Глава 78

Июльская жара проникала в квартиру даже сквозь плотно закрытые окна. Кондиционер работал на полную мощность, но все равно в воздухе ощущалась духота. В углу гостиной, на мягком ковре, двухлетний Игорь тихо катал маленькие машинки, изредка издавая звуки моторов. Раньше он мог играть часами, увлеченно строя гаражи из кубиков и устраивая гонки. Теперь игра длилась минут пятнадцать, после чего он просто сидел, рассеянно перебирая игрушки.

Полина и Роман сидели на диване в другом конце комнаты, говорили вполголоса. На журнальном столике лежали распечатанные результаты анализов — листы, которые они перечитывали уже в третий раз за день.

— Лимфоциты на нижней границе нормы, — тихо проговорил Роман, водя пальцем по строчкам. — Для двухлетнего ребенка это... странно.

— СРБ повышен, — добавила Полина, заглядывая через его плечо. — Хоть и немного, но все-таки. А инфекции-то нет.

Роман отложил бумаги и посмотрел на сына. Мальчик выглядел бледнее обычного, под глазами залегли едва заметные тени. За три месяца он словно потускнел — не драматично, но достаточно, чтобы родители это заметили.

— Помнишь, какой он был весной? — спросила Полина. — Щеки румяные, постоянно бегал, лазал везде. А теперь...

— Может, просто жара, — неуверенно предположил Роман, хотя сам не верил в это объяснение.

За последние три месяца Игорь болел четыре раза. Каждая простуда длилась по неделе, переносилась тяжело. Температура поднималась до 38,5 даже когда горло было чистым, а анализы не показывали вирусной инфекции. Словно организм ребенка воевал сам с собой.

— А эта ранка от забора крови, — Полина потерла виски. — У него полдня не останавливалась кровь. Медсестра даже удивилась.

— Свертываемость нарушена, — кивнул Роман. — Совсем немного, но это тоже не норма.

Игорь подполз к дивану, молча прислонился к маминой ноге. Полина осторожно погладила его по голове — волосы стали тусклее, не такие густые, как раньше.

— Когда запись к иммунологу? — спросила она.

— Через месяц. Я пытался пробить через знакомых, но и то только на середину августа, — Роман сжал кулаки. — А к гематологу вообще только в сентябре.

Полина взглянула на часы.

— Ирина скоро придет?

— Через десять минут должна быть.

В этот момент зазвонил телефон Романа. Он глянул на экран — больница.

— Доктор Король? У нас экстренная ситуация. ДТП, множественные травмы. Можете прибыть в течение получаса?

Роман посмотрел на жену. Полине нужно было на работу через час — летний сезон на пляже был самым напряженным для спасательной службы.

— Да, выезжаю, — ответил он в трубку.

— Я поговорю с коллегами, — сказал он Полине, вставая с дивана. — Может, кто-то из них сталкивался с похожими случаями. Иммунолог из детского отделения обещал посмотреть на анализы.

Полина кивнула, но в глазах промелькнула тревога. За эти месяцы они оба стали экспертами по детским болезням — изучали симптомы, штудировали медицинские сайты, консультировались с коллегами.

— Роман, — тихо сказала она, когда он уже собирался уходить в спальню переодеваться. — А что если это... наследственное? Первичный иммунодефицит?

Роман остановился. Эта мысль мучила его уже неделю.

— Генетическое тестирование стоит дорого, — осторожно ответил он. — И результатов ждать месяцы.

— Но если это так, то... — Полина не договорила, но он понял. Второй ребенок, о котором они мечтали. Планы, которые теперь казались невозможными.

— Пока не поймем причину, о втором ребенке речи быть не может, — сказал Роман то, что думали оба.

В дверь позвонили. Полина открыла — на пороге стояла пятнадцатилетняя Ирина, младшая сестра Романа, в медицинской маске.

— Привет, — сказала девочка приглушенным голосом. — Как Игорек?

— Вроде нормально. Температуры нет, — ответила Полина. — Но ты знаешь правила.

Ирина кивнула. За три месяца она привыкла к новым требованиям — маска обязательна, руки мыть каждые полчаса, обрабатывать антисептиком все поверхности, к которым прикасается. Игрушки для Игоря теперь хранились в специальной коробке — остальные регулярно дезинфицировались.

— Он так изменился за эти месяцы, — тихо сказала Ирина, глядя на племянника. — Помню, весной мы с ним в догонялки играли, он меня до второго этажа догонял. А теперь...

— Сейчас просто осторожнее надо, — оборвала ее Полина.

Роман вышел из спальни, застегивая рубашку.

— Если температура поднимется выше 37,5 — сразу звони, — сказал он сестре. — И следи, чтобы он пил. Каждые полчаса хоть по глотку.

— А если начнет кашлять?

— Тоже звони. Не жди, что само пройдет.

Ирина серьезно кивнула. Она понимала ответственность — с Игорем теперь нельзя было рисковать.

Роман поцеловал жену и сына, взял ключи.

— Постараюсь вернуться пораньше. А ты будь осторожна на пляже.

Полина вздохнула. Ей тоже предстояла смена на спасательной станции, где каждый день нужно было быть готовой к экстренным ситуациям. Но самая сложная экстренная ситуация была здесь, дома — и от нее нельзя было спастись.

— Тетя Ира! — Игорь наконец заметил ещё одного человека, он задорно подбежал к подростку и обнял, игриво запрокинув голову назад. Потом поднял руку и пальцем указал на маску на лице Ирины.

Полина присела рядом с сыном.

— Это чтобы болезни к тебе не попали, солнышко. Мы же с тобой сейчас особенно осторожные.

Ирина осторожно погладила его по голове, стараясь не нарушать дистанцию.

— Привет, малыш, — сказала она приглушенным голосом через маску.

— Как дела на волейболе? — спросила Полина, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей. — Тренировки каждый день?

— Да нормально. Три раза в неделю гоняют, соревнования уже через месяц, — Ирина присела рядом с Игорем, который снова вернулся к машинкам. — А у тебя новый лак? Красивый цвет.

Полина посмотрела на свои ногти — бледно-розовый оттенок.

— Да, вчера накрасила. Хотела что-то посветлее на лето.

— А волосы не думаешь покороче? В такую жару...

— Думаю. Только времени нет совсем, — Полина вздохнула. — То к врачам, то на работу.

Игорь кивнул и вернулся к машинкам. Для него это стало нормой — все взрослые в доме теперь были либо в масках, либо постоянно мыли руки, либо обрабатывали что-то антисептиком.

Полина посмотрела на часы. Через сорок минут ей нужно быть на работе. Она надеялась, что день пройдет спокойно — и на пляже, и дома. За последние месяцы спокойных дней было слишком мало.