Глава 24
Михаил Иванович сидел в своей комнате, уставившись на пустой лист бумаги. Перед ним лежали два блокнота — служебный дневник, который мог увидеть любой инспектор, и личный, который он прятал в небольшой сейф за шкафом.
Он взял ручку, подумал и написал в служебном блокноте: "15 ноября. Визит военной делегации прошёл в штатном режиме. Персонал проявил дисциплину и выдержку при общении с представителями государственных органов."
Остановился. Перечитал. Вычеркнул. Попробовал снова: "15 ноября. Плановая техническая инспекция завершена без замечаний."
Тоже неправда. Ничего не завершилось. Всё только началось.
Он закрыл служебный дневник и потянулся к личному. Открыл на чистой странице и замер. Как описать то, что они увидели? Как найти слова для невозможного?
Михаил Иванович вспомнил дедушку — старика, который обожал загадки и кроссворды. Летними вечерами они сидели на крыльце деревенского дома, и дед рассказывал внуку занимательные головоломки. "Каждая загадка имеет разгадку, Мишенька, — говорил он. — Нужно только правильно посмотреть на неё."
Но какой "правильный взгляд" может быть на стену воды высотой в километр, которая просто исчезла, превратившись в облака?
Он начал писать: "Сегодня произошло событие, которое..." Остановился. Вычеркнул. Попробовал ещё раз: "Впервые в жизни я стал свидетелем..." Снова вычеркнул.
Страница покрылась помарками и зачёркиваниями. Михаил Иванович в раздражении скомкал лист и бросил его в корзину. Взял новый лист. Снова неудача.
После седьмой попытки он захлопнул дневник и убрал его в сейф. Некоторые вещи просто невозможно записать.
За окном кипела работа. После вчерашнего потрясения все словно стремились вернуться к нормальной жизни через привычную рутину.
К главным воротам подъехали три грузовика с надписью "Асфальтобетон". Водители начали разгружать мешки с асфальтовой смесью — скоро должны были заасфальтировать парковку перед главным входом. Петрович ходил между рабочими, проверяя качество материала.
— Температура нормальная? — спрашивал он у бригадира асфальтоукладчиков.
— Всё по ГОСТу, — кивнул тот. — К вечеру закончим.
В зоопарке тоже было оживлённо. Рабочие натягивали сетки в вольерах, устанавливали внутренние декорации — искусственные скалы, бассейны, домики для животных. Игорь Семёнович лично проверял каждую ячейку сетки, чтобы не было дефектов.
— Медведю хватит места? — спросил он у зоотехника.
— Вольер в два раза больше минимальных норм, — заверил специалист. — Животное будет чувствовать себя комфортно.
На лесных маршрутах группа рабочих устанавливала указатели. Пешие тропы получили деревянные таблички с номерами и протяжённостью маршрутов. Дороги для внедорожников оборудовали более серьёзными знаками — с указанием сложности пути и предупреждениями о безопасности.
— "Маршрут 3А — повышенная сложность, 8 км", — читал Антон с одного указателя. — Звучит как в альпинизме.
— А что, нормально звучит, — согласился Петрович. — Люди любят чувствовать себя первопроходцами.
Ближе к обеду на территорию въехал огромный автокран — 50-тонный монстр на восьми колёсах. Петрович встретил его у ворот с плохо скрываемым облегчением.
— Наконец-то, — пробормотал он. — Думал, эта проблема так и будет торчать у нас до конца стройки.
Крановщик — опытный мужик лет пятидесяти — осмотрел место, где застрял трактор.
— Ну что, корни его держат? — спросил он, изучая ситуацию.
— Не просто держат, а вцепились намертво, — объяснил Петрович. — Пытались лебёдкой — не идёт.
— Пятьдесят тонн тяги хватит на любые корни, — самуверенно заявил крановщик. — Сейчас посмотрим.
Операция по извлечению трактора собрала множество зрителей. Все понимали — это последний "больной вопрос" стройки. Если удастся вытащить машину, значит, справились со всеми техническими проблемами.
Кран установили, зацепили трактор тросами, и медленно начали подъём. Сначала ничего не происходило — корни держали крепко. Потом раздался треск, и трактор медленно начал подниматься, вырываясь из земляного плена.
— Есть! — крикнул кто-то из рабочих.
Когда трактор окончательно освободился, все увидели, что к его гусеницам и днищу прицепился целый клубок толстых корней — словно дерево не хотело отпускать свою добычу.
— Никогда такого не видел, — покачал головой крановщик. — Корни как верёвки — прочные и гибкие одновременно.
Петрович смотрел на вытащенную машину и думал о том, что это, возможно, последняя победа человека над странностями этого места. А может быть, место просто позволило им выиграть эту маленькую битву. Самое главное, что тросы уцелели и их можно вернуть Игорю на склад.
---
Вечером Петрович получил письмо от главного застройщика. Прочитав его, он почувствовал смешанные чувства.
"Кирилл Петрович, — писал застройщик, — мне известно о визите военной делегации на объект. Инспекторы доложили, что ситуация разрешилась без осложнений, техническая проверка прошла в штатном режиме. Подробности меня не интересуют — доверяю вашему профессионализму.
В связи с выходом проекта на финишную прямую принято решение о ротации бригад. Ландшафтные работы завершены, поэтому группа Семёна Васильевича переводится на новый объект в Подмосковье.
На смену им 18 ноября прибывает бригада технических специалистов под руководством Алексея Фёдоровича Кирилова. Их задача — оснащение комплекса современной электроникой: системами видеонаблюдения, сенсорными датчиками, Wi-Fi покрытием, умной автоматикой. Объект должен соответствовать стандартам высокотехнологичного отеля.
Прошу обеспечить бригаде Кирилова необходимые условия для работы. Планируемый срок завершения всех работ — 15 декабря.
С уважением, И.В. Громов"
Петрович медленно сложил письмо и глубоко вздохнул. С одной стороны, хорошо — застройщик не копает в подробностях военного визита. С другой стороны...
Он вспомнил все технические проблемы, которые у них были: перегорающие лампы, глючащие приборы, самоуправляемую технику. И теперь сюда привозят целый арсенал высокотехнологичной электроники — датчики, камеры, компьютеры, роутеры.
Если бульдозер тут творил чудеса, то что будет с умными системами?
Петрович снова вздохнул, на этот раз ещё глубже. Почему-то он был уверен — их проблемы только начинаются.