Глава 48
Сержант отвёл капитана в сторону.
— Капитан, как можно эффективнее использовать Сергея? После услышанного... может, стоит достать из склада летающую турель? У нас нет обученного оператора, но если Сергей может управлять ею — не стоит пренебрегать возможностью.
Денис задумался на мгновение. Да, это хорошая идея. Если что-то может работать лучше, то упускать эту возможность глупо. Он высоко оценил инициативу сержанта и мысленно отметил вписать это в доклад полковнику с положительной оценкой. Капитан кивнул, его лицо смягчилось:
— Отлично, выполняйте.
Сержант быстро написал распоряжение и отправил солдата с приказом на склад. Вскоре притащили турель к медпалатке. Сергея вывели наружу.
— Попробуй активировать это устройство.
Сергей посмотрел на турель. На очках появилось уведомление: "Устройство успешно подключено и находится под контролем". Маленький значок турели загорелся на интерфейсе.
Достаточно было подумать — турель взлетела. Тишина. Все замерли, словно время остановилось. Никаких движений руками, никаких поворотов головой, никаких команд. Просто мысль — и машина взмыла в воздух, словно продолжение его воли. Турель слушалась как собственная рука, как часть тела. Ощущение было подавляюще великолепно — власть над металлом и энергией одной только мыслью.
Когда он смотрел на цели, в поле зрения появился маленький прицел — турели. Выбрав столбик у стены, приказал навестись и поразить цель. Турель четко выполнила команду, снеся верхушку столбика. Сергей приземлил её и посмотрел на капитана — в его глазах читались восторг и вопрос.
Капитан снова посоветовался с сержантом. Они слышали о возможности контролировать до пяти турелей. Полная эффективность — пять единиц. Смысла притворяться не было.
Денис дал добро на все пять турелей. Об этом стало известно даже полковнику, но тот решил не вмешиваться — сам хотел посмотреть, что произойдёт.
Турели расставили у снайперской башни, где должен был находиться Сергей. Практикуясь в управлении пятью новыми "игрушками", он понял — это так же просто, как шевелить пальцами. Все просто наблюдали, полностью шокированные процессом адаптации.
Прошло три часа. Все отдохнули, пообщались, подлечились.
Сирена зазвучала во всех секторах — будет нелегко. Дроны уже высоко над фортом показывали наступающих врагов. Все заняли позиции.
Денис, понимая логику этого мира, командовал, направлял солдат, делал перестановки, видя преимущества и слабости бойцов. Пытался закрыть бреши в обороне.
Сергей поднялся наверх. Марина у входа в мед-палатку смиренно посмотрела туда, где находится её муж, тяжело вздохнула и зашла внутрь на рабочее место. Её не покидало чувство опасности, так что она немного нервничала.
Начался бой. Многоножки и мотыльки заняли большую площадь по всему фронту, позади двигались медленные жуки. Более 20 многоножек растеклись по секторам в первой волне, 15 мотыльков — колоссальное количество. Участвовали 10 огромных жуков. Сергей увидел три поднимающиеся алые сферы — пора работать.
Он активировал 75-кратное приближение, и мир взорвался деталями. Каждая чешуйка на панцире, каждая складка на крыльях, каждый сегмент тела — всё стало видно с кристальной ясностью на расстоянии в километры. Он зафиксировал цели и начал систематично наносить урон там, где другие видели лишь размытые пятна.
Слышалась только работа башенных пушек — ни один снайпер ещё не мог работать на такой дистанции. Только Сергей отрабатывал по целям, словно бог войны, протянувший руку через пространство. Это повергло в шок снайперов других секторов и даже полковника.
Цели приближались. Дальние атаки Сергея нейтрализовали несколько летающих мотыльков — он атаковал яйца-бомбы в их лапах, детонируя боеприпасы и разрывая носителей в воздухе.
Все видели абсолютно безумную картину: огромные мотыльки с размахом крыльев в десятки метров разрывались в воздухе, не долетев даже до средней дистанции. Взрывы собственных боеприпасов превращали грозных воздушных хищников в фейерверк из плоти и токсичной жидкости.
Абсолютно не укладывалось в голове. Эти цели всегда были кошмаром обороны, могли доставлять головную боль целым секторам. Под рукой Сергея они превратились в не более чем взрывающиеся игрушки, управляемые его волей.
Целей было много, они преодолевали дистанцию. Сергей переключался на многоножек, парализуя движение выстрелами по ногам и органам на голове. Такая точность на огромном расстоянии явно не входила в планы атакующих.
Когда мотыльки достигли средней линии, в бой вступили турели второй полосы, но их эффективность была низкой — цели уклонялись. Сергей решил встроить стационарные турели в слоты управления. Для этого он фокусировался на отдельной турели, после чего получал новый значок. Заполнив три слота нужными турелями, быстро фиксировал их на панели и активировал удалённое управление.
Когда прицел винтовки смещался, автономные турели выполняли ту же функцию — фокусировались на цели винтовки. Винтовка имела чип, основная система извлекала данные и задействовала все подключённые устройства.
Сергей делал раздельные выстрелы: средняя турель била по предполагаемому положению цели, две других — в стороны. Куда бы ни метнулась цель, одна из пуль всё равно найдёт её. На средней дистанции о кучности речи не было, но тактика работала.
Мутанты пришли в ярость от этой неожиданной угрозы. Откуда у врага, который был в их понимании обычным "муравейником", взялась эта назойливая оса, способная жалить с невероятного расстояния?
Через время подключились другие снайперы — 25-кратное приближение позволило им работать. Они и так были подавлены, что не могли ничего сделать, словно их слава утекала сквозь пальцы к другому.
Сергей на этом расстоянии видел цели куда чётче и вдруг открыл для себя новую функцию, о которой умолчал техник. Он мог фиксировать последовательность целей для турелей — выбирать у многоножки несколько ног для поражения, турели выполняли указанные действия последовательно. У него была возможность выбирать подцели у разных целей. Например, по две ноги у каждой многоножки, попавших в зону его контроля.
Турели не просто подавляли — ломали энтузиазм наступления. На поле не было противника, не получающего поражения от безудержного снайпера, независимо от сектора атаки.
Он брал под контроль любую турель второй линии, подключался к дронам других секторов, 75-кратное приближение работало через дроны для отметки уязвимых мест мутантов-насекомых.
Все понимали: насекомые, доходящие до близкой дистанции, уже сильно покалечены. Ослабленные мотыльки с усилием уклонялись от турелей.
Словно гениальный дирижёр огромного оркестра смерти, Сергей задавал конкретным турелям последовательность выстрелов, отключал, подключал новые, передавал цели. Он использовал всю вторую линию стационарных турелей как гигантское пианино смерти, где каждая клавиша несла разрушение. Нажатие здесь — взрыв там. Мысль о цели — и десяток стволов поворачивался в унисон.
Это не столько ошеломляло, сколько гипнотизировало и делало пассивными. Один человек стал танком в бою с муравьями, разрушая уверенность наступающих в смысле существования. Он не испытывал когнитивного давления — имплант поглощал основную нагрузку, оставляя лишь ощущение абсолютной власти над полем боя.
Когда мотыльки достигли первой линии и начали метать яйца-бомбы, все в секторе Дениса увидели, как в воздух поднялись пять турелей. Летающие турели обладали огромной свободой действия — можно менять местоположение, направлять, двигать, менять высоту. Он направил их вперёд за первую линию, где повёл лобовую атаку против ошеломлённых мотыльков.
Турели были значительно меньше мотыльков. Хотя последние и пытались уничтожить их в воздухе лапой или попасть яйцо-бомбу как снаряд, но попасть в маленькую быстро движущуюся цель стало настоящим кошмаром. Словно огромный и неповоротливый кит пытался победить стаю разъярённых пираний.
Урон от каждой турели казался незначительным, но пять смертоносных, плавающих огневых точек методично разрывали плоть и крылья. Мотыльки слабели с каждой секундой, их величественный полёт превращался в агонию. Они целились в яйца-бомбы, удерживаемые лапами мотыльков, после чего те падали вниз на многоножек, добавляя тем ещё больше проблем. Наступление превратилось в хаос. Мотыльки без яиц становились лёгкой мишенью для снайперов.
Башенные пушки значительно меньше отвлекались на манёвренные цели, фокусировались больше на медленных жуках. Сергей компенсировал мобильность быстрых целей переключением турелей, целясь в болезненные места.
В этот момент он открыл ещё одну функцию — транслировать усиленный сигнал изображения с 75-кратным увеличением обратно в дрон для передачи на компьютеры аналитиков отдела разведки. Хотя ситуация была непростой, ему всё ещё удавалось отвлекаться, таким образом и нашёл возможность переключить тумблер в интерфейсе очков.
Аналитики ощутили ошеломление, граничащее с благоговением — картинка стала настолько чёткой, что каждая деталь цели была видна как под микроскопом! Навестись на цель в таком разрешении означало гарантированное попадание в самые уязвимые точки.
50-кратное увеличение против 75-кратного — разница между небом и землёй, когда речь идёт о подавлении такого противника. Координаты, передаваемые башенным пушкам, стали приговором для медленных жуков. Тем уже приходилось останавливаться, прятаться под бронёй. В качестве целей выбирали лапы, головы, и даже менее защищённые животы, если стрелять под брюхо.
Неимоверное, немыслимое преимущество одного человека не просто перевернуло ход битвы — оно переписало сами законы войны. Защитники на второй линии у стационарных турелей превратились в зрителей апокалиптического театра. Они безучастно смотрели на поле боя, где разыгрывался фейерверк смерти — взрывающиеся мутанты превращали пространство в ад из токсичной жидкости и обломков плоти. Лишь изредка раненые мотыльки падали к их ногам, где их почти скучающе добивали воины в механических костюмах.
С завершения первой волны прошло 25 минут. Новая сирена никого не удивила, но сразу семь алых сфер, запущенных в самом начале, привлекли внимание всех. Атака по всей линии фронта. Из семи одна сфера всё-таки угодила в шестиметровую стену, разорвалась и осколки-метеориты полетели к защитникам. Огромного ущерба не нанесла — защитники вовремя выставили щиты, но некоторые метеориты пробили их. Смертельных случаев не было, хотя троих всё же эвакуировали в мед-палатку.
Параллельно выдвигались 30 многоножек, 18 мотыльков, 12 жуков — огромная волна, которую форт ещё испытывал. Сергей впервые ощутил напряжение. Врагов много, враги сильные, множество нюансов с перераспределением приоритетов.
Сержант принёс рацию — это было решение полковника. Сергей мог слышать переговоры капитанов разных секторов. Когда они осознали, как он может переломить ход событий, то уже передавали просьбы, не приказы, в менее формальной форме, признав его эффективность. Обычно просили подавлять самые сложные участки, где мог произойти прорыв. Огромное преимущество, когда у тебя есть пушка против танка, а не обычное копьё.
Сергей не мог распределить внимание на все сектора, так что действовал по обстоятельству. Ему говорили, где нужна помощь и он быстро уменьшал давление врага, беря под контроль стационарные турели других секторов.
Когда божественный снайпер получил первую скрипку, все остальные испытали облегчение — другие снайперы могли только подавить гордость и просто поддерживать его, добивая уже покалеченные им цели.
Сражение заняло лишь полтора часа, хотя в обычной обстановке это растянулось бы на три, а то и четыре часа. Потери защитников: двое в тяжёлом состоянии, пятеро со средними ранениями, около одиннадцати с лёгкими ушибами. Погибших не было.
Если бы руководство форта написали письмо и отправили сами себе даже на один день назад, то безусловно сочли бы подобное глупой шуткой. Результат казался немыслимым.
Теперь их оборона дышала как единый живой сверх организм. Раньше были разрозненные сектора, каждый сам за себя. Теперь же у их нервной системы появился позвоночник. Импульсы по рации превратились в сигналы, на которые мгновенно реагировала вся система. Сергей стал иммунной системой форта — мощнейшей реакцией этого организма на любое вторжение, способный мобилизовать все доступные ресурсы против угрозы.
Когда всё закончилось, защитникам даже показалось, что на небе не осталось тяжёлых облаков, словно небо прояснилось и само солнце улыбалось им своим нежным и тёплым светом, согревая утомлённые сердца.
В этот момент трое человек проснулись у себя в кроватях.
Денис, Сергей, Марина открыли глаза и долго не могли прийти в себя. Как Максим с Ириной ранее, они были ошарашены. Конечно, им доводилось слышать истории об отеле от странного молодого человека по имени Артём и других постояльцев, но испытать самим - это совершенно другой уровень.
Они правда пытались всё осознать, погружались в себя, но не могли подобрать слова. Это был сон, определённо, но они не осмеливались это утверждать даже в своих сердцах.
Позднее узнали, что проспали всего одну ночь, хотя "там" прошло около двух дней. Испытав такое потрясение, Сергей и Марина чувствовали себя эмоционально ближе, становясь якорями нормальности друг для друга в этом хаосе безумия.