Глава 73
К утру в отель начали возвращаться постояльцы из госпиталя. Небольшими группами, сопровождаемые медперсоналом, они заселялись обратно в свои номера. Каждый носил специальный браслет для мониторинга состояния, а врачи регулярно обходили этажи для профилактических осмотров.
Многие из вернувшихся выглядели несколько отрешённо, время от времени переглядывались между собой и тихо переговаривались о том, что пережили. В их глазах читалось что-то особенное — смесь удивления, восторга и лёгкой растерянности.
Краш Эмо наблюдал за этим движением из окна своего президентского люкса, попивая утренний коктейль из хрусталя Баккара.
— Какая же это провинциальная самодеятельность, — презрительно бросил он, отворачиваясь от окна. — В Монте-Карло такого цирка не потерпят.
Президентский люкс действительно поражал воображение. Золотые нити причудливыми узорами проходили по стенам, создавая сложную вязь из растительных мотивов. Каждая дверная ручка была украшена драгоценными камнями — изумрудная в спальне, сапфировая в гостиной, рубиновая в кабинете. Электрический камин в главной спальне обрамляла фигурная решётка с лесными мотивами — ветвями дубов, силуэтами оленей, россыпью металлических листьев.
— Мило, — снисходительно оценил Краш Эмо, проводя пальцем по позолоченной лепнине. — Хотя мой дизайнер из Милана назвал бы это вульгарным. Слишком много золота для одного помещения.
Одна из девушек его свиты — Алиса — судорожно записывала его замечания в планшет. За ночь она не сомкнула глаз, составляя список требований к персоналу отеля. Температура воды в личном бассейне, угол освещения в гардеробной, сорт кофе для утреннего эспрессо — всё должно было соответствовать стандартам звезды мирового масштаба.
— И почему здесь только изумруды? — недовольно продолжал Эмо, рассматривая дверную ручку. — Где алмазы? В моём доме в Беверли-Хиллз даже ручки унитаза инкрустированы бриллиантами.
Вторая девушка — Кристина — тихо всхлипнула в углу. Она третий час пыталась связаться с поставщиками цветов, чтобы заменить лилии в вазах на орхидеи редкого сорта. Но в этой глуши таких просто не было.
— Прекратите хныкать, — холодно бросил Краш Эмо. — Вы же понимаете, кто я такой. Моя репутация дороже ваших чувств.
К обеду в отель прибыло ещё несколько семей — новые постояльцы, привлечённые слухами о необычном месте. За соседним столиком в ресторане расположилась пожилая пара, которая делилась впечатлениями о прошлой ночи.
— Представьте себе, дорогая, — взволнованно говорил мужчина, — я летал! Настоящий полёт над горами!
— А я танцевала с единорогами в лунном саду, — мечтательно отвечала его жена. — Такой красоты я не видела даже в самых ярких фантазиях.
Краш Эмо поперхнулся дорогим вином.
— Вы слышите эту чушь? — громко рассмеялся он, обращаясь к своей свите. — Простолюдины и их деревенские суеверия! Единороги! — Он театрально всплеснул руками. — В моём кругу такого бреда просто не может быть.
Пожилая пара смущённо замолчала. Краш Эмо наслаждался эффектом.
— Это же очевидная маркетинговая уловка отеля, — продолжал он ещё громче. — Создают атмосферу "мистики" для наивных туристов. В реальности никаких чудес здесь нет. Обычная гостиница в лесу с завышенными ценами.
Один из его охранников — Виктор — неловко переминался с ноги на ногу. Он заметил, как другие посетители ресторана бросали в их сторону недовольные взгляды, но не осмеливался прервать босса.
Вечером Краш Эмо устроил в своём люксе импровизированную вечеринку. Музыка лилась из дорогой акустической системы, шампанское рекой текло по хрустальным бокалам. Он чувствовал себя королём этого маленького мира.
— Понимаете, в чём разница между мной и этими... людьми? — философствовал он, раскинувшись в кресле из натуральной кожи. — Они верят в сказки, а я создаю реальность. Мои концерты — вот настоящая магия. Сто тысяч человек поют мои песни — это подлинное чудо.
Свита устало кивала. Они уже привыкли к таким монологам.
— А эти истории про сны... — Эмо махнул рукой. — Банальные галлюцинации людей, которые всю жизнь не видели ничего, кроме своих захолустных городишек.
Ближе к полуночи он решил принять ванну в личной СПА-зоне. Джакузи с золотыми кранами, зеркала в дорогих рамах, мраморные поверхности — всё располагало к расслаблению.
Но что-то было не так.
Краш Эмо нахмурился, глядя на телевизор напротив ванны. Плазменная панель висела... криво? Совсем чуть-чуть, градуса на два, но для его натренированного на сценическую точность глаза это было заметно.
— Алиса! — крикнул он. — Почему телевизор висит криво?
Девушка вбежала в СПА-зону, испуганно оглядываясь по сторонам.
— Я... я не вижу, — растерянно пролепетала она. — Мне кажется, он висит ровно.
Эмо раздражённо фыркнул и погрузился в горячую воду. Затем случайно глянул на своё отражение в зеркале напротив.
То, что он увидел, заставило его замереть.
На лице, в уголках глаз, проступали тонкие морщинки. Едва заметные, но определённо новые. Кожа выглядела не такой упругой, как утром.
Холодная дрожь пробежала по спине, несмотря на горячую воду. Его лицо — это был его пропуск в высший мир, основа карьеры, источник власти над людьми. А тут...
— Это освещение, — прошептал он, вылезая из ванны. — Просто плохое освещение.
Но в глубине души шевельнулось что-то тревожное.
Поздно ночью, когда вечеринка закончилась и свита разошлась по своим комнатам, Краш Эмо не мог заснуть. Он ходил по люксу, проверяя каждую деталь интерьера.
Дырка в наволочке дорогой подушки. Крошечная, но заметная.
Царапина на позолоченной ручке двери в кабинет.
Пятно на безупречном мраморе столешницы.
— Что за чёрт... — бормотал он, становясь всё более раздражённым.
А потом из соседней комнаты донеслись приглушённые голоса. Его помощницы о чём-то взволнованно переговаривались.
Краш Эмо тихо подкрался к двери и приложил ухо.
— ...не могу поверить! — шептала Алиса. — Я была в настоящем волшебном лесу! Там были говорящие деревья и феи!
— А я плавала с дельфинами в подводном городе! — восторженно отвечала Кристина. — Такой красоты я никогда не видела!
— И охранники тоже рассказывали про свои сны. Виктор говорил, что сражался с драконами как настоящий рыцарь!
— Это же невероятно! Как будто мы попали в другой мир!
Краш Эмо отшатнулся от двери. Кровь стучала в висках.
ОНИ получили волшебные сны. ОНИ пережили чудеса. А он что? Криво висящие телевизоры и морщины в зеркале?
— Это несправедливо, — прошипел он сквозь зубы. — Я — звезда! Я заслуживаю большего, чем все они вместе взятые!
Злость закипала в груди, смешиваясь с непонятной тревогой. Что происходило с этим местом? И почему он, Крашевский Эммануил, оказался обделён тем, что получили даже его подчинённые?
В люксе стало душно, словно воздух сгустился. Краш Эмо сжал кулаки, глядя в окно на тёмный лес.
— Завтра я во всём разберусь, — пообещал он самому себе. — И получу то, что мне причитается.