её и сказал:

— Стань моей.

Когда она согласилась, он в одиночку направился к Богу Меча.

Дело было после полудня. В главном зале как раз шли учебные бои, регулярные практические занятия в Святой Земле Меча. Это было и местом, где можно было показать, насколько выросло твоё мастерство, но также разрешалось и вдвоём нападать на более сильного противника.

Именно в такой момент Джино и появился в зале. Как Королю Меча ему полагалось сражаться против двух Святых Меча либо против равной ему Нины, либо вместе с Ниной против Императора Меча.

Но Нины рядом не было. Значит, по обычаю, его противниками должны были стать двое Святых Меча. Но Джино вышел на середину зала и направил деревянный меч прямо на Бога Меча.

На мгновение в зале воцарилась мёртвая тишина.

— Джино! Ты что себе позволяешь?! — первым вскочил на ноги отец Джино, Император Меча — Тимоти Блиц.

Он схватил лежавший рядом деревянный меч и бросился к сыну. Вернее, попытался броситься. Он встал на одно колено, но тут же оно было сломано. В тот же миг рука, сжимавшая меч, с хрустом переломилась, и меч упал на пол.

Глаза Императора Меча Тимоти Блица широко раскрылись от потрясения. К боли он привык, лицо его не дрогнуло. Но холодный пот всё же проступил.

Перед его взором стоял Джино, только что опустивший меч. Джино бросил на отца мимолётный взгляд и снова повернулся к Богу Меча.

— Бог Меча, я пришёл за Ниной, — произнёс он, направив деревянный меч на него, как и прежде.

Бог Меча Гал Фарион посмотрел на этот меч и хищно усмехнулся.

— Ну что ж, попро…

Он не успел договорить, Джино уже ринулся вперёд. Гал двинулся одновременно с ним, оказавшись чуть быстрее.

Он заранее принял стойку: когда пал Император Меча, Гал уже подобрал с пола деревянный меч, приподнялся и принял стойку для нанесения мгновенного удара.

Положение было непростое, но для Гала оно не представляло трудностей. Его называли Богом Меча именно за то, что его скорость превосходила любого противника, независимо от обстоятельств.

Однако на этот раз он не смог опередить Джино.

Джино двигался почти так же быстро, как и Бог Меча. Два деревянных меча, летевших почти с одинаковой скоростью, столкнулись немного ближе к Джино, это означало, что Бог Меча всё же был чуть быстрее и нанёс удар с большей силой.

Именно в этот миг Бог Меча почувствовал что-то неладное. Этот первый обмен ударами был для него почти безупречным. Для школы Бога Меча, девизом которой был: «один удар — смерть», позволить противнику остановить свой клинок — плохой знак. Но был и другой принцип: первым ударом нарушить равновесие противника, вторым — добить наверняка.

До сих пор так и было. Бог Меча Гал Фарион, захватив преимущество первым ударом, никогда не позволит обратить его против себя.

Так он думал. Но меч Джино оказался тяжелее любого другого, что Гал когда-либо ощущал. Стойка Джино не пошатнулась.

Впрочем, и Гал устоял. Ничья.

Впервые за долгое время ничья с первого удара. Удар Гала был глубже, и всё равно ничья. А значит, следующий ход будет другим.

Меч Гала был вытянут до предела, чтобы вернуть его в исходное положение, требовалось время. Меч Джино — другое дело. Отразив удар Гала, он мог тут же вернуться в боевую стойку. Ни тот, ни другой не потеряли равновесия. По времени разница была ничтожной, можно сказать едва уловимой.

Но именно эту крохотную разницу Джино создал собственными руками, это была очень тонкая работа. Решающее преимущество, которое гарантировало победу над Богом Меча Галом Фарионом.

В итоге Гал Фарион так и не успел нанести второй удар. И в тот день Джино получил всё, чего хотел.

★★★

Бог Меча Джино Блиц получил всё, чего желал. А именно — Нину Фарион, ту, что была для него всем. Титул сильнейшего мечника — «Бог Меча», был лишь приятным дополнением.

Говорили, что он так и не покидал Святую Землю Меча до конца своей жизни. Из-за этого среди Богов Меча он был наименее известен, а слухи и вовсе называли его слабейшим Богом Меча за всю историю мира. Даже святые меча, обучавшиеся у предыдущего Бога Меча, относились к нему с пренебрежением.

Но Джино не обращал на это ни малейшего внимания. Слухи не значили для него ровным счётом ничего. Ведь он побеждал всех, кто бросал ему вызов.

Противниками становились те, кто стремился занять место следующего Бога Меча, или же те, кого привлекали слухи о «слабейшем Боге Меча». Джино разбил их всех до единого.

С тех пор как он стал Богом Меча, он не потерпел ни единого поражения. Такова была боевая летопись Джино Блица. Пожалуй, выйди за пределы Святой Земли Меча, он мог бы одолеть таких грозных бойцов, как Богиня Воды Рейда или Бог Смерти Рэндольф.

Но он этого не сделал. Для него Святая Земля Меча и была целым миром. С рождения и до смерти в мире за её пределами не было ничего, что ему было бы нужно.

И всё же, став Богом Меча, он, без сомнения, раздвинул границы своего мира. Потому что к нему потянулись люди, и не только враги, но и те, кто искал дружбы с Богом Меча Джино Блицем.

Они не вызывали его на бои. Одни приходили за наставлениями в фехтовании, другие — по торговым делам.

Рудеус Грейрат тоже был одним из них.

И вот однажды он явился без предупреждения. Рядом с ним была Эрис, Бешеная Королева Меча, с которой у Джино было немало общего.

А вместе с ними пришли Бог Севера Каруман Третий и… Бог Драконов Орстед.

Часть 2: В настоящее время

Я находился в главном тренировочном зале Святой Земли Меча, который, как выяснилось, называли «временным залом».

Справа от меня стоял Алек с добродушной улыбкой на лице. Разумеется, от него не исходило ни капли убийственного намерения. На поясе у него висел двуручный меч, выкованный самим Богом Руды из чёрного камня, который я создал с помощью магии земли. Кажется, в этом клинке не было особой силы, но как и ожидалось от кого-то, кого именуют богом, клинок получился превосходным. Алеку явно пришёлся по душе этот почти двухметровый клинок, и с тех пор он пользовался им постоянно.

А слева от меня стоял Орстед. Его лицо скрывал чёрный шлем, и он молча стоял, не говоря ни слова, словно статуя. Он был столь неподвижен, что на него могла бы усесться муха, но исходящая от Орстеда устрашающая аура была настолько сильной, что даже насекомые не осмеливались приблизиться.

Однако внимание всех остальных в зале было направлено не на меня, не на Алека и даже не на Орстеда. Все как один смотрели на женщину, стоявшую прямо передо мной — Эрис.

Она стояла, сжимая в руке деревянный меч. На её лице отражалась сосредоточенность, но она не излучала особой жажды убийства. Тем не менее было видно, что в руке, сжимавшей деревянный меч, таилась немалая сила.

В центре временного зала Эрис стояла с деревянным мечом, а перед ней на полу лежал один из Святых Меча со сломанным запястьем.

— Сдаюсь… — с досадой произнёс он, поднялся и поклонился.

Не дождавшись ответного поклона от Эрис, Святой Меча направился к краю зала, где у стены выстроился длинный ряд мечников стиля Бога Меча. Судя по всему, их было около двадцати, и каждый из них носил звание Святого Меча. А мир и правда тесен. И всё же столько людей в одном месте…

Чуть поодаль, за спиной Эрис, сидела молодая пара. Возраст мужчины мне был неизвестен, но, по всей видимости, он был примерно моих лет. Хотя, если рассуждать таким образом, не совсем ясно, можно ли назвать его молодым… среди Святых Меча было много тридцати- и сорокалетних, так что он, наверное, относился к молодому поколению.

Он сидел, обнимая за плечи сидящую рядом женщину. На фоне остальных Святых Меча он выглядел крайне расслабленно. И это при том, что прямо перед ним стоял Орстед. Пусть шлем и подавлял проклятие, но всё равно… расслабляться перед самим Орстедом!

Джино Блиц.

Вот что значит Бог Меча. Его уверенная, почти царственная осанка, женщина подле него… даже не верится, что мы одного возраста. По крайней мере, я бы не смог посадить рядом с собой жену и обнимать её за плечи или гладить по пояснице, когда передо мной стоит Орстед. Если бы попробовал, получил бы по лицу, и то от Эрис.

Впрочем, то, как он время от времени тянулся к груди женщины и получал по руке шлепок, вызывало симпатию.

Женщину, кстати, звали Нина. Она была подругой Эрис и, насколько я понял, сейчас она является Императрицей Меча. Однако ничего императорского в ней не чувствовалось. Она радостно прижималась к Джино и время от времени звонко шлёпала мужа по рукам, когда те тянулись к её груди. Казалось, словно мы для них вовсе не существуем. Наверное, именно такие парочки называют «воркующие голубки».

— …

Что ж, позвольте немного объяснить, как мы оказались в столь напряжённой ситуации.

Краткое содержание предыдущих событий!

Привет, ребятки! Меня зовут Рудеус Грейрат, приятно познакомиться! Сегодня мы находимся в самом горячем и крутом туристическом месте Северных Земель — Святой Земле Меча.

Думая о будущем, нам нужно было наладить отношения со школой Бога Меча, да и у Эрис есть своя история с предыдущим Богом Меча. Поэтому решили мы нанести визит вежливости, дабы поставить точку в этом деле. В прошлый раз мне не удалось поприветствовать нынешнего Бога Меча, так что мы прибыли снова.

В составе нашей группы, конечно же, я и Эрис! Насколько я помню, мечники стиля Бога Меча сначала мечом размахивают, а уже потом открывают рот. Поэтому решил по возможности не брать с собой магов. Так же, как и в прошлый раз.

Конечно, какие-то представления о человеческой морали у них есть. Но это посещение отличалось от предыдущего: во время битвы в королевстве Бихейрил мы убили Гала Фариона. А он приходился тестем нынешнему Богу Меча.

И после этого, думаете, мы могли просто прийти и сказать: «Одолжите нам свою силу» и ничего нам не будет?

Ну, в зависимости от обстановки я готов уйти, даже ничего не сказав. В любом случае, неизвестно было, что может произойти, поэтому мы спланировали путешествие вдвоём с Эрис, которая хорошо знала Святую Землю Меча.

…Таков был изначальный план, но внезапно произошёл один сюрприз.

Когда я рассказал о походе в Святую Землю Меча, Орстед, что для него необычно, сказал, что пойдёт со мной. С таким видом, будто у него были какие-то скрытые мысли. Видимо, он опасался того, что я разозлю ненароком Бога Меча. Иными словами он решил пойти с нами в качестве охраны.

В любом случае, причин отказывать не было, поэтому я согласился. В конце концов Орстед — надёжный товарищ.

А когда выяснилось, что со мной идёт Орстед, Алек резко заявил: «Тогда и я пойду».

Алек, да, тот самый парнишка, который любит погеройствовать. Он, как и Клифф из прошлого, прославился своим неумением читать атмосферу!

Честно говоря, я хотел сказать: «Нет, проблемные личности нам не нужны».

Конечно он часто присматривал за Зигом, но это совсем другое дело. Однако господин Орстед сказал: «Делай как хочешь».

В итоге мы отправились в Святую Землю Меча вчетвером: я, Эрис, Орстед и Алек.

И вот, мы тут. Перед нами расстилался спокойный пейзаж, напоминавший деревушку в снегах. Хотя я и побаивался, но уже был здесь раньше, и на этот раз со мной были трое надёжных спутников.

«Неплохой, однако, вид», «Как для деревни тут весьма не дурные клинки», «О, первый местный житель» — вот такие бредовые фразочки всплывали у меня в голове, пока мы не добрались до главного тренировочного зала школы Бога Меча.

Улыбающиеся мечники провели нас в приёмную. Все улыбались, атмосфера была очень мирной. Но почему-то мурашки на спине устроили настоящую дискотеку. Да это от холода, сто пудов! Главное — поприветствовать всех как следует!

И тут один из Святых Меча сказал: «Сначала мы хотели бы увидеть мастерство Бешеной Королевы Меча Эрис, которая победила предыдущего Бога Меча».

Прежде чем я успел осознать происходящее и подумать: «Мы серьёзно начнём с этого?!», нынешний Бог Меча пожал плечами и небрежно бросил: «Делайте что хотите».

И началось побоище.

Улыбающиеся Святые Меча, не переставая ухмыляться, излучали убийственную ауру всем телом и затем бросились на Эрис. Они смеялись, у них были только деревянные мечи, но было видно, что они намерены убить её. Под видом тренировки они пытались забить её насмерть деревянными мечами, и было видно, что они не собираются останавливаться в последний момент.

Впрочем, Эрис, как-никак, Королева Меча. Она не собиралась уступать каким-то там Святым Меча. Она с лёгкостью одолела их одного за другим. С каждым поверженным улыбки исчезали с лиц мечников, сменяясь злобными гримасами. Теперь они даже не скрывали своих убийственных намерений.

Но среди всех этих людей один выглядел совершенно безмятежно. Это был Джино. Даже Нина выглядела слегка обеспокоенной убийственной аурой Святых Меча, а Джино, казалось, плевать на всё происходящее.

Так и сложилась эта напряжённая обстановка!

Я попытался объяснить это, подбадривая себя, но… Ах, живот крутит. Как всё докатилось до этого… Кажется, я оплошал. В такой атмосфере уже ничего не получится. И, видимо, о переговорах можно и вовсе забыть.

Но позвольте мне оправдаться. У меня не было времени их остановить. Всё произошло мгновенно. Ещё до того, как Джино сказал: «Делайте что хотите», Эрис уже как ни в чём не бывало взяла деревянный меч и вышла вперёд, а мечники уже ждали в центре зала. К тому моменту, когда я занял своё место, Эрис уже повалила одного противника.

И не успел я опомниться, как Святые Меча один за другим выходили со словами: «Теперь моя очередь!», «И моя!».

Вы что, лапша соба* какая-то?

[П.П.: Лапша соба (わんこそば, «ванко-соба»), это японский метод подачи лапши маленькими порциями: тебе снова подкладывают новую чашу, пока ты не сдашься.]

Но, кажется, пора всё это прекратить. Святых Меча всего было больше двадцати, и Эрис уже победила более двадцати. Тот, с кем она сражается сейчас, был последним. Значит, скоро её противником станет Бог Меча Джино.

Хотя сейчас он выглядел беззаботным, но когда всех его подчинённых победят, ему придётся вмешаться. И Святые Меча тоже ждали этого момента. Момента, когда Бог Меча встанет и убьёт красноволосую мечницу. Свершит месть тем, кто убил предыдущего Бога Меча. Они словно говорили, что ради этого и предложили поединок, взяв на себя роль разминки.

Честно, я сожалею. Возможно, не стоило сюда приходить. Даже Эрис в бою с Богом Меча не выйдет сухой из воды. И я не думаю, что смогу сражаться с Богом Меча на такой дистанции. Как же я всё-таки благодарен этим двоим. Даже если я не успею среагировать, Орстед и Алек остановят его меч. Эрис, возможно, не отделается лёгкими ранениями, но… если не умрёт, — уже победа. У Эрис наверняка хватит решимости и на такое. В любом случае, я благодарен Орстеду и Алеку, что пошли со мной.

Однако если помешать поединку между Богом Меча и Эрис, то о переговорах можно забыть. Трудно предсказать, что именно произойдёт, однако… было ясно одно: живот крутить будет ещё сильнее.

В любом случае, надо остановить. Как-то направить всё в русло разговора. Это ведь моя задача! Давай, Рудеус! Вперёд, к бою!

— Твою ж… сдаюсь.

И вот сейчас был повержен последний Святой Меча. Как и предыдущий, он держался за больное запястье. Вернее, все держались именно за свои запястья. Различия были только в том, какая из двух рук была больной; Эрис, видимо, решила победить всех одним и тем же приёмом. Из-за этого гнев Святых Меча явно удвоится.

Интересно, следующей против Эрис встанет Нина? Вроде не похоже. Она вообще сидит не двигаясь. У меня некое предчувствие, что Бог Меча двинется первым. И если он начнёт действовать, настанет и мой черёд.

Смотрите внимательно, это называется «перехват инициативы». Когда Бог Меча попытается встать, я, приняв униженный вид, решительно подойду к нему.

«Все битвы были весьма зрелищными, от одного только просмотра в горле пересохло. Давайте сделаем перерыв и выпьем чаю?» — именно с таких слов я и начну.

Хм… а точно ли эти слова подойдут? Не прозвучат ли они провокационно? Лучше будет наверное как-то невзначай похвалить проигравших мечников.

«Ах, как же всё-таки усердно тренируются жители Святой Земли Меча…» — пожалуй, скажу так.

Тогда они смогут оправдаться, как-то в духе: «Ну да, это же была всего лишь тренировка, так что проигрыш — не самое страшное».

Да, вот так! Всё, Бог Меча, я иду! Сейчас же!

Однако Бог Меча не изменился в лице. Нина тоже, похоже, не собиралась вставать.

— Закончили? — беззаботно сказал Бог Меча Джино Блиц в такой напряжённой атмосфере.

Какой же он непринуждённый…

— Ну и? Зачем вы сюда пришли?

Э? Он готов выслушать нас перед боем? Но ведь обладатели стиля Бога Меча так не поступают… и всё же мне это на руку!

Я решительно вышел вперёд:

— Прежде всего я хочу извиниться.

— За что?

— За историю с предыдущим Богом Меча.

Как только я произнёс эти слова, настроение окружающих мечников заметно изменилось, словно говоря: «Вот оно! Противник сам дал нам повод! Давайте, сейчас самое время! Свершим же нашу месть!».

Если бы они были собаками, то, наверное, рычали бы и скалили зубы. Может, стоило использовать более обтекаемую формулировку? Хотя, какая разница? Фактов всё равно не избежать.

Но Бог Меча смотрел на меня озадаченно. Когда на меня смотрят с таким лицом, я и сам теряюсь. Неужели я сказал что-то не то? Я чуть не начал оглядываться по сторонам, в поисках ответа. Впрочем, вскоре он понимающие кивнул.

— А, да, вспомнил, Нина уже давно рассказала мне об этом. Мол, что будет с вами сотрудничать. Ну конечно, если убили отца союзника, то извинения необходимы, — сказал Джино, словно был совершенно отстранённым.

Даже мечники были ошарашены больше меня.

— Но учитель… предыдущий Бог Меча Гал Фарион сам по своей воле вызвал вас на бой, разве не так? Тогда не должны ли, наоборот, мы извиняться? Если это касается всей школы Бога Меча, то соглашение нарушили именно мы. Как с этим быть? Я плохо разбираюсь в таких делах.

«Как с этим быть?», это я хотел бы спросить. Я точно разговариваю с главой школы Бога Меча? Я ожидал встретить кого-то вроде Атофе, с кем невозможно договориться…

Слишком уж он спокойный. Какое-то странное ощущение. Скорее, похоже на разговор с кем-то из школы Бога Севера. Атофе не в счёт.

— Э-э…

Успокойся, сначала ответь на его вопрос.

— Мы с госпожой Ниной и Эрис только обсуждали это, официального договора ещё не было. Мы уже приходили сюда по этому поводу, но нам сказали, что Вы заняты, и мы ушли… Госпожа Нина передала Богу Меча наш разговор… или нет?

— Говорила, но не более.

Нина неопределённо кивнула. На её слова Джино тоже кивнул.

— По крайней мере, я не слышал ничего о «вражде с компанией Бога Драконов Орстеда». Но если был бой… — Глаза Джино сузились. — Это значит, что предыдущий Бог Меча выбрал всё же пойти против вас?

Боевой дух мечников возрос, словно говоря: «Отлично, хорошо сказано! Ну же, давайте возьмёмся за мечи и сразимся, скорее, скорее!».

— Подождите. Успокойтесь, пожалуйста.

Когда я поспешно это сказал, Джино пожал плечами.

— Я что, выгляжу взволнованным?

— Нет, Вы очень спокойны. Но, видите ли, мы пришли извиниться именно для того, чтобы не продолжать вражду с Вами. Враждовать с обладающей мощной силой школой Бога Меча нам невыгодно. Мы хотим завести дружбу с сильными людьми и готовы к этому. К примеру, мы можем сотрудничать в поставках мечей и продовольствия либо в развитии инфраструктуры, ещё в строительстве. С другой стороны, если Вы будете враждовать с нами, всего этого не будет. Это ведь хорошие перспективы, разве не так?

— Ха-а… — Джино вздохнул, выслушав мою тарабарщину.

Возможно, моё объяснение получилось слишком длинным. Если бы я рассчитывал на разговор с Атофе, я бы общался коротко и ясно. Но он не выглядел простофилей, чтобы его можно было переманить на свою сторону, просто предложив мифический алкоголь.

Джино посмотрел на меня и раздражённо произнёс:

— Неужели нужно всё разжёвывать, чтобы до вас дошло? Предыдущий Бог Меча нам ничего не говорил. То есть он сражался с вами не как представитель всей школы Бога Меча, а по своей собственной воле. К нам это не имеет никакого отношения. Поэтому я не собираюсь с вами сражаться. Куда важнее вот это…

И после этих слов Джино притянул Нину к себе и зарылся лицом в её волосы. Нина хоть и покраснела, но приняла эту ласку. Ну и пылкая же вы парочка, но на людях лучше быть осторожнее. Взгляните на ту же Эрис: вся раскраснелась, глаза вытаращены. Скрестила руки, расставила ноги и приняла боевую стойку.

И всё же, если не обращать на это внимания… неужели я и вправду разговариваю с самим Богом Меча? Он как-то слишком разумно отвечает, даже жутковато… Странно. Обычно я представлял высокоранговых мечников школы Бога Меча более агрессивными.

В духе: «Завались! Не неси херни! Ты убил моего отца! Я убью тебя!» — и потом накинулись бы на меня с кулаками.

А, нет, это больше похоже на Атофе и на школу Бога Севера. Но ведь они должны быть похожи, разве нет? А может быть, передо мной сейчас стоит какой-то двойник или какой-нибудь секретарь…

— …

Впрочем, если всё так выходит, то отлично. Правда, жутковато, что человек может так спокойно относиться к убийству родственника… Но если он хорошо обдумал ситуацию и поставил будущее выше эмоций, то это понятно. Наверняка он заранее всё обдумал и решил.

— Если дело обстоит именно так, то давайте заново…

— Постойте! — закричал и вскочил один из Святых Меча.

Покраснев от злости, он указал на нас… точнее, на Орстеда.

— Мы почитали предыдущего Бога Меча! Мы смотрели на его меч, учились у него и стали сильнее! А его убили вот эти! Нашего великого благодетеля убили, и мы должны молчать?! Неужели школа Бога Меча стерпит этот плевок в лицо?!

— Ну так идите и сделайте это. Возьмите настоящие мечи, а я посмотрю, — тут же ответил Джино.

Святой Меча застыл на месте.

— Ч-что?..

— Они, кажется, именно для того и здесь. Бешеная Королева Меча Эрис, Бог Драконов Орстед, Бог Севера Каруман Третий. А сзади Рудеус Грейрат будет поддерживать их магией. Наверняка, даже если вы всей толпой навалитесь, не сможете нанести ни единого удара и поляжете.

— Н-но ведь…

— Ну же, сразитесь с ними, чё вы. О телах я позабочусь и похороны устрою, не переживайте на этот счёт. Правда, не знаю, сохранится ли ваша честь после смерти, но уж точно умрёте довольными.

— …

После этих слов Святой Меча сел. Он сжал кулаки от досады и дрожащим голосом произнёс:

— Н-неужели нам… остаётся только подчиниться им? Без боя, врагам нашего учителя…

— Так если не хочешь, не подчиняйся, ей богу. Я не собираюсь вас ни к чему принуждать, поступайте как хотите. Прямо, как ваши отцы, — сказал раздражённо Джино.

Я бы лично предпочёл, чтобы они сразу смирились, а не копили обиду. Хотя, если смирение стоит им жизни, это будет тяжело.

— К слову, а где Императоры Меча? — вдруг заметила Эрис.

Джино повернулся к ней.

— Они покинули Святую Землю Меча. Видимо, им не понравилось, что я стал Богом Меча.

Видимо, Нину это не касается. Если судить по словам Джино, речь идёт о двух Императорах Меча, прямых учениках предыдущего Бога Меча. И вправду, их здесь не видно.

— Сейчас они наверняка открыли свою школу меча где-нибудь в Асуре, Милисе или в КДК. Впрочем, я бы тоже мог уйти… — сказал Джино, пожав плечами. — Так что, вы пришли только извиниться? Честно говоря, для меня это из разряда «ну спасибо, что пришли».

Всё равно немного жутковато. Я не собираюсь его осуждать, но этот Джино какой-то бесчувственный, слишком уж философски настроенный… в общем, странный тип.

— Нет, разговор будет долгим. Видите ли, сейчас мы сражаемся с неким Хитогами…

Подумав так, я начал подробно рассказывать о борьбе с Хитогами. В любом случае, с Джино, на удивление, можно легко договориться. А если удастся решить всё без боя, это же вообще супер. Чувствую себя немного обманутым в ожиданиях, но это неплохо. Если снять очки предрассудков о Боге Меча, то он довольно понимающий и неплохой молодой человек.

Нужно заручиться его поддержкой, а потом выпить с ним чаю и подружиться. Тогда и это жуткое ощущение наверняка исчезнет.

— Итак, с прицелом на будущее мы хотели бы вновь попросить Вас, чтобы Вы оказали нам поддержку вместе со школой Бога Меча.

— Отказываюсь.

Э? Чё?..

— Сотрудничать не буду.

Святые Меча резко воскликнули: «О!», но и сами выглядели растерянными.

— Значит… Вы встанете на сторону Хитогами?

— Нет. Но и враждовать с вами тоже не собираюсь.

О как?

— То есть… Вы выбираете нейтральную сторону? А можно узнать причину?

— Я хочу хранить заветы своего учителя.

— Заветы?

— Учитель постоянно говорил мне одну вещь: «Становись сильнее ради себя». Честно говоря, я не понимал смысла этих слов. Думаю, никто из присутствующих здесь тоже их не поймёт. Даже мой отец и остальные не понимали. Но когда я захотел получить Нину, до меня наконец дошло, что имел в виду учитель. Меч нужно обнажать ради себя. Исключительно ради достижения своих целей.

Голос Джино, говорившего без остановки, звучал уверенно. В нём была непоколебимая убеждённость, что его слова — истина, и он верил в неё без тени сомнения.

— Поэтому я не могу сотрудничать с вами. Я владею мечом только ради себя. Всё — ради себя. Без исключений.

— Даже если… Ваша семья окажется в опасности, Вы не обнажите свой меч?

— Нет. Если в тот момент я ещё буду любить свою семью, то обнажу.

И тогда Джино впервые посмотрел мне прямо в глаза. Сильный, властный взгляд. Честно говоря, этот взгляд был далёк от того образа, который описывала мне Эрис.

— Это намёк на то, что вы убьёте мою семью в случае отказа?

Весь зал наполнился холодом. Слова Джино одновременно излучали и леденящий холод, и жажду убийства. По всему телу выступил холодный пот. Будь я здесь один, возможно, обмочился бы от страха.

Он является Богом Меча, который в одно мгновение победил предыдущего Бога Меча Гала Фариона. Жутковато, но сейчас он, возможно, входит в пятёрку Семи Великих Мировых Сил. Да, и я это понимал.

— Нет, я понимаю Вас. Я тоже люблю свою семью.

— Вот как, ну и хорошо, — спокойно сказал Джино, и его жажда убийства испарилась.

— Рудеус, Вы, похоже оказались именно таким человеком, каким я Вас представлял по слухам.

— По слухам?

— Что Вы стали подчинённым Бога Драконов ради семьи и снесли с лица земли целую страну.

— Ну… в целом это недалеко от истины. Только вот… я не сносил никакую страну.

— И ещё, у Вас оказалось больше выдержки, чем я думал.

Джино слегка перевёл взгляд. Он посмотрел по обе стороны от меня. Там стояли Эрис и Алек, а также Святые Меча. Все они положили руки на рукояти мечей. Некоторые даже почти обнажили их.

Обернувшись назад, я увидел, что Орстед даже не шелохнулся. Типичный Орстед. Я тоже не двигался, но не скажу же я, что это было потому, что у меня поджилки тряслись от жажды убийства так, что я и шевельнуться не мог.

— А это значит, что Вы заслуживаете моего доверия.

Интересно, как он пришёл к такому выводу?

— Именно потому, что Вы такой человек, я и говорю это спокойно. Я не буду сотрудничать. Мой меч будет обнажаться только ради меня и тех, кого я люблю.

— Ах, понятно…

Я немного понял Джино Блица. Проще говоря, он хотел защищать любимых своими руками, не прибегая к чужой силе. Он не так уж сильно отличается от меня.

Я, увы, не смог этого сделать и обратился за помощью к Орстеду. Но он, вероятно, считал, что справится со всем сам и у него есть для этого силы. Кроме того, он не собирался заниматься ничем другим.

Конечно, он Бог Меча. Даже если он объявит о нейтралитете, враги всё равно придут за ним. Но он, видимо, сам не хотел увеличивать это число.

Правда… почему предыдущий Бог Меча не входил в этот его список «дорогих людей», я не понимал. Хотя нет… всё не так. Предыдущий Бог Меча «жил ради себя и умер ради себя». Поэтому Джино считал неуместным вмешиваться в его смерть и уж тем более обсуждать это.

— Хм…

Убедить его, конечно, будет трудно. Он, видимо, просто замкнулся в себе. Его мнение не изменится, пока мы не прекратим борьбу с Хитогами или пока он сам, как я когда-то, не поймёт, что не может защитить близких своими силами.

Сколько бы я его ни убеждал, это всё равно что толочь воду в ступе. Он уже всё решил.

И раз решил, он не отступит. Достойно для лидера школы Бога Меча.

— Я Вас понял… Тогда, пожалуйста, будьте осторожны, если Хитогами появится в Ваших снах. Чтобы не потерять всё, поверив словам о том, что это ради семьи.

— Хорошо.

Жаль, но… здесь, думаю, стоит отступить. Пока что я выяснил, что он не собирается враждовать и с нами. Союзником он не станет, но и врагом не будет. Узнав, что я за человек, он доверился мне и сказал, что хочет «остаться нейтральным». Это были слова без задней мысли.

Тогда… на этот раз так и оставим.

— Если я умру и произойдёт смена поколений, приходите снова. Это лишь мой личный выбор.

— Так и сделаем.

Я повернулся и взглянул в сторону Орстеда. Выражение лица, скрытое под шлемом, не позволяло понять, о чём он думал.

— Такое положение дел Вас устроит, господин Орстед?

— Угу…

Услышав мой вопрос, Орстед медленно кивнул.

После этого он вылечил раны Святых Меча, и теперь настала очередь Алека проводить тренировку. В данный момент меня усадили на почётное место в зале, и я наблюдал за тем, как Алек продолжал вольные бои со Святыми Меча.

Хотя в руках Святых Меча были деревянные мечи, в их взмахах явно чувствовалась жажда убийства. Может думают, что если случайно убьют Алека во время тренировки, то никто ничего и не возразит. Но, к сожалению для них, Алек легко отбивался от каждого удара.

Впрочем, поскольку это самые настоящие Святые Меча или же из-за того, что Алек расслабился, иногда кто-то из них всё же попадал по нему, используя Меч Света.

Но в конце концов они бились лишь деревянными мечами. В момент попадания Мечом Света он ломался с треском, а Алек не получал никакого урона.

Порой, боевой дух кажется мне каким-то читерством.

Однако, деревянные мечи в Святой Земле Меча довольно странные. Похоже, в сердцевину деревянного меча вставлено что-то вроде железа. Наверное, чтобы вес был похож на настоящий меч. Не будь боевого духа, при неудачном попадании можно было бы и умереть…

А, так вот почему здесь только Святые Меча. Вроде бы боевой дух могут использовать только те, кто выше продвинутого уровня.

— Кстати, господин Орстед… почему Вы на этот раз решили нас сопровождать? — спросил я шепётом у сидевшего рядом Орстеда.

— Хотел посмотреть на Джино Блица.

— То есть понять, чем он отличается от обычного?

— Да.

Джино, как всегда, держал рядом с собой Нину и молча наблюдал за ходом тренировок. Рядом с Ниной сидела Эрис. Кажется, она о чём-то разговаривала с Ниной.

Судя по тому, что то и дело слышалось имя Гала Фариона, вероятно, они говорили о последних днях предыдущего Бога Меча.

— И что Вы думаете? — спросил я.

— Он не изменился. Всё так же прямолинеен, упрям и живёт только ради себя.

— Вот как.

— В молодости Джино был нестабильным человеком. Тогда его могли бы соблазнить слова Хитогами. Но судя по его нынешнему виду, можно не беспокоиться и оставить всё как есть.

— Понятно.

Нейтралитет, непереходящий во вражду. В каком-то смысле это означало, что для нас он союзник. И вряд ли он станет апостолом. Он не станет действовать, думая о будущем, но и другие страны не все энергично нам помогают. Важно то, что он не станет апостолом Хитогами.

Хотим мы того или нет, но он может оказаться в стане врагов… Но если начать об этом думать, конца не будет паранойи.

— Всё, я сдаюсь!..

Раздался глухой удар, и один из Святых Меча упал на пол зала.

— Теперь моя очередь! — тут же воскликнул следующий Святой Меча.

Но… совсем скоро я заметил, что все Святые Меча либо сидели на полу, либо уже лежали без сознания. Полный разгром Святых Меча (во второй раз за день). Что и говорить, таков уж Бог Севера Каруман Третий.

— …

В зале воцарилась тишина.

— И вот… в конце он сказал: «Как же это здорово — быть сильным, живя свободно», — вдруг тихо прозвучал голос Эрис.

Она, удивившись, что её голос прозвучал так громко, подняла голову. Тут же она поджала губы и одним лишь угрожающим взглядом разогнала собравшихся было Святых Меча. Они опустили головы и с досадой заворчали. Их взгляды то и дело скользили в сторону Джино.

Слышались голоса в духе: «Заставляет учеников сражаться», «Он что, вообще не думает о чести школы Бога Меча?». Джино, как всегда, с невозмутимым видом пропускал всё мимо ушей. Возможно, для него это было в порядке вещей.

— Господин Бог Меча, не желаете ли присоединиться к тренировке?.. — воспользовавшись тем, что Джино никак не реагировал, спросил один из Святых Меча.

Это был тот самый парень, который первым бросился на Алека и был многократно им повержен, на лице у него остались большие синяки. Он же ранее выкрикнул: «Постойте!».

— Я пас, — ответил Джино.

— Почему?!

— А с чего я должен присоединяться? Это вы хотели, чтобы они провели с вами тренировку, вот я и обратился к ним с просьбой. Если вы закончили, то на этом всё, разве нет?

Лицо Святого Меча исказилось. Он задрожал от злости и не в силах сдержаться закричал:

— При предыдущем Боге Меча было лучше! Он по-настоящему защищал честь школы Бога Меча! Он не позволял таким ребятам, как они, задирать нос! Теперь понятно, почему Императоры Меча покинули это место! Хотя ты Бог Меча, ты не показываешь нам примера! Все свои тренировки проводишь в одиночку, а в зале каждый день держишь при себе женщину и только любовничаешь с ней! То же самое было бы, если бы пришли враги и сказали подчиниться им! Если бы ты только проглотил то, что они враги, и покорился бы им, это ещё куда ни шло! Но ты просто неопределённо заявляешь о нейтралитете! И это потому, что не хочешь наживать врагов? Что ты вообще за человек! Для чего ты вообще нужен как Бог Меча, а?!

В зале воцарилась мёртвая тишина.

Выражение лица Джино не изменилось. Как и прежде, он выглядел беззаботно. Можно было бы сказать, что на нём застыло выражение: «Чего он вообще несёт?». Мужчина же, видимо, понял, что хватил лишнего, и слегка побледнел.

— Мой меч — это мой меч. Даже если я выиграю, это не будет вашей победой, и ваша честь не будет защищена, — тихо сказал Джино. — Я победил предыдущего Бога Меча, потому что хотел быть с Ниной. Поэтому я здесь. Я не собирался защищать чью-то честь или приглядывать за вами. Если вы недовольны — проваливайте. Я могу и не быть Богом Меча, но если я передам свой титул, вы ведь вышвырнете меня, верно? Уйти для меня не проблема, но сейчас неподходящее для этого время. Мой ребёнок ещё слишком мал для переездов.

— Э… — издали Святые Меча и вновь опустили головы.

Казалось, от них исходил немой крик: «Да не в этом дело, почему вы не понимаете?».

В воздухе повисла неприятная атмосфера. Бог Меча и его ученики. Отношения у них явно не складывались. Джино тоже ещё молод. Если не уладить это дело как следует, можно нажить врагов внутри школы.

— Почему бы не показать им пример, раз уж просят?

Тишину нарушила Нина. Она, до этого опиравшаяся на Джино, выпрямилась и села на коленях.

— Я тоже хочу посмотреть, как ты сражаешься.

— Хорошо. Раз уж Нина просит, — сказал Джино и легко встал на ноги.

Словно его прежняя неподвижность была ложью… Неужто он подкаблучник? И вообще, можно ли назвать такие отношения стабильными? Мне, наоборот, кажется, что здесь всё шатко. Ну и ладно, надеюсь, всё будет в порядке.

— Эрис, не хочешь присоединиться? Джино стал сильнее.

— Поняла…

Нина обратилась к Эрис, и та тоже встала с места. Посмотрев на меня, она что-то бросила в мою сторону. Поймав на лету, я понял, что это был её меч. Магический меч «Горлорез». Меч, которым пользовался предыдущий Бог Меча.

Джино и Эрис вышли в центр зала. Там стоял Алек и пожал плечами.

— Ну, и кто начнёт?

— Конечно же слабейшая, — сказала Эрис, оттолкнув Алека.

Тот кивнул, словно давая своё согласие, и вернулся к нам. На нём не было ни капли пота. Видел ли я его когда-нибудь вспотевшим… А, нет, видел, в королевстве Бихейрил. Он был весь мокрый.

— Здешние люди безнадёжны… — тихо сказал он, садясь рядом со мной. — Им выпал великолепный шанс сразиться с тем, кто сильнее, но они не хотят учиться.

— Это я и сам заметил.

— Правда? Люди у бабушки гораздо лучше.

В личной гвардии Атофе всё иначе. Там нужно учиться, иначе умрёшь, поэтому приходится становиться сильнее. Размышляя об этом, я посмотрел на зал.

Эрис уже держала деревянный меч наготове. Как всегда, привычная верхняя стойка. Атакующая позиция. Бог Меча Джино, напротив, держал меч у пояса. Такая стойка напоминала мне о Гислен. Но по сравнению с ней он был удивительно спокоен. Гислен, принимая стойку, всё равно помахивала хвостом, и в ней чувствовалась свирепость хищника, выбирающего момент для атаки. Стойка же Джино была пустой. Как и Орстед ранее, он замер, словно само время остановилось. Ни единой бреши.

— …

Эрис медленно сократила дистанцию. Противник — Бог Меча. Если бы не недавний разговор, я бы сильно волновался. Даже если получит удар, вряд ли умрёт. Всё ведь будет в порядке? На всякий случай активирую Глаз Предвидения. Хотя даже с ним я вряд ли увижу траекторию меча… Если удар придётся в жизненно важное место, Орстед ведь успеет остановить бой вовремя?..

— Эрис, вам сигнал к началу не нужен, верно?

— Да, — кивнула она.

И в тот же миг всё закончилось.

«Эрис ломают ведущую руку, и она опускается на одно колено».

«Деревянный меч Эрис взлетает в воздух, ударяется о стену зала и со стуком падает на пол».

Это всё, что показал мой глаз. И ровно через секунду это стало реальностью.

— …

Мне показалось, что Эрис двинулась первой. Едва прозвучало её «да», как кончик деревянного меча превратился в размытый след. Но в итоге Эрис проиграла.

Видимо, проиграла в скорости и получила сломанную ведущую руку. Нет, не только руку.

Присмотревшись, я заметил, что большой палец на ноге Эрис вывернут в неестественную сторону. Два удара. Значит, это была серия атак?

Сломали руку и палец на ноге. Но Эрис не остановилась. Такая мелочь её не остановит. С хищной улыбкой на лице она собиралась бросится вперёд на оставшейся здоровой ноге… или так я подумал, но она внезапно расслабилась.

Эрис сдалась.

— Достаточно.

По залу прозвучал голос Орстеда. После этих слов из зала послышались возгласы: «О-о!» и «Блестяще!». Но они были редкими. И голоса звучали как-то растерянно что ли.

— Что произошло? Он отразил первый удар?

— Первый удар был направлен ей в лодыжку. Она не смогла полностью уйти, и зацепило большой палец…

— А второй удар?

Среди толпы Святых Меча послышались подобные слова. Бой завершился или нет, понять сложно, ибо их движения были слишком уж стремительными. Но результат был очевиден. Эрис, покрывшись холодным потом, рухнула на пол, а Бог Меча стоял, безвольно опустив деревянный меч.

Сами попросили показать пример, а когда показали, даже не смогли понять, что произошло. В таком случае пример теряет всякий смысл.

Святые Меча, то ли от досады, то ли от обиды, застыли с каменными лицами. Но в то же время в воздухе чувствовалось и облегчение. Наверное, решили, что честь школы Бога Меча наконец сохранена. Если этот бой успокоил их самолюбие, то и для меня это было только на руку.

— Как и следовало ожидать от господина Бога Меча! Первый удар был нацелен на лодыжку выступающей ноги. Но траектория меча пролегала по кратчайшему расстоянию от лодыжки до запястья. И если удастся поразить лодыжку — хорошо, если противник уклонится — тоже неплохо. В любом случае первый удар задержится ровно настолько, чтобы контратака в запястье точно попала в цель. Такая техника возможна при абсолютной уверенности в собственной скорости меча, — громко произнёс Алек.

Настолько громко, что даже Святые Меча это услышали. На его слова они закивали с пониманием.

Хм… Я понял, спасибо за разъяснения, комментатор Алек.

Алек сидел с невозмутимым видом, но в его взгляде на Джино читался лёгкий упрёк. Мол, раз ты учитель, то объясни сам.

— Раньше бы Эрис даже в таком состоянии бросилась на врага.

— Если бы сейчас был подходящий момент для упрямства, я бы так и сделала.

— Вот как. Да уж, такова настоящая Эрис, — кивнул Джино, слегка улыбнувшись.

Тогда и Эрис тихонько рассмеялась. Однако на её лбу выступил холодный пот. Она не из тех женщин, что станут хныкать из-за сломанных костей, но боль есть боль. Я тут же встал и подбежал к ней.

— Ты в порядке?

— Да… Быстрее используй магию исцеления. И не распускай руки, понял? Мы же на людях.

— Угу.

Я тут же начал читать магию исцеления и восстановил кости Эрис. Поскольку меня заранее предупредили, я не протягивал руки к груди или к попке.

Хоть это и был учебный бой, удар оказался настолько сильным, что сломал ей кости. Страшно подумать, что было бы, если бы он попал ей в голову или шею. Впрочем, с нами Орстед, так что пока голова не отделится от туловища, всё должно быть в порядке…

Но всё же, этот Бог Меча, как и его предшественник… его клинок совершенно не виден для глаз. Не хотелось бы, чтобы он стал моим врагом.

— Ну как?

— Потрясающе… Обидно, но, видимо, мне его не одолеть, — ответила Эрис.

Я вообще-то спрашивал о самочувствии, ну да ладно. Она действительно выглядит расстроенной, раз её губы были обиженно сжаты в нитку. Даже родив двоих детей, Эрис серьёзно занималась фехтованием. Если подумать… нет, наверное, ей было просто обидно проигрывать. Так было всегда. Она из тех, кто не любит проигрывать.

— Тогда я попробую.

Когда я вернулся вместе с Эрис, Алек с воодушевлённым лицом поднялся на ноги. Внезапно он обернулся к Орстеду.

— Господин Орстед… Вы не против?

— Не возражаю. Делай что хочешь.

Разрешение Орстеда значит, что можно разгромить Джино? Если Алек его победит, возможно, порядок в списке Семи Великих Мировых Сил изменится.

Джино Блиц объявил о нейтралитете. Сейчас, после поражения Эрис, Святые Меча тоже поумерили свой пыл и самолюбие. Святая Земля Меча сохранит нейтральную позицию. Но если Бог Меча потерпит поражение, дело примет другой оборот.

Сам Джино — это одно, но большинство обитателей Святой Земли Меча вполне могут стать нашими врагами. Что же делать… может, стоит их остановить?.. Нет… лучше промолчу. Орстед сам сказал, что не возражает. Мне остаётся только думать о том, как уладить последствия.

— Начнём, — сказал Алек и выступил вперёд.

Хоть это и учебный бой на деревянных мечах, но это всё же бой Бога Севера против Бога Меча. Не будет преувеличением назвать это битвой представителей Семи Великих Мировых Сил.

Нынешний седьмой среди них был лишь как украшение.

Кто же победит? Всё-таки Алек имеет преимущество в опыте. Бог Меча, хоть и победил своего предшественника, ещё молод и неопытен. К тому же у Алека, наверное, есть своя гордость как у Бога Севера Карумана Третьего. Да и траекторию ударов Бога Меча он, похоже, разглядел.

— …

Алек встал в среднюю стойку, Джино же снова держит меч у пояса. Кто же нанёсет удар первым? Обычно первыми всегда атакуют представители школы Бога Меча, а представители школы Бога Севера принимают удар.

Но тут возможен и обратный вариант.

— !..

Первый двинулся Алек.

На этот раз я вижу. Из средней стойки пошёл удар без замаха. Однако Джино превзошел его по скорости и взмахнул мечом первым. Он выхватил клинок, целясь в кончик выпада, и лишь слегка отклонил острие… Это было всё, что я успел разглядеть.

В следующий миг деревянный меч Джино исчез. Затем я увидел, как сломалась левая рука Алека. Одновременно с этим Алек отступил на шаг назад, а на полу зала образовалась чёрная линия. Вероятней всего, он выполнил ту же комбинированную атаку, которой раньше победил Эрис. Только порядок другой: сначала по запястью, потом по ноге.

Алек снова принял стойку с деревянным мечом, несмотря на сломанную руку. Рука, которая казалась сломанной, почти мгновенно зажила.

Видимо, заслуга его крови. И после этого в его глазах загорелся боевой дух, словно говоря: «Сейчас ты познаешь истинную силу Бога Севера».

Но Джино просто наступал, атакуя с невероятной силой. Каждый раз, когда Джино взмахивал мечом, у Алека ломалась рука или нога. Переломы, похоже, заживали сразу же, так что он не терял боеспособность. Но и только. Джино не позволил Алеку перейти в наступление. Возможно, Алек что-то пытался предпринять против этого, но всем было очевидно: его усилия недостаточны против такого противника…

— Сдаюсь…

В конце концов Алек опустил меч. Ран на нём не было, но одежда превратилась в лохмотья, а кончик деревянного меча был весь в щепках. Джино же остался невредим, лишь слегка вспотел… Это было сокрушительное превосходство.

Я и не думал, что разница будет настолько велика. Ведь Алек тоже очень силён… Сейчас, в этот момент, у Джино была сила уровня Семи Великих Мировых Сил. Хотя он и так уже один из них.

— И всё же, Вы очень сильны. Благодаря Вам я понял, что есть люди и сильнее меня.

— Что Вы. У Вас была только одна рука, и неизвестно, чем бы всё закончилось в настоящем бою.

— Будь у Вас настоящий меч, я бы уже давно лежал разорванный на кусочки.

Алек признал поражение без лишних слов. Джино принял стойку мгновенного удара с деревянным мечом без ножен — и вот результат.

С настоящим мечом скорость была бы ещё выше, и разрыв тем самым увеличился бы в разы.

— Ну что ж…

Алек с деревянным мечом в руке вернулся к нам. Несмотря на поражение, он был спокоен. Выглядел конечно немного расстроенным, но… он не истерил, как тогда в королевстве Бихейрил.

Наверное, и он тоже меняется.

— Э?..

Внезапно я заметил, что все взгляды в зале были обращены на меня. Джино тоже, хоть бой уже закончился, всё ещё стоял в центре зала, смотря на меня.

— Седьмой из Великих Мировых Сил…

— Неужели мы увидим битву между двумя из Великих Мировых Сил!

— Конечно, Бог Меча не может проиграть, и всё же…

— Возможно, мы увидим и технику Бога Драконов Орстеда!

Послышался шёпот Святых Меча.

Чё? Э? Вы о чём?

— Господин Рудеус! Покажите им мощь своей Магической Брони, с которой победили меня!

После того как Алек шепнул мне на ухо, я поспешно произнёс заготовленные слова:

— Что ж, жители Святой Земли Меча поистине усердны в тренировках! Но солнце уже садится, и я проголодался! Давайте на этом и закончим!

В итоге всех постигло разочарование. Так закончилось моё знакомство со Святой Землёй Меча. Среди Святых Меча я стал известен как трус, но мне плевать.

Святая Земля Меча… нет, Джино Блиц будет хранить нейтралитет до самой смерти. И меня это вполне устраивало.

Часть 3: Нина Блиц

В тот день Рудеус и его спутники остались в Святой Земле Меча. Им выделили комнату в главном зале, где они должны были провести ночь. Однако Эрис пригласили на ночёвку в дом Нины. Эрис планировала остаться вместе со всеми, но та очень настойчиво просила её остаться у себя. Дом Нины, по сути, являлся домом Джино Блица.

Когда Эрис сказала Рудеусу, что собирается переночевать отдельно, он встревожился и мягко попытался её отговорить. Причиной его беспокойства было поведение Святых Меча. После гибели Гала они были явно на взводе, и Рудеус, похоже, это почувствовал.

Но, насколько помнила Эрис, атмосфера в Святой Земле Меча всегда была такой. Большинство мечников здесь хотели только казаться сильными, а не быть таковыми. Хотя никто из них не опустился бы до того, чтобы напасть из засады на более сильного противника за пределами зала. На такое была способна разве что прежняя Эрис.

Так или иначе, она оставила Рудеуса с остальными в зале и одна отправилась в дом Блицев.

Дом оказался неподалёку от главного зала и был небольшим. Казалось, жилище совершенно не подходило статусу Бога Меча.

— Ну же, проходи. Джино сейчас на тренировке, так что вернётся не скоро.

— П-простите за беспокойство, — напряжённо Эрис шагнула за порог.

Если задуматься, это, пожалуй, был первый раз в её жизни, когда она пришла в гости к подруге. С Изольте из столицы королевства Асура они виделись каждый раз, когда Эрис бывала там, но в гости к ней она не заходила. Иногда они встречались в зале, который прилегал к дому Изольте, но это вряд ли можно было назвать настоящим визитом в гости.

— С возвращением!

Напряжение Эрис разрядили внезапные звонкие детские голоса. Из глубины дома с топотом выбежали двое детей.

— Мама! С возвращением!

— Мама! Добло позяловат!

Один из них — бойкий мальчуган с деревянным мечом в правой руке и широкой улыбкой на лице. Вторая — совсем маленькая девочка, семенившая за братом.

Добежав до прихожей, они заметили Эрис и замерли с испуганными лицами.

— Это мой сын Нэлл и дочка Джилл. Дети, знакомьтесь, это Эрис — мамина подруга.

— Я… я Эрис. Рада познакомиться.

Нина представила её как подругу, и Эрис, поджав губы, слегка кивнула. Услышав её имя, Нэлл удивлённо распахнул глаза.

— Красные волосы! Неужели та самая Бешеная Королева Меча Эрис?!

— Кясные-е-е! — восторженно повторила Джилл за братом, не совсем понимая, что происходит, но явно заинтересовавшись.

С сияющими глазами она приблизилась к Эрис. Похоже, красные волосы были для неё в диковинку. Джилл потянулась к вьющимся волосам Эрис, но Нина успела взять девочку на руки.

— А ну-ка!

— А-а-а, кя-я-ясные-е-е! — недовольно запищала Джилл и начала брыкаться.

Нэлл, глядя на сестру, всполошился.

— Джилл, нельзя так! Это же Бешеная Королева Меча! Дотронешься — и она тебя съест!

— Ам-ням? — испуганно уставилась на Эрис Джилл, и та невольно улыбнулась.

Эти двое чем-то напомнили ей Арса и Зига несколькими годами ранее.

— Никого я не ем.

— Ты так говоришь, чтобы усыпить бдительность, а потом ка-а-а-ак съешь? — сказала уже Нина.

Поймав на себе её недоверчивый взгляд, Эрис нахмурилась и недовольно поджала губы. Увидев такую реакцию, Нина рассмеялась и протянула ей девочку.

— Да шучу я. Хочешь подержать?

— Угу, — сказала Эрис и осторожно взяла Джилл на руки.

Та поначалу оставалась испуганной, но, заметив, что Эрис держит её увереннее, чем собственная мать, тут же успокоилась. Она схватила её красные волосы и, радостно смеясь, сунула их в рот со словами: «Кясные-е-е, кьясиво!».

— А ну стой, Джилл! Нельзя! Не ешь! Выплюнь!

— У-у…

Нина отругала её, и Джилл выплюнула волосы изо рта. Всё-таки, несмотря на красивый цвет, волосы не могут быть вкусными, а эти ещё и липкими оказались.

— Похоже, меня саму и съели, — рассмеялась Эрис и погладила Джилл по голове.

Нина смотрела на неё с удивлением.

«Надо же, та самая Эрис…», — подумала она. Хотя Нина уже видела нечто подобное во время поездки в королевство Асура. Эрис и сама стала матерью, и такое поведение ей вполне под стать.

— Раз поняла, что невкусно, больше не ешь, ладно?

— Дя…

Как только Эрис опустила её на пол, девочка вприпрыжку умчалась вглубь дома.

— Меня зовут Нэлл Блиц! — тут же, словно сменив сестрёнку, вперёд шагнул Нэлл. Он опустился на одно колено и поклонился. — Уважаемая Бешеная Королева Меча! Это и вправду Вы?! Для меня огромная честь встретиться с Вами!

— Я Эрис Грейрат… и не нужно так кланяться.

— Что Вы! Я… я… с давних пор…

Нэлл смотрел на Эрис снизу вверх, и его глаза блестели от восторга. На лице застыло нетерпеливое выражение, он прям порывался что-то сказать.

— Так, всё, притормози. Нэлл, сколько можно держать Эрис на пороге? Поболтаешь с ней после ужина, — осадила Нина, положив руку на голову сына, и энергично взъерошила ему волосы.

— Ла-адно… — насупился Нэлл, опустив взгляд.

Ему очень хотелось поговорить с Эрис ещё немного. А ещё уговорить её на тренировочный спарринг… Вот только мама наверняка запретит. Так происходило всегда. Даже когда в Святую Землю Меча приходили именитые мечники, Нина никогда не позволяла Нэллу с ними видеться.

Оставив расстроенного мальчишку, Эрис наконец прошла внутрь дома.

— Все так изменились…

После ужина Эрис отдыхала в гостиной и болтала с Ниной. Джино с ними не было. Поужинав, он ушёл с детьми в другую комнату. Судя по доносившемуся детскому смеху, они там играли.

— Я и представить не могла, что всё сложится именно так.

Нина, Эрис и Джино.

Из них троих Джино всегда казался самым слабым. Он махал мечом с вечно недовольным лицом и не смог толком ответить на вопрос Бога Меча. А теперь он был женат на Нине и достиг такого уровня в фехтовании, что смог победить Эрис одним ударом.

Эта мысль не давала Эрис покоя. Гал поведал ей об этом, но увидеть Джино лично оказалось совсем другим делом, его словно подменили.

— Нина, а ты ведь в зале даже меч в руки не взяла.

Нина тоже хороша.

Когда-то она так отчаянно стремилась стать сильнее, а теперь просто наблюдала за поединком со стороны и позволяла Джино творить всё, что ему вздумается. От прежней Нины такого было не ожидать.

— Просто я жду ещё одного ребёнка, — произнесла Нина, поглаживая живот.

Снаружи почти незаметно, но если присмотреться, можно увидеть, что живот и правда чуть округлился.

— Джино предлагал, чтобы я именовала себя Императрицей Меча, но, наверное, мне пора оставить это дело.

— И тебя это устраивает? — выпалила Эрис, глядя на горько усмехающуюся Нину.

Нина опустила глаза, но на лице всё равно оставалось довольное выражение.

— Да… меня всё устраивает. Иногда меня гложет, что я не продолжила путь мечницы. Но, как ни странно, глубоких сожалений я не испытываю. Наверное, мой путь завершился в тот день, когда я проиграла Джино.

— Проиграла?

— Да. Перед тем, как Джино бросил вызов Богу Меча, он сказал: «Если я выиграю, ты станешь моей». Мы честно сразились, и я проиграла.

— Красивое, однако, предложение руки и сердца.

— Правда?

Нина вспомнила тот день и тихонько хихикнула.

До того дня она мечтала стать сильнейшей мечницей в мире: Богиней Меча. Но всё рухнуло в одно мгновение. Джино оказался настолько силён, что одним ударом закончил бой, словно насмехаясь над всеми её прежними усилиями. Совсем как сегодня с Эрис…

Возможно, будь на его месте кто-то другой, всё сложилось бы иначе. Не тот мальчишка, которого она с детства гоняла на побегушках. Тогда она, может, и поднялась бы снова — в слезах, но с мечом в руках, как когда-то после поражения от Эрис.

Но… её противником был Джино. Он стал сильнее лишь ради того, чтобы жениться на ней. И вот, победив её, он отправился прямиком к Богу Меча Галу Фариону и одержал верх. Вернувшись к Нине с титулом Бога Меча, он страстно припал к её губам, а затем повалил навзничь. В тот день она стала его женщиной.

Нина понимала: чтобы стать Богиней Меча, нужны были не только упорство и талант, но и нечто большее. Даже если соединить оба качества, это не гарантирует успеха.

До того судьбоносного дня Джино, словно ведомый Ниной, прилагал примерно столько же усилий, сколько и она. И имея такую основу, он приложил усилия, от которых тошнишь кровью, и превзошёл Нину. В итоге он достиг своего, став настоящим Богом Меча.

Поэтому Нина считала, что Джино должен получить соответствующую награду. По меркам Гала Фариона «награда» — это право делать что хочешь.

Бог Меча волен жить по своим правилам.

Вот почему она хранила молчание, даже когда Джино вёл себя вызывающе. Да, у неё были свои мысли, слова тоже вертелись на языке, и если бы она высказалась, Джино бы послушался. Но у Нины было стойкое ощущение: стоит ей вмешаться — и муж ослабнет.

Мешать тому, кто стал воплощением её собственной мечты, Нина не могла. Как бы то ни было, она оставила путь меча и решила посвятить себя кое-чему другому. А именно: воспитанию детей. И на удивление, её это устраивало.

— А как насчёт тебя, Эрис? Тебя всё устраивает?

— Вполне.

— Даже несмотря на то, что у твоего Рудеуса есть ещё две жены?

— И что с того? Это в порядке вещей. Мой отец взял в жёны только маму, зато дедушка имел дело со многими женщинами. Да и у отца Рудеуса тоже было две жены.

— Я, конечно, не последовательница Милиса, но… представить себе, как моего любимого делят между собой ещё несколько женщин… не могу.

Конечно, и у Эрис бывали моменты недовольства.

Иногда она задумывалась о том, что бы было, будь она единственной женой Рудеуса. Наверняка это было бы счастьем. С утра до ночи они были бы лишь вдвоём без посторонних. Но именно в этом и крылась загвоздка — лишь вдвоём. И если сравнить это с нынешним составом семьи Грейрат… как бы оно выглядело?

Дом без Сильфи и Рокси, а значит, и без Люси, Лары, Зига и Лили. Арс и Крис, конечно были бы, а вместо других детей, возможно, у неё с Рудеусом появилось бы больше своих. Но представить себе детей лучше, чем нынешние, было невозможно. Именно потому, что она знала, как живёт сейчас, ей было трудно ощущать себя обделённой.

После тренировок, когда она покрывалась потом, кто-то обязательно подавал ей полотенце. Когда она собиралась принять ванну, ей подсовывали перемазанную в грязи Лару, мол заодно искупай и её. Выходя из ванной с чистой дочкой, она находила уже приготовленное бельё и одежду. Всё было устроено так, что никто не навязывался и не раздражал, но можно было без стеснения поручить друг другу какие-то домашние обязанности.

Сильфи и Рокси… представить себе жизнь без них Эрис уже не могла. Да и сама жизнь теперь была наполнена событиями.

Наблюдать за тем, как растут дети, было для Эрис источником радости и умиротворения. Вскоре она собиралась начать обучать их фехтованию всерьёз. Люси проявляла больший интерес к магии, Лара пока не сделала свой выбор, что было вполне естественно для её возраста, а вот Арсу и Зигу меч казался особенно привлекательным. Зиг даже начал осваивать стиль Бога Севера. Мысли о том, как им преподавать и как они будут взрослеть, наполняли Эрис счастьем.

— Всё-таки, ты изменилась, Эрис.

— Пожалуй…

— Прежняя ты пинками разогнала бы детей.

— Как грубо! Я бы не стала пинать детей!

— Ты и сама раньше была похожа на ребёнка, а теперь по-настоящему заботишься о них.

— Ну да. Я ж двоих родила.

— А третьего хочешь?

— Ну… мне детей уже хватает.

— А в другом смысле? — спросила Нина, и Эрис залилась румянцем.

— Н-ну… в другом смысле… мне бы ещё хотелось, наверное… — искренне призналась Эрис.

Вот только это тяжелое и сковывающее чувство во время беременности ей совершенно не нравилось.

— Как бы то ни было, с тобой теперь стало гораздо проще и приятнее общаться.

— Мне тоже нравится нынешняя Нина. Раньше с тобой было столько мороки…

— Ну ещё бы.

Раньше Нина была, как колючка.

Она мнила себя лучшей из лучших и считала, что с теми, кто ниже неё по статусу, можно вообще не церемониться. Эта спесь полностью выветрилась во многом благодаря общению с Эрис, но и замужество за Джино наверняка сыграло немалую роль.

— Ах да… к слову, Изольте тоже вышла замуж. Слышала?

Эрис внезапно вспомнила ещё об одной их подруге. Изольте Круэл — ныне она носила титул Богини Воды Рейды и возглавляла школу стиля Бога Воды.

— Да, мне приходило письмо с приглашением на свадьбу. Правда, я была беременна тогда, поэтому не смогла поехать.

— Значит, о том, что она родила, ты не знаешь?

— Впервые слышу… Мальчик или девочка?

— Девочка. Она жаловалась, что, будучи Богиней Воды, не может позволить себе родить много детей, и ей жаль, что не получилось подарить мужу наследника.

— Тяжело… кажется, её муж ведь Император Севера? Он не был зол тем, что у них родилась дочь?

— Дога не такой. Он хороший человек, — произнесла Эрис, перебирая воспоминания.

Если задуматься, больше всех о свадьбе Изольте и Доги говорил, пожалуй, именно Рудеус. Он глубоко доверял Доге, ведь тот однажды спас ему жизнь в битве за королевство Бихейрил — это был человек, которому Рудеус был обязан многим. Когда он узнал, что прямодушный, честный и доверчивый Дога собирается жениться на весьма требовательной к внешности Изольте, он незаметно навёл о ней справки: не преследует ли она корыстных целей, не склонна ли к изменам. И это при том, что Изольте, вообще-то, тоже тогда ему помогла…

Как бы то ни было, этот простодушный Дога, заслуживший такое огромное доверие Рудеуса, просто не мог расстроиться из-за рождения дочери.

Когда Эрис видела его в последний раз, он счастливо улыбался, посадив на плечи дочку, внешне так похожую на мать. По слухам, он по собственной инициативе взял на себя и стирку, и уборку, и уход за ребёнком. Даже Эрис, которая сама почти не занималась домашними делами, тогда не выдержала и спросила: «Изольте, может, тебе тоже стоит хоть что-то делать по дому?».

И она никак не могла забыть, как в тот момент Изольте смущённо отвела взгляд и пробормотала: «Он справляется лучше меня…».

— Вот бы теперь наши дети подружились и помогали друг другу становиться лучше, — сказала Нина.

Эрис в ответ кивнула.

— Хм, а знаешь, можно было бы отправить их учиться к нам в Университет магии.

— Всё это, конечно, звучит заманчиво… Вот только Джино никогда не отпустит их на учёбу. Он из тех людей, кто хочет держать любимых всегда рядом с собой.

— Тогда дети всю жизнь просидят в Святой Земле Меча, не высунув носа.

— Когда придёт время, они наверняка сами сбегут, хи-хи, — засмеялась Нина на слова Эрис.

В самом деле, с прежней Эрис такой разговор был бы просто немыслим.

— М? — Эрис вдруг почувствовала чьё-то присутствие и обернулась.

У входа в гостиную стоял Нэлл. В руках он держал книгу. Встретившись с Эрис взглядом, он, словно приняв решение, решительно зашагал к ней.

— Э-эм! Уважаемая Бешеная Королева Меча!

— Что такое?..

— В-вы ведь знакомы с ним?! — выпалил он и протянул ей книгу.

На обложке была надпись: «Приключения племени спердов». Эрис прекрасно знала эту книгу. Её написала Норн, издал Рудеус, а продавали Заноба и Айша.

— Ты про Руиджерда? Или про автора книги: Норн?

— Норн… погодите, Вы и с автором знакомы?! А, ну да, фамилия-то у вас двоих одна!..

— Норн — моя золовка и младшая сестра Рудеуса.

— Того самого Рудеуса Болотного, седьмого из Семи Великих Мировых Сил?! Известного так же, как Правая Рука Бога Драконов, Король Магии Рудеус!

— Верно. А ты хорошо осведомлён.

— Мама рассказывала мне о племени спердов и про Вас! А ещё я слышал от бардов истории про Болотного и про Бешеную Королеву Меча! Вы такие невероятные, я всегда мечтал встретиться с вами хотя бы разок!

Нэлл смотрел на Эрис снизу вверх сияющими глазами. Для него она была героиней легенд, о которой барды слагали песни. Настоящей, живой легендой. В отличие от своего отца, Джино, Нэлл был полон интереса к внешнему миру. Он мечтал однажды отправиться в путешествие и сам стать героем, о котором будут слагать баллады. Такова была его заветная мечта.

— Вот как, это большая честь для меня, — уголки губ Эрис невольно изогнулись в улыбку, но, не желая разрушать мечты мальчика, она сдержалась и серьёзно кивнула.

В эту секунду она попыталась скопировать невозмутимое лицо Рокси.

— Рудеус и Орстед тоже здесь, так что загляни к ним перед нашим отъездом. И Бог Севера Каруман Третий тоже тут.

— Правда?! — Нэлл едва не подпрыгнул от радости.

Седьмой и второй среди сильнейших мира. И знаменитый Каруман из «Героической саги Бога Севера». Существа, равные или превосходящие по силе его собственного отца, обладавшего чудовищной мощью. Нэлл и представить не мог, что в самый обычный день ему доведётся встретить таких великих личностей.

— Э-э…

С этими словами Нэлл спрятал книгу за спину и неловко замялся на месте.

— Уважаемая Бешеная Королева Меча, Вы ведь обошли весь мир?

— Да, я побывала на Демоническом континенте, на континенте Милис и дошла до края Центрального континента. На Небесном континенте тоже была. Только на Бегарите мне ни разу не довелось побывать.

— А не могли бы Вы… рассказать мне о своих приключениях?

— О моих? Не о приключениях Рудеуса?

— Да, я хочу послушать именно Ваши истории!

Эрис кивнула, не в силах сдержать довольную улыбку.

В этот момент она вспомнила, как в детстве обожала слушать подобные истории, постоянно уговаривая Гислен поделиться рассказами о её приключениях. Но тогда Эрис и представить не могла, что когда-нибудь сама станет тем, кто рассказывает такие истории.

Хотя Арс и Зиг нередко просили её об этом, и Зиг до сих пор с удовольствием слушал её старые воспоминания, сейчас всё ощущалось иначе. Это было уже не просто повествование матери, рассказывающей детям сказку перед сном, а скорее рассказ героя, которого почитают. Хотя Эрис не до конца осознавала это, ей почему-то было приятно.

— Ну, хорошо… расскажу тебе, как нас перенесло на Демонический континент, — с энтузиазмом начала она, погружаясь в прошлое.

Нина, глядя на неё, почувствовала, как на губах сама собой появляется улыбка.

— И правда, так изменилась…

Изменилась она сама, изменилась и Эрис.

Теперь их вряд ли можно было назвать соперницами, помогающими друг другу стать сильнее, но Нине казалось, что они с Эрис стали даже ближе, чем раньше. Во время их первой встречи она была уверена, что они ни за что не смогут поладить. Даже когда Эрис стала Королевой Меча и покинула Святую Землю Меча, Нина хоть и испытывала к ней определённое уважение, но вряд ли могла назвать её близкой подругой.

Но теперь всё стало иначе. Благоговения стало меньше, но при этом появилось совершенно новое чувство. Она давно не виделась с Изольте, но Нина подумала, что при встрече она, возможно, испытала бы то же самое. Для Нины, у которой с самого детства почти не было настоящих подруг, это ощущение было тёплым и в новинку.

— Эрис.

— …И тут Руиджерд ни с того ни с сего убивает того похитителя питомцев… Что?

— Давай как-нибудь вместе с детьми съездим к Изольте?

Услышав это, Эрис удивлённо моргнула, а затем кивнула.

— Договорились.

Джино стал Богом Меча и сильно изменился. С таким Богом Меча и сама Святая Земля Меча, вероятно, будет меняться всё сильнее с каждым днём. Было ясно, что нынешнее положение дел не сохранится надолго.

Возможно, Джино неожиданно легко потерпит поражение от кого-то другого. Такова судьба тех, кто живёт лишь мечом. Жизнь мечников — всегда висела на волоске.

Однако эта дружба, скорее всего, устоит перед любыми испытаниями времени. Ведь сама Нина больше не была мечницей.

Именно так она тогда и подумала.