Глава 1989.
Совершенствоваться — означало идти против воли небес.
Совершенствующимися назывались люди, которые преодолевали ограничения таланта, которыми их наградили небеса, и бросали вызов естественному порядку вещей. Они даже могли продлить свою жизнь, но нарушение естественного порядка приводило к тому, что их поражал небесный меч. Явление, когда небеса низвергали молнии, чтобы похоронить грехи людей, осмелившихся отступить от небесного повеления, получило название Громовой Скорби.
На время удара молнии влияла первоначальная судьба культиватора — другими словами, его продолжительность жизни.
К примеру, культиватора в области очистки Ци, который если бы остался смертным, то умер бы в возрасте 60 лет, в 60 лет поражал гром. Многие культиваторы без труда переживали эту первую волну Громовой Скорби. Однако другие не могли противостоять второй волне Громовой Скорби, которая приходила 30 лет спустя, и в конечном итоге сгорали заживо. Затем, во время третьей волны Громовой Скорби, которая приходила спустя ещё 30 лет, большинство культиваторов не могли её выдержать и погибали.
Так происходило потому, что с течением времени Громовая Скорбь становилась только сильнее, поэтому самым безопасным способом для культиватора пережить Громовую Скорбь было увеличение своего царства. Каждый раз, когда его царство увеличивалось, Громовая Скорбь сбрасывалась.
В случае перехода от «очистки Ци» к «строительству фундамента» первая Громовая Скорбь наступала только через период времени, эквивалентный удвоенной естественной продолжительности жизни человека.
Предположим, что время, эквивалентное удвоенной естественной продолжительности жизни, составляет 120 лет. Тогда вторая, третья и четвёртая Громовые Скорби будут приходить каждые 60 лет.. и так далее, по мере возрастания царства культиватора. Но каждый раз применялась одна и та же формула.
Чтобы пережить эти невзгоды, совершенствующемуся необходимо было постоянно становиться сильнее, наращивая своё развитие. К слову, бессмертным тоже приходилось проходить этот путь, причём истинные и золотые бессмертные страдали от Громовых Скорбей каждые десять тысяч лет.
Существовало множество бессмертных, которые обрели вечную жизнь, но умерли, потому что не смогли вынести эти испытания. Это можно было бы объяснить тем, что бессмертному было намного сложнее увеличить своё царство, чем обычному культиватору, ведь для бессмертного практически невозможно расширить своё царство до того, как наступит третья или четвертая Громовая Скорбь.
По сути, они должны были быть готовы пройти более семи подобных испытаний, если только им не удастся бросить окончательный вызов небесам и достичь царства великого бессмертного, где они будут освобождены от Громовой Скорби.
Стать бессмертным означало, что смерть неизбежна, вот почему Чжан Хуэй откладывал своё вознесение. Из нескольких источников он узнал, что в среднем мире существует ряд особых веществ, помогающих предотвратить Громовые Скорби, и он не собирался становиться бессмертным, пока не соберет их все и не превратит в сокровища.
Однако ценность Сокровища Супер-галактики 2-ого порядка была настолько велика, что это заставило его передумать. В конечном итоге он вознёсся, потому что хотел побыстрее сразиться с владельцем Сокровищ Супер-галактики.
«Я зря теряю время».
С момента становления бессмертным для него была важна каждая минута и каждая секунда, а его главным приоритетом было как можно быстрее найти владельца этого конкретного Сокровища Супер-галактики.
Поняв, что энергия Хаята сильно ослаблена взрывами, он принял решение. И вот, появились сотни новых бусин, которые раскрасили окрестности в самые разные цвета.
— Пришло время тебе умереть.
Пространство исказилось там, где взорвались бусины, и сотни чёрных пустот поглотили окрестности. Однако в почерневшем мире расцвели снежинки, как цветы… Повсюду распространилась чистая белая энергия, одну за другой заполняя трещины в тёмном пространстве.
— Эм…?
Чжан Хуэй нахмурился. Космические трещины вызвали вторичный взрыв, и вся территория оказалась на грани уничтожения. Однако гравитационное притяжение, создаваемое белой энергией, остановило расширение космических трещин и не позволило им взорваться.
И прежде, чем к культиватору пришло осознание произошедшего, мир покрылся уже знакомой белой энергией.
— Поскольку драконы обладают громадными размерами, диапазон моей энергии также обязательно увеличивается, — сказал Хаят.
Это был своего рода способ объяснить произошедшее.
Последовал взрыв, и словно скопление копий, энергия Убийцы Драконов распространилась, наполнив собой воздух. Чжан Хуэй вообще не видел способа спастись, поэтому достал небольшое сокровище в форме крепости и наполнил его духовной энергией.
Крепость быстро увеличилась в размерах и появилась перед Чжан Хуэем, но множество копий без труда охватили её со всех сторон. Они ворвались внутрь, и казалось, что они никогда не остановятся.
Такой оказалась сила крупномасштабной атаки, в которой использовалась энергия Убийцы Драконов. Совершенная атака, созданная для охоты на древних драконов, представляла угрозу даже для бессмертного. Несмотря на то, что Хаят потерял неотъемлемое преимущество энергии Убийцы Драконов, которое заключалось в её особой эффективности в сражении против драконов, он всё ещё оставался Абсолютом.
«А он сильный».
Стоя в разрушающейся крепости, Чжан Хуэй в удивлении цокнул языком. Две серии последовательных взрывов сильно ослабили энергию Хаята, и было очевидно, что он серьёзно ранен, но всё же ему удалось провести угрожающую контратаку против бессмертного. Это стало доказательством того, что белая энергия, которой он так искусно манипулировал, была чем-то невероятно мощным даже по меркам мира совершенствования.
Конечно, просто глядя на то, как она оттянула окружающее искажённое пространство, а затем восстановила его, можно было сказать, что эту энергию нельзя недооценивать.
Наконец крепость рухнула, а множественные белые копья теперь сталкивались со щитом Чжан Хуэя. Тут культиватор заметил, что его духовная энергия быстро убывает, и принял смелое решение.
— Я думаю, тебя называют Убийцей Драконов…
Дракон являлся существом, глубоко уважаемым в мире совершенствования, а некоторые секты даже поклонялись драконам, как богам. К тому же, как доказала первая женщина-культиватор, которую убил Грид, концепция Четырёх Волшебных Зверей также существовала в мире культивирования.
Ку-ра-ра-ра-ра-ра!
Вокруг них раздался крик гротескного зверя, и прежде чем превратиться в чешую дракона, щит Чжан Хуэя стал гораздо толще. При этом десятки вновь появившихся бусин приняли форму голов дракона.
— Попробуй справиться с этим.
Дракон символизировал силу и тайну, поэтому большинство техник культиваторов были вдохновлены их поклонением драконам. Итак, чем выше был ранг техники, тем больше силы дракона она содержала.
Демоническое Искусство Головы Дракона, которое изучил Чжан Хуэй, служило ярким тому примером. Это мистическое искусство создавало десятки драконов, которые преследовали цели и пожирали их, при этом ни один культиватор никогда не выживал, будучи атакованным Демоническим Искусством Головы Дракона.
И вот, бусины превратились в головы драконов и ярко замерцали. В одно мгновение они добрались до Хаята и укусили его.
— …?
Чжан Хуэй слегка улыбался, но эта улыбка длилась лишь мгновение. Он увидел, что на его щите, который после превращения в чешую дракона стал толще и твёрже, появились трещины.
«Почему?»
Культиватор нашёл это скорее абсурдным, чем удивительным.
Став бессмертным, он, конечно, подвергался множеству ограничений, потому как спустился в нижний мир вместо того, чтобы оставаться в верхнем мире, но всё же он был намного более могущественным, чем когда оставался простым культиватором.
Хуже того, он сделал драконий щит и защитил себя им. Чжан Хуэй думал, что так он остаётся в безопасности, однако теперь на щите появились трещины. Белая энергия, которая всё ещё формировала копья, медленно, но верно разрушала его щит. По какой-то неведомой причине копья внезапно показались ему ещё сильнее.
Тем временем Хаят посмотрел на щит так, будто также не мог в это поверить, ведь он уже разрубил десятки драконьих голов, злобно нападавших на него. Затем он подошёл к Чжан Хуэю.
— Что заставило тебя желать смерти? — спросил он культиватора.
У Чжан Хуэя началась мигрень. Крики меча Убийцы Драконов стали ещё отчетливее, и более того, белое сияние меча мешало ему видеть.
Невозможно, чтобы белый меч был таким устрашающим, но он действительно почувствовал страх.
Итак, Хаят направил меч Убийцы Драконов в голову Чжан Хуэя. Культиватор был сбит с толку и не понимал, что происходит: драконий щит был полон трещин и, наконец, разбился от одного удара Хаята.
Ярко-красная кровь хлынула из ран Чжан Хуэя.
Конечно, бессмертный не мог так легко умереть, и Чжан Хуэй отступил назад как раз перед тем, как лезвие, уже вонзившееся в его череп, успело разрезать мозг.
Он едва выжил.
— Твоя сила подчиняется закону этого мира.
Глазами, переполненными ненавистью, Чжан Хуэй уставился на меч Убийцы Драконов. Да, это был меч, который убивал драконов, и у культиватора возникло смутное представление, почему он вдруг стал настолько могущественным. Чжан Хуэй совершил серьёзную ошибку, однако у него не было времени тратить силы на сожаления.
Свернув Демоническое Искусство Головы Дракона, он снова призвал сотни бусинок. Бусины вращались со скоростью света, создавая огромную бурю и охватывая ею Хаята. После такого Хаят точно должен был умереть, однако с ним всё было в порядке, а буря из бусин так и не смогла пробить окутывающую его белую энергию.
— Что?
Чжан Хуэй изо всех сил старался сохранить самообладание, но теперь его начала бить дрожь. Он понимал, что Демоническое Искусство Головы Дракона неэффективно против этого врага и не может нанести такой большой урон, как обычно, но он понятия не имел, что этот его козырь также будет признан бессильным.
— Энергия Убийцы Драконов узнала в тебе дракона, — сказал Хаят. — Удивительно, что ты можешь называть себя драконом, несмотря на то, что ты человек.
— То, что ты говоришь, не имеет смысла.
Хаят относился к бессмертному как к человеку, а Чжан Хуэй относился к Убийце Драконов как к обычному смертному. В итоге два Абсолюта совершенно не понимали друг друга. Так произошло потому, что они пришли из совершенно разных миров, и эти два существа никогда не смогли бы сосуществовать в одном мире, и они оба это прекрасно осознавали.
— Я поднялся, чтобы заполучить Сокровище Супер-галактики, но в итоге мне стал угрожать простой смертный. В это невозможно поверить.
— Я изо всех сил пытался защитить мир от великих врагов, называемых драконами, и не могу допустить, чтобы миру угрожали другие люди.
Их столкновение превратилось в противостояние трансцендентных сил и могуществ. В начале битвы Хаят находился в невыгодном положении, но теперь, благодаря энергии Убийцы Драконов, узнавшей в Чжан Хуэе дракона, это было не так.
Ранее Хаят был настолько силён, что даже два древних дракона не захотели с ним сражаться. А теперь Хаят разобрался с бессмертным, который на данном этапе оказался просто «дикой картой, неспособной дать отпор».
***
В то же время в другой Крепости Полнолуния.
— Что за монстр…?
Мир, Джессика, Зибал и Кац прибыли в сопровождении восьмидесяти других членов Вооружённых до зубов. Среди основных подразделений особенно сильным считалось подразделение Зибала, но теперь оно, похоже, попало в беду.
Зибал и его отряд убили культиваторов, охранявших Крепость Полнолуния, и ждали прибытия дополнительных войск, но на них напал бессмертный. Даже Мир, который после череды сражений с культиваторами полностью пробудил свой потенциал, не смог ему противостоять.
Шёпот от Лауэля:
— Хаят и Бибан отбыли в экспедицию, поэтому мы не можем послать никаких других подкреплений. Плюс, эта конкретная крепость находится очень далеко. Пожалуйста, убедись, что Мир и Джессика смогут сбежать первыми.
Зибал прислушался к совету Лауэля, хотя в его голосе слышалась нотка нервозности.
Поскольку отряд Зибала считался особенно сильным, они отвечали за дальние экспедиции и имели возможность самостоятельно сражаться с неожиданными и могущественными врагами.
Однако они столкнулись не только с могущественным врагом… это было намного хуже.
Итак, Зибал выиграл время, настроив свою полуразрушенную магическую машину на самоуничтожение, и схватил Мира и Джессику за запястья. Он уже собирался бежать, когда внезапно остановился, как вкопанный — над ним парил человек с длинной бородой по имени Ду Бээрён.
Даже подвергнувшись теракту от «смертника» Рейдера, выглядел он вполне нормально.
— Ты подозрительно силён, — сказал культиватор. — Я убью тебя первым.
Энергия самозащиты Зибала, образовавшаяся после активации его защитных навыков, рассеялась, как пепел на ветру.
Ду Бээрён лениво провел пальцем по лбу Зибала, и все подумали, что голова последнего взорвётся, как арбуз.
Внезапно огромное копьё света упало с неба и спасло Зибала. Это было Распад, символическое заклинание Брахама. Люди поняли, что прибыло мощное подкрепление, и их лица просветлели.
Но именно Ду Бээрён выглядел счастливее всех остальных.
Поместив над головой парящий горшок, он заблокировал копьё света, и принялся внимательно вглядываться вдаль на черноволосого мужчину, который приближался с молниеносной скоростью.
— Грид?
Только сейчас Вооружённые до зубов поняли, что это Грид пришёл им на помощь, и замерли в замешательстве.
Тем временем Ду Бээрён смеялся от удовольствия:
— Внетелесное воплощение! Все говорят о тебе!
Действительно, только что приземлившийся Грид как-то странно держал в руках посох.